Specificity of the Vocabulary of Eastern and South-Eastern Serbia on the Material of Maternity Rituals

Research article
DOI:
https://doi.org/10.23670/IRJ.2023.136.69
Issue: № 10 (136), 2023
Suggested:
10.09.2023
Accepted:
11.10.2023
Published:
17.10.2023
635
7
XML
PDF

Abstract

This work is dedicated to the study of the specificity of the dialectal lexicon of eastern and south-eastern Serbia on the material of maternity rituals in the ethnolinguistic aspect. Language and culture are closely interconnected. Language is one of the basic elements of culture, an important means of communication. The relationship between language and culture has always been and is the subject of linguistic study. In this article, we analyse the etymology, semantics and cultural function of some lexemes denoting key characters and objects, e.g. a woman in labour, a barren woman, a newborn, etc., in a ritual context, and present related beliefs and customs in Serbian maternity rituals. The terminological vocabulary of birth rituals in eastern and south-eastern Serbia not only stands out for its archaic character against the general Serbian and Slavic background, but also reflects Balkan traits.

1. Введение

Родильная обрядность является важной частью антропологического цикла человека. Рождение означает начало жизни человека. Оно представляет собой начало его движения по дороге жизни

. Родильный обряд является комплексом разнообразных ритуальных действий, в том числе магического характера, связанных с появлением на свет нового человека. Исследование обрядовой терминологии необходимо для понимания языковой картины мира сербского народа. А. А. Плотникова в своей книге пишет, что «нередко терминологическая лексика традиционной народной культуры служит ключом к пониманию смысла исполняемого ритуала или бытующего народного представления»
. По точному замечанию С. М. Толстой, обрядовая терминология – это специальная терминология обрядов и верований, называющая ритуальные предметы, действующих лиц, действия, свойства, функции, отношения и т. п., обозначающая сами обряды или их части
. И. А. Седакова в своем исследовании добавляет, что «обрядовый термин связан не с одним коррелятом, а с целым фрагментом народной культуры (от слова – через действие и его мотивировку – к быличке, нарративу, а иногда и в обратном порядке)»
.

Восточная и юго-восточная Сербия граничит с Румынией, Болгарией, Македонией. На территории восточной и юго-восточной Сербии в округах Заечара, Пирота, Болеваца говорят на призренско-тимокском диалекте, в котором совмещаются черты архаики и инноваций на разных уровнях, в том числе – лексическом. Анализ диалектной лексики в словарях, охватывающих восточную и юго-восточную Сербию, играет первостепенную роль при изучении терминологии родильного обряда. В данной работе проводится анализ специфики терминологической лексики в этнолингвистическом аспекте, представлены лексемы со значениями роженицы, беременной женщиной, бесплодной женщиной, новорожденного и подарков новорожденному ребенку.

2. Основные результаты

2.1. Роженица

Ключевым участником в родильном обряде является роженица. Г. И. Кабакова подробно описывает, что роженица – женщина во время родов, которая в течение следующих сорока дней воспринимается как нечистая (в сакральном смысле слова)

. В словаре сербского литературного языка «Речник српскога језика» (далее РСЈ) нами отмечены лексемы славянского происхождения от *род-: 1) родиља ‘роженица’; 2) породиља ‘роженица’. Кроме того, фиксируется также прворотк(ињ)а ‘женщина, рожающая или родившая в первый раз’
. Синонимом выступает лексема бабињара: жена док је у бабињама, пopoдиља, poдиљa ‘женщина в послеродовой период, роженица’
, (от бабине «родины» и баба «повитуха»)
.

В юго-восточной Сербии встречаются наименования, сходные с болгарскими: (в Лесковце называется лауса, в Свриге называется леуса

, лауса, леуса обозначают женщину, готовящуюся к родам, роженицу, от турецкого luhusa, присутствует также в новогреческом λεχούσα с семантикой ‘лежать’
. Данное наименование сродно с диалектным наименованием роженицы лехуса, заимствованным из греч. λεχοῦσα ‘роженицаʼ
.

