ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПРИРОДНОЙ СРЕДЫ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ ФРГ

Research article
Issue: № 5 (5), 2012
Published:
2012/10/31
PDF

 ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПРИРОДНОЙ СРЕДЫ ПО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВУ ФРГ

Научная статья

Попов И.В.

Омская юридическая академия, Омск, Россия

 

Аннотация

В статье исследуется уголовное законодательство ФРГ в сфере окружающей среды. Изучение раздела 29 StGB привело к выводу о том, что его нормы не содержат точных критериев уголовной наказуемости деяний, устанавливают ответственность за создание угрозы причинения вреда, отличаются бланкетностью (административной акцессорностью), наличием оценочных признаков.  

Ключевые слова: экологические преступления,  компаративистика, уголовное законодательство ФРГ.

Key words: environmental offences, comparativistics,  the criminal legislation of Germany.  

Позитивные изменения в состоянии окружающей природной среды Германии, вызывают интерес к законодательству этой страны, в том числе и уголовному. Природоохранные отношения в ФРГ имеют стройную систему и подробную регламентацию наряду с законодательством ЕС. За последние 25 лет, писал в 1995 году доктор Петер-Кристоф Шторм (Peter-Christoph Storm), правовая система Германии приобрела экологический оттенок. Принято множество нормативных актов, регламентирующих взаимоотношение общества и природы. Вредное воздействие на природу строго регламентировано[1].

Возглавляет иерархию экологических нормативных актов Конституция Германии, которая в ст. 20а требует от государства защищать окружающую среду, как основу жизни[2].

В Германии в сфере охраны природы и природопользовании существует множество законов (Gesetz) и подзаконных нормативных актов (Verordnung). Для целей квалификации преступлений значение природоохранного законодательства заключается в том, что лишь при нарушении норм экологического законодательства следует вывод о противоправности деяния. Поскольку экологическое законодательство ФРГ включает в себя не только законы, но и подзаконные нормативные акты, их нарушение также ведет к уголовной ответственности. То есть, законодатель не сам вводит предпосылки наказуемости деяний, а делегирует это исполнительным органам. В немецкой научной литературе эта проблема получила название административной акцессорности (Verwaltungsakzessorietat)). В этой связи говорится о кризисе уголовного права окружающей среды (Krise des Umweltstrafrechts)[3]. В российской науке уголовного права подобная проблема рассматривается с точки зрения бланкетности уголовно-правовых норм.

Уголовную ответственность за посягательство на природу в доктрине рассматривают в большей степени как инструмент сдерживания, устрашения (общей превенции), поскольку уголовное право не может быть использовано напрямую для предотвращения экологического ущерба или устранения его последствий[4].

В Германии некоторые федеральные законы прямо вводят уголовную ответственность за нарушение норм такого закона. Например, уголовно-правовые нормы содержатся в § 39 Закона о генной инженерии (GenTG: Gentechnikgesetz), § 13 Закона о защите от радиации (StrVG: Strahlenschutzvorsorgegesetz), § 21 Закона об ответственности в сфере окружающей среды (UHG: Umwelthaftungsgesetz).

Ответственность за посягательство на природу предусмотрена также ст. 11 Кодекса международных преступлений от 26.06.2002 г. (VStGB: Völkerstrafgezetzbuch). Наличие этого нормативного акта в системе уголовного законодательства Германии обусловлено тем, что «статья 25 Основного Закона ФРГ препятствует прямому применению международного уголовного права на территории Германии. Собственно, в связи с этим, а также различиями немецкого и международного уголовного права и был принят Международный уголовный кодекс»[5]. Названной нормой карается причинение серьезного вреда воздействием на природную среду в ходе международного вооруженного конфликта. Наказание предусматривается не ниже 3 лет лишения свободы.

Центральное место в системе уголовного законодательства Германии занимает Уголовное уложение (Strafgesetzbuch: StGB) от 15.05.1871 г., которое содержит раздел 29 StGB под названием «Преступления против природной среды». В настоящее время раздел 29 StGB объединяет 13 параграфов (статей), из которых только 10 направлены на защиту природы, а три носят «технический» характер – определяют общие понятия раздела 29 StGB (§ 330d), предусматривают основание освобождения от ответственности в связи с деятельным раскаянием (§ 330b), изъятие предметов и средств совершения преступления (§ 330c).

Часть составов, которые в российском правопорядке рассматриваются как экологические, находятся в иных разделах StGB. Например, § 292 StGB «Браконьерство» и §293 StGB «Браконьерский лов рыбы» содержатся в разделе 25 «Корыстные преступления». Указанными нормами карается нарушение чужого права на охоту или лов рыбы. Также, за пределами Раздела 29 StGB находятся преступления, связанные с радиоактивными и ионизирующими излучениями (Раздел 28 StGB «Общеопасные преступные деяния»).

