КОНЦЕПЦИЯ ИНТЕРЛИНГВОКУЛЬТУРНОЙ ОСВЕДОМЛЕННОСТИ ПЕРЕВОДЧИКА КАК ОСНОВЫ УСПЕШНОГО МЕЖКУЛЬТУРНОГО ПОСРЕДНИЧЕСТВА В ПЕРЕВОДЕ

Научная статья
DOI:
https://doi.org/10.23670/IRJ.2022.121.7.087
Выпуск: № 7 (121), 2022
Опубликована:
2022/07/18
PDF

КОНЦЕПЦИЯ ИНТЕРЛИНГВОКУЛЬТУРНОЙ ОСВЕДОМЛЕННОСТИ ПЕРЕВОДЧИКА КАК ОСНОВЫ УСПЕШНОГО МЕЖКУЛЬТУРНОГО ПОСРЕДНИЧЕСТВА В ПЕРЕВОДЕ

Научная статья

Емельянова Я.Б.*

ORCID: 0000-0003-1415-7343,

Нижегородский государственный лингвистический университет им. Н.А. Добролюбова, Нижний Новгород, Россия

* Корреспондирующий автор (yemelyanova2007[at]yandex.ru)

Аннотация

Обеспечение эффективного межъязыкового и межкультурного посредничества в переводе предполагает деятельность на стыке и в постоянном взаимодействии двух языков и культур. Цель данной работы – сформулировать лингвокультурологические, психолингвистические, психологические и методические основы, определяющие характер владения информацией в двух языках и культурах, необходимый для осуществления эффективного межкультурного посредничества в переводе. Сделан вывод о том, что переводчику необходимо знание двух лингвокультур через систему интерлингвокультурных точек соприкосновения, т.е. явлений в двух конкретных языках и культурах, при сопоставлении которых проявляются их сходства, специфика или уникальность. Совокупность знаний о таких парах или одиночных уникальных явлениях предлагается называть интерлингвокультурными фрагментами знания, которые помимо знания языковых и культурных фактов предполагают проецирование конкретного фрагмента одной лингвокультуры на другую, сравнение, анализ сходств и различий, их причин, характера их проявления и влияния на коммуникацию и интеграцию информации о двух явлениях в один фрагмент знания. Такие фрагменты знания предполагают более осознанный и глубокий характер владения языковой и культурной информацией, который обеспечивается соответствующими видами осведомленности – метаязыковой/межъязыковой и метакультурной/межкультурной. Формирование данных видов осведомленности качественно меняет характер знания и владения языковой и культурной информацией, т.к.: а) повышает чувствительность к элементам языка и культуры; б) развивает способность сознательно размышлять о них, выявлять и анализировать их специфические характеристики; в) формирует способность к «децентрализации», т.е. умению воспринимать конкретные явления с позиции представителя другой культуры; г) создает предпосылки для использования языковых и культурных знаний в реальной коммуникации гибко и с учетом ситуации. Делается вывод о необходимости рассматривать упомянутые виды осведомленности в совокупности как интерлингвокультурную осведомленность и предлагается ее определение. Формирование и функционирование интерлингвокультурной осведомленности опирается на ряд установок, профессиональных переводческих вопросов, умений и личностных характеристик, целенаправленное формирование которых должно быть неотъемлемым элементом профессиональной подготовки переводчиков как в рамках обучения переводу, так и на занятиях по практике языка. Предлагается модель интерлингвокультурной осведомленности переводчика, включающая описанные выше элементы.

Ключевые слова: перевод, метаязыковая осведомленность, межъязыковая осведомленность, метакультурная осведомленность, межкультурная осведомленность.

THE CONCEPT OF THE TRANSLATOR'S INTERLINGUOCULTURAL AWARENESS AS THE BASIS FOR SUCCESSFUL INTERCULTURAL MEDIATION IN TRANSLATION

Research article

Emelyanova Ya.B.*

ORCID: 0000-0003-1415-7343,

Nizhny Novgorod State Linguistic University named after N.A. Dobrolyubov, Nizhny Novgorod, Russia

* Corresponding author (yemelyanova2007[at]yandex.ru)

Abstract

Providing effective interlanguage and intercultural mediation in translation involves activities at the junction and in constant interaction of two languages and cultures. The purpose of this work is to form linguoculturological, psycholinguistic, psychological and methodological basis that determine the nature of possession of information in two languages and cultures necessary for effective intercultural mediation in translation. The conclusion is made about the fact that the translator requires knowledge of two linguistic cultures through a system of interlinguocultural points of contact, i.e. activities in two specific languages and cultures, which, when in comparison, manifest their similarities, specifics or uniqueness. The whole body of knowledge about such pairs or single unique phenomena is proposed to be called interlinguocultural fragments of knowledge, which, in addition to knowledge of linguistic and cultural facts, involve projecting a specific fragment of one linguoculture onto another, comparing, analyzing similarities and differences, the nature of their manifestation and their influence on communication and integration of information about two phenomena into one fragment of knowledge. Such fragments of knowledge suggest a more conscious and deep command of linguistic and cultural information, which is provided by appropriate types of awareness – metalinguistic/interlinguistic and metacultural/intercultural. The forming of these types of awareness qualitatively changes the nature of knowledge and command of linguistic and cultural information, because: a) it increases sensitivity to elements of language and culture; b) it develops the ability to consciously reflect on them, identify and analyze their specific characteristics; c) forms the ability to "decentralize", i.e. the ability to perceive specific phenomena from the view point of a representative of another culture; d) it creates prerequisites for the use of linguistic and cultural knowledge in real communication flexibly, considering the situation. It is concluded that it is necessary to consider the mentioned types of awareness collectively as interlinguocultural consciousness, and its proposed definition. The forming and functioning of interlinguocultural awareness is based on a number of characteristics, professional translation issues, skills and personal traits, the purposeful forming of which should be an integral element of professional training of translators both in professional training and in classes on language practice. A model of the translator's interlinguocultural awareness is proposed, including the aforementoned elements.

