Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2021.108.6.179

Скачать PDF ( ) Страницы: 201-204 Выпуск: № 6 (108) Часть 5 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Яцевич О. Е. АНИМАЛИСТИЧЕСКИЕ СИМВОЛЫ В РАССКАЗЕ М.Л. КАШНИЦ «EISBÄREN» / «БЕЛЫЕ МЕДВЕДИ» / О. Е. Яцевич, В. В. Юдашкина, И. А. Фатеева // Международный научно-исследовательский журнал. — 2021. — № 6 (108) Часть 5. — С. 201—204. — URL: https://research-journal.org/languages/animalisticheskie-simvoly-v-rasskaze-m-l-kashnic-eisbaren-belye-medvedi/ (дата обращения: 18.09.2021. ). doi: 10.23670/IRJ.2021.108.6.179
Яцевич О. Е. АНИМАЛИСТИЧЕСКИЕ СИМВОЛЫ В РАССКАЗЕ М.Л. КАШНИЦ «EISBÄREN» / «БЕЛЫЕ МЕДВЕДИ» / О. Е. Яцевич, В. В. Юдашкина, И. А. Фатеева // Международный научно-исследовательский журнал. — 2021. — № 6 (108) Часть 5. — С. 201—204. doi: 10.23670/IRJ.2021.108.6.179

Импортировать


АНИМАЛИСТИЧЕСКИЕ СИМВОЛЫ В РАССКАЗЕ М.Л. КАШНИЦ «EISBÄREN» / «БЕЛЫЕ МЕДВЕДИ»

АНИМАЛИСТИЧЕСКИЕ СИМВОЛЫ В РАССКАЗЕ М.Л. КАШНИЦ «EISBÄREN» / «БЕЛЫЕ МЕДВЕДИ»

Научная статья

Яцевич О.Е.1, Юдашкина В.В.2, *, Фатеева И.А.3

1 ORCID:0000-0001-7971-6826;

2 ORCID:0000-0003-2147-3053;

1, 2 Тюменский индустриальный университет, Тюмень, Россия;

3 Тюменское высшее военно-инженерное командное училище имени маршала инженерных войск
А.И. Прошлякова, Тюмень, Россия

* Корреспондирующий автор (brentano[at]yandex.ru)

Аннотация

В данной статье был проанализирован один из коротких рассказов немецкой писательницы М.Л. Кашниц под названием «Eisbären»/«Белые медведи». Авторы использовали герменевтический метод для интерпретации данного рассказа, что позволило им представить произведение с новой, неизученной другими авторами, точки зрения. Особый акцент делается на толковании анималистических символов, интенционально вплетаемых в повествование эссеисткой; акцентуализируется лексико-грамматический выбор новеллистки для установления тонких связей между миром животных и людей, подчёркивая при этом сплочённость первых и разрозненность вторых, несмотря на предписанные эволюцией интеллектуальные признаки.

Ключевые слова: короткий рассказ, анималистические символы, сюжет, лексема, словоформа, повествование, тотем.

ANIMALISTIC SYMBOLS IN MARIE KASCHNITZ’S “EISBÄREN” (“POLAR BEARS”)

Research article

Yatsevich O.E.1, Yudashkina V.V.2, *, Fateeva I.A.3

1 ORCID:0000-0001-7971-6826;

2 ORCID:0000-0003-2147-3053;

1, 2 Industrial University of Tyumen, Tyumen, Russia;

3 Tyumen Higher Military Engineering Command School named after Marshal of the Engineering Troops
Alexey Proshlyakov, Tyumen, Russia

* Corresponding author (brentano[at]yandex.ru)

Abstract

The current study analyzes one of the short stories by the German writer Marie Kaschnitz, “Eisbären”, or “Polar Bears”. The authors use the hermeneutical method to interpret the story, which allows them to present the work from a new, previously unexplored point of view. Particular emphasis is placed on the interpretation of animalistic symbols intentionally woven into the narrative; it also accentuates the lexical and grammatical choice of the novelist for establishing subtle connections between the world of animals and people while emphasizing the cohesion of the former and the fragmentation of the latter despite the intellectual signs prescribed by evolution.

Keywords: short story, animalistic symbols, plot, lexeme, word form, narrative, totem.

