Antonyms: glossing, cowords, dictionaries of cowords, contrast, levels (based on English economic terms)

Research article
  • Шакирьянов Лев МорисовичБашкирский государственный университет, Уфа, Российская Федерация
https://doi.org/10.60797/IRJ.2026.173.7
DOI:
https://doi.org/10.60797/IRJ.2026.173.7
EDN:
BIYAPG
Suggested:
16.07.2026
Accepted:
21.08.2026
Published:
17.11.2026
Issue: № 11 (173), 2026
Issue: № 11 (173), 2026
Rightholder:authors.
License:Attribution 4.0 International (CC BY 4.0)
20
0
XML
PDF

Abstract

When clarifying the theoretical and practical aspects of the phenomenon of antonymy, the concepts of glossing, cowords (synonyms), dictionaries of cowords (synonyms) are often ignored; however, it is in this sequence that the phenomenon develops and is then considered as a logical-semantic category of contrast, extending to all levels of linguistics. The purpose of this study is to identify the features of the hierarchical structure of language (integrity) and to clarify the history of its emergence and its place among other phenomena. The scientific novelty of the study lies in the approach to examining economic terms as a specific basis for the manifestation of the phenomenon of opposition, which largely determines the specifics of the formation of the analyzed linguistic units. The theoretical significance of the study lies in the development of the theory of lexical systemic and speech antonymy, which has taken shape as a complex structure, the elements of which are in continuous interaction, as a result of which opposition engages in multifaceted ways of its implementation. The practical value of the study lies in the possibility of using the results obtained in the work in the practice of teaching Germanic languages at higher education institutions — in lectures on the lexicology and stylistics of the English language, in special courses on the theory of text and discourse, and on the types of semantic relationships between linguistic units. As a result of the study, it has been found out that the idea of antonymy, being closely related to synonymy, originates in the period of language formation, when it is necessary to explain unfamiliar nominations to the addressee. As a result, numerous glosses, or ways of introducing meta-linguistic information, can be found as early as in the texts of the Petrine era. Already in the Catherinian era, the term "soslovo" (coword, synonym) appeared, and "soslovniki" (dictionaries of cowords, or synonyms) were compiled. "Contrast" as a phenomenon appeared in the modern era, whereas the most progressive model of antonymy is the level model. The latter is based on the unshakable fundamental principles of linguistics, and the results obtained significantly contribute to the development of the theory of meaning.

1. Введение

Категория «противоположность» получает освещение со времен Анаксимандра, Платона, Аристотеля, она также развивается в трудах Канта, Гегеля (также Гадамера, Фихте и Шеллинга, и других философов). Анаксимандр, применяя принцип раздвоения единого на противоположности, объяснял тем самым происхождение мира животных и человека

. По мнению Аристотеля, «противоположностью надо признавать только отличие вещи от того, от чего она отличается по виду; а такое различие бывает только между тем, что принадлежит к одному и тому же роду», «противоположность, как мы установили, это — до конца доведенное различие, а различие (то, которое по виду) есть всегда отличие от чего-нибудь и в области чего-нибудь, так что здесь мы имеем тот же самый род, одинаково относящийся к обеим <различным> вещам (поэтому также все противоположности принадлежат к одному и тому же ряду высказываний, если они являются иными по виду, а не по роду, причем они отличаются друг от друга в наивысшей степени — различие ведь здесь до конца выявленное — и вместе друг с другом не даются)»
,
.

2. Методы и принципы исследования

В работе применяется уровневый анализ, то есть метод исследования и описания языка, при котором считается, что система языка состоит из ряда подсистем (уровней); при этом, особенности каждого уровня определяются набором, типами и правилами функционирования языковых единиц.

Исследование проводилось на материале экономических терминов из Англо-русского экономического словаря под ред. проф., д-ра экон. наук А.В. Аникина

, а также различных экономических реалий лингвострановедческого словаря США учёного-энциклопедиста, д-ра филол. наук Г.Д. Томахина
(общее число рассмотренных случаев актуализации значения на различных уровнях языка — 2000 терминов). Отметим, что целью исследования являлся уровневый анализ, который не предполагал непосредственного анализа количественных или других показателей, так как основной задачей было корректно расположить уровни значения.

3. Основные результаты

Термин синоним впервые фиксируется в работе грамматиста аббата Габриэля Жерара (1718). Антоним возникает впервые в труде И.Ф. Калайдовича (1826). Сами уровни антонимии уже рассматривались нами ранее в других работах

.