В народных представлениях балканославянских народов женщина считается «нечистой» в момент родов и какое-то время после них: у сербов – в течение сорока дней после родов. Если в доме есть женщины для ведения хозяйства, то после родов роженица семь дней лежит в отдельной комнате. В Лужнице и Нишаве роженица считается нечистой до того, как она приходит первый раз в церковь. В Заглаваке, на востоке Сербии, роженице не разрешается есть за столом, пока она не помолится, потому что она «нечистая»

.

2.2. Беременная женщина

В этнолингвистическом словаре «Славянские древности» С. М. Толстая указывает, что основными названиями беременной женщины в славянских языках являются производные от корней со значением ‘бремя, ноша, тяжесть’

. В РСЈ встречаются многочисленные лексемы с данным значением. Мы нашли следующие термины: 1) бреме ‘беременность’, носити бреме букв. ‘нести бремя, понести’; 2) бременита ‘беременная’; 3) бременитост ‘беременность’
. Эти лексемы со значением беременности и беременной образованы от праславянской основы *bermę
. Первоначальное значение — ‘нести → ноша’, ‘груз’ и ‘бремя’
. Кроме того, лексемы со значением беременности в южнославянских языках могут быть дериватами корня *trud-, т. е. ‘работа’
, например: 1) трудница ‘беременная’; 2) трудна ‘беременная’; 3) трудноћа ‘беременность’
.

Признак ‘тяжесть’ также встречается в наименованиях: серб. трудна, тешка, в-серб. бремена, тешка, тегобна, ю.-серб. (Косово) обремењена, ср. также: макед. трудна тешка болг. тешка трудна товорена

. Это подтверждают данные «Малого диалектологического атласа балканских языков» (далее – МДАБЯ): лексемы в значении беременной женщины образованы от слов с внутренней формой ‘тяжелая’
(с. Доня Каменица в Заглаваке).  Слово тешка в словаре пиротского говора «Речник Пиротског говора» (далее РПГ) употребляется для обозначения беременности
. В словаре тимокского говора «Тимочки дијалекатски речник» (далее ТДР) встречается лексема отежае, обозначающая пребывание в другом состоянии, начало беременности
.

По мнению М. Бошковича, для беременной женщины самым распространенным термином в Ресаве является трбата, а в Дубле ее называют тешка «тяжелая». Более поздние термины – трудна «беременная» и у другом стању «в другом состоянии»

. Согласно народным представлениям, существуют запреты для беременной женщины: в Нише и Лужнице не должна смотреть на змей, огонь или кровь, а в Лесковаце – проливать воду через порог, есть мясо кролика, потому что тогда ее будущий ребенок будет спать с открытыми глазами
.

2.3. Бездетная, бесплодная женщина

Бесплодие в народной культуре, особенно у южных славян, считается несчастьем, грехом и позором. В народной традиции бесплодие приписывается почти исключительно женщине и обозначается преимущественно лексемами со значением ‘пустой’ jalov-, pust-: в.-слав. яловка, болг. ялова, с.-х. јаловица и т. п.

. Согласно данным МДАБЯ, названия бездетной, бесплодной женщины у балканских славян – это рефлексы и дериваты *sterp-, *stir- и *jalov-
. Из материалов МДАБЯ видно, что на сербско-болгарском пограничье лексемы в значении бесплодной женщины происходят от *stir-. Диалектные словари восточной Сербии подтверждают данные, собранные участниками Атласа: в ТДР лексема штирка обозначает бесплодную женщину
. В РПГ также фиксируются лексемы штирка, штирица и иштирица –‘бесплодная женщина’
. Согласно словарю П. Cкока, вышеупомянутые лексемы образованы от štirkinja со значением ‘безродная женщина’, новогреческого происхождения, от ςτείρος ‘стерильный’
.

