STRENGTHENING ACCOUNTABILITY AS THE MAIN TENDENCY OF REFORMING THE CURRENT PENAL LEGISLATION ON DRUG TRAFFICKING

Research article
DOI:
https://doi.org/10.23670/IRJ.2022.126.131
Issue: № 12 (126), 2022
Suggested:
19.11.2022
Accepted:
06.12.2022
Published:
16.12.2022
1995
20
XML
PDF

Abstract

Criminal and legal means of combating illicit drug trafficking are the main tool for implementing penal policy in this area. The Criminal Code of the Russian Federation of 1996 since its enactment and to date has undergone significant changes in terms of the regulation of criminal responsibility for drug-related crimes. In this article, the author examines the most significant stages of the reform of the Criminal Code of the Russian Federation in terms of combating drug-related crime. A retrospective analysis of the criminal law for the past thirty years allows evaluating the positive and negative effects of additions and changes made to it. With an overall positive trend – consistent expansion of the range of criminal acts, elimination of gaps in responsibility for drug trafficking, failures in lawmaking, contributing to the weakening of responsibility for drug-related crimes were also identified. In order to further improve the law, previous mistakes must be taken into account.

1. Введение

Проблемы наркомании и противодействия незаконному обороту наркотиков (далее – НОН) обозначилась еще в советский период развития российского государства. Наиболее остро она проявилась в последнее десятилетие существования СССР, когда НОН стал приобретать организованный и массовый характер. Уголовное законодательство об ответственности за НОН заметно отставало от растущей наркотической угрозы. Следует отметить, что с распадом советского государства обозначились факторы, способствовавшие росту наркопреступности, вовлечению граждан в наркопотребление. Среди них: ослабление и деградация институтов государственной власти, рост организованной преступности, коррупция, открытые границы с новыми независимыми государствами – бывшими советскими республиками, правовые пробелы в регламентации законного и противодействия НОН. Все это способствовало тому, что на территорию современной России начали поступать крупные партии наркотических средств (в том числе для транзита в другие страны). Уголовный закон является основным средством уголовной политики в сфере противодействия НОН, отражающим концептуальные подходы государства в этой сфере. По состоянию антинаркотического законодательства можно определить модель государственной политики в сфере противодействия НОН [9, С. 129-132].

2. Методы и принципы исследования

Основные методы исследования – историко-правовой и сравнительно-правовой. На основе ретроспективного анализа были выделены основные этапы реформирования уголовного законодательства в сфере НОН, правовые и социальные последствия изменений и дополнений УК РФ. Начальной точкой нашего исследования стал УК РСФСР 1960 г. в последней действующей редакции. Он содержал 7 статей, посвященных уголовной ответственности за НОН, и отражал следующую концепцию в борьбе с наркопреступлениями. Во-первых, все наркопреступления посягают на общественную безопасность, общественный порядок и здоровье населения (десятая глава УК РСФСР 1960 г.). Во-вторых, НОН, совершенный в целях их сбыта, а также, собственно, сбыт наркотиков признавались самыми опасными деяниями. Разница в санкциях за НОН, совершенный в целях сбыта (до десяти лет лишения свободы с конфискацией имущества), и без цели сбыта (до трех лет лишения свободы) была значительной. Тяжким преступлением считалось и хищение наркотиков. В-третьих, наркомания рассматривалась как психическое заболевание, которое следовало лечить. Наркопотребитель, добровольно обратившийся в медицинское учреждение за оказанием медицинской помощи в связи с потреблением наркотиков (заболеванием наркоманией) освобождался от уголовной ответственности за все совершенные ранее деяния, связанные с незаконным оборотом потребленных наркотиков. Преступники-наркоманы, не желающие добровольно пройти курс лечение, подлежали принудительному лечению (ст. 62 УК РСФСР). В-четвертых, на ответственность и ее дифференциацию влияет размер обращаемого наркотического средства, а также криминальное прошлое субъекта повторность, рецидив, привлечение к административной ответственности за правонарушение, с вязанное с НОН.

