USING A FIGURE OF SPEECH COMPARISON IN THE STORY BY HERMANN HESSE «KLINGSOR’S LAST SUMMER» (BASED ON THEMATIC FIELD «CREATION»)

Research article
DOI:
https://doi.org/10.18454/IRJ.2016.46.138
Issue: № 4 (46), 2016
Published:
2016/04/18
PDF

Abstract

Based on the story by Hermann Hesse «Klingsor’s last summer» we revealed the functions of comparison in order to determine the composition of comparative turn. Their constituents are the tokens, which indicating the segments of the thematic field «Creation» (art and architecture).

Захарова Е.М.

Аспирант кафедры немецкой филологии Волгоградского государственного социально-педагогического университета

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ФИГУРЫ РЕЧИ СРАВНЕНИЯ В РАССКАЗЕ ГЕРМАНА ГЕССЕ «ПОСЛЕДНЕЕ ЛЕТО КЛИНГЗОРА » (НА ПРИМЕРЕ ТЕМАТИЧЕСКОГО ПОЛЯ «ТВОРЧЕСТВО»)

 Аннотация

На материале рассказа Германа Гессе «Последнее лето Клингзора» выявлены функции сравнения, определен состав сравнительных оборотов. Их конституентами выступают лексемы, обозначающие сегменты тематического поля «творчество» (живопись и архитектура).

Ключевые слова: сравнение, функция, протагонист, идиолект, картина мира, текст, контекст, пассаж, автор.

Zakharova E.M.

Postgraduate Student, German Philology Department, Volgograd State Socio-Pedagogical University

USING A FIGURE OF SPEECH COMPARISON IN THE STORY BY HERMANN HESSE «KLINGSOR’S LAST SUMMER» (BASED ON THEMATIC FIELD «CREATION»)

Abstract

Based on the story by Hermann Hesse «Klingsor’s last summer» we revealed the functions of comparison in order to determine the composition of comparative turn. Their constituents are the tokens, which indicating the segments of the thematic field «Creation» (art and architecture).

Keywords: comparison, function, protagonist, ideolect, worldview, text, context, passage, author.

 

В современном языкознании значительное внимание уделяется изучению индивидуально-авторских картин мира [2; 5; 7, с. 104-106] и идиолекта отдельных писателей [1, с. 13-15; 4, с. 176-181; 8], что обусловлено как минимум двумя факторами. Во-первых,         значимостью исследования ценностной составляющей индивидуально-авторской картины мира, важностью изучения системы аксиологических приоритетов ее носителя, описания самого мировосприятия конкретной творческой личности (писателя, поэта), ее отраженного в художественной форме мироощущения, фиксирующего факты и события общественной жизни. Во-вторых, не менее важно при изучении индивидуально-авторских картин мира определение специфики использования национального языка конкретной языковой личностью, в частности, выявление особенностей ее художественно-выразительного потенциала, реализуемого в художественных произведениях.

Рассказ швейцарско-немецкого писателя Г. Гессе «Последнее лето Клингзора», изданный в 1919 году, повествует читателю историю одного сорокалетнего художника, временно проживающего на юге Италии. При написании послесловия к рассказу («Erinnerung an Klingsors Sommer», 1938г.) Г. Гессе подчеркивает его автобиографичность:  «Der vierjährige Krieg war zu Ende, die Welt schien in Scherben geschlagen, Millionen von Soldaten, von Kriegsgefangenen, von Bürgern kehrten aus Jahren des starren uniformierten Gehorchens in eine so ersehnte wie gefürchtete Freiheit zurück. Der Krieg, der große Weltregent, war gestorben und begraben; leer wartete eine veränderte und verarmte Welt auf entlassene Sklaven. Jeder hatte sich nach dieser Welt und nach freier Bewegung in ihr glühend gesehnt, und jedem war doch auch bange vor der Entlassung und Freiheit, vor den unvertraut gewordenen Bezirken des Privaten und Eigenen, vor der Verantwortung, die jede Freiheit bedeutet, vor den lang unterdrückten und beinahe zu Feinden gewordenen Regungen, Möglichkeiten und Träumen des eigenen Herzens» [13, с. 136]. Первая мировая война превратила миллионы граждан в людей, не способных выражать собственное мнение, разочарованных в собственной культуре, не имеющих свободы в действиях и в мыслях, не умеющих ценить прекрасное. Европе начала двадцатого века стоило, как полагал Г. Гессе, пересмотреть свои культурные ориентиры, провести ревизию системы ценностей. Писатель всячески пытался в то время скрыться от гнета государственного устройства. Г. Гессе нашел покой и умиротворение в одном отдаленном местечке (г. Тессин, Швейцария), где он мог заниматься творчеством – сочинять стихи, писать романы, заниматься живописью и отдавать себя полностью в рабство лишь одному богу – искусству. В этом состоит схожесть судьбы Г. Гессе с протагонистом рассказа Клингзором.

