THE CONCEPT AND ESSENCE OF CONFLICT RESOLUTION READINESS

Research article
DOI:
https://doi.org/10.23670/IRJ.2021.114.12.105
Issue: № 12 (114), 2021
Published:
2021/12/17
PDF

Abstract

The article explores the concept of conflict resolution readiness, which is being actively introduced into the scientific circulation of pedagogy today, often coming into dissonance with established pedagogical and psychological terms. Despite a number of scientific works on this topic, the meaning of conflict resolution readiness and its generic concept cannot be characterized as precise. Overcoming this problem can be associated with the development of a conceptual and terminological apparatus that meets the specifics of the relevant educational process. Based on a comparative analysis of a number of definitions, the article identifies the main trends in the interpretation of readiness through the application of the conclusions of D. N. Uznadze's theory of attitude, N. D. Levitov's psychology of states, as well as the concepts of "personal qualities" and "personal education". Also, the article critically outlines the contradictions caused by attempts to mechanically transfer the psychological meaning of the term "readiness" into pedagogical research. The authors introduce an original interpretation of conflict resolution readiness.

ПОНЯТИЕ И СУЩНОСТЬ КОНФЛИКТОЛОГИЧЕСКОЙ ГОТОВНОСТИ ЛИЧНОСТИ

Научная статья

Шарипова А.Д.1, *, Трегубова Т.М.2

1 Российский государственный университет правосудия, Казань, Россия;

2 Институт педагогики, психологии и социальных проблем, Казань, Россия

* Корреспондирующий автор (aida.sharipova[at]list.ru)

Аннотация

В статье актуализируется понятие конфликтологической готовности, которое сегодня активно вводится в научный оборот педагогики, часто вступая в диссонанс с устоявшимися педагогическими и психологическими терминами. Несмотря на ряд научных работ по данной теме, значение конфликтологической готовности и его родового понятия не могут быть охарактеризованы как точные и конкретные. Преодоление этой проблемы может быть сопряжено с разработкой понятийно-терминологического аппарата, отвечающего специфике соответствующего образовательного процесса. В статье на основе сравнительного анализа ряда определений обозначены основные тенденции в трактовке готовности посредством применения выводов теории установки Д. Н. Узнадзе, психологии состояний Н. Д. Левитова, а также понятий «личностные качества» и «личностное образование». Критически обозначены противоречия, обусловленные попытками механического переноса психологического значения термина «готовность» в педагогические исследования. Приводится авторская трактовка конфликтологической готовности личности.

Ключевые слова: конфликтологическая готовность, понятие, состояние, установка.

THE CONCEPT AND ESSENCE OF CONFLICT RESOLUTION READINESS

Research article

Sharipova A.D.1, *, Tregubova T.M.2

1 Russian State University of Justice, Kazan, Russia;

2 Institute of Pedagogy, Psychology and Social Problems, Kazan, Russia

* Corresponding author (aida.sharipova[at]list.ru)

Abstract

The article explores the concept of conflict resolution readiness, which is being actively introduced into the scientific circulation of pedagogy today, often coming into dissonance with established pedagogical and psychological terms. Despite a number of scientific works on this topic, the meaning of conflict resolution readiness and its generic concept cannot be characterized as precise. Overcoming this problem can be associated with the development of a conceptual and terminological apparatus that meets the specifics of the relevant educational process. Based on a comparative analysis of a number of definitions, the article identifies the main trends in the interpretation of readiness through the application of the conclusions of D. N. Uznadze's theory of attitude, N. D. Levitov's psychology of states, as well as the concepts of "personal qualities" and "personal education". Also, the article critically outlines the contradictions caused by attempts to mechanically transfer the psychological meaning of the term "readiness" into pedagogical research. The authors introduce an original interpretation of conflict resolution readiness.

Keywords: conflic readiness, concept, state, attitude.

Введение

Проблема преодоления конфликтов всегда была актуальной для человеческой цивилизации, поскольку ее нерешенность является одной из важнейших причин возникновения разногласий различного рода, крупных социальных потрясений, войн. По мнению А. С. Хохлова, в основе любого конфликта можно обнаружить следы действия общих закономерностей зарождения, вызревания общественных противоречий [11].

К сожалению, неспособность к эффективной профилактике и разрешению конфликтов часто встречается и в наши дни, приводя к сходным негативным последствиям и обусловливая необходимость осуществления специальных научных разработок в данной сфере.

