Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217, 16+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2020.99.9.052

Скачать PDF ( ) Страницы: 81-84 Выпуск: № 9 (99) Часть 2 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Тойчиев М. Т. МОДАЛЬНОСТЬ В ВИРТУАЛЬНОЙ МОДЕЛИ ДВИЖЕНИЯ МЫСЛИТЕЛЬНОЙ ЭНЕРГИИ / М. Т. Тойчиев // Международный научно-исследовательский журнал. — 2020. — № 9 (99) Часть 2. — С. 81—84. — URL: https://research-journal.org/languages/modalnost-v-virtualnoj-modeli-dvizheniya-myslitelnoj-energii/ (дата обращения: 27.10.2020. ). doi: 10.23670/IRJ.2020.99.9.052
Тойчиев М. Т. МОДАЛЬНОСТЬ В ВИРТУАЛЬНОЙ МОДЕЛИ ДВИЖЕНИЯ МЫСЛИТЕЛЬНОЙ ЭНЕРГИИ / М. Т. Тойчиев // Международный научно-исследовательский журнал. — 2020. — № 9 (99) Часть 2. — С. 81—84. doi: 10.23670/IRJ.2020.99.9.052

Импортировать


МОДАЛЬНОСТЬ В ВИРТУАЛЬНОЙ МОДЕЛИ ДВИЖЕНИЯ МЫСЛИТЕЛЬНОЙ ЭНЕРГИИ

МОДАЛЬНОСТЬ В ВИРТУАЛЬНОЙ МОДЕЛИ ДВИЖЕНИЯ МЫСЛИТЕЛЬНОЙ ЭНЕРГИИ

Научная статья

Тойчиев М.Т.*

Хорогский государственный университет им.М.Назаршоева, Хорог, Республика Таджикистан

* Корреспондирующий автор (shaa-merchem[at]list.ru)

Аннотация

Автор в статье пытается исследовать вопрос о языковой модальности с физико – математической точки зрения исходя из аналогичности среды функционирования мыслительной энергии с релятивистской, которую также характеризуют неохватная бесконечность и безграничная скорость. Впервые предложен способ осмысления дискуссионных вопросов лингвистики, связанных с сущностными характеристиками модальности, модуса и диктума через аналогию с понятиями физики и математики. В частности, общеизвестная формула Эйнштейна находит непосредственное применение для объяснения природы такого сугубо лингвистического явления как языковая модальность. По мнению автора, диктум и модус не могут рассматриваться раздельно и это является подтверждением тезиса великого русского лингвиста Пешковского А.М. о том, что модальность выражает отношение говорящего к той связи, которую он устанавливает между содержанием высказывания и действительностью.

Ключевые слова: модальность, модус, время, движение, мыслительная энергия, релятивистская среда, теория оносительности.

MODALITY IN THE VIRTUAL MODEL OF COGITATIVE ENERGY IN MOTION

Research article

Toichiev M.T. *

Khorog State University named after M. Nazarshoev, Khorugh, the Republic of Tajikistan

* Corresponding author (shaa-merchem[at]list.ru)

Abstract

The author attempts to investigate the issue of language modality from a physical and mathematical standpoint based on the similarity of the functioning environment of the cogitative energy with the relativist one, which is also characterized by the non-encompassing infinity and unlimited speed. For the first time, a method of understanding the debatable linguistic issues related to the essential characteristics of modality, mode, and dictum is proposed through an analogy with physical and mathematical notions. In particular, the well-known Einstein formula can be directly applied to explain the nature of such a purely linguistic phenomenon as language modality. The author believes that dictum and mode cannot be considered separately, and this confirms the thesis of the great Russian linguist A.M. Peshkovsky that modality expresses the speaker’s attitude to the connection they establish between the content of the utterance and the reality.

Keywords: modality, mode, time, motion, cogitative energy, relativist environment, the theory of relativity.