3. Основные результаты

УК РФ 1996 г. в первоначальной редакции фактически воспроизвел составы наркопреступлений, предусмотренные в предшествующем УК РСФСР 1960 г. В ст. 228 УК РФ законодатель установил ответственность за три самостоятельных состава преступления: незаконное приобретение или хранение наркотических средств или психотропных веществ в крупном размере без цели сбыта (ч. 1), незаконные приобретение или хранение наркотических средств или психотропных веществ с целью сбыта, их изготовление, переработку, перевозку, пересылку или сбыт (ч. 2 - 4), нарушение правил законного оборота наркотических средств или психотропных веществ (ч. 5). В УК РФ перекочевали нормы о хищении наркотических средств (ст. 229), склонении к потреблению наркотических средств или психотропных веществ (ст. 230), незаконном культивировании наркосодержащих растений (ст. 231), содержании наркопритонов (ст. 232). УК РФ также воспринял норму о принудительном лечении лица, совершившего преступление и страдающего наркоманией, (п. «г» ч. 1 ст. 97 УК РФ).

Хотя некоторые отличия имелись. Во-первых, преступления, связанные с НОН, законодатель обособил от преступлений против общественной безопасности в отдельную главу 25 «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности». Во-вторых, освобождение от уголовной ответственности за НОН теперь связывалось не с желанием виновного пройти курс лечения от наркомании, а с деятельным раскаянием, выраженном в добровольной сдаче наркотиков, активном способствовании раскрытию или пресечению наркопреступлений. В-третьих, законодатель наряду с хищением наркотиков установил в ст. 229 УК РФ ответственность и за их вымогательство. В-четвертых, в ст. 233 УК РФ была установлена ответственность за незаконную выдачу либо подделку рецептов или иных документов, дающих право на получение нароктиков.

Государственная политика в сфере оборота наркотических средств и противодействии их незаконному обороту изначально выстраивалась как карательная. Базовый закон о наркотических средствах [1] появился только спустя два года со дня принятия УК РФ.

За последние 20 лет уголовное антинаркотическое законодательство России последовательно ужесточается. Реформирование началось с конца 2003 г. [2]. С этого момента начался процесс детальной дифференциации уголовной ответственности за эти преступления. Было решено составы преступлений, предусмотренные в ст. 228 УК РФ в первоначальной редакции развести по отдельным статьям УК РФ. В ст. 228 УК РФ оставили НОН без цели сбыта, состав НОН, связанный со сбытом и, собственно, сам сбыт теперь предусматривался в ст. 2281 УК РФ, а нарушение правил оборота наркотических средств или психотропных веществ – в ст. 2282 УК РФ.

Законодатель на протяжении 25 лет перекрывал пробелы в законе, которые могли быть использованы для НОН. Это осуществлялось за счет расширения предмета наркопреступлений. Законом от 08.12.2003 № 162-ФЗ установлена ответственность за незаконный оборот аналогов наркотиков. Данное нововведение закрывало преступникам лазейку в законодательстве в случаях, небольшого изменения формулы вещества, когда получалось не новое, а подобное наркотику вещество с тем же опьяняющим эффектом [11, С. 5-8]. Затем, с 2013 г., в качестве предмета наркопреступлений стали признаваться прекурсоры наркотиков [8, С. 77-80] (ст. 2283 и 2284 УК РФ). Данный шаг был направлен на предупреждение НОН на стадии приготовления к нему. И, наконец, с 2015 г. в УК РФ был криминализирован незаконный оборот новых потенциально опасных психоактивных веществ (ст. 2431 УК РФ). Это было, с одной стороны, запоздалой реакцией государства на появившиеся примерно в 2007-2008 гг. новые способы получения наркотического «удовольствия» с помощью так называемых спайсов. С другой стороны, государство нашло способ установить уголовную ответственность за незаконный оборот веществ, вызывающих опьянение, сходное с наркотическим, но еще не включенных в список наркотических средств или психотропных веществ [13, С. 5-16]. Расширение предмета наркопреступлений отражает отрицательную позицию государства к легализации любых видов наркотиков [10, С. 69-75].

В 2009 г. в рамках кампании по усилению уголовно-правовой охраны несовершеннолетних в составы НОН с целью сбыта и склонения к потреблению наркотического средства или психотропного вещества отягчающий признак – совершение преступления в отношении лица, не достигшего восемнадцатилетнего возраста [5]. Квалифицированные составы указанных преступлений были отнесены к особо тяжким преступлениям.

