Specifics of the legal regulation of state secrets in other countries in the context of the digitalisation of society
Specifics of the legal regulation of state secrets in other countries in the context of the digitalisation of society
Abstract
The article analyses the specifics of the legal regulation of the administrative and legal regime governing state secrets in foreign countries with different legal systems, in the context of the digitalisation of society. The use of digital technologies to illegally obtain state secrets is a global problem. Improvements to legislation governing the regime of state secrets must be aimed at preventing and eliminating potential threats arising from technological developments. Consequently, adapting foreign experience of legal regulation in this area plays a significant role. Objective: to analyse the main legislative acts of foreign states governing relations in the field of protecting information constituting state secrets, and to identify their main advantages and disadvantages. Results: The analysis carried out has shown that the current legislation of foreign countries enshrines the possibility of using artificial intelligence to detect leaks of state secrets and the obligation for staff commencing work with such information to undertake a specialised training course aimed at ensuring the protection of state secrets when working with information technology.
1. Введение
Современные государства в связи с трансграничным характером процесса информатизации общества в большей или меньшей степени трансформировались в технологически сложные информационные общества . Последствием указанного процесса является наличие угрозы получения несанкционированного доступа к секретной информации и ее дальнейшее распространение и, следовательно, создание угрозы государственной (национальной) безопасности. Правительства различных стран вне зависимости от правовой системы, политического режима или социально-экономических условий ставят для себя ориентир на развитие «государства национальной безопасности», в том числе посредством развития мер по защите государственной тайны.
В зависимости от принадлежности к той или иной правовой системе законодательство, регулирующее отношения по защите государственной тайны и обеспечению информационной безопасности, будет иметь свои особенности в форме и содержании нормативных правовых актов. В этой связи, в целях определения направлений совершенствования действующего российского законодательства, регулирующего отношения по защите государственной тайны, необходимо проанализировать законодательство представителей различных правовых семей, поскольку эффективность их правового регулирования может различаться как в форме закрепления правовых норм, так и в их самом содержании .
В основе методологии исследования лежат общенаучные методы, сравнительно-правовой анализ и формально-юридический подход. В ходе проведенного исследования были изучены законодательство зарубежных государств и научные труды экспертов в области права.
2. Основные результаты
Анализ законодательства представителей англосаксонской правовой семьи позволил выделить ряд положений их действующего, которые направлены на регулирование защиты государственной тайны в условиях информационного общества и повсеместной цифровизации. Так, на территории Великобритании решения субъекта административно-правового режима государственной тайны может быть обжалованы гражданами в случае засекречивания информации, которая в соответствии с законом не может быть засекречена. В Великобритании для указанной цели существует должность Информационного уполномоченного (Information commissioner). С одной стороны, его решения являются обязательным к исполнению. Однако они могут быть обжалованы в Трибунале по информации (Information tribunal) или в суде . Наличие отдельного органа, регулирующего отношения по засекречиванию должно упросить процедуру обжалования решений должностных лиц посредством использования досудебного порядка. В то же время, поскольку окончательное решение по указанному вопросу стоит за судом, возникает вопрос о целесообразности его наличия в системе органов по защите государственной тайны.
Федеральные органы власти США, по аналогии с российским законодательством, обязаны соблюдать требования по обеспечению кибербезопасности, в том числе посредством прохождения специальной процедуры сертификации информационных систем . Отдельный интерес вызывают следующие положения законодательства США. Во-первых, уголовная ответственность за несанкционированное разглашение секретной информации установлена в отношении определенных типов информации . Таким образом, законодательство США допускает отсутствие ответственности за разглашение государственной тайны — например, ее опубликование в средствах массовой информации в результате возникшей утечки таких сведений. Во-вторых, на территории США установлены требования по обнаружению и предотвращению угроз со стороны инсайдеров с целью противодействия утечке информации и создания угрозы национальной безопасности .
Особенностью законодательства стран-участниц Европейского Союза (далее — ЕС) является определяющая роль законодательства ЕС по отношению к национальному законодательству. Так, например, действие Директивы (ЕС) 2024/1418 направлено на правовое регулирование оборота конфиденциальной и секретной информации на территории ЕС, а также на обеспечение защиты такой информации от угроз, возникающих в информационном пространстве . Страны-участницы ЕС обязаны имплементировать указанные нормы в свое национальное законодательство наравне с особенностями собственного правового регулирования.
На уровне национального законодательства стран-участниц ЕС в целях обеспечения информационной безопасности государственной тайны применяются следующие меры: в определение государственной тайны включаются компьютерные сети, компьютеризированные данные или файлы, имеющие отношение к национальной обороне (например, Франция , Испания , Нидерланды ); на государственном уровне принимаются нормативные правовые акты, направленные на обеспечение цифрового государственного суверенитета и противодействие киберугрозам, в том числе в части обеспечения безопасности сетей и информационных систем (Франция , Германия , Испания ); закрепление обязанности получать соответствующий допуск у уполномоченного органа в сфере кибербезопасности (Дания ).