В РСЈ зафиксированы лексемы со значением ‘бесплодная женщина’: 1) бездетка – жена која нема деце; нероткиња ‘женщина, у которой нет детей; бесплодная женщина’

; 2) бесплодан – који нема пopoдa, који је бепopoдa, без деце ‘‘кто не рожает, у кого нет детей
.

В ТДР встречаются следующие связанные лексемы: 1) бездетка –‘бесплодная женщина’

и 2) беспородан који нема порода, који не може имати порода ‘кто не рожает, кто не может рожать’
. В словаре говоров южной Сербии фиксируется лексема бездетка с определением: она која је бездетна ‘она бездетна’
. В диалектном словаре говора Лужницы «Речник говора Лужнице» (далее РГЛ) также существует лексема иштирица, которая обозначает бесплодную женщину с пометой, что такое название употребляется и для не рожавшей до сих пор женщины
. В РГЛ встречаются следующие лексемы для обозначения бездетного мужчины: 1) бездетак – мушкарац који не може да има деце ‘мужчина, который не может иметь детей’ – Чича је бездетак, и живи сам, понекад му однесемо кад имамо варено за једење ‘Дядя бездетный и живет один, иногда мы ему относим что-то, когда есть что готовое поесть’
; 2) бездетка ‘бесплодная женщина’ – Која је жена бездетка, она не може да воли деца, ко која је раџала ‘Та женщина, что бездетна, не может любить детей так, как та, что рожала’
.

В восточной Сербии считалось, что бесплодные женщины (бездетће, штирице) – несчастные люди, что это Божье наказание. Они считались существами низшей ценности, почти бесполезными членами общества и нередко подвергались презрению даже со стороны ближайших родственников — тестя, свекрови, шурина и т. д. Полагали при этом, что только сама женщина виновата в бесплодном браке, что она носит в себе «проклятие», что она «наказана Богом за то, что сделала прежде»

. В Хомолье, по поверьям, те, у кого вообще нет детей, считаются наказанными Богом. Часто это наказание касается их родителей, которые чем-то обидели Бога. Сербы сравнивают брак без детей с бесплодным деревом, а когда супруги состарятся, они станут «обожженными пнями».

2.4. Новорожденный

Ключевым участником в родильном обряде является младенец. В этнолингвистическом словаре «Славянские древности» Г. И. Кабакова и И. А. Седакова уточняют этнолингвистический контекст роли новорожденного в обрядности: «ребенок от рождения до освоения ходьбы, наиболее уязвимый для негативных влияний и воздействия злых сил»

. И. А. Седакова пишет, что «новорожденный получает терминологическое обозначение в зависимости от многих обстоятельств своего появления на свет»
. Рождение ребенка в сербской народной культуре воспринимается как важное и радостное событие. Иллюстрацией может стать ряд пословиц, например, деца су богатство «дети – богатство», женидба без дјеце је кано дан без сунце «брак без детей, как день без солнца», женидба без порода – дрво без рода «брак без рождения – дерево без плода» и т.д.
.

Новорожденный в Сербии чаще всего называется дете, иногда принова, если мужской детенце, женский момичка

. В РСЈ встречаются следующие лексемы со значением новорожденного: 1) рођенче, новорођенче ‘новорожденный’, термин славянского происхождения
; 2) беба ‘младенец’
, от турецкого bebe ‘ребенок, кукла’
; 3) дете ‘человеческое существо (мальчик или девочка) в период своего раннего развития, от рождения по начала полового созревания
, славянского происхождения; 4) принова ‘новорожденный’
, славянский термин от корня нов-.