Приведем нашу рабочую трактовку антонимии.

Антонимы возникают в языкознании с целью упорядочения семантически противоположных или противопоставленных слов (контраст, как принято считать, объединяет эти два понятия), в итоге зарекомендовав себя всеобъемлющим языковым и речевым явлением, охватывающим все слои лингвистики.

3.1. Глоссы, сослова, сословники

Глоссы появляются раньше синонимов, но чуть позже выявится их сходство (манифестъ vs объявленiе, прiсяга vs клятвенное обѣщанiе

; модестiи vs умѣренности, балъ или танцы
. Глоссы очень часто заменяются в трудах исследователей понятием синонимии (И.С. Хаустова, Ю.С. Сорокин, В.В. Веселицкий). Наряду с данными терминами, можно найти такие термины как «пояснение», «эквивалент», «лексические и смысловые соответствия», «примечания», «толкования», «тождеслова», «дублеты»
,
. Подтверждение заимствований в русском литературном языке можно встретить в работах В.В. Виноградова
, и, чуть раньше, П.П. Пекарского
. В Екатерининскую эпоху появляется термин «сослово»; так, Н.М. Карамзин в газете «Московские ведомости» (1795) пишет следующее: «В языке, обогащенном умными авторами, в языке выработанном не может быть синонимов; всегда имеют они между собой некоторое тонкое различие, известное тем писателям, которые владеют духом языка, сами размышляют, сами чувствуют, а не попугаями других бывают»
. Работе Н.М. Карамзина предшествуют заметки Д.И. Фонвизина в журнале «Опыт российского сословника»
,
,
,
.

Одной из первых попыток обратиться к явлению антонимии считается труд И.Ф. Калайдовича «Краткое изложение правил для составления ручного словаря». В ходе анализа установлено, что о Д.Ф. Калайдовиче и А.Ф. Калайдовиче сохранилось не так много сведений. Кроме того, можно сделать вывод о том, что Ф.Ф. Калайдович и К.Ф. Калайдович проявляли интерес, скорее, к археологии, а два других брата — П.Ф. Калайдович и И.Ф. Калайдович – к проблемам грамматики и лексикологии. Установлено, что П.Ф. Калайдович в своей работе «Опыт словаря русских синонимов» (1818) приводит определение синонима, а И.Ф. Калайдович в работе «Краткое изложение правил для составления ручного словаря» (1826) — определение антонима. Сведения о составе семьи Калайдовичей можно найти в биографическом очерке наиболее известного из братьев, К.Ф. Калайдовича, одного из видных сотрудников канцлера Н.П. Румянцева. Очерк был составлен русским филологом-славистом, фольклористом Петром Алексеевичем Бессоновым. В нем можно найти информацию о пяти братьях в этой семье, помимо К.Ф. Калайдовича: «изъ братьевъ его извѣстны или же видны по письмамъ: самый старшій, Ѳедоръ; Петръ, не много старше Константина, но уже сотоварищъ его по воспитанію; моложе — Дмитрій, Иванъ, Александръ»

.

3.2. Логико-семантическая категория контраста

Таким образом, историю антонимии следует рассматривать не с момента, когда был впервые употреблен термин «антоним», и даже не с сослов и с сословников, а с Петровской эпохи, для которой характерно глоссирование, то есть внутритекстовое толкование лексики. Чуть позднее, с учетом системности, свойственной лингвистике в тот момент, появляются работы, в которых вводятся и намечаются системные понятия данной науки. В них не просто разбираются отдельные уровни языковой системы, а также в целом говорится о необходимости комплексного рассмотрения языка. Значительный вклад в этом отношении внесли работы Ф. де Соссюра, Н. В. Крушевского, И.А. Бодуэна же Куртенэ. В работах Ф. Де Соссюра «Mémoire sur le système primitif des voyelles dans les langues indo-européennes», Н.В. Крушевского «Очерк науки о языке» можно наблюдать наличие терминов фонема, морфема, а также рассмотрение насущных проблем и особенностей языковой системы, в некоторых из них отдельно рассматриваются значение и синтаксис. Исследования Ф. де Соссюра служат отправной точкой других исследований, однако полное собрание его сочинений, где многомерно будет рассмотрена вся система языка, будет опубликовано лишь его учениками в 1916 году. В рассматриваемый же период становления языка как системы, впервые употребляются отдельные термины.