Само по себе слово «Клингзор» (нем. Klingsor) – это собирательный образ. В германской мифологии Klingsohr – это маг, волшебник, колдун. В других источниках Никола Клингзор (нем. Nicolas Klingsor, XII век) – один из поэтов мейстерзингиров (нем. Meistersinger), который изобрел «благословенное искусство» правильного стихосложения [11]. Исходя из данного факта, трудно себе представить протагониста рассказа Г. Гессе Клингзора вне рамок высокой эстетики. Клигзор – человек искусства, известный живописец, постоянно размышляющий о роли искусства в развитии цивилизации.

Гессевед Н.В. Рожкова пишет: «Осмысливая сущность творческой деятельности, великий писатель (Г. Гессе) задаётся вопросом: «Может быть, корень всех искусств и, пожалуй, всего духовного – в страхе перед смертью?», и его произведения дают положительный ответ. Если же человек и человечество перестают обращаться к высоким образцам или подменяют их произведениями-однодневками, начинаются беды и войны, вызванные болезнями духа» [9, с. 193]. И, на самом деле, эта мысль находит свое прямое воплощение в рассказе. Клингзор, как показывает сюжет произведения, творит с невероятным азартом, пылом и страстью, не позволяя себе ни одного нетворческого дня, часа, минуты.

Известно, что изобразительное искусство занимало в жизни Г. Гессе значительное место. Известный писатель (Нобелевская премия, 1946г.) серьезно увлекается живописью, отражая в своих картинах, написанных сочными красками акварели (Dorf im Frühling (1921г.), Häuser am Berg (1922г.), Breganzona (1923г.), Blühende Bäume (1925г.), Dächer von Montagnola (1928г.), пропитанных тонкой линией сюрреализма, любовью к окружающему миру и природе. В мировую историю Г. Гессе вошел, разумеется, прежде всего как писатель.

Одной из особенностей идиолекта Г. Гессе является его обращение к такой фигуре речи, как сравнение [3, с. 137-140; 4, с. 176-181; 6, с. 77-81], что обусловлено стремлением мастера художественного слова посредством оригинальных образов воздействовать на сознание читателя. Рассматривая природу сравнений, германист Э. Ризель отмечает необходимость их изучения в диахронии языка, в том числе и в идиолекте писателей: «Die Verwendung der Vergleiche ist unmittelbar abhängig von dem ideologischen und ästhetischen Charakter der literarischen Richtung, in der sie auftreten, unmittelbar abhängig von den weltanschaulichen und künstlerischen Eigenheiten des betreffenden Dichters. Es wäre eine lohnende Aufgabe für den Stilhistoriker, die Geschichte der literarisch-künstlerischen Vergleiche systematisch darzulegen» [14, с. 170]. Посредством применения сравнений в авторском художественном тексте достигается реализация задачи не только образного живописания персонажей и событий, но и эффективного воздействия на рассудок и эмоции читателя. Помимо прагматической функции сравнение выполняет, следовательно, и эстетическую функцию.

Указанные функции сравнения реализуются в рассказе «Последнее лето Клингзора». Данная фигура речи часто используется в этом произведении, что обусловлено его художественно-эстетическими задачами.