Рассмотрим составы  раздела 29 StGB. Ответственность за преступное загрязнение водоемов предусмотрена § 324 StGB. Согласно диспозиции указанной статьи наказание возлагается на того, кто незаконно загрязняет водоем или иным образом невыгодно изменяет его свойства. Данный состав, в смысле российской правовой доктрины, является формальным, поскольку не требуется доказывать причинение вреда окружающей среде. Достаточно установить факт загрязнения водоема с нарушением правил, закрепленных в других природоохранных законах, таких как Закон об организации водного хозяйства (WHG), либо Закон о порядке получения разрешений на сброс сточных вод в водные объекты (AbwAG). Как отмечается в немецкой литературе, основание ответственности кроется в систематическом (регулярном) процессе загрязнения сточными водами[6].

Ввиду такой формулировки закона  в поле действия уголовной репрессии оказались практически все организации, осуществляющие хозяйственную деятельность, оказывающую влияние на природу. Это стало отчетливо видно после приговора, вынесенного Верховным Судом Германии 07.11.1990 г., которым были осуждены по § 324 StGB руководитель организации и его заместитель за загрязнение вод промышленными стоками. В комментариях отмечается: последствия этого приговора для юридических лиц весьма значительны, учитывая тот факт, что преступления против природной среды являются следствием неосторожного поведения, что ведет к ответственности по ч. 3 § 324, ч. 3 § 325, ч. 4 § 326, ч. 3 § 327,  ч. 3 § 328, ч. 4 § 329, ч. 5,6 § 330 StGB[7]. Нормы § 324 StGB, в  отличие от ст.250 УК РФ, предусматривают ответственность как за загрязнение поверхностных водных объектов, так и моря. Этот вывод следует из анализа ст.330d. Абзац 1 указанной статьи гласит, что под водным источником понимаются наземные водные ресурсы, грунтовые воды и море.

Ответственность согласно § 324а «Загрязнение почвы» наступает в случае загрязнения почвы веществами, которые могут причинить вред здоровью человека, животным, растениям или другим предметам, имеющим значительную стоимость, либо в значительном объеме, вследствие нарушения административно-правовых обязанностей. В отличие от ст. 254 УК РФ, указанная статья является составом угрозы. Статья 254 УК РФ – материальный состав – требуется доказать причинение вреда здоровью человека или окружающей среде. Часть вторая рассматриваемой нормы наказывает при значительном загрязнении почвы.

Параграф 325 StGB «Загрязнение воздуха» также является составом угрозы. Ответственность наступает за нарушение административно-правовых обязанностей при эксплуатации установок, агрегатов, в результате чего изменяется состав воздушной среды, и эти изменения могут причинить вред здоровью человека, животным, растениям или другим предметам, имеющим значительную стоимость. Весьма полезным для правильного понимания запрещаемого уголовным законом деяния является уточнение, содержащееся § 325 StGB, о том, что вредные последствия должны создать угрозу причинения вреда вне пределов производственной территории, на которой находится загрязняющая установка. В период с 1994 года по 2004 г. произошло снижение более чем в два раза количества регистрируемых преступлений (283 в 1994 г., и 122 в 2004 г.)[8].

Согласно параграфу 325а StGB наказуемо создание шума и сотрясений. Ответственность несет тот, кто при эксплуатации установки, особенно производственного агрегата или машины, нарушая административно-правовые обязанности, создает шум, который может вне прилегающей к установке территории причинить вред здоровью другого человека. Следует отметить, что подобная норма, устанавливающая уголовно-правовой запрет, отсутствует в уголовном законодательстве Российской Федерации.

Статистические данные показывают, что в ФРГ § 326 StGB «Неразрешенное обращение с опасными отходами» наиболее часто применяемая статья из числа преступлений против природной среды[9]. Ее нормы во многом схожи с содержащимися в ст. 247 УК РФ. Наказывается тот, кто, не имея соответствующих полномочий, вне допущенной к эксплуатации в соответствующих целях установки или значительно отклоняясь от предписанной и проверенной процедуры, обрабатывает, складирует, сваливает, сливает или иных образом устраняет опасные отходы.

Параграф 328 StGB предусматривает наказание за нарушение специальных правил обращения с радиоактивными материалами. В § 327 StGB запрещена не только эксплуатация ядерной установки без соответствующего разрешения, но и владение таким объектом, либо ее демонтаж. Менее тяжкое наказание предусмотрено за неразрешенную эксплуатацию иных опасных объектов, как, например, трубопроводов, предназначенных для транспортировки опасных для водных объектов веществ, и т.п.

Преступления, описанные в разделе 29 StGB, могут быть как умышленными, так и неосторожными. Параграф 15 StGB гласит: наказуемо только умышленное действие, если закон прямо не предусматривает наказание за неосторожное действие. В разделе 29 StGB  неосторожность выделена в отдельную часть каждой статьи и наказание за нее менее строгое (ч.3 § 324, п. 2 ч. 1 § 324а, ч.3 § 325, ч. 3 § 325а, ч.5 § 326, ч.3 § 327, ч.5 § 328, ч.4 § 329 StGB).