Считается, что автором концепции, на которой базируется трактовка языковой модальности в современном её виде был швейцарский лингвист Шарль Балли, хотя учёными приводятся факты и о том, что таковым на самом деле являлся средневековый французский схоласт Пьер Абеляр (XI-XII в.в.) [1, С. 225]. Согласно этой концепции, высказывание состоит из двух частей, называемых: диктум и модус, первая из которых представляет собой объективное высказывание, а вторая – личную оценку этого высказывания со стороны говорящего [2, С. 69-82]. Некоторые учёные суть данной концепции сводят к более ёмкой формуле: диктум – это то, что сказано, модус- это то, как сказано говорящим [3]. Считаем, что такая формулировка точнее отражает положение вещей: если вопрос «что?» предполагает констатацию, то вопрос «как?» предполагает интерпретацию, которая реализуема в любом аспекте и под любым углом зрения. С этим обстоятельством, на наш взгляд, связана многоплановость категории модальности, что и предопределило возникновение широкого спектра интерпретаций её сущностной характеристики. Нет единого мнения по вопросу о том, что’ является определяющим фактором при фиксировании соотнесённости высказывания с действительностью – дискуссии начинаются уже на этой – самой начальной стадии осмысления проблемы. «Различия в понимании модаль­ности состоят в том, что объем этого понятия и охват им языковых явлений не совпадают в концепциях разных авторов…» [4, С.25].

Правда, часть современных исследователей убеждена в том, что « за достаточно большой период (более 60 лет) в этой области учёными сделано весьма много, в том числе установлены содержательный объём и средства её выражения » [5, С.7], и, что « одним из главных итогов развития теории модальности в лингвистике можно считать выявление всеобъемлющего характера данной категории по отношению к языку…» [6, С.180]. Другие исследователи признают, однако, что «в практике лингвистических исследований границы употребления термина «модальность» утратили определённость. Трактовка модальности в современной лингвистике необычайно широка, трудно назвать даже двух авторов, которые понимали бы модальность одинаково» [7, С. 67]. Некоторые исследователи более категоричны в своих оценках, утверждая, что всё-ещё «не выработано представление о сущности модальности как таковой» [8, С. 58]. Все эти и многие другие мнения подобного содержания, относящиеся к новейшему времени и отражающие реальное положение дел на данный момент свидетельствуют о высшей степени сложности проблемы адекватной интерпретации (языковой) модальности. И это доказывает, на наш взгляд, факт того, что до сих пор не найден требуемый подход к этой проблеме. Расхождение во взглядах на сущность языковой модальности влечёт за собой различие и в толковании категориальной принадлежности этого понятия. Исследователи относят её к разным: грамматической, синтаксической, семантической, функционально – семантической, прагматической, понятийной, коммуникативно – семантической категориям. На сегодняшний день более или менее обобщённым признается определение, согласно которому модальность – это “функционально-семантическая категория, выражающая разные виды отношения высказывания к действительности и разные виды субъективной квалификации сообщаемого»
[9, С. 303]. Принято рассматривать модальность, расчленяя её на объективную и субъективную составляющие:

-объективная модальность выражает отношение сообщаемого к действительности в плане реальности (осуществляемости и осуществлённости) и ирреальности (неосуществлённости) – такой признак обязательно наличествует в любом предложении;

– субъективная модальность представляет собой отношение говорящего к сообщаемому, что указывает на факультативность (необязательность) данного признака для предложения.

Следует отметить, что существуют две точки зрения, подвергающие сомнению саму состоятельность такого разделения. Причём они аргументируются с полярно противоположных позиций:

1) модальность объективна «… поскольку все отношения, выражаемые категорией модальности, являются объективными; ибо они, как и прочие познанные человеком отношения действительности, обобщены в процессе речевой практики, объективированы в языке” [10, С. 56];

2) модальность субъективна., т.к. «все языковые процессы осуществляются с точки зрения коллективного языкового сознания, в конечном счете – с точки зрения говорящего» [11, С. 7], т.е. оспаривается факультативность признака субъективности высказывания. Исследователи, представляющие данную точку зрения исходят из того, что говорящий «не может никак не выражать своего отношения к сообщению…» [12, С. 131].

Нам представляется, что проблема связана с разницей в понимании объективности полемизирующими сторонами. Сторонники традиционного подхода (сторонники членения модальности на объективную и субъективную составляющие) объективность понимают как существование «вне нас как объект» [13, С. 1086]. Смысл же вкладываемый в это понятие их оппонентами связан с признаком «непредвзятого и беспристрастного» [13, С. 1086].