Понятие короткого рассказа в немецком языке было заимствовано из английского short story и снискало свою популярность во второй половине XIX – середине XX веков благодаря систематическим публикациям в газетных рубриках. Писатели, творившие в жанре миниатюрных новелл, хорошо известны даже тем, кто не любит читать. О. Генри, Аллан Э. По, Ги де Мопассан, Ф.С. Фитцджеральд, А.П. Чехов, И. Айхингер, Р. Музиль – вот лишь имена немногих мастеров короткого рассказа.

Широкое распространение получил рассказ Э. Хеменгуэя, который в непереводной версии состоял из шести слов [11]. Многие авторы сочиняли свои истории, поспорив со своими современниками, и им удавалось одержать верх, поскольку это действительно истинное мастерство, поместить в одной строке глубокий смысл и чувства, побуждающие к дальнейшему рассуждению [10].

Следует подчеркнуть, что жанровому своеобразию не могут быть предписаны единые черты. Часто достаточно найти некоторые из них, чтобы идентифицировать изложенное как короткий рассказ [8]. Таким сочинениям свойственен открытый зачин без долгого вступления, наполненного всевозможными описаниями. Читатель бросается с первых строк в пучину происходящего [5]. Концовка всегда открыта или полуоткрыта, заставляет задуматься и додумать историю. Обычно в такие истории вовлекается малое количество действующих лиц, зачастую без указания их имён и рода деятельности. Ситуации, представленные автором, описывают обыденную, повседневную жизнь с акцентуализацией на конфликтный момент. Часто рассказчик равнозначен главному герою и повествование ведётся от первого лица в доступной форме [4], [9].

В нашей статье речь пойдёт о произведении немецкой писательницы Марии Луизе Кашниц (1901-1974), писавшей в жанре короткой прозы. Рассказ «Eisbären»/ «Белые медведи» [6] был написан в 1966 году, уже сам год написания можно трактовать как некоторую загадку, поскольку в дате присутствуют две шестерки и одна девятка, которые в перевёрнутом виде способны заменять друг друга. Миниатюры эссеистки наполнены эвфемизмами, поскольку закладывать понимание сюжета на поверхность не для Кашниц; в простых, на первый взгляд, строках, множество эвфемизмов и символов, которые требуют к себе особого внимания [7].

Повествование начинается с диалога супружеской пары. Муж возвращается домой поздно, когда его супруга уже находится в кровати и дремлет. Главный герой Вальтер хочет поговорить в темноте. Своё повествование он отсылает ко дню их знакомства 5 лет назад, в зоопарке, у клетки с белыми медведями. По прошествии стольких лет, он, наконец, хочет знать всю правду. Для мужа понимание правды является первостепенным, не зря автор использует слово «Wahrheit»/ «правда» 6 раз. Ему кажется, что его жена кого-то ждала в тот день, потому что обычно такие места предназначены местом ориентира для встреч людей или проведения совместного досуга родственниками. Читателю предстаёт картина, пронизанная тёплыми воспоминаниями о первых годах жизни молодой пары, о том, куда они любили ездить и как они называли друг друга. Молодой супруг называл свою жену «Eisbär»/ «Белый медвежонок». Всё это время рассказчица думала, что он называет её так из-за визуального сходства её волос с «гривой животного» /«Mähne»; (у женщины были густые, белые волосы). Любовь автора к мифологии прослеживается в каждом её творении; завуализированные образы животных, растений, стихий, цифр и цветов повсюду.

«Белые медведи» не являются исключением; автор мастерски вплетает в текст анималистические символы: белые медведи, птицы, розовые фламинго, движения птиц он сравнивает с теми, что воспроизводят змеи. Символически сравнивая рассказчицу с тотемным первообразом медведя, М.Л. Кашниц сквозь строки показывает ожидания супруга от брака и реальную картину. Умение жить среди медведей требует терпения и времени. Как раз такого терпения эссеистка лишает Вальтера. Вернувшись домой, муж начинает расспрос, желая знать всю правду. Выясняется, что ощущение некоторой недосказанности не даёт ему сосуществовать в одном пространстве с «белым медвежонком». Тотемными характеристиками наделяется рассказчица, которая, по словам супруга, всегда на чеку, поворачивая головой то влево, то вправо, в поисках новой добычи. Но он, возможно, хотел совсем не этого. Ему хотелось, чтобы медведица жила мыслями о своей семье и будущем потомстве. Медведь наделяется упорством и силой, демонстрируемыми героиней, ведущей внутренний мысленный диалог и отрицающей своею «охоту» на жертву. Она утверждает, что горячо любит своего избранника, и старая любовь давно забыта. Однако тут же прокручивает в голове, что никогда не называет Вальтера ласкательными словами: «Liebling», «Schatz»/«Любимый», «Сокровище», а лишь только по имени. Вероятнее всего, что Вальтер больше любит свою вторую половину, поэтому называет её «Eisbär», потому что немцам свойственно ласково называть возлюбленных, привлекая анималистическую номинацию: «Mausi», «Motte», «Schnucki», «Mäusebär», «Bärchen», «Hase»/ «мышка», «моль», «улиточка», «мышка-медвежонок», «медвежонок», «заяц». При этом автор дает нам понять, что герой называет героиню ласковым словом, а на самом деле подозревает её во лжи «kein Kosewort, sondern ein Verdacht» / «не ласкательное слово, а подозрение».