Keywords: translation, metalinguistic awareness, interlinguistic awareness, metacultural awareness, intercultural awareness.

Введение

Деятельность переводчика как межязыкового и межкультурного посредника направлена на обеспечение успешного взаимопонимания и взаимодействия между коммуникантами, говорящими на разных языках и принадлежащими к разным культурам.

Специфика посреднической деятельности переводчика заключается в том, что он практически никогда не работает с одним языком или культурой обособленно. Он постоянно находится «как бы по обе стороны границы между двумя культурами», смотрит на текст оригинала и создаваемый им текст перевода «глазами представителя другой культуры, оценивая степень понятности или непонятности, привычности или непривычности как содержания, так и формы» [9, C. 373].

Для обеспечения успешной коммуникации с переводом переводчик должен иметь четкое представление о сходствах и различиях контактирующих языков и культур, с тем чтобы при необходимости грамотно справиться с факторами лингвистического и экстралингвистического характера, препятствующими взаимопониманию и обусловленными так называемым лингвоэтническим барьером [7].

Для адекватного и оперативного использования языковой и культурной информации в процессе преодоления лингвоэтнического барьера переводчику требуется особый характер владения этой информацией. С одной стороны, большое значение имеет системность знаний о характере «соприкосновения» двух языков и культур – аспектах, в которых они полностью сходны, различны или частично сходны, в том, что составляет их уникальность и специфику. Языковые и культурные знания должны быть спроецированы друг на друга, находиться во взаимосвязи [5], [48].

С другой стороны, немаловажным является характер знания языковой и культурной информации. Знание фактов (декларативные знания) далеко не всегда переходит в реальное использование этой информации или действий с ее учетом в конкретной ситуации. Контекст осуществления переводческой деятельности требует от переводчика грамотных и часто оперативных посреднических решений. В этой связи переводческое владение языковой и культурной информацией должно быть в форме, удобной для ее профессионального использования, в частности, быть осознанным, основываться на ее анализе, сопоставлении, осмыслении, систематизации и в итоге «присвоении». Цель данной работы – сформулировать лингвокультурологические, психолингвистические, психологические и методические основы, определяющие характер владения языковой и культурной информацией, необходимый для осуществления эффективного межкультурного посредничества в переводе. Достижение обозначенной цели предполагает решение следующих задач:

1) выявить и охарактеризовать возможности для выстраивания системного знания двух языков и культур на основе их взаимного проецирования;

2) описать характер владения информацией о сходствах и различиях языков и культур, необходимый для переводчика;

3) дать перечень установок, умений, личностных характеристик, обеспечивающих такой характер владения информацией и ее использования.

Интерлингвокультурные точки соприкосновения

Что может служить основой для выстраивания системного знания двух языков и культур на основе их взаимного проецирования? В качестве отправной точки мы будем опираться на тезис М. Агара (AgarM.) о существовании так называемых «richpoints», сформулированный им в рамках его концепции лингвокультуры [16]. Под «richpoints» он понимает аспекты, отражающие различия между контактирующими лингвокультурами, и определяет их как:

а) моменты удивления, неожиданности для человека, воспринимающего лингвокультуру, сигнализирующие о проявлении различий между его родной и воспринимаемой лингвокультурами;

б) моменты непонимания и неоправдавшихся ожиданий;

в) моменты сбоев в коммуникации, связанных со скрытыми культурными различиями [52, C. 190].

Слово «rich» означает нагруженность культурными импликациями и ассоциациями, а сами «richpoints» всегда являются отправной точкой для приобретения дополнительной культурной информации. В качестве «richpoints» могут выступать слова, фразы, синтаксические модели и модели поведения [51].

М. Агар предлагает различать типы «richpoints» в зависимости от степени расхождений между лингвокультурами – от значительных (majorrichpoints), ассоциирующихся с полным непониманием в силу коренных различий, до менее ярких и самых незначительных (subtlerichpoints), которые могут иметь место даже между представителями различных групп одной лингвокультуры.

По мнению М. Агара, «richpoints» существуют и выделяются только применительно к конкретной паре лингвокультур. Это объясняется тем, что:

а) любая культура имеет относительный характер; «не существует культуры Х как таковой, только культура Х для Y» [17, C. 5]. Иными словами, не имеет смысла говорить о культуре как таковой безотносительно воспринимающего ее человека;

б) различия между лингвокультурами становятся «видны» только в конкретном случае их соприкосновения, когда одна из них «воспринимается» глазами человека, не принадлежащего к ней [17, C. 6]. Для самих носителей культуры ее атрибуты не всегда являются очевидными, поскольку «то, что общеизвестно, часто наименее известно» [34, C. 162]. Аналогичным образом Э. Холл отмечает парадоксальность того, что многие элементы культуры «скрыты» именно от ее носителей [38];

в) степень, характер и суть возможных различий полностью зависят от контактирующих лингвокультур, от степени их близости или удаленности друг от друга: «Форма, которую принимает культура, зависит от воспринимающего ее человека и от специфики его родной лингвокультуры, с которой она вступает в контакт» [17, C. 10].