По данным восточных и юго-восточных диалектных словарей, в Сербии встречаются следующие лексемы: в южной Сербии принова обозначает новорожденного, славянского происхождения от нов-. В ТДР зафиксированы такие лексемы: 1) бебе с определением беба, пеленче ‘ребенок’

; 2) бебенце с определением детенце ‘ребенок’
. В призренском говоре встречается лексема бебe с определением одојче (на русский язык определение можно перевести как «сосунок»), от турецкого bebe(k) ‘беба, лутка
. В районе Пирота фиксируются лексемы: 1) чикавац с определением мало дете. ‘маленький ребенок’
; 2) мушкарчета с определением мушка деца, мушкарчићи. ‘дети мужского пола, маленькие мужчины’
, славянского происхождения.

По сербским народным поверьям, рождение мальчика означает счастье в доме, а рождение девочки ведет к потере добра и удачи. В сербском языке в районе Хомолье известны следующие пословицы: 1) Срећна је кућа са мушком децом! «Счастливый дом с детьми мужского пола»

. 2) Житни купац и ђевојачки отац не могу срећни бити. «Покупатель зерна и отец девушки не могут быть счастливыми»
. 3) Женско је туђа срећа. «Женский ребенок — чужое счастье»
. 4) Мушко је орач и колач «Мужчина – пахарь и пирог»
. Интересно отметить, что гадание на пол ребенка отражает оппозиции «мужской – женский» и «правый – левый». Например, если женщина чувствует, что ее ребенок первый раз начинает шевелиться справа, то она родит ребенка мужского пола, а если слева, то ребенка женского пола. В одном из таких магических ритуалов женщина стирает свою юбку и рубашку, а затем купает в этой воде петуха, произнося три раза такие слова: «В этом году я купала петуха, а в следующем году буду купать маленького мальчика!». То же самое животное используется в ритуале, записанном в районе Болеваца
.

2.5. Подарки новорожденному ребенку

В сербской народной культуре устраивают праздник по случаю рождения ребенка. Рождение нового члена семьи является радостью всей семьи, братства и даже деревни. Подарки приносят и новорожденному, и матери. Если новорожденный мужского пола, то радости больше. Есть народная поговорка, что «когда рождается мальчик, лес плачет и дом поет» и что «когда рождается мальчик, все в доме радуется до глубины души, только метла плачет». Еще говорят, что «когда рождается девочка, радуется только веник, а все плачут!». После рождения ребенка через несколько дней родственницы и соседки приходят в гости к роженице и приносят подарок: торт или пирог (во время поста его не носят), а для новорожденных – сорочки, носочки

. На родины приносят подарки младенцу: рубашки, пеленки, полотенца, платки, мыло, деньги, а также пояс, которым повивают ребенка и который дает название всему празднику
. Сербы верят, что такой праздник отмечается, чтобы защитить детей и роженицу от несчастья, болезни. Это называется повојница ‘повойница’ (наименование и праздника, и принесенного хлеба) и представляет собой ритуал чествования новорожденного, когда женщины с подарками (хлебами, лепешками и т. д.) посещают роженицу и ребенка, что должно уберечь последнего в будущем от опасностей и несчастной судьбы
. А. А. Плотникова проводит развернутый анализ и наглядно представляет распространение этого термина на карте Южной Славии. По ее мнению, в разных сербских регионах проводятся ритуалы с целью уберечь и благословить роженицу и новорожденного. Женщины с хлебами или другими подарками посещают роженицу и ребенка, а семья роженицы в свою очередь готовит угощения посетительницам
. В монографии А. А. Плотниковой подчеркивается, что в родильном обряде сербов важен термин повоjница, который имеет в основном разные значения, образован от *viti [24, C.230]: «1) праздник по случаю рождения ребенка; 2) подарки, принесенные по случаю рождения ребенка; 3) обрядовый хлеб по случаю рождения ребенка»
.

В восточной Сербии повоjница чаще употребляется в значении праздника по случаю рождения ребенка

. Повоjница может обозначать и дары новорожденному: хлеб, лепешки, оладьи, платок или полотно и т. д.
. Верят и в то, что если юноша не может своевременно вступить в брак, то это значит, что при рождении у него не было такого дара (хлеба)
.