Сюжет разыгрывается в двух пространствах: в квартире, расположенной в старом доме на пятом этаже и зоопарке. Оба действия связаны с закрытым местом действия. Животные живут в неволе, не всегда в тех условиях, которые характерны для их естественной среды обитания. Белым медведям нужен холод, только тогда они будут чувствовать себя вольготно и уверенно. Их существование в условиях обитания в стенах зверинца, делает их ленивыми и не совсем опрятными («Jetzt standen sie wieder auf ihren Felsen, schmutzig weiß»/ «Сейчас они снова стояли на своих скалах, грязно-белого цвета»); казалось, что они измучены своими буднями и от этого они беспрестанно вертят своими головами то влево, то вправо, словно безумные («Sie bewegen ihren Kopf von der einen Seite zur anderen, unaufhörlich hin und her» / «Они крутят своей головой из стороны в сторону, беспрестанно туда-сюда»). При этом Кашниц в повествовании нарушает временную структуру изложения, перенося действие из прошлого времени в настоящее: standen/стояли; bewegen/крутят. Можно так же предположить, что рассказчик намекает на роль манипулятора в медвежьей семье, поскольку использует слово «голова» в единственном числе: «они крутят своей головой», а не головами/ Sie bewegen ihre Kӧpfe, что с физической точки зрения невозможно, но с точки зрения наблюдателя, свидетельствует о том, что глава медвежьей семьи настолько умело подчинил своим желаниям своего партнёра, что они выполняются все действия синхронно: ныряют за рыбой, затем сидят на скалах и смотрят по сторонам.

Повествование пронизано желанием свободы, чувством одиночества, непониманием ситуации всех действующих лиц истории: от представителей фауны до людей, несмотря на то, что они живут в парах; птицы, символ свободы и надежды хотят улететь из сковывающей их вольность клетки («wobei sie mit ihren Flügelspitzen die Gitter streifen»/ «полосуя решетки кончиками крыльев»). Даже розовые фламинго, символы любви, дружбы и верности, в танце извивают свои шеи не в форме сердец, а их движения похожи на те, что изображают змеи («die ihre rosigen Hälse wie Schlangen bewegten»/ «которые двигали своими шеями как змеи»). Сравнение со змеями указывает на противоречивость толкования её символизма: это и мудрость в древнем Египте, и искушение в библейских сказаниях, и сосредоточение мужской и женской энергии в одно целое, хранитель святыни в Индийском эпосе, и связующее звено с чем-то тёмным и мистическим. В контексте отношений главных героев друг к другу можно увидеть нелюбовь и некоторое отвращение к своей второй половине.

На мистический подтекст указывает в сочинении «Eisbären» выбор цветовой гаммы: («dunkel»/ «Dunkelheit» / «темно», «темнота»); Eisbären (Eis- лёд + Bär-медведь, несущие в семантике значение холодности, неживого, далёкого человеку); «Schüttelfrost» / «состояние внутреннего холода». При подсчёте морфема dunkel- встречается 8 раз, Eisbär (8 раз).

Ощущение потустороннего страха характерно для многих произведений М.Л. Кашниц [3], чего она добивается через описания состояния героев («in ihrem warmen Bett vor Kälte zu zittern» / «начала дрожать от холода в своей тёплой постели»). Словоформа «zittern» используется автором дважды. Автор так же пытается выдержать баланс между страхом и любовью, включая в сочинение словообразующий элемент – lieb – (9 раз).