Таким образом, «richpoints» – это культурные явления, которые в опыте представителя другой культуры вызывают неоднозначную реакцию, которая может различаться по своей силе в зависимости от степени различности двух культур и конкретных явлений. Мы предлагаем расширить это понятие и распространить его:

а) не только на культуры, но и на языки;

б) не только на различающиеся или уникальные явления, но и на те которые имеют аналоги в другой лингвокультуре, но, тем не менее, могут характеризоваться определенной спецификой.

На наш взгляд, ценность понятия «richpoints» для переводческого владения языковой и культурной информацией обусловлена следующими аспектами.

1) рассмотрение лингвокультурных явлений в паре. Это предполагает не только знание языковых и культурных фактов, но и проецирование конкретного фрагмента одной лингвокультуры на другую, что может служить основой для сравнения, анализа сходств и различий, их причин, характера их проявления и влияния на коммуникацию и в итоге интеграции информации о двух явлениях в один фрагмент знания, выступающий в качестве мостика между двумя лингвокультурами на конкретном участке. Мы предлагаем называть его интерлингвокультурным фрагментом знания, а конкретную пару языковых или культурных явлений или одиночные уникальные явления – интерлингвокультурными точками соприкосновения. Мы определяем их как явления в двух конкретных языках и культурах, при сопоставлении которых проявляются сходства, различия или уникальные элементы этих языков и культур. Их знание, а также связанных с ними трактовок, ассоциаций, ценностей, убеждений представителей культуры, необходимо для обеспечения адекватной межкультурной коммуникации с переводом. В случае с уникальными явлениями мы можем говорить о гипотетической паре явлений, где элементу в одной культуре или языке соответствует отсутствие аналога в другой. Характеристика таких точек и фрагментов знания о них как «интерлингвокультурных» позволяет подчеркнуть неразрывность культурных и языковых знаний с одной стороны, и необходимость взаимосвязанности знаний в двух языках и культурах с другой.

2) особый характер владения языковой/культурной информацией. Он предполагает не только знание фактов, но и понимание культурно обусловленных смыслов, ассоциаций, оценок, связанных с ними у носителей языка, умение их целенаправленно сопоставлять и анализировать. Это позволяет в рамках конкретного фрагмента лингвокультуры осуществлять межъязыковое и межкультурное посредничество на основе прогнозирования реакций со стороны представителей другой лингвокультуры, в частности возможного непонимания или неправильной интерпретации, обусловленных проведением ложных аналогий со своей культурой и менталитетом.

Таким образом, переводчику необходимо знание двух лингвокультур через систему интерлингвокультурных точек соприкосновения. Формирование и использование интерлингвокультурных фрагментов знания о таких точках предполагает особый, более осознанный и глубокий характер владения информацией, о чем пойдет речь далее.

Интерлингвокультурная осведомленность переводчика

Способность сознательно обращать внимание на языковую и культурную информацию, анализировать ее, выявлять специфические характеристики связана с понятием осведомленности (awareness). В зарубежных исследованиях выделяют виды осведомленности применительно к языковой и культурной информации, а также применительно к одному языку/культуре или паре.

Относительно языковой информации принято говорить о метаязыковой и межъязыковой видах осведомленности. Метаязыковую осведомленность определяют как «эксплицитные знания языковой структуры и способность намеренно/целенаправленно к ней обращаться» [23, C. 119], а также способность сознательно размышлять о языке, его природе и характеристиках, используя определенные навыки [53]. Межъязыковая осведомленность [41] распространяется на знания в двух или более языках и считается одним из ключевых типов осведомленности, характерных для мультилингвального владения языками наряду с метаязыковой.

Каким образом данные виды осведомленности обогащают языковые знания? Установлено, что метаязыковая осведомленность:

а) предполагает и развивает способность выявлять специфические характеристики языка и размышлять о них [22];

б) развивает способность анализировать использование языка в конкретных контекстах [18], [43];

в) способствует соотнесению языковых форм/структур с выражаемым смыслом [47];

г) предполагает способность ясно и внятно выражать результаты своих наблюдений и обнаруженные закономерности [14].

Такая осведомленность распространяется на все аспекты языка, в связи с чем предлагается выделять метафонологическую, метасинтаксическую и метаморфологическую, метасемантическую, метапрагматическую и метатекстовую виды осведомленности [35, C. 44], [18].

В свою очередь межъязыковая осведомленность способствует формированию:

а) особого, качественно своеобразного состояния языкового сознания индивида, являющегося результатом регулярного сравнения и сопоставления лингвистических кодов в практике овладения языками [15, C. 18];

б) развитию умения разделять языки, предотвращать размывание границ между ними и их смешение в восприятии человека, а также систематизации и упорядочивания знаний.