Логико-семантическая категория «контраста» возникает в результате комплексного рассмотрения антонимии в рамках наиболее прогрессивного деления антонимов на системные и речевые

. Таким образом, она охватывает сразу два критерия – парадигматический и синтагматический.

Среди наиболее значимых определений можно привести следующие:

· антонимы — это «слова противоположного значения»

;

· антонимы — это «слова с противоположным значением, употребляющиеся для обозначения контрастных явлений»

;

· антонимы — это «слова противоположного значения»

;

· антонимы — это «слова разного звучания, которые выражают противоположные, но соотносительные друг с другом понятия»

;

· антонимы — это «слова, противопоставленные по самому общему и существенному для их значения семантическому признаку, причём эти слова должны находиться на крайних точках соответствующей лексико-семантической парадигмы»

;

· антонимы — это «слова, противоположные по сигнификативному значению»

;

· антонимы — это «лингвистически сопряжённые пары слов»

.

3.3. Уровни антонимии

Понятие «словоизменения» соотносительно с понятием «словообразования», но, до сих пор, как известно не имеет устойчивого и твердого содержания. Эти понятия являются краеугольным камнем при разграничении уровней антонимии. Следует привести фундаментальные идеи ученых, которые первыми обратили внимание на особое значение данных категорий (И.А. Бодуэн де Куртенэ, Н.В. Крушевский, В.А. Богородицкий, Ф.Ф. Фортунатов, В.В. Виноградов):

· В работе И.А. Бодуэна де Куртенэ 1878 года «Подробная программа лекций И.А. Бодуэна-де-Куртенэ (I. Baudouin de Courtenay) 1876–77 в учебном году» уже разграничиваются термины «словообразование» (словообразованiе) и «словоизменение» (словоизмѣненiе, флексiя); на разграничение указывает и то, что здесь есть раздел «образование (и происхождение) склоняемых и спрягаемых частей речи» (образованie (и происхожденiе) склоняемых и спрягаемых частей рѣчи), а также отдельно говорится о наличии в словах склонения (склоненie) и спряжения (спряженiе) (см.

).

· В 1883 г. Н.В. Крушевский выдвигает понятие вариации морфем; в его труде «Очерк науки о языке» целый раздел «Обособление морфологических элементов слова и их характер» (Раздел VI) посвящен различию между различными частями (элементами) слова. В понимании Н.В. Крушевского, «в противоположность суффиксу, префикс имеет почти всегда определенное значение, т.е. он сообщает слову главным образом один какой-нибудь оттенок (нпр. под-) и кроме него никакой другой префикс не может сообщать того же оттенка. В противоположность суффиксу, употребление его не ограничивается какой-нибудь категорией слов – оно повсеместно)»

.

· В труде В.А. Богородицкого «Очерки по языковедению и русскому языку» (1909) (уже) также можно найти термины словообразование и словоизменение (см.

).

· Это соотносится с пониманием данной проблемы Ф.Ф. Фортунатовым (как известно, в основу издания «Общего курса» Ф.Ф. Фортунатова положено литографированное издание его лекций, читанных ученым в Московском университете в 1901–1902 гг.). Как известно, по мнению Ф.Ф. Фортунатова, «формами словоизменения самые слова, имеющие эти формы, обозначаются как различного рода части в предложениях, а формами словообразования самые слова обозначаются как различного рода отдельные знаки предметов мысли»

.

· В.В. Виноградов в 1947 году предпринимает попытку разграничить словообразование и словоизменение (формообразование); таким образом, он вывел словообразование за рамки морфологии, рассматривая морфологию как науку о формообразовании, а словообразование как самостоятельную лингвистическую дисциплину: «Слова, имеющие форму, являются грамматическими. Они-то и рассматриваются в морфологии как учении о «формах отдельных слов по отношению к отдельным словам». Все остальные слова, не имеющие форм, считаются неграмматическими. Они остаются за пределами морфологии, хотя и могут снова выплыть в синтаксисе — в связи с изучением форм словосочетания. Такое понимание формы слова отражается и на содержании терминов: формы словоизменения и формы словообразования»

.

Таким образом, как утверждается, приставка, в отличие от суффикса, присоединяется ко всему слову целиком, что позволяет ей выполнять исключительно словообразовательную функцию

,
,
.

