MONEY MOTIVE AND THE PROBLEM OF MORALITY IN EDITH WHARTON’S NOVEL “HOUSE OF MIRTH”

Research article
DOI:
https://doi.org/10.23670/IRJ.2018.68.019
Issue: № 2 (68), 2018
Published:
2018/02/19
PDF

Abstract

The article is devoted to the study of the views of the American writer Edith Wharton on the problem of choice between material and moral values of the representatives of the fashionable society of New York in the late XIX – early XX century. In her novel “The House of Mirth” Edith Wharton presents a satirical portrait of the moral image of the rich people of America who, in the process of “materialistic” civilization development in the United States, abandon moral norms defining money capital as the only moral law. The purpose of the article is to identify the role of money as the determining factor in the social life of high society in New York and their impact on the notion of moral values and morality.

Тимошенко И.Н.

ORCID 0000-0001-8414-8640, Кандидат филологических наук,

Санкт-Петербургский государственный университет

МОТИВ ДЕНЕГ И ПРОБЛЕМА НРАВСТВЕННОСТИ В РОМАНЕ ЭДИТ УОРТОН «ДОМ РАДОСТИ»

Аннотация

Статья посвящена исследованию взглядов американской писательницы Эдит Уортон на проблему выбора между материальными и моральными ценностями, с которой столкнулось фешенебельное общество Нью-Йорка в конце XIX - начале XX века. В романе «Дом радости» Эдит Уортон представляет сатирический портрет нравственного облика богатых людей Америки, которые в процессе развития «материалистической» цивилизации США отказываются от норм морали, определяя денежный капитал в качестве единственного нравственного закона. Целью статьи является выявление роли денег как определяющего фактора в общественной жизни высшего света Нью-Йорка и их воздействия на понятие о морали и нравственности. 

Ключевые слова: проблема нравственности, денежный капитал, старый Нью-Йорк, материалистическая цивилизация.

Timoshenko I.N.

ORCID 0000-0001-8414-8640, PhD in Philology,

Saint Petersburg State University

MONEY MOTIVE AND THE PROBLEM OF MORALITY IN EDITH WHARTON’S NOVEL “HOUSE OF MIRTH”

Abstract

The article is devoted to the study of the views of the American writer Edith Wharton on the problem of choice between material and moral values of the representatives of the fashionable society of New York in the late XIX – early XX century. In her novel “The House of Mirth” Edith Wharton presents a satirical portrait of the moral image of the rich people of America who, in the process of “materialistic” civilization development in the United States, abandon moral norms defining money capital as the only moral law. The purpose of the article is to identify the role of money as the determining factor in the social life of high society in New York and their impact on the notion of moral values and morality.

Keywords: problem of morality, money capital, old New York, materialistic civilization.

В романе Дом радости (1905) американская писательница Эдит Уортон (1862-1937) создала портрет фешенебельного нью-йоркского общества в эпоху грандиозных перемен, охвативших Соединенные Штаты в конце XIX - начале XX столетия. На рубеже веков в Америке происходили процессы глобального преобразования страны: индустриализация и урбанизация, стремительное развитие науки и техники, широкое освоение природных ресурсов, значительные изменения в экономической сфере.

Все эти перемены не могли не коснуться общества, о котором писала и к которому по праву рождения принадлежала сама Эдит Уортон. Появление сильного соперника в лице нового класса быстро разбогатевших после Гражданской войны предпринимателей заставило представителей «старого Нью-Йорка» или «старой» буржуазии, ведущих свое происхождение с колониальных времен и первых лет независимости США, вступить в жестокую конкурентную борьбу за сохранение сфер влияния и, самое главное, немалых денежных капиталов. Ведь мир фешенебельного Нью-Йорка всегда был миром денег, о чем писала и сама Эдит Уортон. «Их предки ехали в колонии не умирать во имя веры, а жить во имя банковского счета, и эта традиция непоколебима» [10, С. 373].