В целом, развитие метаязыковой и межъязыковой видов осведомленности качественно меняет характер знания и владения как иностранным, так и родным языками. Такие изменения прослеживаются в следующих аспектах:

а) приобретение нового знания как об изучаемом, так и родном языке [13, C. 176];

б) повышение чувствительности к языковым формам и их функциям [27], к деталям и структуре языка [56], обеспечение способности исправлять, анализировать и объяснять ошибки в использовании иностранного языка [53];

в) развитие механизмов контроля и избирательного внимания применительно к выбору, использованию и анализу языковых средств [22];

г) формирование более осознанного восприятия значений единиц Я2. Установлено, что владение неродным языком может характеризоваться «бессознательностью многих процессов», в частности при восприятии иноязычного слова происходит формирование более расплывчатого образа, т.к. «определенная часть слов связывается с более общими (более широкими) понятиями, чем настоящие» [3, C. 64-69];

д) повышение осознанности в родном языке [26], более четкое осознание и понимание его отдельных аспектов [25], возможность «увидеть свой язык как одну определенную систему среди многих других» [2];

е) развитие навыков перевода и способности к переключению [45]. Последние рассматриваются многими исследователями как «производные от металингвистических навыков», имеющих транслингвистичекий характер, т.е. не связанных с каким-то конкретным языком» [47].

Относительно культурной информации выделяют аналогичные виды осведомленности. Применительно к знанию одной культуры можно встретить термины:

1) метакультурная компетенция [54], [50], [59];

2) метакультурная осведомленность [24], [36], [55];

3) метакультурная чувствительность [31], [46].

Анализ их определений позволяет сделать вывод об их значительном сходстве.

Важность осознанности в восприятии иноязычной культуры не вызывает сомнения. Потребность в осознанности знания родной культуры может быть не столь очевидна вследствие иллюзии исчерпывающего ее понимания, однако ее важность подчеркивают многие исследователи [60], [49]. Во-первых, она обеспечивает способность осуществлять самоидентификацию, т.е. отнесение себя к определенной культурной общности и осознание своего места в спектре культур [11], способность «эффективно выражать и объяснять свои культурные представления»[54, C. 8-9]. О.Г Оберемко говорит о важности этнической идентификации, под которой понимается «осознание себя в качестве субъекта этнической общности, формирование определенного «мы-чувства» [8, C. 70]. Во-вторых, осознанность в восприятии своей культуры и ее анализ способствуют более внимательному отношению к элементам иноязычной культуры и более глубокому ее пониманию, в том числе благодаря выявлению сходств и различий.

Применительно к двум культурам используются понятия:

1) культурная осведомленность [57], [30], [19] (следует отметить, что данный термин используется некоторыми исследователями в значении метакультурной осведомленности);

2) межкультурная осведомленность [28], [20], [42], [55];

3) транскультурная осведомленность [37].

Метакультурная и межкультурная виды осведомленности так же как и метаязыковая/межъязыковая предполагают качественное изменение характера владения информацией об одной или нескольких культурах. В качестве ключевых аспектов следует отметить:

1) осознанный характер знания, в частности культурных сходств и различий [49], роли культурных аспектов в коммуникации [20]. Неслучайно межкультурную осведомленность рассматривают как когнитивный аспект межкультурной компетенции [28];

2) внимание глубинным аспектам культуры, таким как:

а) ценности, убеждения, восприятия [33];

б) поведение, ожидания, взгляды и ценности, мотивы действий и конкретных убеждений [30];

3) установление связи между культурой и языком, в частности культурно обусловленным мышлением и использованием языка [57], [29], знанием о культуре и выражаемым в сообщении смыслом [36];

4) формирование способности воспринимать конкретные явления с позиции представителя другой культуры, т.е. «децентрализации» [42], [60] и необходимых для этого навыков [19; 20]. Существует ряд терминов, целенаправленно акцентирующих внимание на данной способности: межкультурный тип мышления, межкультурная чувствительность [21]; культурная эмпатия [40];

5) акцент на деятельностном аспекте, т.е. способности применять культурные знания в реальной коммуникации гибко и с учетом контекста ситуации [20]. Аналогично предыдущему пункту можно отметить ряд терминов, акцентирующих внимание на данном аспекте: культурный интеллект [32]; метакультурная способность [44].

Таким образом, осведомленность представляет собой качественно иное владение информацией по сравнению со знанием и имеет принципиальное значение для межкультурного посредника. С одной стороны, развитие упомянутых видов осведомленности применительно к конкретным интерлингвокультурным точкам соприкосновения обогащает знание языковой или культурной информации, делает его более осознанным, эксплицитным, глубоким, личностно воспринятым и «присвоенным» и способствует его более эффективному функционированию и использованию в конкретных контекстах коммуникации.

С другой стороны, это способствует изменению личностного отношения к языкам и культурам, развитию чувствительности к их деталям и особенностям, формированию открытости другим ценностям, готовности их понимать, принимать и учитывать в своей коммуникативной деятельности. Само по себе знание языковой и культурной информации далеко не всегда приводит к подобным личностным трансформациям.

Кроме того, по мнению ряда исследователей, осведомленность тесно связана с механизмами интерпретации, играющими важную роль в процессе перевода. В частности, утверждается, что степень развития этих механизмов и общей способности к интерпретации зависит от уровня сформированности и «объема» осведомленности [58].