Отдельно стоит выделить возможность применения на территории Нидерландов искусственного интеллекта для автоматического обнаружения атаки по аномалиям в работе информационной сети . С одной стороны, использование искусственного интеллекта в качестве инструмента поиска и устранения угроз безопасности имеет место быть в системе защиты государственной тайны. Однако в научном сообществе отмечается, что сотрудничество с технологическими гигантами при разработке государственных ИИ-моделей может повысить их эффективность, но в то же время увеличивает риск утечки данных в связи наличием системной уязвимости у организаций-подрядчиков . В условиях, когда утечка секретной информации может оказать особенно чувствительное влияние на безопасность государства, необходимо достаточно конкретно формулировать правовые нормы, регламентирующие разработку и дальнейшее использование ИИ-моделей.
Внимания заслуживает и Турецкая Республика. Несмотря на то, что она является кандидатом на вступление в ЕС, ее законодательство основано на романо-германской правовой семье. Отличительной особенностью понимания государственной тайны в Турции является учет ущерба международным отношениям государства как одного из признаков государственной тайны
. На территорию Турции также действуют Стратегия национальной безопасности и Национальная стратегия кибербезопасности, которые направлены на усиление национальной безопасности в информационной сфере, в том числе в сфере государственного управления .Особый интерес представляют законодательные акты стран юго-восточной Азии, поскольку в них уровень информатизации общества достиг достаточно высоких значений. В целях регулирования информации в информационном пространстве на территории Японии был принят Основной закон о кибербезопасности, в соответствии с которым при работе с информацией ограниченного доступа должна быть обеспечена кибербезопасность при одновременном обеспечении свободного потока информации . Таким образом, законодательство направлено на соблюдение баланса между государственным и общественным интересами в рамках информационных отношений.
В южнокорейских законах о государственной тайне и о военной тайне отсутствуют положения, устанавливающие требования об обеспечении информационной безопасности при работе с информацией, составляющей государственную тайну
, . С одной стороны, данные нормы могут быть закреплены в подзаконных нормативных актах. Но в то же время закон, как акт, имеющий большую юридическую силу, должен предусматривать в себе правила, влияющие на безопасность государства.В этом плане значительно отличается Китайский закон о государственной тайне, который устанавливает требования по борьбе с угрозами информационной безопасности при работе с секретной информацией. Так, например, данный закон обязывает соблюдать режим секретности при разработке и производстве оборудования и продукции. Данное положение является одним из важнейших механизмов по обеспечению информационной безопасности, поскольку оно направлено на предупреждение возможности установки в используемое оборудование устройств, способствующих утечке секретной информации. Кроме того, закреплены правила по обращению государственной тайны в специальных информационных системах и в общественных информационных сетях, а также обязанность сотрудников, допускаемых к работе с такой информацией, пройти курс обучения по соблюдению секретности. Таким образом, китайский законодатель принял меры по противодействию такому источнику угрозы информационной безопасности как человеческий фактор. В дополнение к указанным требованиям в законе установлена обязанность операторов и провайдеров услуг Интернета по оказанию содействия государственным органам в обеспечении режима секретности .
В связи с действием Модельного закона Содружества Независимых Государств «О государственных секретах», содержащего типовые нормы, направленные на защиту государственной тайны, законодательство стран постсоветского пространства в сфере регулирования правового режима государственной тайны, например Армении, Белоруссии, Казахстана и Кыргызстана, содержит в себе нормы аналогичные российскому закону о государственной тайне, в частности о сертифицировании средств защиты информационных систем, используемых для работы с такой информацией, установлении требований к условиям хранения и средствам передачи государственной тайны
, , , . Законодательство ряда стран содержит в себе значительные отличия. Например, в Законе Грузии в определение государственной тайны также входит информация, переданная в рамках международных отношений, установлен более краткий срок для пересмотра — 1 год, что особенно важно в условиях быстро меняющегося мира. Кроме того, установлены требования для опубликования такой информации . Закон Эстонии включает в себя положения, регулирующие использование государственной тайны иностранных государств .На основании вышеизложенного, можно сделать следующие выводы. Законодатели зарубежных стран вне зависимости от особенностей правовой традиции в условиях глобализации и непрерывного развития технологий стремятся развивать свое правовое регулирование системы обеспечения информационной безопасности в сфере защиты государственной тайны. Совершенствование правовой базы осуществляется в различных формах: вносятся изменения в закон, регулирующий отношения по защите государственной тайны либо принимаются отдельные правовые акты, которые направлены на обеспечение национальной (в том числе информационной) безопасности государства, а защита государственной тайны является одним из ее составляющих элементов.
3. Заключение
Проведенный анализ показал, что в действующем законодательстве зарубежных стран закреплена возможность использования различных организационных, программных и программно-технических средств защиты, чье применение направлено на противодействие угрозам государственной тайне, возникающим в том числе в информационном пространстве. В этой связи предлагается учесть опыт зарубежных государств и дополнить статью 21 Закона Российской Федерации «О государственной тайне» нормой об обязательном прохождении сотрудниками, в отношении которых осуществляется процедура оформления допуска к такой информации, специального обучающего курса, направленного на обеспечение защиты государственной тайны при работе с информационными технологиями. Кроме того, предлагается рассмотреть вопрос о принятии ведомственного акта Федеральной службы безопасности Российской Федерации, которым бы предусматривалась возможность использования искусственного интеллекта для выявления утечек государственной тайны. Внедрение указанных положений в действующее российское законодательство позволит усилить систему защиты государственной тайны, поскольку они предусматривают противодействие угрозам, возникающим как внутри организации–обладателя информации, составляющей государственную тайну, так и извне, в связи с несовершенством используемого технологического оборудования (информационных систем) или ввиду человеческого фактора.