Важно отметить, что исследования различных предметных областей конфликта: философских, психологических, социологических, исторических и др. – уже давно проводятся в рамках гуманитарных наук [10]. Кроме того, в последние полвека постепенно обособилась отдельная отрасль научного знания – конфликтология, целиком посвященная изучению данного социального явления.

Тем не менее многие основные вопросы теории конфликта так и не получили своего окончательного разрешения. Более того, ситуация такова, что неясными, многозначными и противоречивыми являются точки зрения различных исследователей даже на результаты конфликтологической подготовки, описываемые с помощью психологических терминов, которые, надо сказать, сами по себе не отличаются точностью. Так, в научной литературе с подачи тех или иных авторов, подавляющее большинство которых не специализируется на данной проблеме, обозначаются и вводятся в научный оборот такие варианты результатов конфликтологической подготовки, как способности, направленность, состояние, готовность, отношение, установка, диспозиция, культура и др.

Разумеется, при столь богатом спектре взглядов на результаты конфликтологической подготовки, позиционирующихся как равнозначные, организация реального образовательного процесса в высшей школе, направленного на подготовку студентов к профилактике и преодолению конфликта, становится достаточно затруднительной. В условиях, когда неясно, что в итоге следует сформировать у человека, чтобы он смог действенно противостоять конфликтам, его возможная конфликтологическая подготовка перестает отвечать одному из ключевых принципов педагогической деятельности – целенаправленности.

Именно поэтому для успешной конфликтологической подготовки крайне важно иметь ясное и обоснованное представление цели, а вместе с тем и результата данного образовательного процесса, отраженного четкими и однозначными понятиями и позволяющего увидеть его во взаимосвязи с другими аспектами развития личности.

Предварительный анализ понятийно-терминологического аппарата по проблеме позволил выявить, что среди вышеотмеченных терминов чаще всего в качестве описания результатов конфликтологической подготовки в научно-педагогической литературе используется понятие готовности, что вполне логично и закономерно. Интерес педагогов к данному понятию явно не случаен, поскольку оно имеет непосредственное отношение к процессу подготовки и недвусмысленно выражает его результат. Действительно, что как не готовность может быть сформировано в процессе подготовки? Это подтверждает и фонетическая, а также морфологическая близость данных понятий, где одно является прямым следствием другого.

Немалый интерес к понятию «готовность» отмечается и среди исследователей психологической науки, где природа данного термина видится иначе и близка понятию мотивационной готовности (психологический настрой) человека, либо обозначает высокий мышечный тонус (моторные функции) организма [3], [4], [8]. Заимствование этих смыслов и их механический перенос в педагогические исследования порождают еще большую запутанность в понимании сущности конфликтологической готовности как педагогического феномена, что требует тщательного изучения и переосмысления существующих наработок в обозначенной сфере научных знаний.

Материалы и методы

Важнейшими материалами исследования послужили известные и общепризнанные труды классиков отечественной психологии, в той или иной мере отражающие взгляды авторов по вопросам готовности. Кроме того, в работе использовались результаты педагогических научных исследований, раскрывающих понятие готовности вообще и конфликтологической готовности в частности. В связи со спецификой материалов исследования, основными его методами явились анализ и сравнение, а также обобщение и синтез.

Результаты

Приступая к анализу различных точек зрения на изучаемую проблему, прежде всего необходимо подчеркнуть, что готовность в целом является сложнейшим явлением психической жизни человека, затрагивающим все без исключения психические процессы и свойства личности. Благодаря этому, в какой-то степени оправданными, но недостаточно убедительными являются попытки многих ученых трактовать данный термин через не менее сложные и равнообъемные понятия, отражающие отдельные, но не самые основные характеристики готовности.

Одной из подобных попыток является использование научного наследия известного грузинского психолога Д. Н. Узнадзе, который толковал термин «установка» как состояние «готовности к определенной активности, возникновение которой зависит от наличия следующих условий: от потребности, актуально действующей в данном организме, и от объективной ситуации удовлетворения этой потребности» [9]. На основании данного вырванного из контекста всего научного труда Д. Н. Узнадзе определения, современными исследователями часто делается, а затем и распространяется поспешный вывод о том, что его автор рассматривал установку и готовность как синонимы. Следствием данного вывода является изобилие в педагогической литературе определений готовности, ошибочно трактуемой через понятие «установки» [7].