Для переводчика как для межъязыкового и межкультурного посредника важным является владение языковой и культурной информацией в их неразрывной связи, поэтому мы предлагаем говорить об интерлингвокультурной осведомленности переводчика, а упомянутые ранее виды осведомленности рассматривать как ее компоненты. Данную осведомленность мы определяем как систему интерлингвокультурных фрагментов знания о конкретных точках соприкосновения двух языков и культур, предполагающих осознанное владение языковой и культурной информацией, которая обеспечивает основу для принятия посреднических решений переводчика. В отличие от межъязыковой и межкультурной видов осведомленности интерлингвокультурная осведомленность переводчика предполагает интеграцию языковой и культурной информации, результатом чего является комплексное видение ситуации соприкосновения двух лингвокультур, на основе которого переводчик может принимать адекватные посреднические решения, позволяющие создать предпосылки для оказания необходимого коммуникативного эффекта на получателей перевода.

Выстраивание интерлингвокультурной осведомленности через систему интерлингвокультурных точек обеспечивает формирование осведомленности о них в двух языках и культурах (Я1/Я2 и К1/К2), сравнение и сопоставление в рамках межъязыковой/межкультурной осведомленности и в итоге формирование интерлингвокультурных фрагментов знания о конкретных явлениях в двух языках и культурах, т.е. на конкретном участке их соприкосновения, в результате которого «высвечиваются» их сходства, различия и уникальные элементы и характеристики.

Интерлингвокультурная осведомленность не появляется сама по себе, она требует целенаправленного формирования, а ее функционирование опирается на ряд установок, умений и личностных характеристик, которые будут описаны далее.

Психологические и методологические основы интерлингвокультурной осведомленности переводчика

На наш взгляд, в силу специфики условий осуществления переводческой деятельности, ее целей и потенциальных трудностей большое значение для переводчика имеют установки. Важность установок в осуществлении любой деятельности обусловлена тем, что они обеспечивают:

1) предрасположенность человека к восприятию и оценке конкретных событий или ситуаций определенным образом [12], [10]. Данная предрасположенность обеспечивает некую подготовленность человека к выполнению определенных действий и носит «досознательный» характер [1], т.е.:

а) функционирует автоматически на полусознательном уровне;

б) может обеспечивать активацию деятельности помимо участия эмоций и воли человека;

в) направляет деятельность человека, мобилизуя необходимые психические силы.

2) готовность к выполнению действий определенного характера в определенном направлении [12], [10], [1]. Такая готовность обеспечивается за счет «каузального» (побуждение к деятельности) и «целеподобного» аспектов установки, которые закладывают общую проспективную неразвернутую модель будущей деятельности [4];

3) устойчивый целенаправленный характер протекания деятельности [6].

В контексте формирования и реализации интерлингвокультурной осведомленности переводчика нам кажется необходимым обозначить следующие установки:

1) установка на «замечание», выявление, внимательное отношение к языковым и культурным явлениям;

2) установка на выяснение и сбор всей необходимой языковой/культурной информации;

3) установка на объективность, непредвзятость суждений о языковых и культурных явлениях.

С установками тесно связаны вопросы, которые должен задавать себе переводчик на разных этапах своей деятельности и которые мы предлагаем называть профессиональными переводческими вопросами. Они задают нужное направление мысли переводчика и обеспечивают осмысленное применение навыков и умений на фоне понимания переводчиком целей и задач в конкретной ситуации. Их можно рассматривать как вербализацию установок, их конкретизацию применительно к определенному переводческому контексту, его целям и задачам.

При работе с языковыми средствами важно задавать себе следующие вопросы:

а) «что», «с какой целью» говорится и «как» говорится, т.е. какие языковые средства используются для выражения определенного смысла в конкретном контексте?

б) в чем специфика значения и употребления данных языковых средств?

в) какие существуют способы передачи данного смысла в другом языке? Что различает/объединяет данные языковые средства в двух языках по форме/значению/употреблению?

Ключевые переводческие вопросы относительно культурной информации могут быть сформулированы следующим образом:

а) что означает данное культурное явление для носителей языка? Какую роль в культуре оно играет?

б) какие ценности/убеждения/атрибуты/традиции и пр. ассоциируются с ним?

в) какое отражение находит данное культурное явление в языке, поведении, мышлении, ассоциациях представителей данной культуры и каким образом?

г) имеются ли у данного явления аналоги/параллели в другой культуре? Если явление уникально, то чем обусловлено его происхождение, существование?

д) понятны ли представителям другой культуры поведение (в том числе и языковое), ассоциации, стереотипы, связанные с данным явлением у носителя данной культуры? Почему?

Успешные действия в направлении, заданном установками и профессиональными переводческими вопросами, обеспечиваются владением и использованием соответствующих умений. К числу таких умений мы предлагаем относить следующие.

1. Умение идентификации – умение замечать, акцентировать внимание на языковых и культурных явлениях, их специфических характеристиках.

2. Умение сбора информации относительно выявленных языковых/культурных явлений, подбора и грамотной работы с соответствующей справочной литературой.

3. Умение анализа и дифференциации – умение анализировать специфические характеристики языковых/культурных явлений, сопоставлять их со сходными им (при наличии) в рамках другого языка/культуры, выявлять сходства и различия, уникальные явления, присущие только одному языку/культуре.

4. Умение контекстуализации – соотнесение языковых/культурных явлений с определенным фрагментом действительности, контекстом функционирования.

5. Умение функционализации – соотнесение языковых/культурных явлений и их функции в конкретном контексте, выражаемым смыслом и целью коммуникации, оказываемым коммуникативным эффектом.

6. Умение межъязыкового соотнесения – подбор коммуникативно равноценных соответствий в двух языках, поиск аналогичных языковых/культурных явлений, способов передачи заданного смысла на другом языке.