Данный тезис позволяет выстроить ступенчатость уровней. Далее находим в работах И.А. Бодуэна де Куртенэ характеристику элементов языка:

« <…> cлова сосуществуют <…> как неделимые целые и как целые, состоящие из частей»: элементы в отношении к себе подобным, но и как составные части высших единиц и как совокупности низших единиц: … слова сосуществутъ тамъ какъ недѣлимыя цѣлыя и какъ цѣлыя, состоящiя изъ частей»

,
. Основную единицу лексического уровня языка составляет слово (Ю.С. Маслов).

Представление И.А. Бодуэна де Куртенэ не исчерпывается минимальными уровнями языка, в его работах также есть попытка определить более сложную структуру, например, предложение: «понимаемые слова, все равно, как части ли предложения, или же совершенно независимо от предложения, с одной стороны, являются тоже беспрерывным рядом представляемого произносимым и слышимым, с другой же стороны, они состоят из морфологически и семасиологически неделимых единиц, которые мы называем морфемами»: «понимаемыя слова, все равно, какъ части ли предложенiя, или же совершенно независимо отъ предложенiя, cъ одной стороны являются тоже беспрерывнымъ рядомъ представляемаго произносимымъ и слышимымъ, съ другой же стороны они состоятъ изъ морфологически и семасиологически недѣлимыхъ единицъ, которые мы называемъ морфемами»

,
.

Известно, что слово в переносном значении схематизируется посредством соотнесения первичного значения с описываемым фактом (денотатом). При этом, обнаруживается референционное несоответствие имени в первичном значении: оно «не вписывается» в предмет сообщения

.

Еще в 1929 г. С.О. Карцевский писал следующее: «обозначающее (звучание) и обозначаемое (функция) постоянно скользят по «наклонной плоскости реальности». Каждое «выходит» из рамок, назначенных для него его партнером: обозначающее стремится обладать иными функциями, нежели его собственная; обозначаемое стремится к тому, чтобы выразить себя иными средствами, нежели его собственный знак. Они асимметричны: будучи парными (accouplés), они оказываются в состоянии неустойчивого равновесия. Именно благодаря этому асимметричному дуализму структуры знаков лингвистическая система может эволюционировать»

,
.

Всё это позволяет сделать вывод о том, что уровневая модель антонимии может быть представлена в следующем виде: морфемный уровень (морфемы) — лексический уровень (слова-части речи, слова-концепты, слова-метафоры) — синтаксический уровень (синтаксические конструкции). Слова-метафоры можно выделить дополнительно, исходя из современной концепции, согласно которой уровень можно трактовать не только как «ярус», но и «аспект исследования» (И.Р. Гальперин, Ю.М. Скребнев).

Поскольку данная работа посвящена, скорее, теоретическому описанию антонимии, т.е. в ней приводится история ее возникновения и теоретическое обоснование контраста и уровней (от глосс и сословников до контраста и уровней), то лишь кратко приведем уровни антонимии, составив их на материале экономических терминов:

3.3.1. Морфемный уровень

Критерий 1. Если рассматривать две морфемы в слове — префикс и суффикс —префикс позволяет противопоставить антонимию морфем.

Морфемный анализ терминов показывает обособленность префикса, который присоединяется ко всему слову; следует помнить о том, что действие префикса повсеместно, суффикс же может присоединяться только к определенной части речи.

Морфемы классифицируются на две категории:

В рамках морфемного уровня можно рассмотреть автономные морфемы (conditional/ unconditional, literate/ illiterate, active/ inactive, economy/ diseconomy, Malthusianism/ anti-Malthusianism, shadow price/ pseudoshadow price, to concentrate/ to deconcentrate, priority mail/ nonpriority mail, unemployment/ quasi-unemployment) и зависимые морфемы (external audit/ internal audit, inborn/ outborn, downswing/ upswing, monogamy/ polygamy, on-peak service/ off-peak service, overloading/ underloding, intergenerational/ intragenerational, endogenous/ exogenous, homogeneity/ heterogeneity).

Приведем морфемный анализ терминов (здесь показана обособленность префикса, который присоединяется ко всему слову; следует помнить о том, что действие префикса повсеместно, суффикс же может при-соединяться только к определенной части речи):

1) un (префикс) + dit (корень) + ion (суффикс) + al (суффикс);

2) il (префикс) + liter (корень) + ate (суффикс);

3) in (префикс) + act (корень) + ive (суффикс);

4) anti (префикс) + Malthus (корень) + (i)an (суффикс) + ism (суффикс);

5) pseudo (префикс) + shadow (корень);

6) de (префикс) + con (префикс) + centr (корень) + ate (суффикс);

7) non (префикс) + prior (корень) + ity (суффикс);

8) quasi (префикс) + un (префикс) + employ (корень) + ment (суффикс)

Еще раз отметим, что указание на определенную часть речи осуществляется с помощью суффикса, а не префикса.

