Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

Пред-печатная версия
() Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Елфимова О. С. ИДЕЯ РАЗВИТИЯ В ПАРАДИГМЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ / О. С. Елфимова // Международный научно-исследовательский журнал. — 2021. — №. — С. . — URL: https://research-journal.org/social/ideya-razvitiya-v-paradigme-nacionalnoj-bezopasnosti-rossii/ (дата обращения: 18.06.2021. ).

Импортировать


ИДЕЯ РАЗВИТИЯ В ПАРАДИГМЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ

Елфимова О.С.

Кандидат социологических наук; доцент; Тюменский государственный университет

ИДЕЯ РАЗВИТИЯ В ПАРАДИГМЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИИ

Аннотация

В статье рассматривается необходимость отхода от парадигмы «защищенности» к такой парадигме национальной безопасности в основе которой лежит идея развития. Среди принципиально новых идей, которые придают Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 г. фундаментальное мировоззренческое и концептуально-методологическое значение,  это взаимосвязь проблем безопасности и развития.

Ключевые слова: безопасность, парадигма безопасности, развитие.

Elfimova O.S.

PhD, Sociology; assosiate professor; Tyumen State University

THE IDEA OF DEVELOPMENT IN THE PARADIGM OF NATIONAL SECURITY OF RUSSIA

Abstract

The article considers the need to move away from a paradigm of «protection» to such a paradigm of national security in which basis the idea of development. The interconnection of the problems of security and development is the new idea of the Strategy of national security of the Russian Federation until 2020. This fact has a special fundamental ideological and conceptual-methodological significance for the formation of a new paradigm of national security.

Keywords: security, security paradigm, development.

Актуальность проблематики безопасности в современной действительности неоспорима. В научной социально-экономической литературе понятие безопасность раскрывается достаточно широко. Однако множественность и многообразие его описания посредством большого количества дефиниций приводит к «терминологической путанице», а также  к «полисемии и непониманию представителями различных направлений исследования феномена безопасности» [1].  В отечественной социологической литературе существует ряд устоявшихся альтернативных пониманий безопасности и ее базовых элементов, которые раскрывают ее как определенный уровень и состояние защищенности; как отсутствие опасностей; как определенное состояние  и условия жизнедеятельности социума; как качественную характеристику социальной системы; как отсутствие факторов риска и их минимизацию и др.

Наибольшее распространение получило понимание безопасности как состояния защищенности  жизненно важных интересов личности, общества и государства, вследствие законодательного закрепления дефиниции безопасность в  основных нормативно-правовых актах РФ середины 90-х – начале 2000-х годов. Таким образом,  понимание и решение теоретических и практических вопросов обеспечения безопасности ориентировалось на «окопную логику» постановки данной проблемы [2, 28]. Однако наряду с защитой существуют и другие меры по обеспечению безопасности, среди которых рассматривается развитие.

 «Защитный» контекст безопасности стал основной характеристикой первых этапов формирования парадигмы национальной безопасности России. Под парадигмой (от греч. paradeigma- пример, образец) понимается исходная концептуальная схема, модель постановки проблемы и их решения, методов исследования, господствующих в течение определенного исторического периода в научном сообществе. Ориентируясь на даты принятия основных нормативных актов по проблеме безопасности в нашей стране (Закон РФ «О безопасности» (1992 г.), Концепция национальной безопасности РФ (в редакциях 1997 и 2000 гг.)), российский исследователь  В.Ф. Пилипенко выделил с начала перестройки три этапа парадигмы национальной безопасности [3,30]. Сегодня с принятием «Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» (2009 г.)  и нового Федерального Закона «О безопасности» (2010 г.) можно добавить следующий четвертый этап российской парадигмы национальной безопасности.

В целом парадигма безопасности может быть реализована как парадигма защищенности или как парадигма самоутверждения [4, 180].  В парадигме защищенности безопасность понимается как  отрицание опасностей, следствием чего является самоутверждение. В парадигме самоутверждения безопасность понимается как утверждение себя, а отрицание опасностей имеет вторичный характер и рассматривается в качестве необходимого условия самоутверждения. В парадигме защищенности безопасность отождествляется с жизнедеятельностью, вследствие чего идея безопасности ставится во главу угла общественной и государственной жизни; необходимой предпосылкой обеспечения безопасности является определение угроз и их устранение специальными службами государства. Парадигма защищенности работает при наличии недругов, врагов и характерна для закрытых обществ (например, СССР). Парадигма самоутверждения ориентирована на развитие и определение конкретных опасностей (личности, обществу, государству, интересам, ценностям, образу жизни и т д.), а так же реализацию интересов. Реализация идеи самоутверждения предполагает открытость общества (например, США) для получения энергии извне. В рамках данной парадигмы не удается вообще уйти от формулы «опасность-безопасность», т.к. «наличие иного и исходящей от него опасности становится предпосылкой  самоутверждения». Таким образом, имея определенные различия,  обе парадигмы предполагают наличие «опасности».  Господствующая парадигма безопасности, по мнению Н.Н. Рыбалкина, отражает, как правило, сложившуюся социальную модель общественной жизни и оказывает обратное влияние на формирование внутренней и внешней политики государства и систему обеспечения безопасности [4, 183].