7. Умение интеграции – обобщение и систематизация новой информации, ее интеграция в систему уже имеющихся знаний, закрепление ее в памяти.

Немаловажное значение для эффективного функционирования интерлингвокультурной осведомленности имеют навыки управления языковыми и культурными знаниями [39]. Мы полагаем, что управление языковыми и культурными знаниями предполагает их расширение и организацию. К умениям расширенияязыковых и культурных знаний переводчика можно отнести:

а) умение идентификации пробела в своих знаниях;

б) умение использования соответствующих приемов для расширения языковых и культурных знаний;

в) умение подбора соответствующих источников информации и работы с ними;

г) умение идентификации в языковом материале языковых средств/культурной информации в соответствии с обозначенными потребностями;

д) умение проявлять внимание к случайной информации;

е) умение «выравнивания» знаний в двух языках/культурах в рамках определенных тематических областей.

Организация языковых знаний осуществляется с опорой на:

а) умение систематизации знаний в одном/двух языках и культурах в рамках определенной предметной области/описания фрагмента действительности;

б) умение составления и ведения двуязычных глоссариев.

Адекватное формирование и функционирование интерлингвокультурной осведомленности невозможны без опоры на соответствующие личностные характеристики:

а) способность видеть, понимать и принимать различия;

б) заинтересованность в сборе исчерпывающей информации относительно конкретного языкового/культурного явления;

в) толерантность к новому/непривычному и непредвзятость суждений;

г) уважительное отношение и интерес к языкам и культурам и их особенностям.

Обобщая все вышесказанное, можно представить интерлингвокультурную осведомленность переводчика в виде модели (Рис. 1):

Рис. 1 – Модель интерлингвокультурной осведомленности переводчика

Формирование интерлингвокультурной осведомленности является результатом формирования и функционирования метаязыковой и метакультурной видов осведомленности в двух языках и культурах, их взаимодействия в рамках межязыковой/межкультурной осведомленности с опорой на обозначенные установки, профессиональные вопросы, умения и личностные характеристики. При этом между метаязыковой и метакультурной видами осведомленности в каждой отдельной лингвокультуре устанавливается связь в двух направлениях:

1) от языковых явлений к культурным факторам, обусловливающим их (менталитет, ценности, убеждения и пр.);

2) от культурных явлений к их отражению в языке.

Интерлингвокультурные фрагменты знания не отражены в структуре модели как отдельные элементы, поскольку являются содержанием интерлингвокультурной осведомленности. Система интерлингвокультурных точек соприкосновения является каркасом, вокруг которого выстраивается формирование интерлингвокультурной осведомленности (в структуре модели они соединены стрелками).

Заключение

В силу специфики посреднической переводческой деятельности переводчику необходимо взаимосвязанное и осознанное владение двумя языками и культурами. Первое может быть достигнуто через систему интерлингвокультурных точек соприкосновения двух языков и культур и интерлингвокультурных фрагментов знания о них. Второе предполагает формирование интерлингвокультурной осведомленности, обеспечивающей осознанный характер интерлингвокультурных фрагментов знания о точках соприкосновения двух языков и культур.

Формирование и функционирование интерлингвокультурной осведомленности переводчика обеспечивается набором установок, профессиональных переводческих вопросов, умений и личностных характеристик, учет которых необходим в процессе профессиональной подготовки переводчиков.

Целенаправленная работа по формированию интерлингвокультурной осведомленности должна быть неотъемлемым элементом профессиональной подготовки переводчика, которая может осуществляться как на занятиях по переводу, так и в процессе иноязычной подготовки. Это может усилить профессиональную ориентированность и значительно повысить качество подготовки переводчиков.

Конфликт интересов 

Не указан. 

Conflict of Interest 

None declared. 

Список литературы

  • Алхазишвили А.А. Основы овладения устной иностранной речью / А.А. Алхазишвили. – Москва: Просвещение, 1988. – 128 с.

  • Выготский Л.С. К вопросу о многоязычии в детском возрасте / Л.С. Выготский // Умственное развитие детей в процессе обучения. – Москва : Учпедгиз, 1935. – С. 53–72.

  • Завьялова М.В. Исследование речевых механизмов при билингвизме (на материале ассоциативного эксперимента с литовско-русскими билингвами) / М.В. Завьялова // Вопросы языкознания. – 2001. – № 5. – С. 60–85.

  • Иосебадзе Т.Т. Проблема бессознательного и теория установки школы Узнадзе / Т.Т. Иосебадзе, Т.Ш. Иосебадзе // Бессознательное. Природа, функции, методы исследования. Том 4. – Тбилиси : Мецниереба, 1985. – C. 36–55.

  • Комиссаров В.Н. Современное переводоведение. Учебное пособие / В.Н. Комиссаров. – Москва : ЭТС, 2002. – 424 с.

  • Краткий психологический словарь / Подобщей ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского; ред.-составитель Л.А. Карпенко. – Москва : Политиздат, 1985. – 431 с.

  • Латышев Л.К. Перевод: проблемы теории, практики и методики преподавания: кн. для учителя шк. с углубл. изуч. нем. Яз / Л.К. Латышев. – Москва : Просвещение, 1988. – 160 с.

  • Оберемко О.Г. Межэтническая коммуникация в профессиональной подготовке специалиста-переводчика (Теоретико-методологические основания исследования) / О.Г. Оберемко. – Нижний Новгород: НГУ им. Н.И. Лобачевского, 2000. – 188 с.

