Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

Скачать PDF ( ) Страницы: 40-41 Выпуск: №2 (33) Часть 2 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Васильева К. К. РАЗМЫШЛЕНИЯ НА ПРЕДМЕТ СУЩНОСТИ МЕНТАЛИТЕТА / К. К. Васильева // Международный научно-исследовательский журнал. — 2015. — №2 (33) Часть 2. — С. 40—41. — URL: https://research-journal.org/philosophy/razmyshleniya-na-predmet-sushhnosti-mentaliteta/ (дата обращения: 18.09.2021. ).
Васильева К. К. РАЗМЫШЛЕНИЯ НА ПРЕДМЕТ СУЩНОСТИ МЕНТАЛИТЕТА / К. К. Васильева // Международный научно-исследовательский журнал. — 2015. — №2 (33) Часть 2. — С. 40—41.

Импортировать


РАЗМЫШЛЕНИЯ НА ПРЕДМЕТ СУЩНОСТИ МЕНТАЛИТЕТА

Васильева К.К.

Доктор философских наук, Российский университет дружбы народов

РАЗМЫШЛЕНИЯ НА ПРЕДМЕТ СУЩНОСТИ МЕНТАЛИТЕТА

Аннотация

В статье предпринята попытка осмысления проблемы менталитета, форм его неявного выражения на нескольких уровнях и отношениях.

Ключевые слова: менталитет, субъект-объектное отношение, нейро-психическая организация, самосознание.

Vasileva K.K.

Doctor of  Philosophy, Peoples’ Friendship University of  Russia

REFLECTIONS ON THE SUBJECT OF MENTALITY

Abstract

The article attempts  to  understand  the mentality of the problem, it forms an implicit  expression  at multiple levels  and  relationships

Keywords: mentality, the subject-object relation, neuro-psychic organization, self-consciousness.

При попытке осмыслить феномен менталитет на понятийном уровне исследователи, как правило, испытывают некоторую трудность, которая обусловлена  общепринятым признанием ими  наличия в менталитете нерефлексируемой составляющей.  Нерефлексируемая составляющая,  по сути, есть относительная константа менталитета, представленная некой всеобщей установкой, коллективным образом мысли, обладающими постоянством. И относится эта составляющая  к сфере бессознательного. Поэтому исследователи предпринимают попытки обнаружить и  дойти до потаенного пласта сознания до “потаенной логики” менталитета в той его части, которая полагается бессознательной.

Менталитет не рефлексируется, не формулируется своим носителем,  и в этом смысле он есть нечто, демонстрирующее себя иному.  Он представлен не субъекту (носителю) менталитета, а иному, представлен в качестве свойства другого как нечто нетождественное существующим представлениям иного о другом. Менталитет субъекта не тождественен высказываемым мыслям  субьекта о себе. Таким образом, содержание нерефлексируемой составляющей менталитета является продуктом внешней оценки данной его субъекту другим человеком.

Субъектом менталитета  являются и отдельный человек и коллектив, или же общность. В последнем случае менталитет определяется как коллективный менталитет или же как менталитет общности. Давно замечено, что чем больше субъектов определенного менталитета, тем прочнее и дольше он сохраняется.

Если допустить некую нейро-психическую организацию, атрибутивную человечеству, как становящуюся гомогенную данность, наделенную континуальным свойством, то идентификация менталитета как социо-исторического и социокультурного феномена, начинается с межсубъектных отношений некоторого множества общностей. Первым характерологическим признаком, разорвавшим гомогенный континуум будет качественное отличие, инаковость объектной общности от субъектной. Обнаружение инаковости, отличия, различия предполагает наличие качества “нечто” (“Я”, например), посредством которого и  выявляется инаковость, отличие от “Я”. Таким образом, слово “менталитет” не субстантивирует то, что им именуется, а употребляется как характеристика качества иного предмета (объекта).

В онтологическом плане, “нерефлексируемый” менталитет  есть инаковость; он пребывает вне  субьекта. В этом смысле “нерефлексируемая” часть менталитета – есть  отчужденная форма нейро-психической организации индивида. Субстанционально (в онтологическом плане) принадлежа субьекту, он тем не менее отчужден от него. И в когнитивном плане он “присваивается” иным, потому что для иного он очевиден. В этом проявляется некая раздвоенность, дихотомичность и парадоксальность менталитета.

Когнитивная схема выявления содержания менталитета может быть  составлена классификационно, а именно по степени его манифестирования и выражения. Мы полагаем, здесь допустимы  следующие позиции: 1) субъект-объектное отношение; 2)интерсубъектное (включая и феноменологическую рефлексию); 3) самосознание, самовыражение.