Интерпретация субъективного всегда была делом проблематичным и её необходимостью обусловливалось, помимо прочего, и «стремление объяснить мир образов, идей, представлений законами и категориями физического мира» [14, С. 90]. По нашему мнению, проблематичность объяснения языкового (речевого) мира связана с тем, что его невозможно исследовать кроме как фрагментарно т.к. у лингвиста нет инструментария, который позволил бы наблюдать языковые явления в едином охвате (в процессе, в скорости) как например, оперирует математик при обращении с явлениями объективного мира. Бесспорно, познавательные сущности лингвистики и математики несопоставимы; параметрами языкового процесса являются такие понятия, как волеизъявление, желание, предположение…и.т.д. (т.е. субъективное: воображаемо, виртуально, абстрактно), тогда как математик имеет дело с такими понятиями как длина, высота, частота…и.т.д. (т.е. объективное: осязаемо, наблюдаемо, исчисляемо). В то же время такое сопоставление не лишено элемента общности: лингвист, также как и математик, оперирует понятиями, связанными с изменением т.е. движением, которое имеет место быть во времени – общем для всего сущего измерении. Это обстоятельство, на наш взгляд, позволяет взглянуть на такое сугубо лингвистическое явление, как языковая модальность с точки зрения математики. Ш.Балли принадлежит изречение «модальность – душа предложения», к которому ныне обращаются настолько часто, что стало почти крылатым и с ним ассоциируется его имя, как автора концепции модальности, иногда его даже называют «модальным брендом» [15, С. 6]. Безусловно в этом высказывании слово «душа» – метафора, но представляется, что идея такой метафоры была отнюдь не спонтанной, т.к. Ш.Балли свою концепцию о диктуме и модусе строил в основном на принципах учения средневековых философов – модистов, у которых « модус – это образ языка, данный Богом Человеку…» [12, С. 143]. Это обстоятельство позволяет заключить, что под словом «душа» имелось в виду не что иное, как аристотелевская энтелехия [16, С.180], которая впоследствии стала интерпретироваться как «внутренняя жизнь человека, придающая активность и целенаправленность его поведению и деятельности» [17, С. 554]. И здесь возникает интригующий вопрос: «а что, если посмотреть на модус с точки зрения физического мира?» Такая постановка вопроса предполагает необходимость применения аналогии, которая, как известно, является одним из методов научного познания. Поскольку «модус – мыслительная операция, проводимая субъектом…» [1, С. 225], он в принципе может рассматриваться с точки зрения физики как некое энергетическое состояние системы (конкретно – головного мозга, генерирующего мысль), или обобщённо – как энергия мысли (операция=движение=энергия); такой подход известен в психолингвистике и применён в исследованиях, в частности Т.М. Рогожниковой; допускается материальность мысли, которая рассматривается «как сверхтонкое состояние материи, обладающее энергией преодоления времени и пространства» [18, С. 9] и при этом обнаруживается что «…мысль резко теряет скорость и энергию, воплощаясь в слове. Слово, приобретая или “увеличивая” вещество и пространство, т.е. переходя в другое состояние материи, утрачивает характеристики прежнего измерения. Но остается “нечто”, позволяющее осуществлять вновь и вновь этот таинственный переход.» Это «нечто» Т.М. Рогожникова называет «энергией связи» [18, С. 9]. Дальнейшее рассмотрение вещей в подобном ключе неизбежно привело бы к учёту факта аналогичности среды функционирования такой энергии с релятивистской [19,