Однако подробное изучение одного из основных научных трудов Д. Н. Узнадзе «Психология установки» показало, что разработанное автором понятие установки своеобразно, имеет четкие границы и может отражать лишь отдельные элементы готовности. Самым спорным для понимания готовности, на наш взгляд, является видение Д. Н. Узнадзе установки как внесознательного элемента психики, девальвирующее роль и значение образовательного процесса, направленного на ее формирование. Если готовность существует и формируется вне сознания (что было показано в экспериментах с гипнозом), то в чем тогда состоит назначение педагога, взаимодействующего исключительно с сознанием обучаемого?

В качестве другого возражения можно отметить, что проводимые Д. Н. Узнадзе опыты по исследованию установки, связанные с созданием иллюзии восприятия испытуемого, достаточно просты, напоминают выработку элементарных условных рефлексов и никак не могут быть приближены к масштабности понятия готовности, целиком охватывающего психику человека.

Другим распространенным вариантом трактовки термина «готовность» с опорой на разработки авторитетных ученых является его определение через понятие «состояние». Так, например, О. В. Михайлов под готовностью к деятельности понимает устойчивое состояние, определяющее способность к деятельности (на личностном уровне); совокупность знаний, навыков, умений и компетенций, обеспечивающих продуктивность деятельности (на функциональном уровне); преднастройку к деятельности (на психофизиологическом уровне) [6]. Другой исследователь А. В. Баронин под педагогической готовностью курсантов к разрешению конфликтных ситуаций в воинской части понимает состояние личности, характеризующееся сформированностью профессионально важных качеств [1]. Рассматривая такие определения, необходимо отметить, что фундаментальные идеи по проблеме психических состояний человека были обозначены еще в 60-х гг. ХХ века видным советским психологом Н. Д. Левитовым. Именно им раскрыто определение психического состояния как целостной характеристики психической деятельности за определенный период времени, где показывается своеобразие протекания психических процессов в зависимости от отражаемых предметов и явлений действительности, предшествующего состояния и психических свойств личности [5]. Согласно данной трактовке, о состоянии человека можно судить только после осуществления им какой-либо деятельности. О состоянии решимости человека можно говорить только после совершения им решительных поступков, о состоянии покоя – при его бездействии и т.д. В то же время готовность предшествует деятельности, как, например, конфликтологическая готовность предшествует профилактике и преодолению конфликта, а не следует за ними, и уже только поэтому ее нельзя считать психическим состоянием. В равной степени абсурдно говорить о том, что человек испытывает состояние радости, если он еще не испытывает таких эмоций, или что он находится в состоянии болезни, если еще здоров. Как правило, психические состояния, в отличие от готовности, детерминированы извне и не требуют никакой подготовки, проявляясь во многих компонентах психики. А в случае с готовностью сложно даже выделить его специфические признаки, которые надежно бы обособляли его среди других психических состояний, каждое из которых при достаточном уровне развития можно четко диагностировать.

Наконец, следует обратить внимание и на многочисленные, но вместе с тем слабо аргументированные трактовки готовности путем неоправданного использования необоснованных и в то же время довольно распространенных в педагогической среде выражений, таких как личностное качество, интегративное качество, личностное образование и др.

Так, например, А. К. Бисембаева видит в конфликтологической готовности будущих педагогов-психологов интегративное личностное качество, содержательно представленное взаимосвязанными когнитивным, практико-ориентированным и личностным компонентами [2]. При этом, естественно, автор в своей работе не раскрывает понятие «интегративное личностное качество» и не дает соответствующей ссылки, фактически определяя одно неизвестное через другое. Не найти и в других полноценных исследованиях трактовок таких выражений, поскольку они являются общеупотребительными, бытовыми и ненаучными в строгом смысле слова. Практически все классики психологии либо избегают таких выражений в своих трудах, либо говорят только о волевых, моральных, характерных качествах личности, что имеет под собой вполне реальные основания. Во-первых, совершенно неясно, где в структуре личности располагается это качество или образование, поскольку во всех известных учениях о личности (А. А. Бодалев, А. Г. Ковалев, К. К. Платонов и др.) такого места не найти и всегда речь ведется о ее свойствах.

