Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217, 16+

Пред-печатная версия
() Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Шушарина Г. А. ПРОСТРАНСТВО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ / Г. А. Шушарина // Международный научно-исследовательский журнал. — 2019. — №. — С. . — URL: https://research-journal.org/social/prostranstvo-regionalnoj-identichnosti/ (дата обращения: 14.11.2019. ).

Импортировать


ПРОСТРАНСТВО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ

Шушарина Г.А.

Доцент, кандидат филологических наук, Комсомольский-на-Амуре государственный технический университет

ПРОСТРАНСТВО РЕГИОНАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ

Аннотация

В статье рассмотрены некоторые существующие в современной науке теоретические положения по вопросу категории пространства. Региональная идентичность анализируется как фундаментальное подпространство внутри целостной сферы коллективной идентичности.

Ключевые слова: пространство, региональная идентичность, топос.

Shusharina G.A.

Associate professor, PhD in Philology, Komsomolsk-on-Amur State Technical University

REGIONAL IDENTITY SPACE

Abstract

The article considers some theoretical ideas about the category “space” that exist in modern science. Regional identity in the given research is understood as subspace within the sphere of collective identity.

Keywords: space, regional identity, topos.

В настоящее время термин «пространство» активно употребляется в работах представителей разных наук, в частности, культурологии, лингвистики, социологии, педагогики и т.д. Популярность этого термина можно объяснить тем, что пространство – одна из первых реалий бытия, которая воспринимается и дифференцируется человеком. «Оно организуется вокруг человека, ставящего себя в центр макро- и микрокосмоса» [3,126 – 134]. Строя мир по образу своему и подобию своему, люди оценивают его зоны.

Необходимо отметить, что человек одновременно является биологическим индивидом и социальным агентом [термин П. Бурдье]. Как биологический вид человек существует в определенном физическом пространстве, т.е. занимает одно место и не может одновременно находиться в нескольких местах. Место, или topos, может быть определено как «то, где находится агент или предмет, где он существует, короче, как «локализация»» [2, 49]. Таким образом, физическое пространство определяется по внешним сторонам образующих его частей.

Будучи социальным агентом, человек помещен в социальное пространство, где он занимает те или иные социальные позиции. Социальное пространство, по мнению Бурдье, представляет собой совокупность социальных агентов, наделенных различными и систематически взаимосвязанными свойствами [2].

Физическое и социальное пространство взаимосвязаны, поскольку физическое пространство есть социальная конструкция и проекция социального пространства, социальная структура в объективированном состоянии. Социальное пространство – абстрактное пространство, конституированное ансамблем подпространств или полей [2, 53]. Одним из таких подпространств можно считать региональную идентичность. Идентичность объективно определяется как размещение в определённом мире, и может быть усвоена наряду с этим миром.

Региональная идентичность обобщенно характеризуется как фундаментальное подпространство внутри целостной сферы коллективной идентичности.

Региональная идентичность является симбиозом физического и социального пространств. Как физическое пространство – это место жительства человека, его реальный топос, его малая родина. С другой стороны, физическое пространство региональной идентичности дает право человеку воспринимать и оценивать свой реальный топос, т.е. по мнению Бурдье, занимать определённые социальные позиции. Региональный житель, с одной стороны, замечает и осознает то, чем можно гордиться в своем регионе, с другой стороны критические его оценивать по отношению к другим регионам. Те, кто родился и живет в региональном городе, противопоставляются тем, кто родился и живет в столице, но они противопоставляются также, другим образом, тем, кто, родился и живет в деревне. Различия функционируют как знаки и как знаки отличия даже без стремления отличаться [2, 77].

По мнению Л.Б. Лебедевой, в своих отношениях с пространством человеку требуется две психологические опоры. Во-первых, субъект сознания – Я, «всегда помещающий себя в центре идеального пространства» [5, 93], во-вторых, противостоящая субъекту граница, или границы, которые замыкают пространство вокруг субъекта. Границы пространства для субъекта могут определяться возможностями чувственного восприятия (зрительного, слухового и тактильного). Кроме того, границы обозначаются в процессе деятельности, направленной на освоение пространства или за счет памяти и воображения. В любом случае представление о пространстве предполагает движение, например, движение органов чувств при восприятии пространства, физическое движение по территории или движение мысли.