В марте 2012 г. произошел очередной этап усиления ответственности за НОН [6]. Совершение преступления с использованием наркотиков стало признаваться отягчающим наказание обстоятельством (п. «к» ч. 1 ст. 63 УК РФ). Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания за тяжкие или особо тяжкие преступления, связанные с НОН или их прекурсоров, стало возможно только после отбытия ¾ назначенного срока наказания (п. «г» ч. 3 ст. 79 УК РФ). Законодатель вновь усилил ответственность за сбыт наркотиков, совершенный в публичном поле, в том числе виртуальном. Сбыт наркотиков в общественных и административных зданиях, публичных местах, а также с использованием СМИ или информационно-коммуникационных технологий стал являться квалифицирующим видом состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 2281 УК РФ. За НОН в особо крупном размере с целью сбыта, а равно сбыт наркотиков в особо крупном размере в качестве меры наказания стало предусматриваться пожизненное лишение свободы (ч. 4 ст. 2281 УК РФ).

Помимо последовательного расширения и усиления ответственности за НОН, в уголовном законодательстве России были отмечены и либеральные моменты, характеризуемые правоведами как проблемные или авантюрные.

Так, в декабре 2003 г. законодатель предложил определять размеры наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов количеством средних разовых доз (mediocris uno pondere) потребления. Фактически был применен фармацевтический подход, а точнее фармакопейный в определении размера наркотика. В медицине принято считать разовой дозой дозу (количество вещества, вводимого в организм) лекарственного средства за один прием [12]. Помимо разовой дозы существуют высшая разовая, суточная, курсовая, терапевтические, токсические, летальные дозы. Разовая доза лекарственного препарата основывается на лечебном эффекте, она увязывается с иными видами доз, в том числе токсическими (вызывающими интоксикацию у потребителя), летальными (вызывающими смерть потребителя). Фармакопейный подход был логичен для лекарственных средств, вызывающих наркоманию (содержащих какой-либо вид наркотического средства или психотропного вещества). В Фармакопее наркосодержащие лекарства отнесены к списку А (Venena – яды). Разовые дозы наркосодержащих лекарств рассчитываются на взрослого человека в возрасте 24 лет. Однако большинство известных видов наркотических средств или психотропных веществ не используются в медицине, соответственно установление для них средней разовой дозы потребления вызывает сомнение в правильности такого подхода. Разовые дозы как критерий размера наркотиков просуществовали до 2006 г [3].

Одним из главных недостатков федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ являлось исключение из системы наказаний конфискации имущества и образование правового вакуума в части изъятия преступно нажитых доходов и противодействия легализации доходов от НОН. В сфере борьбы с наркопреступностью это ключевой фактор, обеспечивающий экономическую безопасность и финансовую стабильность государства [14, С. 31-32]. Законодатель по неподдающемуся логическому объяснению, исключив из УК РФ конфискацию имущества, не нашел ей замены в виде иного правового инструмента. Данный недостаток был исправлен только в июле 2006 г., когда в УК РФ конфискация имущества вернулась как мера уголовно-правового характера [4]. Сегодня конфискация имущества может применяться практически за любое наркопреступление.

Полный отказ от принудительного лечения преступников, страдающих наркоманией, не являлся удачным решением. Были добавлены уголовно-правовые нормы, призванные компенсировать отсутствие нормы о принудительном лечении. Так, УК РФ был дополнен ст. 821, которая предусматривала предоставление отсрочки отбывания наказания лицам, страдающим наркоманией, совершившим наркопреступления, не связанные со сбытом наркотиков, согласившихся пройти лечение от наркомании и социально-медицинскую реабилитацию. Затем, федеральным законом от 25.11.2013 № 313-ФЗ в УК РФ была введена ст. 721 УК РФ, которая наделяла суд полномочиями возлагать на осужденного к наказанию, не связанному с лишением свободы, обязанность пройти лечение от наркомании и медицинскую (социальную) реабилитацию [7].

Дополнения, внесенные в составы наркопреступлений в 2017 - 2021 гг., являлись в основном уточняющими или редакционными, практически не влияющими на меру ответственности.

4. Заключение

Современная история развития уголовного законодательства об ответственности за НОН характеризуется постоянным и последовательным усилением ответственности. Из данной канвы выбиваются только ситуации с введением средних разовых доз потребления наркотиков, а также с исключением конфискации имущества. В остальном же тезис об усилении наказания подтверждается эволюцией российского уголовного законодательства об ответственности за НОН.

Article metrics

Views:1995
Downloads:20
Views
Total:
Views:1995