Человек, если исходить из теории эволюции – глава всего мира животных, поэтому в новелле именно словоформа der Mann акцентуализируется 51 раз, из которых 48 раз таким образом называется муж главной героини, при этом автор добавляет притяжательное местоимение «её муж, мужчина»/ «ihr Mann», указывая особую принадлежность. Слово «die Frau» / «Жена, женщина» используется 26 раз. Возможно, таким образом, автор хотела показать читателям важность семейного статуса для главной героини рассказа, она – жена и у неё есть муж – её собственный муж, которого она сама предпочитает называть не по имени. В ходе повествования мы узнаём, что мужа зовут Вальтер, но его имя встречается всего 4 раза, не ласковым прозвищем, а просто муж. Или автор хотела показать два разных мира: мужчины и женщины. Ему важна правда, ей – комфорт, уверенность в завтрашнем дне.

Неслучайно мир животных так символически соседствует с миром людей: прослеживаются тонкие цепочки взаимодействия в семьях животных и Homo Sapiens, показывая их интеракцию в парах, которая часто изначально строится не на чувствах, а на привязанности, потому что это так заложено природой и обществом: каждой твари по паре. Когда герои познакомились, главная героиня не любила своего будущего мужа, для неё важнее, что он любил её и, самое главное, она боялась одиночества «aber ich habe ihn nicht aus Liebe geheiratet, sondern weil ich nicht allein bleiben wollte» / «я вышла за него замуж не по любви, я боялась остаться одна» [2].

С другой стороны, сейчас она любит своего мужа, она больше ни разу не вспомнила своего бывшего любовника, она даже не помнит, как тот выглядит «ich habe mich später an seine Züge nie mehr erinnern können» / «позже я не могла вспомнить его черты»; «dass eine Liebe erwachen und jeden Tag wachsen kann, während eine andere abstirbt» / что «одна любовь может пробуждаться и расти каждый день, в то время как другая умирает».

Героиня вспоминает, как они хорошо с мужем проводили вместе время, как им интересно и весело вдвоем «jeder Tag der Gegenwart schien ihr schöner und wichtiger als alle vergangenen Tage» / «каждый день в настоящем казался прераснее и важнее всех прошедших дней»; «ihr Mann, der ein fröhlicher und freundlicher Mensch» / «её муж, веселый и дружелюбный человек».

Какая правда нужна мужу, что он хочет узнать [2]. Главная героиня боится сказать ему правду, сказать, что сначала не любила его, что любит сейчас, боится непонимания мужа, и этот страх «eine Angst, die sie ihm nicht würde ausreden können» / «страх, который она не сможет ему объяснить».

Возможно, автор интенционально сравнивал два мира: животных и людей, пытаясь сделать акцент на том, что в любой ситуации возможно договориться, какой бы она не казалась абсурдной и безвыходной, и у животных это получается намного лучше, чем у людей. Даже в неволе, они держатся друг друга, синхронизируя свои действия, чего нельзя сказать о людях, на пустом месте выстраивающих проблему, не понимая того, что прошлое, уже не существует, а будущего ещё нет, есть здесь и сейчас, и всё зависит лишь только от нас, как мы себя сможем реализовать в парных отношениях: будем подобны белым медведям и смотреть в одну сторону, либо будем вести себя как главные герои рассказа, диссинхронизирующие свои действия.

Конфликт интересов

Не указан.

Conflict of Interest

None declared.