Материал показывает, что центральная тема рассказа «Последнее лето Клингзора» – это размышления его протагониста об искусстве, месте творчества в жизни человека, судьбе и предназначении художника. В первой главе рассказа протагонист описывает свое последнее в жизни лето с его запахами и звуками и как настоящий художник делает это очень выразительно, подчеркивая всю глубину образов: «Die heißen Tage, so lang sie waren, loderten weg wie brennende Fahnen, den kurzen schwülen Mondnächten folgten kurze schwüle Regennächte, wie Träume schnell und mit Bildern überfüllt fieberten die glänzenden Wochen dahin» [13,  с. 11]; (Жаркие дни, какими бы они ни были долгими, угасали как пламенные флаги, короткие душные лунные ночи сменяли короткие душные дождливые ночи; быстро, подобно снам, прочь стремились блестящие, лихорадочные недели, переполненные картинами [Перевод наш. – Е.З.]. В  сравнении «Die heißen Tage wie brennende Fahnen» имеет место объединенность понятий «Tag» и «Fahne». В данном достаточно оригинальном авторском сравнении явно проявляется идиолект Г. Гессе, увлекающегося религией и культурой Востока (в частности, Индии). Заметим: в истории  индуизма существовала традиция обозначения флага как символа луча света, сияющего всем и знаменующего о победе над темными силами [12]. В приведенном выше текстовом пассаже используется еще одно сравнение –  «wie Träume fieberten die glänzenden Wochen dahin». Промежуток времени – неделя – сопоставляется Г. Гессе со сном. Автор живописует легкое беспамятство протагониста в пограничном состоянии между явью и сном, границы между которыми расплывчаты, едва уловимы. Два приведенных сравнения в данном текстовом фрагменте образуют расширенное сравнение, богатое образами и, следовательно, реализующее задачу эстетического изображения действительности.

Вернувшись домой после ночной прогулки, Клингзор мастерски описывает природу: «Über der Baumschwärze schimmerten blaßspiegelnd die großen blechernen Blätter der Sommermagnolien, riesige schneeweiße Blüten dazwischen halbgeschlossen, groß wie Menschenköpfe, bleich wie Mond und Elfenbein, von denen durchdringend und beschwingt ein inniger Zitronengeruch herüberkam» [13, с. 11]; (Над темными, ночными деревьями белесыми бликами сверкали крупные жестяные листья летних магнолий с полузакрытыми огромными, с человеческую голову, белоснежными, бледными, похожими на луну и слоновую кость, цветками, от которых легко и мощно исходил густой запах лимона [Перевод наш. – Е.З.]). В данном предложении содержится три кратких сравнения, образующих в совокупности  расширенное сравнение. Вид древнейшего, вечнозеленого цветкового растения магнолии вызывает у художника Клингзора целый ассоциативный ряд  – голова человека, луна и слоновья кость (Menschenkopf, Mond, Elfenbein). Необычность ассоциаций, вызванных видом ночных деревьев, свидетельствует о таланте как восприятия, так и повествования Клингзора.

В заключительной главе «Автопортрет» многие почитатели художника усматривают в его последнем произведении фантастичность сюжета, другие наблюдают в нем черты натурфилософии, третьи заостряют внимание на  пестроте красок, четвертые отмечают освобождение Клингзора от оков материального, кто-то видит на картине черты безумия ее создателя. Приведем пассаж из текста: «Andre sehen darin einen letzten kühnen, ja verzweifelten Versuch zur Befreiung vom Gegenständlichen: ein Antlitz wie eine Landschaf gemalt, Haare an Laub und Baumrinde erinnernd, Augenhöhlen wie Felsspalten – sie sagen, dies Bild erinnere an die Natur nur so wie mancher Bergrücken an ein Menschengesicht, mancher Baumast an Hände und Beine erinnert, nur von ferne her, nur gleichnishaft» [13, с. 122]; (Другие видят здесь последнюю смелую, граничащую с отчаянием попытку художника освобождения от чего-то материального, предметного  (лицо, написанное как пейзаж, волосы, похожие на листву и кору деревьев, глазницы, как расселины в скалах), они говорят, что это полотно напоминает им натуру не более, чем иной вид горы человеческое лицо, иная ветка руку или ногу, то есть только отдаленно, только как-то символически [Перевод наш. –  Е.З.]. Использованное здесь расширенное сравнение содержит в своем составе три кратких сравнения, дополняющих друг друга. Посредством сравнения лицо Клингзора запечатлевает множество образов, ландшафтных образов: волосы-листва, глазницы в расселинах скал, гора, ветки деревьев, деревья. Перед зрителями и читателями предстает целая галерея образов, в своей совокупности изображающих жизнь человека.