Роль границы как необходимой опоры в отношениях человека с пространством имеет общие черты с ролью коммуникативных опор, или индексов[5, 94]. Лебедева проводит интересный лексико-семантический анализ слова граница. Исследователь пишет, что «граница –  одно из тех слов, чья семантика проявляет ориентацию на субъекта речи» когда мы говорим граница, мы подразумеваем себя либо внутри границ, либо по определённую сторону от границы [5, 94]. При употреблении формы множественного числа слова границы субъект восприятия чаще коллективный.

Одним из основных свойств любого пространства является непрерывность и протяженность. В силу разных обстоятельств и факторов внутри пространства происходят изменения его объема, иерархии составляющих его частей, внутренняя перегруппировка его подсистем. Граница, очерчивающая ситуационно значимые для субъекта локальности, условно отделяет мир, находящийся в досягаемости субъекта, от остального мира.

Для понимания сущности пространства региональной идентичности считаем необходимым использовать теорию открытых систем Л. Фон Берталанфи. До конца XIX века естественные науки основывались на концепциях физики, которая базировалась на принципах редукционизма, направленного на разделение любой системы на отдельные части. Иначе говоря, физика анализировала только исключительно замкнутые и изолированные системы, стремящиеся к равновесному состоянию. Однако в конце XIX века физики столкнулись с примерами ограниченности принципа редукционизма. Л. Берталанфи продемонстрировал, что в оценке динамики поведения организмов физические концепции оказались бесполезными. Он выдвинул теорию открытых систем, согласно которой  организмы существуют в тесной связи с внешней средой. Их функции и структура поддерживаются с помощью непрерывного обмена информацией с внешней средой [1]. Биологическую теорию открытых систем переносят на теорию организационных систем и теорию человеческих отношений. Положения Берталанфи справедливы и в отношении пространства региональной идентичности, которое формируется внутри коллективной идентичности, зависит от него и активно взаимодействует с ним. Региональные идентичности упорядочены в континууме коллективной идентичности.

В рамках теории открытых систем формулируется задача адекватного описания состояния системы на разных уровнях в русле определения параметров внутреннего порядка.

Параметризация определяется как выявление измерений – параметров континуума, с помощью которых устанавливается когнитивная «наладка» модели [4, 119]. Параметры организуют континуум по принципу пересечения и иерархизованности, в зависимости от степени абстрагирования в кодировании опыта познания. «Приобретающие «инвариантный» характер в лингвосемозисе, параметры представляют собой трансцедентальную консенсуальную оценку, позволяющую производить заданное кодом вероятностно-множественное прочтение, эмпирическое оценивание <…> актуально переживаемых состояний, наблюдаемых обстоятельств жизненного мира в ситуации когнитивной неопределенности» [6].

Таким образом, пространство – одно из основных понятий в современной гуманитарной науке.

Литература

  1. Берталанфи Л. Фон. Общая теория систем – критический обзор [Электронный ресурс] URL: http://www. biblioteka-mihaila.ru (дата обращения 06 .02.2014).
  2. Бурдье П. Социология социального пространства / Пер. с французского. – М.: Институт экспериментальной социологии; СПб.: Алетейя, 2007. 228 с.
  3. Гак В. Г. Пространство вне пространства // Логический анализ языка. Языки пространств. – М.: Языки русской культуры, 2000. C.126-134.
  4. Кубрякова Е. С. Язык пространства и пространство языка (к постановке проблемы) // Известия АН, серия литературы и языка. – 1997. – Т. 56. – № 3. – С.22-32.
  5. Лебедева Л. Б. Семантика «отграничивающих» слов // Логический анализ языка. Языки пространств. – М.: Языки русской культуры, 2000. С. 93-97.
  6. Тразанова Н. Ю. Параметризация паремиологии как аксиологического кода лингвокультуры: Автореф. дис. канд. филол. наук. -Иркутск, 2012.- 20 с.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.