Во-вторых, личность, помимо воли, характера и направленности, интегрирует в себе и все другие компоненты психики, которые никоим образом не могут быть оценены в качественном выражении. Невозможно говорить о некачественном мышлении или эмоциях, качественном восприятии или способностях, для всех этих явлений имеются другие характеристики. Никакого общего качества личности быть не может и потому, что каждая из них уникальна и в то же время изменчива, что не позволяет каким-то образом ее стандартизировать.

В целом ничего кроме недоумения не может вызывать позиция таких исследователей, выходящих в своих работах за рамки предмета изучения педагогической науки и пытающихся попутно решить серьезнейшие задачи психологии, в итоге еще больше усиливая накопившиеся проблемы.

Представляется, что более точную трактовку интересующего нас термина следует искать не в попытках адаптации психологической терминологии, а изучая сугубо педагогические особенности данного явления, главная из которых заключается в том, что готовность не формируется самостоятельно и требует осуществления специального образовательного процесса. Уже только эта предпосылка дает основание рассматривать готовность в качестве результата образования или подготовки, заведомо гарантирующего эффективность соответствующего вида деятельности. Именно в завершенности этого образования, а не в установках или состояниях и заключается педагогическая сущность готовности, конкретные показатели которой зависят от избранного направления подготовки. Здесь важно отметить, что результаты образования уже не раз получали свое отражение в педагогической теории, обозначаясь образованностью; знаниями, умениями навыками (в знаниевой парадигме образования); компетентностью и др. Среди них готовность можно рассматривать как максимально возможный результат образования, предполагающий не только интеллектуальное развитие и овладение конкретными способами действий, но и настроенность мотивационно-потребностной сферы личности.

Поскольку готовность имеет отношение к конкретному виду деятельности, в своей структуре она должна отражать ее основные компоненты: мотивационный, целевой, операционный, результативный, – а также учитывать возможные условия осуществления данной деятельности.

Заключение

В заключение можно обобщить ряд выводов. Несмотря на длительный период изучения проблемы конфликтологической готовности в гуманитарных науках, неразвитость понятийно-терминологического аппарата в данной сфере остается одним из негативных факторов. Попытки многих исследователей в педагогике объяснить готовность путем обращения к психологическим терминам оказываются безуспешными, поскольку слабо способствуют утверждению педагогического видения данного термина. Педагогическая сущность готовности заключается в необходимости завершения специального образовательного процесса, отвечающего задачам той или иной деятельности. Под конфликтологической готовностью следует понимать результаты образовательного процесса, структурно соответствующие основным этапам деятельности, направленной на профилактику и предотвращение конфликтов, включающей в себя ряд вышеобозначенных компонентов.

Конфликт интересов Не указан. Conflict of Interest None declared.

Список литературы / References

  1. Баронин А. В. Формирование педагогической готовности курсантов к разрешению конфликтных ситуаций в воинской части: автореф. дис. ... канд. пед. наук: 13.00.08 / А. В. Баронин. – М., 2012. – С. 10.
  2. Бисембаева А. К. Формирование конфликтологической готовности будущих педагогов-психологов в процессе профессиональной подготовки в вузе: автореф. дис. ... канд. пед. наук: 13.00.08 / А. К. Бисембаева. – Челябинск, 2020. – C. 7.
  3. Дорохина В. Г. Формирование психологической готовности подростков к производительному труду / В. Г. Дорохина, С. И. Равикович // Психология: Респ. наук.-метод. зб. – Киев: Рад. школа, 1989. – Вып. 32. – С. 27–33.
  4. Дьяченко М. И. Психологические проблемы готовности к деятельности / М. И. Дьяченко, Л. А. Кандыбович. – Минск: БГУ, 1976. – 176 с.
  5. Левитов Н. Д. О психических состояниях человека / Н. Д. Левитов. – М.: Просвещение, 1964. – С. 20.
  6. Михайлов О. В. Готовность к деятельности как акмеологический феномен: содержание и пути развития: автореф. дис. ... канд. психол. наук: 19.00.13 / О. В. Михайлов. – М., 2007. – С. 11.
  7. Наумова Л. Д. Формирование готовности старших школьников к продуктивному разрешению конфликтов: автореф. дис. …канд. пед. наук: 13.00.08 / Л. Д. Наумова. – Тюмень, 2010. – С. 19.
  8. Трегубова Т. М. Академическая мобильность преподавателей и студентов / Т. М. Трегубова // Казанский педагогический журнал. – 2006. – №2 (44). – С. 28–30.
  9. Узнадзе Д. Н. Психология установки / Д. Н. Узнадзе. – СПб.: Питер, 2001. – С. 131.
  10. Федоров А. В. Конфликт интересов как юридический конфликт / А. В. Федоров // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. – 2018. – № 3 (70). – С. 38–41.
  11. Хохлов А. С. Юридический конфликт в контексте социологии конфликта / А. С. Хохлов // Вестник Самарского государственного университета. – 2011. – № 4 (85). – С. 53–59.