Вторым сегментом тематического поля «Творчество» является архитектура, описание которой оказывается важным для выражения коммуникативного замысла Г. Гессе. Феномен архитектуры демонстрирует искусствоведческую направленность рассказа «Последнее лето Клингзора», воссоздавая связь с естественной природной средой, служащей воплощением представлений о взаимоотношениях человека с природой. Всё более остро ощущая приближающуюся болезнь, протагонист сосредоточен на мысли о быстротечности человеческой жизни, растраченных впустую силах, тленности бытия. Свою нынешнюю низкую работоспособность Клингзор сравнивает с комплексной ансамблевой постройкой: «Niemand konnte eine lange Zeit hindurch Tag und Nacht alle seine Lichter, alle seine Vulkane brennen haben, niemand konnte mehr als eine kurze Zeit lang Tag und Nacht in Flammen stehen, jeden Tag viele Stunden glühender Arbeit, jede Nacht viele Stunden glühender Gedanken, immerzu genießend, immerzu schaffend, immerzu in allen Sinnen und Nerven hell und überwach wie ein Schloß, hinter dessen sämtlichen Fenstern Tag für Tag Musik erschallt, Nacht für Nacht tausend Kerzen funkeln» [13, с. 13]; (Никто не может постоянно, денно и нощно, гореть всеми своими огнями, всеми своими вулканами, никто не в состоянии дольше какого-то короткого срока днем и ночью пылать пламенем, ежедневно, часами в сжигающем труде, каждую ночь часами и часами в жгучих мыслях, постоянно наслаждаясь и творя, всегда, всеми своими чувствами и нервами, оставаясь светлым и бессонным, как замок, за окнами которого днями без перерыва громко звучит музыка, ночь за ночью сверкают тысячи свечей [Перевод наш. – Е.З.]. В приведенном тексте из рассказа использовано краткое сравнение  «wie ein Schloß» (как замок). Обращение Г. Гессе к образу замка не случайно. С одной стороны, замок символизирует укрепленную мировоззренческую позицию Клингзора, а с другой подчеркивает особенности его психического состояния, выказывая твердость характера, выдержку и умение держать удары судьбы, искусство самообладания. В средневековой семиосфере, как известно, замок выступал в качестве аллегории трансцендентной души. Образ замка зачастую связан с материализацией чуда, а его мифологическим мотивом служат сокровища, толкуемые как духовное богатство человека [10]. В примере из рассказа фигура речи сравнения употребляется в одном контексте с множеством других ярких, прагматически действенных стилистических средств – анафора, лексический повтор, антитеза. Их искусное применение служит экспрессивизации художественного текста, выполнению задачи эстетического воздействия на читателя, максимальному повышению прагматического эффекта.

В главе «День Карено» Клингзор вместе со своими друзьями отправляется в долину Пампамбьо, где они наслаждаются природными красотами, обсуждают великую бессмертную силу искусства и никчемность жизни перед великими силами красоты, которые создала сама природа, при этом имеющая право ликвидировать, усовершенствовать или полностью заменить на лучшее все в ней существующее. Круговорот природных явлений и  человеческих преобразований играет главную роль в улучшении качества жизнедеятельности ее индивидов. Важность рассмотрения окружающего мира через призму художника набирает высокие обороты при формировании созерцательности, выделении многообразия выразительных форм, их строения и модификации. Путешествие в Карено Клингзор изображает колоритными красками, описывая многочисленные архитектурные сооружения, реалии, людей, которых ему посчастливилось там встретить, и своих друзей: «Sah er zurück, so wölbte sich über dem schwarzen Negerkopf Ersilias der Türkis des Sonnenschirmes» [13, с. 46]; (Когда он оглядывался, то видел, как над черной негритянской головой Эрсилии плыла, как купол, бирюза зонтика [Перевод наш. – Е.З.]. В оригинале текста употреблено закрытое сравнение. Это сравнение не имеет определяющего маркера, но оно описывает заложенный образ, который наполняет сравнительную область [3, с. 137]. Обрисовка зонтика посредством сравнения с конструкционным покрытием сопоставляет его с символом неба, направляя образ Эрсилии в бесконечность небесного (божественного) творения. В конце главы измученный Клингзор после насыщенных жарких дней, проведенных в путешествиях, шагая к своему дому, воспевает Бога и самого себя: «... bin ich wie eine Kugel von Gold, wie die Kuppel eines Domes, man kniet darin, man betet, Gold strahlt von der Wand, auf altem Bilde blutet der Heiland, blutet das Herz der Maria. Wir bluten auch, wir anderen, wir Irrgegangenen, wir Sterne und Kometen, sieben und vierzehn Schwerter gehn durch unsre selige Brust. Ich liebe dich, blonde und schwarze Frau, ich liebe alle, auch die Philister; ihr seid arme Teufel wie ich, ihr seid arme Kinder und fehlgeratene Halbgötter wie der betrunkne Klingsor» [13, с. 74];  (...я как золотой шар, как купол собора, там стоят на коленях, произносят слова молитвы, стены блестят золотом, на старой картине истекает кровью Спаситель, истекает  кровью сердце Пречистой Девы. И мы тоже истекаем кровью. Мы, все другие, мы, потерявшиеся в мире, мы, звезды и кометы, семь и дважды семь мечей пронзают нашу блаженную грудь. Я люблю тебя, женщина светловолосая и чернокудрая, я люблю всех и бюргеров тоже; вы такие же бедняги, как я, такие же, как и я, бедные дети и несостоявшиеся полубоги, как пьяный Клингзор [Перевод наш. – Е.З.]. Рассматриваемое здесь расширенное сравнение содержит в своем составе пять кратких сравнений, что подчеркивает соответствующее эмоциональное состояние протагониста. Автором показан весь стержень и нравственный потенциал персонажа. Сравнения в первой части примера (wie eine Kugel von Gold, wie die Kuppel eines Domes) имеют религиозный характер. Перед читателем предстает образ круглого, безграничного единства Бога и человека.