Субъект-объектное отношение способно зафиксировать явные формы выражения (самоосуществления) менталитета – вербальную, мускульно-двигательную, эмоциональную и т.п. Вместе с тем с позиции самосознания, самовыражения, самоощущения субъекта менталитета присутствуют и обнаруживаются неявные, неочевидные для внешнего наблюдателя, проявления менталитета. Интерсубъектное отношение (межсубъектное) способно прояснить многие детали, не проявленные для исследователя в иных познавательных схемах. Здесь опять же с позиции  самосознания, самовыражения субъекта менталитета возможно обнаружение на уровне самоощущений неявных, неочевидных для внешнего наблюдателя проявлений менталитета.

Онтологически план содержания менталитета субстанционально самозамкнут на субъекте как собственном носителе. В этом смысле менталитет непроницаем для внешнего наблюдения. И здесь субъект-объектная познавательная схема малоэффективна. С позиции всякой познавательной схемы план выражения менталитета  трансцендирует в  явных формах. Среди явных форм манифестирует, прежде всего, рефлексируемое (саморефлексируемое.). Кроме того, явные формы самоосуществления менталитета, иными словами очевидные, фиксируемые формы выражения, присутствуют в снятом виде в познавательном исследовательском опыте.  Эти формы есть актуализация, самовыражение, самоосуществление менталитета. Вероятно, надо допустить, что процесс трансформации неявного в явное, имманентного в трансцендентное, потенциального в актуальное, содержания в выражение, есть процесс неисчерпаемый. В этом смысле неочевидное, невыраженное менталитета, надо полагать подавленным, несамовыразимшимся, несамоосуществившимся, имманентным, относящимся к плану содержания, и потому потенциально осуществимым. Способы опосредованного выражения нерефлексируемой части менталитета многообразны, к примеру,  творчество художественное, эмоции, сновидения и т.д. Таким образом, с позиции субъект-объектного рассмотрения наблюдаемые и фиксируемые явные проявления менталитета есть результат механизма трансформации потенциального в актуальное, имманентного в трансцендентное, содержания в выражение. И это возможно, потому что субъекту подвластно восприятие внеположенной ему реальности – плана выражения и  трансцендируемого. Однако, содержание (план имманенции) всегда будет оставаться в какой-то мере terra incognita как для внешнего наблюдения – познающего субъекта, так и для субъекта-носителя менталитета, потому что самим субъектом он часто не рефлексируется.

Выше отмечалось о потенциально возможном осуществлении подавленных, несамовыразившихся составляющих менталитета. Опыт истории человечества свидетельствует о фактах проявления некогда подавленных и невыразившихся составляющих коллективного менталитета, которые, как правило, носят деструктивный характер и представляют серьезную угрозу для социальной стабильности  общества.

Менталитет манифестирует и на уровне интерсубъектном, субъект-субъектном отношении. Менталитет обнаруживается только извне, другим человеком, другим “Я”, которое классифицирует “не – Я” как нечто отличное от “Я”, как нечто Другое. Таким образом, он обнаруживается в контексте оппозиционного отношения “Я” – “не – Я”. При этом “не –Я”, будучи отличным от “Я”, полагается последним как нечто находящееся в сознании, но не во вне. Таким образом, “Я” полагает “не –Я”.  “Не –Я” вычлененное “Я” есть часть субъективной реальности “Я”, и не более того. “Не –Я” есть всё то, что осталось вне поля самоидентификации “Я”. Однако, классификация и  процесс вычленения  “не – Я” осуществляется через  призму  опыта “Я”  посредством психической совокупности, принадлежащей “Я”. И возникает вопрос: насколько идентично “Я” (осознанное) “Я” объективному (неосознанному)? В случае их  нетождественности – утрачивает смысл и значение то, что определено как “не – Я”. Таким образом, и на  межсубъектном уровне, менталитет субстанционально, не может быть определен.