Действительно, деньги неизменно являлись определяющим фактором в общественной жизни высшего света Нью-Йорка, но до появления нового класса богатых людей «старая» буржуазия, претендуя на некую элитарность, стремилась к соблюдению нравственных законов и норм морали. Вступив в борьбу за сохранение и приумножение собственности, представители «старого Нью-Йорка» перестали ощущать какие бы то ни было нравственные ограничения, определив денежный капитал в качестве единственного нравственного закона. И в романе «Дом радости» мир фешенебельного нью-йоркского общества предстает как огромный рынок, где все продается и все покупается.

В центре внимания читателя оказывается история Лили Барт, двадцатидевятилетней красавицы, по праву рождения принадлежащей к светскому обществу Нью-Йорка, но не имеющей достаточно денег, чтобы жить так, как того требуют обычаи ее окружения. Не желая отказываться от роскоши и наслаждений, главная героиня ведет сложную жизнь на грани «блеска и нищеты», становясь компаньонкой то одной, то другой богатой дамы.

Перемещая героиню из великолепного городского особняка на шикарную яхту или в роскошное загородное поместье, Уортон внимательно и подробно изучает и исследует мораль и нравы фешенебельного общества.

Одной из ярких представительниц этого тесного круга «избранных» является Джуди Тренор, которая играет значительную роль в жизни общества. Ее дом – центр самых разнообразных развлечений. Миссис Тренор все свое время посвящает организации и проведению званых обедов и ужинов, подбору наиболее интересных гостей для шумных вечеров и увеселительных прогулок, сбору бесчисленных сплетен, которые необходимо учитывать при составлении списка приглашенных.

Любой человек, появляющийся в окружении Джуди Тренор, рассматривается ею с точки зрения его положения в обществе, материального состояния или, по крайней мере, пользы, которую он может принести. Так, зная о том, что предпочитаемые ее супругом, Гасом Тренором, темы для разговоров вызывают у многих скуку и раздражение, миссис Тренор вынуждена приглашать Кэрри Фишер – «единственного человека, который может терпеливо выслушивать Гаса и, тем самым, держать его в хорошем расположении духа» [9, С. 43]. Джуди прекрасно известно, что миссис Фишер вытягивает из кошелька ее мужа немалые суммы денег, но для создания легкой и непринужденной атмосферы в кругу приглашенных она готова мириться с присутствием особы, которую считает «стервятницей без малейшей капли совести» [9, С. 90]. Если услуги миссис Фишер требуются миссис Тренор для развлечения собственного супруга, то Лили Барт необходима ей для выполнения «скучной» секретарской работы: написания десятка-другого писем, составления списка гостей к обеду, ответов на многочисленные приглашения. Узнав же о намерении Лили «поймать в свои сети» молодого миллионера Перси Грайса, Джуди Тренор сразу же дает девушке отчет о его материальном состоянии: «Он имеет около восьми тысяч в год. У его матери больное сердце, и после ее смерти к нему перейдет все ее состояние» [9, С. 47].

В своем узком кругу миссис Тренор пользуется большим авторитетом, и большая часть ее окружения чутко прислушивается к мнению этой дамы, хорошо понимая, что «куда последует Джуди Тренор, туда повернет и весь мир» [9, С. 239]. Уортон не скрывает того факта, что власть и могущество миссис Тренор держатся исключительно на банковском счете ее супруга. Это прекрасно осознает и сама Джуди Тренор, поскольку «если она и была равнодушна к романам Гаса на стороне, то к содержимому его карманов испытывала жгучую ревность» [9, С. 239]. Подобное отношение миссис Тренор к собственному супругу лучше всего иллюстрирует тот факт, что в обществе, где властвует безмерный эгоизм и бездушный расчет, основой всех связей – семейных, родственных, дружеских – являются деньги.

Еще одним персонажем, заслуживающим особого внимания, является красивая и уверенная в себе Берта Дорсет. Как и Джуди Тренор, миссис Дорсет обладает огромной властью, подкрепленной солидным денежным капиталом ее супруга. В изображении Уортон Берта Дорсет предстает как воплощение порока, искусно прикрытого и облагороженного роскошью. Автор щедро наделяет эту героиню коварством, лживостью и жестокостью.