Список литературы / References

  1. Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования / И.Р. Гальперин. – М.: Наука, 1981. – 139 с.
  2. Панова И. А. Лексическая репрезентация понятия «семья» в рассказах М.Л. Кашниц: «Eisbären», «der Strohalm» / И. А. Панова. // Аллея науки. – 2018. – Т. 3. – № 6(22). – С. 951-954.
  3. Яцевич О. Е. Эвфемистические мотивы в рассказе М.Л. Кашниц «Призраки» / О.Е. Яцевич, В.В. Юдашкина, А.Н. Соколов. // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Серия: Гуманитарные науки. – 2021. – №04/2. – С. 205-207.
  4. Boll H. Interview mit H. Boll / H. Boll // Theorie der Kurzgeschichte. – Stuttgart: Philipp Reclam, 2004. – 160 p.
  5. Eisenreich H. Eine Geschichte erzählt sich selbst / H. Eisenreich // Theorie der Kurzgeschichte. – Stuttgart, 2004. – 160 p.
  6. Kaschnitz M.L. Eisbären: Ausgewählte Erzählungen / Marie Luise Kaschnitz. – Frankfurt am Main: Insel-Verl., 1990. – 175 p.
  7. Kaschnitz M.L. Wohin denn ich / M.L. Kaschnitz. – München, 1994. – 154 p.
  8. Neuse E. K. Die deutsche Kurzgeschichte. Das Formexperiment der moderne / E. K. Neuse // Theorie der Kurzgeschichte. – Stuttgart: Philipp Reclam, 2004. – 160 p.
  9. Reich-Ranicki M. Keine Zeit für Kurzgeschichnen / M. Reich-Ranicki // Theorie der Kurzgeschichte. – Stuttgart: Philipp Reclam, 2004 – 160 p.
  10. Schnurre W. Kritik und Waffe. Zur Problematik der Kurzgeschichte / W. Schnurre // Theorie der Kurzgeschichte. – Stuttgart: Philipp Reclam, 2004. – 160 p.
  11. The vintage news. For sale, baby shoes, never worn: Tracing the history of the shortest story ever told. – [Electronic resource]. URL: https://www.thevintagenews.com/2017/09/24/for-sale-baby-shoes-never-worn-tracing-the-history-of-the-shortest-story-ever-told/ (accessed: 23.07.2008).

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Gal’perin I.R. Tekst kak ob’ekt lingvisticheskogo issledovanija [Text as an object of linguistic research] / I.R. Gal’perin. – M.: Nauka, 1981. – 139 p. [in Russian]
  2. Panova I. A. Leksicheskaja reprezentacija ponjatija «sem’ja» v rasskazah M.L. Kashnic: «Eisbären», «der Strohalm» [Lexical representation of the concept of «family» in the stories of M. L. Kashnits: «Eisberen», «der Strohalm»] / I. A. Panova. // Alleja nauki [Alley science]. – 2018. – Vol. 3. – № 6(22). – P. 951-954. [in Russian]
  3. Jacevich O. E. Jevfemisticheskie motivy v rasskaze M.L. Kashnic «Prizraki» [Euphemistic motives in the story of M. L. Kashnits “Ghosts”] / O.E. Jacevich, V.V. Judashkina, A.N. Sokolov. // Sovremennaja nauka: aktual’nye problemy teorii i praktiki. Serija: Gumanitarnye nauki [The magazine «Modern Science: actual problems of theory and practice» Series Humanities]. – 2021. – №04/2. – p. 205-207. [in Russian]
  4. Boll H. Interview mit H. Boll [Interview with H. Boll] / H. Boll // Theorie der Kurzgeschichte [Theory of the short story]. – Stuttgart: Philipp Reclam, 2004. – 160 p. [in German]
  5. Eisenreich H. Eine Geschichte erzählt sich selbst [A story tells itself] / H. Eisenreich // Theorie der Kurzgeschichte [Theory of the short story]. – Stuttgart, 2004. – 160 p. [in German]
  6. Kaschnitz M.L. Eisbären: Ausgewählte Erzählungen [Polar Bears: Selected Stories] / Marie Luise Kaschnitz. – Frankfurt am Main: Insel-Verl., 1990. – 175 p. [in German]
  7. Kaschnitz M.L. Wohin denn ich [Where then I] / M.L. Kaschnitz. – München, 1994. – 154 p. [in German]
  8. Neuse E. K. Die deutsche Kurzgeschichte. Das Formexperiment der moderne [The German Short Story. The form experiment of modernity] / E. K. Neuse // Theorie der Kurzgeschichte [Theory of short story]. – Stuttgart: Philipp Reclam, 2004. – 160 p. [in German]
  9. Reich-Ranicki M. Keine Zeit für Kurzgeschichnen [No time for short stories] / M. Reich-Ranicki // Theorie der Kurzgeschichte [Theory of short story]. – Stuttgart: Philipp Reclam, 2004 – 160 p. [in German]
  10. Schnurre W. Kritik und Waffe. Zur Problematik der Kurzgeschichte [Criticism and weapon. The problem of the short story] / W. Schnurre // Theorie der Kurzgeschichte [Theory of short story]. – Stuttgart: Philipp Reclam, 2004. – 160 p. [in German]
  11. The vintage news. For sale, baby shoes, never worn: Tracing the history of the shortest story ever told. – [Electronic resource]. URL: https://www.thevintagenews.com/2017/09/24/for-sale-baby-shoes-never-worn-tracing-the-history-of-the-shortest-story-ever-told/ (accessed: 23.07.2008).

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.