В автобиографичном рассказе  Германа Гессе «Последнее лето Клингзора» тематической доминантой выступает сфера искусства, что во многом обусловило его сюжет, выбор художника в качестве протагониста, равно как и лексический состав произведения. С целью воплощения своего коммуникативного замысла писателем часто используется сравнение. Оно выполняет в рассказе «Последнее лето Клингзора» эстетическую и прагматическую функции. В состав сравнений входят лексические единицы, выражающие самобытные, индивидуально-авторские образы, свидетельствующие об оригинальном мировосприятии писателя Германа Гессе.

Литература

  1. Акатова А.А. Лексико-семантическое пространство идиолекта // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2015. №5 (47). Ч.II. С. 13-15. URL: http://scjournal.ru/articles/issn_1997-2911_2015_5-2_01.pdf (дата обращения 01.03.16)
  2. Ашихманова Н.А. Трансформация ценностей в индивидуально-авторской концептосфере (на материале произведений Джона Барта): атореф. дис. … канд. филол. наук. Волгоград, 2009. 20 с.
  3. Захарова Е.М. Употребление кратких сравнений в романе Германа Гессе «Сиддхартха. Индийская поэма» (опыт лингвокультурологического анализа) // Электронный научно-образовательный журнал ВГСПУ «Грани познания». №5 (32). 2014. — С. 137-140. URL: http://grani.vspu.ru/avtor/722 (дата обращения 01.03.16)
  4. Захарова Е.М. Использование фигуры речи сравнения в романе Германа Гессе «Демиан. История юности, написанная Эмилем Синклером» (на примере денотативной сферы «Предметы и артефакты») // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. 2015. №9-10. – С. 176-181. URL: http://izvestia.vspu.ru/files/publics/104/176-181.pdf  (дата обращения 01.03.16)
  5. Красавский Н.А. Индивидуально-авторские концепты Германа Гессе: учеб. пособие. Волгоград: «Парадигма», 2015. – 140 с.
  6. Красавский Н.А. Индивидуально-авторские концепты «целеустремленность», «настойчивость», «терпение», «невозмутимость» в повести Германа Гессе «Сиддхартха. Индийская поэма» // Грани познания: электронный научно-образовательный журнал ФГБОУ ВПО «ВГСПУ». 2013. №2 (22). С. 77-81. URL: hhtp://grani.vspu.ru/  (дата обращения 01.03.16)
  7. Макарова О.С. Метафорическая реализация индивидуального базисного концепта «Wahrheit» в философии Ф.Ницше // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2013. №4 (22). Ч.1. С. 104-106.
  8. Маслова В.А. Поэт и культура: концептосфера Марины Цветаевой. Учеб. пособие. М.: Флинта: Наука, 2004. – 256 с.
  9. Рожкова Н.В. «Феноменология искусства в творчестве Германа Гессе». Научные ведомости. Серия Философия. Социология. Право. 2010. №2 (73). Выпуск 11. С. 192-200.
  10. Символы, знаки, эмблемы: Энциклопедия / авт.-сост. В.Э. Багдасарян, И.Б. Орлов, В.Л. Телицын; под общ. ред. В.Л. Телицына. – 2-е изд. М.: ЛОКИД-ПРЕСС, 2005. – 494 с.
  11. Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. т. XIX. С. 375-377. URL: http://www.vehi.net/brokgauz/ (дата обращения 05.03.16)
  12. Энциклопедия символики и геральдики. URL:http://www.symbolarium.ru/index.php/%D0%A4%D0%BB%D0%B0%D0%B3 (дата обращения 05.03.16)
  13. Hesse H. Klingsors letzter Sommer. Erzählung mit farbigen Bildern vom Verfasser. Bibliothek Suhrkamp. PDF-Version. – 145 S.
  14. Riesel E. Abriss der Deutschen Stilistik. Moskau, 1954. – 402 S.