  • Сдобников В.В. Теория перевода (учебник для студентов лингвистических вузов и факультетов иностранных языков) / В.В. Сдобников, О.В. Петрова. – Москва : АСТ, 2006. – 448 с.

  • Степанов О.В. Социология права: учеб. пособие для вузов / О.В. Степанов, П.С. Самыгин. – Ростов-на-Дону : Феникс, 2006. – 285 с.

  • Сысоев П.В. Язык и культура: в поисках нового направления в преподавании культуры страны изучаемого языка / П.В. Сысоев // Иностранные языки в школе. – 2001. – № 4. – С. 12–18.

  • Узнадзе Д.Н. Психология установки / Д.Н. Узнадзе. – Санкт-Петербург : Питер, 2001. – 414 с.

  • Цветкова Т.К. Теоретические основы построения курса обучения английскому языку как языку межкультурного общения / Т.К. Цветкова // Актуальные проблемы межкультурной коммуникации: сборник научных трудов. Вып. 444. – Москва: МГЛУ им. М. Тореза, 1999. – С. 170–180.

  • Шахнарович А.М. К проблеме онтогенеза грамматики / А.М. Шахнарович // Речевое и психологическое развитие дошкольников. – Москва, 1998. – С. 29–36.

  • Щепилова А.В. Теория и методика обучения французскому языку как второму иностранному: учебное пособие / А.В. Щепилова. – Владос, 2005. – 245 с.

  • Agar M. Language shock: Understanding the culture of conversation / M. Agar. – New York : William Morrow, 1994. – 288 p.

  • Agar M. Culture: Can you take it anywhere? / M. Agar // International Journal of Qualitative Methods. – 2006. – Vol. 5. – № 2. – P. 1–12.

  • Andrews S. Why do L2 teachers need to ‘know about language’? Teaching metalinguistics awareness and input for learning / S. Andrews // Language and Education. – 1999. – Vol. 13. – № 3. – P. 161–177.

  • Baker W. Intercultural awareness and intercultural communication through English: An investigation of Thai English language users in higher education. (Unpublished doctoral dissertation) / W. Baker. – University of Southampton, 2009. [Electronic resource] URL: http://eprints.soton.ac.uk (acsessed 21.01.2022).

  • Baker W. Intercultural awareness: Modeling an understanding of cultures in intercultural communication through English as a lingua franca / W. Baker // Language and Intercultural Communication. – 2011. – Vol. 11. – № 3. – P. 197–214.

  • Bennett J.M. Developing intercultural sensitivity / J. M. Bennett, M. J. Bennett // Handbook of Intercultural training. – 2003. – P. 147–165.

  • Bialystok E. Levels of bilingualism and levels of linguistic awareness / E. Bialystok // Developmental psychology. – 1999. – Vol. 24. – P. 560–567.

  • Bialystok E. Cognitive and Linguistic Processing in the Bilingual Mind / E. Bialystok, F.I.M. Craik // Current Directions in Psychological Science. – 2010. – Vol. 19. – P. 119–123.

  • Bialystok E. Emerging bilingualism: Dissociating advantages for metalinguistic awareness and executive control / E. Bialystok, R. Barac // Cognition. – 2012. – Vol. 122. – № 1. – P. 67–73. DOI: 10.1016/j.cognition.2011.08.003.

  • Bolitho R. Ten questions about language awareness / R. Bolitho, R. Carter, R. Hughes et al. // ELT Journal. – 2003. – Vol. 57. – № 3. – P. 251–259.

  • Brooks-Lewis K.A. Adult Learners’ Perceptions of the Incorporation of their L1 in Foreign Language Teaching and Learning / K.A. Brooks-Lewis // Applied Linguistics. – 2009. – Vol. 30. – № 2. – P. 216–235.

  • Carter R. Language awareness / R. Carter // ELT Journal. – 2003. – Vol. 57. – P. 64–65.

  • Chen G.-M. Intercultural communication competence: A synthesis / G.-M. Chen, W.J. Starosta // Annals of the International Communication Association (formerly Communication Yearbook 19). – 1996. – Vol. 19. – P. 353–383.

  • Chiu C.Y. Cross-Cultural Competence: Theory, Research, and Application / C.Y. Chiu, C. Ward, D. Marsumoto // Journal of Cross-Cultural Psychology. – 2013. – Vol. 44. – № 6. – P. 843–848. DOI:10.1177/0022022113493716.

  • Cortazzi M. Cultural mirrors: Materials and methods in the EFL classroom / M. Cortazzi, L. Jin // Culture in second language teaching and learning. – Cambridge University Press, 1999. – P. 196–219.

  • Dobinson T. Out of Asia: learning re-examined, teacher education re-configured / T. Dobinson // Asia Pacific Journal of Education. – 2012. – Vol. 32. – № 2. – P. 167–179.

  • Earley P.C. Cultural Intelligence: Individual Interactions Across Cultures / P.C. Earley, S. Ang. – Stanford Business Books, 2003. – 424 p.

  • Gashi L. Intercultural Awareness Through English Language Teaching: The Case of Kosovo / L. Gashi // Interchange. – 2021. – Vol. 52. – P. 357–375.

  • Gitterman A. The influence of the organization on clinical practice / A. Gitterman, I. Miller // Clinical Social Work Journal. – 1989. – Vol. 17. – № 2. – P. 151–164. DOI:10.1007/BF00756142.