3.3.2. Частеречный (морфологический) уровень

Критерий 2. Если рассматривать две морфемы в слове — префикс и суффикс — суффикс позволяет противопоставить антонимию частей речи (тот или иной суффикс свидетельствует о принадлежности слова к той или иной части речи).

Части речи можно рассматривать в рамках двух категорий:

Морфологический уровень целесообразно рассматривать внутри одной номинации (adjustment between demand and supply, lend-lease agreement, to jockey back and forth, odd and even, to make a bargain all-or-nothing, first-in-first-out) и в рамках двух номинаций (act of sale/ act of purchase, right to work/ right to rest, entry inwards/ entry outwards, foreign enterprise/ domestic enterprise, everybody/ nobody, flow-in/ flow-out).

Таким образом, как мы видим, некоторые из них относятся к словообразовательным морфемам, а некоторые — к словоизменительным морфемам. Префикс, в любом случае, обладает только словообразовательной функцией, присоединяясь ко всему слову целиком.

3.3.3. Лексический уровень

Критерий 3. Если рассматривать слово не только как совокупность морфем, но и как неделимое целое, можно выйти на более высокий уровень — лексический.

«Слово — это и неделимое целое, и целое, состоящее из морфем, т. е. комплекс морфем» (И.А. Бодуэн де Куртенэ). Данная концепция позволяет выявить в языке лексемы, которые целесообразно рассматривать в рамках градуальности значения.

В рамках лексического уровня можно рассмотреть одну из частей речи, исходя из градуальности значения: increase, grow (bigger), become higher/larger/more, (be/go/come/move) up, gain, advance, climb, rise, swell — snowball — to rebound — build up, mount, appreciate, accumulate — multiply – burgeon, proliferate, mushroom — surge, balloon — zoom (up), shoot (up) — skyrocket — soar, peak / decrease, to become lower/smaller/less, to (be/go/come/move) down, decline, lessen, fall, depreciate, sink — dwindle (away), ebb (away), taper off — dip — drop, (nose)dive, tumble, crash, plunge — plummet (down).

3.3.4. Синтаксический уровень

Критерий 4. Если рассматривать не только уже имеющиеся связи в языке, но и рассмотреть язык как одно целое, то есть возможность идентифицировать еще более высокий уровень - синтаксический.

Еще Н.В. Крушевский делал вывод о том, что ассоциации по сходству/ ассоциации по смежности, называемые им непосредственными языковыми связями, не исчерпывают «всех тех средств, которыми располагает наш ум для того, чтобы сплотить всю массу разнородных слов в одно стройной целое» (Н.В. Крушевский). Это дает основание постулирование отдельно более сложных уровней в данной системе.

В рамках синтаксического уровня можно рассматривать следующие виды противопоставлений:

- противопоставление в рамках одного словосочетания: asked and bid соединительный союз, at or better разделительный союз, displacement of human labor by machinery предлог «by», to trade fixed assets for current assets предлог «for», deviation of prices from value предлог «from», to convert a firm into a limited company предлог «into», depreciation of currency in relation to gold предлог «in relation to», excess of birth over death предлог «over», number of divorces per new marriages предлог «per», to coordinate receipts with expenditures предлог «with», ratio of reserves to liabilities частица «to», contest between master and laborer предлог + союз, bad money drives out good без вспомогательных средств;

- противопоставление в словах с дефисным написанием, где каждая из частей контрадикторно противопоставлена другой части: asset-and-liability statement соединительный союз, make-or-buy decision разделительный союз, pay-as-you-earn system подчинительный союз, yield-of-nutrient curve предлог «of», adaptation of supply-to-demand частица «to», rural-urban migration без вспомогательных средств;

- противопоставление в одном слове словосочетания: minimax system;

3.3.5. Когнитивный уровень.