References

  1. Akatova A.A. Leksiko-semanticheskoe prostranstvo idiolekta // Filologicheskie nauki. Voprosy teorii i praktiki. 2015. №5 (47). Ch.II. S. 13-15. URL: http://scjournal.ru/articles/issn_1997-2911_2015_5-2_01.pdf (data obrashhenija 01.03.16)
  2. Ashihmanova N.A. Transformacija cennostej v individual'no-avtorskoj konceptosfere (na materiale proizvedenij Dzhona Barta): atoref. dis. … kand. filol. nauk. Volgograd, 2009. 20 s.
  3. Zaharova E.M. Upotreblenie kratkih sravnenij v romane Germana Gesse «Siddhartha. Indijskaja pojema» (opyt lingvokul'turologicheskogo analiza) // Jelektronnyj nauchno-obrazovatel'nyj zhurnal VGSPU «Grani poznanija». №5 (32). 2014. — S. 137-140. URL: http://grani.vspu.ru/avtor/722 (data obrashhenija 01.03.16)
  4. Zaharova E.M. Ispol'zovanie figury rechi sravnenija v romane Germana Gesse «Demian. Istorija junosti, napisannaja Jemilem Sinklerom» (na primere denotativnoj sfery «Predmety i artefakty») // Izvestija Volgogradskogo gosudarstvennogo pedagogicheskogo universiteta. 2015. №9-10. – S. 176-181. URL: http://izvestia.vspu.ru/files/publics/104/176-181.pdf  (data obrashhenija 01.03.16)
  5. Krasavskij N.A. Individual'no-avtorskie koncepty Germana Gesse: ucheb. posobie. Volgograd: «Paradigma», 2015. – 140 s.
  6. Krasavskij N.A. Individual'no-avtorskie koncepty «celeustremlennost'», «nastojchivost'», «terpenie», «nevozmutimost'» v povesti Germana Gesse «Siddhartha. Indijskaja pojema» // Grani poznanija: jelektronnyj nauchno-obrazovatel'nyj zhurnal FGBOU VPO «VGSPU». 2013. №2 (22). S. 77-81. URL: hhtp://grani.vspu.ru/  (data obrashhenija 01.03.16)
  7. Makarova O.S. Metaforicheskaja realizacija individual'nogo bazisnogo koncepta «Wahrheit» v filosofii F.Nicshe // Filologicheskie nauki. Voprosy teorii i praktiki. 2013. №4 (22). Ch.1. S. 104-106.
  8. Maslova V.A. Pojet i kul'tura: konceptosfera Mariny Cvetaevoj. Ucheb. posobie. M.: Flinta: Nauka, 2004. – 256 s.
  9. Rozhkova N.V. «Fenomenologija iskusstva v tvorchestve Germana Gesse». Nauchnye vedomosti. Serija Filosofija. Sociologija. Pravo. 2010. №2 (73). Vypusk 11. 192-200.
  10. Simvoly, znaki, jemblemy: Jenciklopedija / avt.-sost. V.Je. Bagdasarjan, I.B. Orlov, V.L. Telicyn; pod obshh. red. V.L. Telicyna. – 2-e izd. : LOKID-PRESS, 2005. – 494 s.
  11. Jenciklopedicheskij slovar' Brokgauza i Efrona. t. XIX. S. 375-377. URL: http://www.vehi.net/brokgauz/ (data obrashhenija 05.03.16)
  12. Jenciklopedija simvoliki i geral'diki. URL:http://www.symbolarium.ru/index.php/%D0%A4%D0%BB%D0%B0%D0%B3 (data obrashhenija 05.03.16)
  13. Hesse H. Klingsors letzter Sommer. Erzählung mit farbigen Bildern vom Verfasser. Bibliothek Suhrkamp. PDF-Version. 2016. – 145 S.
  14. Riesel E. Abriss der Deutschen Stilistik. Moskau, 1954. – 402 S.