С. 526], которую также характеризуют неохватная бесконечность и безграничная скорость (здесь о «безграничности» – метафора, на самом деле общеизвестен предел, до которого можно ускорить движение любого тела: это – скорость света в вакууме, величина которой для лингвистики в целом и для данного случая в частности, – смысла не имеет). Следовательно в качестве аналога «энергии связи», среди прочих видов энергий ( кинетическая, потенциальная, электромагнитная и.т.д.) должна быть выбрана энергия, рассматриваемая в теории относительности (предвидя скепсис читателя относительно уместности такого сопоставления сразу оговоримся, что физические понятия, рассматриваемые теорией относительности, как инерциальная система отсчёта, поле тяготения и. т. д. не станем учитывать с точки зрения аналогии, нам важен принцип аналогии, который обусловлен фактом общности физического времени для всего сущего т.е. объективного и виртуального миров) [19, С. 519-532] . Тогда знаменитая формула Эйнштейна E : = mc² (1) приобретает такую интерпретацию: m –модальность, с – скорость света в вакууме, которая для нашего случая принимается равной скорости мыслительной операции среднестатистического человека, т.к. когнитивные способности у людей различны в зависимости от возраста, состояния здоровья и.т.д. Чтобы объяснить букву m, приходится написать ещё одну формулу по аналогии с формулой, показывающей мощность как производную от энергии по времени [19, С.60 ] : m= dР/t (2). Буква d математически означала бы здесь приращение, т.е. величину, на которую увеличивается переменная величина Р [20, С. 329]. Но в нашем случае dэто то, что модифицирует тип соответствующего модуса (желание, предположение, приказание и.т.д.), актуализируемого в процессе речевого (коммуникативного) акта. Буква t обозначает реально – физическое время, в котором объективное и субъективное пребывают в равнозначном статусе. Обозначение P соответствует пропозиции, сущность которой выражается формулой: Р=М(m’) (3), где в свою очередь М означает мысленное представление. Ядром этой формулы является переменная m(от которой зависима пропозиция как функция), соответствующая модусу. Подчёркиваем, что здесь слово модус – обобщающий термин, под которым следует понимать вообще разум, рассудок, интеллект, то есть, в терминах Ш.Балли и других схоластов средневековья – ту часть души (если можно было бы дифференцировать её функциональные свойства), что делает речь связной, членораздельной, осмысленной. Обозначением mолицетворяется также мотивация, на границе между которой «и семантико-грамматическим программированием высказывания… по всей видимости, «срабатывает» модальность. Именно на этой фазе говорящий субъект принимает решение, к какому из планов (реальности / ирреальности) следует отнести содержание сообщаемого, и какую субъективную оценку («окраску») придать этому сообщению» [21, С. 21]. Основываясь на формулах (1), (2) и (3) можем утверждать, что диктум и модус выступают как одно целое, точнее, первое являет собой сущность, «содержимое» второго т.е. модальность «обозначает прежде всего отношение говорящего к той связи, которую он устанавливает» [22, С. 86] между содержанием высказывания и действительностью. В дальнейшем сопоставлении можно провести параллель между высказыванием (речевым актом, текстом и.т.д.) и тем, что называется в теории относительности событием, которое описывается посредством, помимо прочего, и таких параметров как «абсолютно будущее», «абсолютно прошлое», «причинно-следственные связи» [19, С. 519-523] и.т.д. Если бы удалось каким-то образом решить эту практически невыполнимую задачу математического описания ментально-языковых процессов, то полагаем, что были бы востребованы производные высшего порядка (производная от производной) для характеристики более усложнённых форм проявления модальности при неявном выражении смысловых оттенков, как, например, номинативные предложения, синтаксические фразеологизмы и.т.д. Вышеизложенное, на наш взгляд, очередной раз показывает, почему «… все чаще высказывают сомнение в том, что лингвистический аппарат вполне пригоден для описания мира.» [14, С. 96]. В такой ситуации обнаруживается необходимость в применении междисциплинарного подхода к исследованиям языковой модальности т.е. в привлечении опыта и знаний в области не только логики, психологии, культурологии, но и физики.