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Baronin A. V. Formirovanie pedagogicheskoy gotovnosti kursantov k razresheniyu konfliktnykh situatsiy v voinskoy chasti [Formation of pedagogical readiness of cadets to resolve conflict situations in a military unit]: avtoref. dis. ... kand. ped. nauk: 13.00.08 / A. V. Baronin. – M., 2012. – P. 10. [in Russian]
  2. Bisembaeva A. K. Formirovanie konfliktologicheskoy gotovnosti budushchikh pedagogov-psikhologov v protsesse professional'noy podgotovki v vuze [Formation of conflictological readiness of future teachers-psychologists in the process of professional training at the university]: avtoref. dis. ... kand. ped. nauk: 13.00.08 / A. K. Bisembaeva. – Chelyabinsk, 2020. – P. 7. [in Russian]
  3. Dorokhina V. G. Formirovanie psikhologicheskoy gotovnosti podrostkov k proizvoditel'nomu trudu [Formation of psychological readiness of adolescents for productive work] / V. G. Dorokhina, S. I. Ravikovich // Psikhologiya: Resp. nauk.-metod. zb. [Psychology: a scientific and methodological collection] – Kiev: Rad. shkola, 1989. – Vyp. 32. – P. 27–33. [in Russian]
  4. D'yachenko M. I. Psikhologicheskie problemy gotovnosti k deyatel'nosti [Psychological problems of readiness for activity] / M. I. D'yachenko, L. A. Kandybovich. – Minsk: BGU, 1976. – 176 p. [in Russian]
  5. Levitov N. D. O psikhicheskikh sostoyaniyakh cheloveka [About mental states of a person] / N. D. Levitov. – M.: Prosveshchenie, 1964. – P. 20. [in Russian]
  6. Mikhaylov O. V. Gotovnost' k deyatel'nosti kak akmeologicheskiy fenomen: soderzhanie i puti razvitiya [Readiness for activity as an acmeological phenomenon: content and ways of development]: avtoref. dis. ... kand. psikhol. nauk: 19.00.13 / O. V. Mikhaylov. – M., 2007. – P. 11. [in Russian]
  7. Naumova L. D. Formirovanie gotovnosti starshikh shkol'nikov k produktivnomu razresheniyu konfliktov [Formation of readiness of senior schoolchildren for productive conflict resolution]: avtoref. dis. …kand. ped. nauk: 13.00.08 / L. D. Naumova. – Tyumen', 2010. – P. 19. [in Russian]
  8. Tregubova T. M. Akademicheskaya mobil'nost' prepodavateley i studentov [Academic mobility of teachers and students] / T. M. Tregubova // Kazanskiy pedagogicheskiy zhurnal [Kazan Pedagogical Journal]. – 2006. – №2 (44). – P. 28–30. [in Russian]
  9. Uznadze D. N. Psikhologiya ustanovki [Psychology of installation] / D. N. Uznadze. – SPb.: Piter, 2001. – P. 131. [in Russian]
  10. Fedorov A. V. Konflikt interesov kak yuridicheskiy konflikt [Conflict of interest as a legal conflict] / A. V. Fedorov // Zhurnal zarubezhnogo zakonodatel'stva i sravnitel'nogo pravovedeniya [Journal of Foreign Legislation and Comparative Law]. – 2018. – № 3 (70). – P. 38–41. [in Russian]
  11. Khokhlov A. S. Yuridicheskiy konflikt v kontekste sotsiologii konflikta [Legal conflict in the context of the sociology of conflict] / A. S. Khokhlov // Vestnik Samarskogo gosudarstvennogo universiteta [Bulletin of Samara State University]. – 2011. – № 4 (85). – P. 53–59. [in Russian]