В Пироте в восточной Сербии фиксируется термин динарће, т. е. ‘денежка’ в значении поклон за (први) рођендан детету који доносе деда и баба по мајци ‘подарок на (первый) день рождения ребенка, привезенный бабушкой и дедушкой по материнской линии’

. В ТДР фиксируются следующие лексемы: кравај обозначает мали хлеб печен у пепелу ‘маленький хлеб, испеченный в золе’
; кравајци имеет два значения: 1) обред који се обавља убрзо после рођења детета, а пре крштиња. У обреду учествује најближа родбина. ‘обряд, совершаемый вскоре после рождения ребенка и перед крещением. В церемонии принимают участие самые близкие родственники’ и 2) свечаност по рођењу детета, а пре крштења. ‘праздник после рождения ребенка, но перед крещением’
.

В РПГ встречается термин даровница ‘дар, подарок невесте на свадьбу, новорождённому на крещение’

. Этот термин славянского происхождения от *darъ cо значением ‘дарить’
. В районе Пирота в Сербии лексема кравај имеет два значения:1) хлепчић, танка погача, погачица ‘хлебец, тонкая лепешка, лепешка’; 2) обичај ношења породиљи и новорођенчету дарова у облику разних одевних предмета и посластица ‘обычай приносить подарки в виде различных предметов одежды и подарков роженице и новорожденному’
; А также фиксируются связанные лексемы, 1) повивка – повој, пеленче ‘пеленка, подгузник’; 2) повивам – повивам, повијати от *viti  (дете у пеленче) ‘пеленать (ребенок в пеленках)’
.

В говорах Лужницы лексема кравај обозначает ритуальное посещение рожениц до сорока дней после родов. В с. Доня Каменица у термина кравај дается одно значение – хлеб, выпекаемый на первые шаги ребенка

. В ТДР также фиксируются данные лексемы: 1) повој обозначает врпца којом се повијају деца ‘лента, которая используется для пеленания детей’ и 2) повојница обозначает подарок для новорожденного
.

В восточной Сербии кравај является обрядом в доме родителей новорожденного. Празднество кравај в Пиротском крае устраивали после крещения ребенка, когда роженица может встречаться с большим количеством людей вне семьи без больших последствий

. В восточной Сербии в Ресаве существует мала повојница и велика повојница, причем велика повојница проводится от пяти месяцев до года в Ломнице, а в Витансах после первого года, даже до шести лет. В Тропоне при крещении ребенка проходит праздник, называемый велика повојница. На него приходят родственники со стороны отца и матери, кум, бабушка, а также соседи. Каждый приносит букет цветов, перевязанный красной нитью, лепешку и головку лука. Помимо букета цветов, пирожных и лука, мать роженицы приносит также курицу, кусок мяса (четверть барашка) и напиток. Ребенку она приносит шапку, ткань для рубахи и носки. В Грабовице, кроме вышеперечисленного, мать приносит еще и пеленки, а если у роженицы нет матери, то это делает пожилая женщина из ее родственников
. В Дубле повојница называется понуда. В районе Сврлига мали кравај и велики кравај означает мала и велика повојница в значениях ‘(первый и второй) праздники’, ‘подарки, хлеб, принесенные на (первое и второе) празднование’
.

3. Заключение

Можно сделать вывод, что родинный обряд в восточной и юго-восточной Сербии сохраняет следы материальных и духовных традиций славянской культуры. Лексические единицы отражают глубинные значения народных верований и обычаев. Анализ лексики родинного обряда в восточной и юго-восточной Сербии позволил выявить следующую специфику терминологической лексики в рассматриваемой тематической сфере:

а) в этимологическом отношении значительную часть лексики родинного обряда составляют слова на балканской или архаической славянской основе;

б) некоторые термины, связанные с родинным обрядом, имеют диалектные / местные значения, которые отличаются от сербского литературного языка.

Article metrics

Views:635
Downloads:7
Views
Total:
Views:635