Конфликт интересов

Не указан.

Conflict of Interest

None declared.

Список литературы / References

  1. Селезнёва Т.А. К проблеме логико-философских истоков языковой модальности /Т.А. Селезнёва // Вестник МГИМО Ун-та.-2013.-№2(29).-С.225-227
  2. Балли Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка / Ш.Балли. – М.: Эдиториал УРСС, 2001.-416с.
  3. Москвичева С.А. Новые тенденции развития лингвистической мысли в Европе и России: учебное пособие/С.А.Москвичева. – М.: РУДН, 2008.-108с.
  4. Чибук А.В. Функционально-семантическое поле предположения в немецком и русском языках (сопоставительный аспект) : диссертация /А.В.Чибук. -Екатеринбург,2004.-226с.
  5. Большой энциклопедический словарь. Языкознание / ред.кол. Н.Д.Арутюнова, В.А.Виноградов, В.Г.Гак [и др.]; гл.ред. В.Н.Ярцева.- М.: НИ Большая росийская энциклопедия,1998.-688с.
  6. Ваулина С.С.Модальность как коммуникативная категория: некоторые дискуссионные аспекты исследования/С.С.Ваулина// Вестник Бал- тийского фед. ун-та.-2013.-Вып.8.-С.7-12.
  7. Буралова, Р.А. Категория модальности и целеустановка/Р. А. Буралова //Известия Чечен. гос. пед. инст.-2009.-№1.-С.179-188.
  8. Бондарко А.В.Теория функциональной грамматики. Темпоральность. Модальность /А.В. Бондарко, Е.И.Беляева, Л.А.Бирюлин, Е.Е.Корди [и др]. – Л: Наука,1990.-262с.
  9. Мёдова А.А. К проблеме бытования понятия «модальность» в совре- менном гуманитарном и философском знании / А.А.Мёдова// Вестник Томского гос. ун-та . -2012.-№356.-С.53-57.
  10. Васильев Л. М. Модальные слова в их отношении к структуре предложения / Л. М. Васильев // Синтаксис и интонация : уч. записки. выпуск № 2, сер. «Филологические науки». – 1973. – № 25. – с. 55–60.
  11. Солганик Г.Я. Очерки модального синтаксиса: монография / Г.Я.Солганик. – М.:Флинта: Наука, 2010. – 136с.
  12. Краснова Т.И. Субъективность-модальность (материалы активной грамматики) / Т.И. Краснова.-СПб.: Изд-во СПбГУЭФ, 2002.-189.
  13. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка /С.И.Ожегов, Н.Ю. Шведова.-М.: А ТЕМП, 2006.-2296с
  14. Пищальникова В.А. Проблемы современной психолингвистики (обзор)/ В.А.Пищальникова//Социальные и гуманитарные науки.-2006.-№3.-С.80-118.
  15. Ваулина С.С. Модальность как научный феномен : вместо предисловия/ С.С.Ваулина//Категория модальности в речевой коммуникации : сборник научных трудов; ред. И.Ю.Кукс.-Калининград, 2016.-С.6-9.
  16. Философский энциклопедический словарь / редкол.: Л.Ф.Ильичев, П.Н. Федосеев, С.М. Ковалёв [и др.].- М.,1983.- 840 с.
  17. Большая Советская Энциклопедия /гл.ред.А.М.Прохоров.-М,: Советская энциклопедия, 1972.-Т.8.-591с.
  18. Рогожникова Т.М. Психолингвистическое исследование функциони- рования многозначного слова /Т.М.Рогожникова.- Уфа, 2000.-241с.
  19. Яворский Б.М. Справочник по физике /Б.М.Яворский, А.А.Детлаф.-М.: Наука, 1978.-943с.
  20. Выгодский М.Я. Справочник по высшей математике / М.Я.Выгодский.-М.: Астрель АСТ, 2006.-989с.
  21. Арама Б.Е. Психолингвистический аспект категории модальности: автореферат/ Б.Е.Арама; науч.рук. А.М.Шахнарович. – М.,1995.-25с.
  22. Пешковский А.М. Русский синтаксис в научном освещении /А.М. Пешковский.–8-е изд., доп. –М: Языки славянской культуры, 2001.– 544с