Критерий 5. Дифференциация трактовок понятия уровень — уровень как «ярус» и уровень как «аспект изучения некоторого предмета» — позволяет выделить стилистику как уровень анализа (И.Р. Гальперин, Ю.М. Скребнев, Ю.С. Маслов)

В рамках когнитивного уровня реализации значения можно выделить следующие метафоры: bulls/ bears, hawks/ doves, wolves/ sheep, blue chips/ red chips, pigs/ chicken, sharks/ lemmings. За основу берется теория А.П. Чудинова, согласно которой метафорическая модель изображается как система фреймов сферы-источника, служащей для моделирования понятийной системы сферы-мишени

.

4. Заключение

Антонимию следует рассматривать не с момента, когда был впервые употреблен термин «антоним», и даже не с сослов и с сословников, а с Петровской эпохи, для которой характерно глоссирование, то есть внутритекстовое толкование лексики. Глоссы очень часто заменяются в трудах исследователей понятием синонимии (И.С. Хаустова, Ю.С. Сорокин, В.В. Веселицкий). Наряду с данными терминами, можно найти такие термины как «пояснение», «эквивалент», «лексические и смысловые соответствия», «примечания», «толкования», «тождеслова», «дублеты». В этой связи можно говорить о том, что на основе глосс уже в Екатерининскую эпоху появляется термин «сослово», а также первые «сословники». Особую значимость имеют работы Н.М. Карамзина, Д.И. Фонвизина, А.И. Галича и братьев Калайдовичей.

Сведения о составе семьи Калайдовичей можно найти в биографическом очерке наиболее известного из братьев, К.Ф. Калайдовича, одного из видных сотрудников канцлера Н.П. Румянцева. Очерк был составлен русским филологом-славистом, фольклористом Петром Алексеевичем Бессоновым. В ходе анализа установлено, что о Д.Ф. Калайдовиче и А.Ф. Калайдовиче сохранилось не так много сведений. Кроме того, можно сделать вывод о том, что Ф.Ф. Калайдович и К.Ф. Калайдович проявляли интерес, скорее, к археологии, а два других брата — П.Ф. Калайдович и И.Ф. Калайдович — к проблемам грамматики и лексикологии. Установлено, что П.Ф. Калайдович в своей работе «Опыт словаря русских синонимов» (1818) приводит определение синонима, а И.Ф. Калайдович в работе «Краткое изложение правил для составления ручного словаря» (1826) — определение антонима.

Чуть позднее, в более поздний период времени, с учетом системности, свойственной лингвистике в тот момент, появляются работы, в которых вводятся и намечаются системные понятия данной науки (фонема, морфема, значение, синтаксис). Тем не менее, антонимия сперва оформляется как логико-семантическая категория «контраста» в рамках наиболее прогрессивного деления антонимов на системные и речевые; она охватывает сразу два критерия — парадигматический и синтагматический. Как отмечают ученые, при определении антонимов основополагающим понятием является понятие противоположности (противопоставления, сопряженности).

В результате исследования выявлена непоколебимость понятий словообразования и словоизменения (Ф.Ф. Фортунатов, И.А. Бодуэн де Куртенэ, В.А. Богородицкий, В.В. Виноградов, Н.В. Крушевский), согласно которым подтверждается статус приставки как исключительно словообразовательной морфемы (средства), а также роль суффиксов в определении той или иной части речи. Кроме того, за основу также берутся положения о том, что главную единицу лексического уровня языка составляет слово (Ю.С. Маслов), а также принцип, согласно которому иерархически упорядоченные единицы функционируют в языке не только как неделимые элементы в отношении к себе подобным, но и как составные части высших единиц и как совокупности низших единиц (И.А. Бодуэн де Куртенэ, Н.В. Крушевский, Л.Г. Зубкова). Таким образом, слово — это и неделимое целое, и целое, состоящее из морфем, т.е. комплекс морфем. Всё это позволяет сделать вывод о том, что уровневая модель антонимии может быть представлена в следующем виде: морфемный уровень (морфемы) — лексический уровень (слова-части речи, слова-концепты, слова-метафоры) — синтаксический уровень (синтаксические конструкции). Слова-метафоры можно выделить дополнительно, исходя из современной концепции, согласно которой уровень можно трактовать не только как «ярус», но и «аспект исследования» (И.Р. Гальперин, Ю.М. Скребнев). В результате исследования, описаны каждый из уровней, продемонстрирована их последовательность, которая подкрепляется примерами соответствующей терминологии.

Article metrics

Views:20
Downloads:0
Views
Total:
Views:20