Отстаивая собственные интересы, миссис Дорсет безжалостно расправляется с каждым, кто встает у нее на пути. «Защищаясь, она могла быть беспринципной, а перед лицом опасности становилась опасной и безрассудной. То, что в такие моменты попадалось ей под руку, использовалось в качестве оборонительного метательного снаряда» [9, С. 222].

Так, заведя роман с молодым человеком, миссис Дорсет для отвлечения внимания супруга приглашает Лили в круиз по Средиземному морю. Проведя с любовником ночь, Берта обвиняет девушку в связи с собственным мужем и, приняв вид оскорбленной добродетели, просит Лили покинуть яхту. Растерявшаяся и беспомощная Лили даже не попытается объясниться, полагая, что в «этом случае людям гораздо проще поверить Берте Дорсет, поскольку у нее большой дом и ложа в опере» [9, С. 236].

И действительно, миссис Дорсет твердо уверена в собственной безнаказанности, поскольку принадлежит к кругу «избранных». Она осознает свою элитарность и исключительность. Ей дозволено все. Для таких как она не существует никаких нравственных ограничений. Миссис Дорсет смело нарушает все общепринятые нормы и правила, заводя любовников и растрачивая огромные суммы денег. В обществе много говорят о ее безрассудных выходках, но деньги, которыми она обладает, по-видимому, оправдывают «опрометчивые» поступки миссис Дорсет.

Создавая столь жестокий и откровенный портрет этой бездушной и самовлюбленной представительницы высшего света, которой «благонравное» и «респектабельное» общество позволяет безнаказанно преступать общепризнанные нормы морали, Уортон стремилась показать, как богатство может приводить к фальсификации ума, эмоций, морали, этики, всей жизни.

Идея о разрушительном воздействии денег на личность человека получает дальнейшее развитие в беседе Лили Барт с молодым человеком по имени Лоренс Сэлден, с которым девушку связывают дружеские отношения. Он призывает Лили, мечтающую добиться успеха в обществе, отказаться от забот о роскоши и богатстве и, присоединившись к нему, вступить в Республику Духа – «страну, где каждому приходится искать свой путь» [9, С. 71]. Сэлден предлагает девушке собственное понимание успеха: «Успех – это личная свобода, свобода от всего: денег и общества, покоя и волнений, всех материальных благ. Жить в Республике Духа – вот что я называю успехом» [9, С. 71]. Единственным условием, необходимым для вступления в Республику Духа, является отказ от материальных благ и погони за богатством. На возражение Лили о том, что «единственный способ не думать о деньгах – это иметь их в достаточном количестве», Сэлден приводит девушке следующий аргумент: «…единственный способ не думать о воздухе – это иметь его в достаточном количестве для дыхания…; но наши легкие думают о воздухе, если этого не делаем мы. То же самое происходит и с богатыми людьми: они могут не думать о деньгах, но они постоянно дышат ими. Замените этот денежный элемент каким-то другим, и вы увидите, как они начнут корчиться и задыхаться» [9, С. 71].

Не менее значимым мужским персонажем, необходимым Уортон для воссоздания наиболее полной картины нравов фешенебельного общества, является Саймон Роуздейл. Он представляет класс тех самых вульгарных нуворишей, которые любой ценой пытаются проникнуть в узкий и замкнутый мирок «старой» буржуазии Америки.

Этот «пухлый румяный человек», «не лишенный внешнего лоска», обладает огромным денежным капиталом [9, С. 14]. Оказывая всевозможные услуги представителям высшего света, он стремится стать полноправным членом фешенебельного общества. Смиренно принимая отказы и терпеливо выжидая удобного случая, мистер Роуздейл старается научиться хорошим манерам и как можно больше узнать о нравах и обычаях того круга, к которому хотел бы присоединиться. Его первые попытки проникнуть в замкнутый мир «старого Нью-Йорка» заканчиваются полным провалом. Миссис Тренор во всеуслышание заявляет, что «он – тот самый маленький еврей, которого уже не раз подавали к столу общества, и столько же раз от него отказывались» [9, С. 17].