 Рассмотрим теперь план содержания менталитета субъекта с позиции его самосознания и самовыражения. Человек как часть естественной природы представляет собой, с точки зрения науки, весьма загадочное и парадоксальное явление. Многое из того, что входит в понятие “человек” ученым, неведомо. При всем богатстве разнообразного знания и мнения о нем, человек, как объект науки и вместе с ним нейро-психическая организация, его менталитет, представляет собой главным образом, план содержания, но не план выражения; план имманенции, но не план трансценденции. Вместе с тем  как  данность, как план имманенции человек очевиден, но как сущность в плане познавательно-когнитивном – непознаваем. Поскольку  “менталитет – это не сформулированные эксплицитно, не  вполне  осознанные,  умственные установки,  привычки сознания, означающие не план выражения, а  план содержания человеческих интенций, идей и представлений [ 4, С.9 ].  По  мысли Гуревича А.Я. к плану выражения  менталитета  относятся, прежде всего, вполне осознанные отрефлексированные и более или менее четко формулируемые идеи и принципы. К плану же содержания относится конкретное наполнение, которое вкладывается в означенные выше идеи и принципы.  Известное выражение Шеллера “человек – это …всё”, как нельзя объемно передает всю сложность проблемы определения феномена человек. Определения в контексте нашей постановки проблемы – выделения плана имманенции и плана трансценденции (равным образом: плана содержания и плана выражения). Человек предстает как совокупность сущностных характеристик и способа его бытия во внешней реальности. Под последним полагается бытие индивида в окружающей среде, приспособление к  ней  и процесс его социализации. Душевно-духовная сущность человека, наделенная гаммой чувственного и рационального, выражается в его менталитете, ментальности. Родовое отличие человека проявляется, прежде всего, в его способности целеполагания, абстрагирования, творчества, и, конечно же, формирования социальных отношений. Человек порождает собственный мир идей и различные формы его объективизаций, представленных и как вещно-предметный мир. Процесс самоосуществления мира идей, чувствования индивида и в целом его менталитета протекает в двух плоскостях: субъект-объектном и самосознании. Субъект-объектному отношению органично развертывание его главным образом в плоскости плана выражения, трансцендирования, в значении демонстрации другому. Процессу самосознания  имплицитен,  в силу его предмета – самого сознания, “Я”, иной план –план иммманенции.  Мы абстрагируемся от разведения восточной и западной традиции самосознания, ограничившись замечанием о присущей западной традиции интенциональности сознания, а также от различения феноменологической традиции от кантианской. Необходимость различения, в нашем контексте, отпадает, если мы допустим, что самосознание процессуально содержит в качестве отправного пункта, реальность, внеположенную сознанию. К примеру, самооценка уже содержит соотнесенность «меня» с Другим («Я» и «не-Я»). Процесс самосознания – это «сознание для себя», выступающее имманентно по отношению к собственным истокам [1, С.189]. Однако, мир идей в чистом виде в своей отчужденной, трансцендентной ипостаси представлен весьма многообразно – это и право, и мораль, и философия и т.д. В широком смысле этот мир идей есть мировоззрение человека. Способность к трансцендированию, к абстрагированию будучи родовым свойством человека, имеет,  своим объективным основанием, непосредственно данную вещно-предметную реальность. Объективная реальность, равным образом реальность объективированная, являются условием начальной фазы мыслительного процесса. В идеале, отвлеченное нечто от непосредственно данного, служит отправным пунктом, для последующего процесса сохранения образа реальности, и одномоментно – элиминирования несущественного и выявления некоторых оснований подлинной сущности трансцендируемого. Процессуально самоосуществление и самовыражение менталитетом оснований собственной сущности протекает в единстве интериоризации и экстериоризации. В динамике процесс интериоризации с необходимостью предполагает экстериоризацию. Однако, интериоризируемые  внешние  предметные действия и формы их экстериоризации, как правило, не совпадают. Односущностность их возможна лишь в идеале. В процессе мышления “Я” выстраивает субъективное отношение к предмету, органичное смысловым структурам собственного бытия. Тем самым отделяя сущности от данности «Я» субъективирует первую. Под данностью мы полагаем нейтральное выражение для переживаемого наличного бытия предмета содержания в сознании. Таким образом, установка на вычленение самосознания в чистом виде посредством самого сознания упирается в порочный круг, а именно план трансцендирования не адекватен плану имманенции. Иными словами, менталитет не может выразить в явной форме собственного содержания. Лишь невыраженное, внутренне имманентное по-прежнему продолжает сохранять тождественность самому себе.

Литература

  1. Белоус В.Г. Русский менталитет. Словарь./ Под ред.А.Лазари \\ Вопросы философии-1996- № 5- C. 189
  2. Васильева К.К. Менталитет: онто-этнологическое измерение (на примере бурятского этноса). М.: Русский мир, 2002- 200 с.
  3. Васильева К.К., Мельницкая С.А. Менталитет социокультурных общностей Забайкальского края. Чита, 2008
  4. Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. М.: Искусство,1984-C.9.
  5. Юнг К.Г. Психология бессознательного. М.: Канон, 1994
  6. Ясперс К. Общая психопатология. М.: Практика, 1997

References

  1. Belous V.G. Russian mentality. Dictionary./Under red. A.Lazari\\ Problems of Philosophy-1996- № 5-P.189
  2. Vasileva K.K. Mentality onto-ethnological dimension (for example, the Buryat ethnic group). M .: Russian World, 2002- 200s
  3. Vasileva K.K., Melnitskaya S.A. Mentality sociocultural communities Trans-Baikal Territory. Chita, 2008
  4. Gurevich A.Y. Categories of medieval culture. M .: Art, 1984
  5. Jung K.G. Psychology of the Unconscious. M .: Canon, 1994
  6. Jaspers K. General Psychopathology. M .: Practice, 1997

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.