Список литературы на английском / References in English

  1. Selezneva T.A. K probleme logiko-filosofskih istokov jazykovoj modal’nosti [To the problem of the logical and philosophical origins of linguistic modality] / T.A. Selezneva//Bulletin MGIMO Un-ta.-2013.- No. 2 (29) .-P. 225-227. [in Russian]
  2. Bally S. Obshhaja lingvistika i voprosy francuzskogo jazyka [General linguistics and questions of the French language] / S. Balli. – M.: Editorial URSS, 2001.- P.416. [in Russian]
  3. Moskvicheva S.A. Novye tendencii razvitija lingvisticheskoj mysli v Evrope i Rossii: uchebnoe posobie [New trends in the development of linguistic thought in Europe and Russia: a textbook] / S.A. Moskvichev. – M.: RUDN, 2008.-P.108. [in Russian]
  4. Chibuk A.V. Funkcional’no-semanticheskoe pole predpolozhenija v nemeckom i russkom jazykah (sopostavitel’nyj aspekt) : dissertacija [Functional-semantic field of assumption in German and Russian (comparative aspect): dissertation] / A.V. Chibuk. -Ekaterinburg, 2004.-P.226. [in Russian]
  5. Bol’shoj jenciklopedicheskij slovar’. Jazykoznanie [Big encyclopedic dictionary. Linguistics/Rev. Col.] N.D. Arutyunova, V.A. Vinogradov, V.G. Gak [and others]; chapter of an edition. V.N. Yartseva.- M.: NI Big Russian Encyclopedia, 1998.-P.688. [in Russian]
  6. Vaulina S.S. Modal’nost’ kak kommunikativnaja kategorija: nekotorye diskussionnye aspekty issledovanija [Modality as a communicative category: some debating aspects of the study] / S.S. Vaulina // Bulletin of the Baltic Fed. un-that.-2013. – the Issue 8. – P.7-12. [in Russian]
  7. Buralova R.A. Kategorija modal’nosti i celeustanovka [Modality category and target installation] / R. A. Buralova//Izvestia Chechen. State Ped. inst.-2009.-№1. – P. 179-188. [in Russian]
  8. Bondarko A.V. Teorija funkcional’noj grammatiki. Temporal’nost’. Modal’nost’ [Theory of functional grammar. Temporalnost. Modality] / A.V. Bondarko, E.I. Belyaeva, L.A. Biryulin, E.E.Kordi [et al.]. – L: NAUKA, 1990.-P.262. [in Russian]
  9. Myodova A.A. K probleme bytovanija ponjatija «modal’nost’» v sovre- mennom gumanitarnom i filosofskom znanii [To the problem of the existence of the concept of “modality” in modern humanitarian and philosophical knowledge] / A.A. Myodova // Bulletin of Tomsk State Un.-2012.- No. 356. –P.53-57. [in Russian]
  10. Vasiliev L. M. Modal’nye slova v ih otnoshenii k strukture predlozhenija [Modal words in their relation to the structure of the sentence] / L. M. Vasiliev//Syntax and intonation: academic notes. issue No. 2, ser. “Philological Sciences.” – 1973. – No. 25. – P.55-60. [in Russian]
  11. Solganik G.Ya. Ocherki modal’nogo sintaksisa: monografija [Essays on modal syntax: monograph] / G.Ya. Solganik – M.: Flint: NAUKA, 2010. – P.136. [in Russian]
  12. Krasnova T.I. Sub#ektivnost’-modal’nost’ (materialy aktivnoj grammatiki) [Subjectivity-modality (materials of active grammar] / T.I. Krasnova.-SPb.: Publishing House SPbGUEF, 2002.-P.189.
  13. Ozhego, S.I. . Tolkovyj slovar’ russkogo jazyka [Interpretive Dictionary of the Russian Language] / S.I. Ozhegov, N.Yu. Shvedov. -M: A TEMP, 2006 . –P.2296. [in Russian]
  14. Pishchalnikova V.A. Problems of modern psycholinguistics (review ) / V.A. Pishchalnikova // Social and humanitarian science. -2006.- № 3 .-P.80-118. [in Russian]
  15. Vaulina S.S. Modal’nost’ kak nauchnyj fenomen : vmesto predislovija [Modality as a scientific phenomenon: instead of a preface] / S.S. Vaulina//Category of modality in speech communication: a collection of scientific works; ed. I.Yu.Kuks.-Kaliningrad, 2016.- P. 6-9. [in Russian]
  16. Filosofskij jenciklopedicheskij slovar’ [Philosophical encyclopedic dictionary/editorial school].: L.F. Ilichev, P.N. Fedoseev, S.M. Kovalev [et al]. – М.,1983.- P.840. [in Russian]
  17. Bol’shaja Sovetskaja Jenciklopedija [Big Soviet Encyclopedia] / ch.ed.A.M.Prokhorov.-M,: Soviet Encyclopedia, 1972.-Vol.8.-P.591. [in Russian]
  18. Rogozhnikova, T.M. Psiholingvisticheskoe issledovanie funkcioni- rovanija mnogoznachnogo slova [Psycholinguistic study of the functioning of an ambiguous word] / T.M. Rogozhnikov. – Ufa, 2000.-P.241. [in Russian]
  19. Yavorsky, B.M. Spravochnik po fizike [Handbook of Physics] / B.M. Yavorsky, A.A. Detlaf.-M.:NAUKA, 1978.-P.943. [in Russian]
  20. Profitable, M.Ya. Spravochnik po vysshej matematike [Handbook on Higher Mathematics] / M.Ya.Vygodsky .-M: Astrel AST, 2006.-P.989. [in Russian]
  21. Arama, B.E. Psiholingvisticheskij aspekt kategorii modal’nosti: avtoreferat [Psycholinguistic aspect of the category of modality: autoreferat] / B.E. Arama; sup. A.M. Shakhnarovich. – М.,1995.-P.25. [in Russian]
  22. Peshkovsky, A.M. Russkij sintaksis v nauchnom osveshhenii [Russian syntax in scientific lighting] / A.M. Peshkovski.-8th ed., Additional -M: Languages of Slavic culture, 2001. – P.544. [in Russian]

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.