Однако мистер Роуздейл не смиряется с поражением и «с неослабевающей настойчивостью пробивает себе дорогу сквозь плотные заграждения общественного сопротивления» [9, С. 25]. Его упорство в конечном итоге полностью себя оправдывает. Многочисленные развлечения, которые являются излюбленным времяпрепровождением высшего света, требуют немалых денежных средств. И фешенебельное общество готово снисходительно относиться к появлению в его рядах «невозможного» мистера Роуздейла, если он предоставит свой солидный капитал в их полное распоряжение. «Некоторое время общество развлекалось, играя роль Золушки, но вскоре устало греться у камина и приветствовало в роли Крестной Матери любого волшебника, достаточно могущественного для того, чтобы вновь обратить сморщившуюся тыкву в золотую карету» [9, С. 127].

Создав образ Саймона Роуздейла, Уортон одной из первых в американской литературе представила тип умного, сильного и предприимчивого бизнесмена, который вскоре сменит «старую» буржуазию у руля власти. Тот факт, что мистеру Роуздейлу удается «устанавливать на Уолл-Стрит такие обязательства, которые могут быть оплачены лишь на Пятой Авеню», застроенной особняками предпринимателей и бизнесменов, свидетельствует о том, что богатство из рук «старой» буржуазии уже перешло к новому поколению богатых людей [9, С. 251]. И Уортон полагает, что в подобной ситуации лишь высокие нравственные идеалы и моральное превосходство «старого Нью-Йорка» позволили бы ему сохранить ту исключительность и элитарность, которая отличала его на протяжении довольно долгого времени. Однако для большинства соплеменников писательницы деньги оказываются важнее всяких норм морали. И нравственная система «старой» буржуазии терпит крах вследствие ее неспособности противостоять натиску «материалистического» духа. Представители фешенебельного общества, для которых материальные ценности выше моральных, начинают утрачивать свою элитарность, постепенно сливаясь с идущим ему на смену классом дельцов, бизнесменов, предпринимателей.

Процесс бурного развития «материалистической» цивилизации Америки, несомненно, вызывал у Уортон протест и негодование. Ее тревожила нравственная эволюция американского общества, выражаемая в фетишизации материальных ценностей, вызревании культа денег, прагматическом отрицании идей нравственности и долга. Реакцией писательницы на происходящие в стране события явилась представленная в романе «Дом радости» сатирическая характеристика нравственного облика социальной верхушки США.

Список литературы / References

  1. American Literature to 1900. Ed. by M. Cunliff. – London, 1986. – 400 p.
  2. Cambridge Companion to American Realism and Naturalism: Howells to London. Ed. by Donald Pizer. – Cambridge, 1995. – 287 p.
  3. Fisher Ph. Still the New World: American Literature in a Culture of Creative Destruction. – Cambridge, London, 1999. – 290 p.
  4. Maini D. S. The Spirit of American Literature. – New Delhi, 1988.– 222 p.
  5. Schneider R. W. The Novelists of the Progressive Era. – N. Y., London, 1965. – 290 p.
  6. Trachtenberg A. The Incorporation of America: Culture and Society in the Gilded Age. – N. Y., 1983. – 261 p.
  7. Trilling L. The Liberal Imagination. Essays on Literature and Society. – N. Y., London, 1978. – 284 p.
  8. Wharton E. N. A Backward Glance // Wharton E. N. Novellas and Other Writings. – N.Y., 1984. – P. 667-1068.
  9. Wharton E. N. The House of Mirth. // Wharton E. N. Novels. – N.Y., 1985. – P. 1- 349.
  10. Wharton E. N. The Old Maid // Wharton E. N. Novellas and Other Writings. – N.Y., 1984. – P. 371- 443.