  • Gombert J.E. Metalinguistic development in first language acquisition / J.E. Gombert // Knowledge about language. – Kluwer Academic Publishers, 1997. – P. 43–50.

  • Gottlieb M. Language Power: Key Uses for Accessing Content / M. Gotlieb, M. Castro. – Corwin Press, 2017. – 296 p.

  • Hadas J. Developing transcultural awareness as a basis for intercultural dialogue: between theory and pedagogical reflection / J. Hadas // World in Dialogue. Intercultural Problems in the Religious, Economic, Communication and Educational Contexts. – Poznań, 2016. – P. 121–138.

  • Hall E.T. The Silent Language / E.T. Hall. – New York : Doubleday, 1959. – 240 p.

  • Herdina P.A dynamic model of multilingualism: perspectives of change in psycholinguistics / P. Herdina, U. Jessner. –Clevedon : Multilingual Matters, 2002. – 182 p.

  • Ivey A.E. Counseling and Psychotherapy: A Multicultural Perspective / A.E. Ivey, M.B. Ivey, L. Simek-Morgan. – Boston : Allyn and Bacon, 1997. – 374 p.

  • Jessner U. A DST model of multilingualism and the role of metalilnguistic awareness/ U. Jesner // The Modern Language Journal. – 2008. – № 92. – P. 270–283.

  • Korzilius H. A Longitudinal Study on Intercultural Awareness and Foreign Language Acquisition in the Netherlands / H. Korzilius, A. Hooft, B. Planken // Journal of Intercultural Communication. – 2007. – Vol. 15. – P. 76–105.

  • Kuile T. Bilingual education, metalinguistic awareness, and the understanding of an unknown language / T. Kuile, M. Weldhuis // Language and Cognition. – 2010. – Vol. 14. – № 2. – P. 233–242.

  • Leppihalme R. Culture bumps: An empirical approach to the translation of allusions / R. Leppihalme. – Clevedon and Philadelphia : Multilingual Matters, 1997. – 353 p.

  • Lightbown P.M. Focus-on-form and corrective feedback in communicative language teaching / P.M. Lightbown, N. Spada // Studies in Second Language Acquisition. – 1990. – Vol. 12. – № 4. – P. 429–448.

  • Louie K. Gathering cultural knowledge: useful or use with care? / K Louie // Teaching international students. – London : Routledge, 2005. – P. 17–25.

  • Malakoff M. Translation skill and metalinguistic awareness in bilinguals / M. Malakoff, K. Hakuta // Language processing and language awareness. – New York : Oxford University Press, 1991. – P. 141–166. DOI: 10.1017/CBO9780511620652.009.

  • Malmkjær K. What is translation competence? / K. Malmkjær // Revue française de linguistique appliqué. – 2009. – Vol. XIV. – P. 121–134.

  • Maschi R. Forensic social work: Psychosocial and legal issues across diverse populations and settings / R. Maschi, G.S. Leibowitz. – New York : Springer, 2018. – 560 p.

  • Ochoa G.G. The importance of cultural conceptualizations and metacultural competence in developing cultural literacy / G.G. Ochoa, N. Normand-Marconnet, S. McDonald // International Journal of Language and Culture. – 2020. – Vol. 7. – № 2. – P. 241–25.

  • Peeters B. Language and Cultural Values: Towards an applied ethnolinguistics for the foreign language classroom / B. Peeters // Cross-culturally speaking, speaking cross-culturally. – Newcastle upon Tyne : Cambridge Scholars Publishing, 2013. – P. 231–259.

  • Risager K. Languaculture as a key concept in language and culture teaching / K. Risager // The consequences of mobility. – Roskilde : Roskilde University, 2005. – P. 185–196.

  • Roehr K. Metalinguistic Knowledge and Language Ability in University-Level L2 Learners / K. Roehr // Applied Linguistics. – 2007. – Vol. 29. – № 2. – P. 173–199.

  • Sharifian F. Globalisation and developing metacultural competence in learning English as an international language / F. Sharifian // Multilingual Education. – 2013. – Vol. 3. – № 7. – P. 1–11.

  • Smirnova U.V. Transcultural approach to teaching foreign languages: a Russian perspective / U. V. Smirnova // European Proceedings of Social and Behavioural Sciences. – 2020. – P. 912–921 DOI:10.15405/epsbs.2020.11.03.96.

  • Thomas J. The role played by metalinguistic awareness in second and third language learning / J. Thomas // Journal of Multilingual and Multicultural Development. – 1988. – Vol. 9. – P. 235–246.

  • Tomalin B. Cultural awareness / B. Tomalin, S. Stempleski. – Oxford University Press, 2013. – 168 p.

  • Vakhovska O. Language, culture, and image-driven interpretations in translation: A case for the university translation classroom in Ukraine / O. Vakhovska, O. Isaienko // Amazonia Investiga. – 2021. – Vol. 10. – № 47. – P. 240–249. DOI: 10.34069/AI/2021.47.11.25.

  • Xu Zh. Developing Metacultural Writing Competence for Online Intercultural Communication: Implications for English Language Teaching / Zh. Xu // TESL-EJ. – 2017. – Vol. 20. – № 4.

  • Zhu H. From Intercultural Awareness to Intercultural Empathy / H. Zhu // English Language Teaching. – 2011. – Vol. 4. – № 1. – P. 116–119.