Среди принципиально новых идей, которые придают Стратегии национальной безопасности Российской Федерации фундаментальное мировоззренческое и концептуально-методологическое значение – это взаимосвязь проблем безопасности и развития. Именно так  авторы энциклопедического словаря – ежегодника «Безопасность Евразии» подходят к рассмотрению безопасности «как многогранного, многофакторного и многофункционального явления, отражающего состояние, тенденции развития (в том числе и латентные) и условия жизнедеятельности социума, при которых обеспечиваются сохранение его качественной определенности с объективно обусловленными инновациями и свободное, соответствующее собственной природе и ею определяемое функционирование» [5]. Главную идею Стратегии национальной безопасности Российской Федерации можно определить как безопасность через устойчивое развитие, которая находит отражение уже с первых страниц документа – это, например,  статьи 1, 2, 6, 24 [6]. А. Д. Урсул, автор огромного количества статей и монографий по проблемам устойчивого развития и безопасности, особо подчеркивает принципиальную важность включения понятия устойчивого развития в саму «ткань» данного документа [7].

Обеспечение национальной безопасности реализуется через стратегические национальные приоритеты, в числе которых — национальная безопасность, государственная и общественная безопасность, а также приоритеты устойчивого социально-экономического развития государства — повышение качества жизни российских граждан, экономический рост, наука, технологии, образование, здравоохранение и культура, экология и рациональное природопользование» [6].

 Именно на развитии, создании внутренних благоприятных условий  базируется парадигма самоутверждения. Безопасными сегодня можно считать те общества и государства, которые придерживаются ценностей и практики демократического развития. Поэтому следующим важным и положительным моментом является закрепление в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации национальных интересов, таких как: развитие демократии и гражданского общества, повышение конкурентоспособности национальной экономики; обеспечение    незыблемости конституционного строя, территориальной целостности и суверенитета России; превращение Российской Федерации в мировую державу, деятельность которой направлена  на поддержание стратегической стабильности и взаимовыгодных партнерских отношений в условиях много полярного мира.

Между развитием и безопасностью существует теснейшая связь и взаимозависимость, поскольку это две важнейшие функции жизнедеятельности общества.  Эти понятия имеют различия, так как, по сути, и по содержанию имеют противоположную направленность (так развитие требует постоянного расширения, обновления, инноваций, а безопасность требует стабильности ограничения рискованных инноваций),  но они равноправны в своей деятельности.  При этом первичным является развитие, а безопасность – вторична, но именно она обеспечивает развитие и защищает от угроз. Вторичность безопасности  не снижает ее роли и значения в объективной реальности. Значимость безопасности объясняется тем, что она активно влияет на формирование направлений развития в той или иной сфере жизнедеятельности. Естественно, чем более развита страна в различных направлениях, тем больше у нее возможностей для обеспечения своей безопасности. Провалы в развитии ведут к снижению уровня безопасности, обострению старых угроз и появлению качественно новых, и наоборот, успехи в развитии расширяют возможности обеспечения безопасности. Однако знак равенства между высоким уровнем развития и высоким уровнем безопасности ставить не приходится. А.А. Прохожев и И.А. Карманов замечают, что «следует четко понимать, что более развитая страна и более развитый человек имеют просто больше возможностей для обеспечения своей безопасности. Реализация же этих возможностей в практической деятельности может быть далеко не адекватной» [8, 39].

Таким образом, нам представляется возможным говорить о начале смены тренда парадигмы безопасности в России.  Но все-таки важным для парадигмы самоутверждения является не просто «защищенность» интересов, а их реализация. Защищенность от деструктивных факторов – необходимая, но не достаточная задача обеспечения безопасности. Мало защищать, важнее не допустить формирование условий, которые привели бы общественные отношения, бытие к состоянию, требующему их защиты. Другими словами, задача безопасности заключается, прежде всего, в формировании условий, обеспечивающих стабильное и прогрессирующее развитие общественных отношений. Она находится в органической взаимосвязи с развитием  социума. Осознание этой взаимосвязи и взаимообусловленности находит свое выражение в активном выдвижении и разработке концепции устойчивого (безопасного) развития.

Литература

  1. Атаманов Г.А., Рогачев А.Ф. О необходимости новых подходов к исследованию феномена экономической безопасности // Научно-технические ведомости СПбГПУ. – Экономические науки. – 2009. – № 1 (17).
  2. Лепский В. Развитие и национальная безопасность России // Экономические стратегии.- 2008.- № 2. С. 24-30.
  3. Пилипенко В.Ф. Безопасность: теория, парадигма, концепция, культура. Словарь-справочник. – М.: ПЕР СЕ-Пресс, 2005. -192 с.
  4. Рыбалкин Н.Н. Философия безопасности: Учебно-методическое пособие для вузов, 2006. – 296 с.
  5. Безопасность Евразии – 2002. Энциклопедический словарь ежегодник. – М.: Книга и бизнес, 2003. – 540 с.
  6. Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. № 537 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» // Российская газета. – 2009. – № 88.
  7. Бабурин С.Н., Урсул А. Д. Стратегия национальной безопасности: безопасность через устойчивое развитие [Электронный ресурс] URL: http://www.ni-journal.ru/archive/4ca2193e/n-2-2010/cfdd8156/5a44850f/ (дата обращения 12.11. 2012).
  8. Прохожев А.А., Карманов И.А. Регионы России: социальное развитие и безопасность. – М.: Типография «Новости», 2004. –  200 с.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.