Уголовно-правовые санкции раздела 29 StGB, как правило, предусматривают наказание в виде лишение свободы сроком до пяти лет. За неосторожные деяния – до трех лет. На основании § 330 StGB наказание ужесточается за особо тяжкие умышленные посягательства на природу – до десяти лет лишения свободы. Если сравнивать с УК РФ, то наказание за преступное посягательство на природу значительно строже. Если умышленное загрязнение природы повлекло смерть человека, то наказание составит до 10 лет лишения свободы (п. 2 ч. 4 § 330 StGB).

Составы раздела 29 StGB являются составами угрозы (с точки зрения российской доктрины), в отличие от УК РФ, где только ч. 1 ст. 247 относится к составу угрозы. Этим же они отличаются от норм Директивы  ЕС 2008/99/ЕС от 19 ноября2008 г. «Об уголовно-правовой охране окружающей среды», которая предписывает устанавливать уголовное наказание за причинение серьезного вреда человеку, либо существенный ущерб качеству воздуха, почвы, воды или сохранению животного и растительного мира. Пункт 12 преамбулы Директивы гласит, что она предусматривает минимальные правила, и государства-члены вольны в принятии и сохранении более строгих правил в отношении эффективной уголовно-правовой охраны окружающей среды. Поэтому уголовное законодательство ФРГ не противоречит рамочным норам ЕС.

Подводя итог, необходимо отметить следующее. В ФРГ, в отличие от уголовного законодательства Российской Федерации, уголовно-правовые нормы в сфере защиты окружающей среды рассеяны по многим федеральным законам. Центральное место в системе уголовного законодательства Германии занимает Уголовное уложение ФРГ (Strafgesetzbuch). Изучение раздела 29 StGB привело к выводу о том, что его нормы не содержат точных критериев уголовной наказуемости деяний, отличаются бланкетностью (административной акцессорностью), наличием оценочных признаков. Ответственность за создание угрозы загрязнения природы и отсутствие точных критериев уголовной наказуемости деяний приводит к тому, что в Германии регистрируется в год десятки тысяч преступлений против природной среды. И это при том, что в общую статистику не включаются преступления против флоры и фауны, которые в России составляют львиную доли экологических преступлений.


[1] Storm P.-C. Durch Umweltrecht zur Umweltordnung. –Bonn, 1995. – S.6.
[2] Любе-Вольф Г. Основные характеристики права окружающей среды Германии // Государство и право. – 2000. – № 11. – С. 90.
[3] Busch R., Iburg U. Umweltstrafrecht. Berlin, 2002. – S. 60-62.
[4] Meyerholt U. Umweltrecht. – Oldenburg, BIS-Verlag der Carl von Ossietzky UniversitätOldenburg, 2010. – S.135-136.
[5] Жалинский А.Э. Современное немецкое уголовное право. М.: ТК Верби, Изд-во Проспект, 2006. С. 82.
[6] Knopp L. Praktische Rechtsfragen der Sicherung und Sanierung von kontaminierten Abfall-Ablagerungen und Standorten // Betriebs-berater. 1990. № 9. S. 582.
[7] Ebenroth C.-T., Willburger A. Die strafrechtliche Verantwortung des Vorstandes für Umweltstraftaten und gesellschaftsrechtliche Vermeidungsstrategien. // Betriebs-berater. 1991. № 28. S. 1941.
[8] Goetz M., Marty M. Umweltdelikte 2004. TEXT 19/06 desUmweltbundesamtes,Berlin. – S. 63.
[9] Meyerholt U. Umweltrecht. Oldenburg, BIS-Verlag der Carl von Ossietzky UniversitätOldenburg, 2010. S. 137.

Список литературы / References

На русском языке:

1. Жалинский А.Э. Современное немецкое уголовное право. М.: ТК Верби, Изд-во Проспект, 2006. С. 82.

2. Любе-Вольф Г. Основные характеристики права окружающей среды Германии // Государство и право. 2000. № 11. С. 90.

На немецком языке:

1. Busch R.,IburgU.Umweltstrafrecht. Berlin, 2002. S. 60-62.

2. Ebenroth C.-T., Willburger A. Die strafrechtliche Verantwortung des Vorstandes für Umweltstraftaten und gesellschaftsrechtliche Vermeidungsstrategien. // Betriebs-berater. – 1991. – № 28. S. 1941.

3. Goetz M., Marty M. Umweltdelikte 2004. TEXT 19/06 desUmweltbundesamtes,Berlin. S. 63.

4. Knopp L. Praktische Rechtsfragen der Sicherung und Sanierung von kontaminierten Abfall-Ablagerungen und Standorten // Betriebs-berater. 1990. № 9. S. 582.

5. MeyerholtU.Umweltrecht. – Oldenburg, BIS-Verlag der Carl von Ossietzky UniversitätOldenburg, 2010. S. 135-136.

6. Storm P.-C. Durch Umweltrecht zur Umweltordnung.Bonn, 1995. S. 6.

References