Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2021.103.1.081

Скачать PDF ( ) Страницы: 145-148 Выпуск: № 1 (103) Часть 3 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Четверикова Н. А. ПОСТЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ВЕКТОР ВЫСОКИХ ТЕХНОЛОГИЙ / Н. А. Четверикова // Международный научно-исследовательский журнал. — 2021. — № 1 (103) Часть 3. — С. 145—148. — URL: https://research-journal.org/philosophy/postchelovecheskij-vektor-vysokix-texnologij/ (дата обращения: 21.04.2021. ). doi: 10.23670/IRJ.2021.103.1.081
Четверикова Н. А. ПОСТЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ВЕКТОР ВЫСОКИХ ТЕХНОЛОГИЙ / Н. А. Четверикова // Международный научно-исследовательский журнал. — 2021. — № 1 (103) Часть 3. — С. 145—148. doi: 10.23670/IRJ.2021.103.1.081

Импортировать


ПОСТЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ВЕКТОР ВЫСОКИХ ТЕХНОЛОГИЙ

ПОСТЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ВЕКТОР ВЫСОКИХ ТЕХНОЛОГИЙ

Научная статья

Четверикова Н.А.*

ORCID: 0000-0032-9028-165Х,

Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена (Выборгский филиал),
Выборг, Россия

* Корреспондирующий автор (chetverikova.nadezhda[at]bk.ru)

Аннотация

Статья посвящена проблемам формирования постчеловеческих тенденций, вызванных высокими технологиями. Объектом исследования являются современные постмодернистские практики трансформации тела и сознания человека, вызывающие неоднозначные антропологические последствия. Предмет исследования состоит в систематизации фундаментальных эволюционистских проявлений, которые находят своё выражение в размывании статуса человека как природного существа, вызывающего кризис самоидентификации. В основе исследования лежат философско-антропологические представления о пределах эволюционных трансформаций биологической природы человека и понимании человека как конечного, преходящего феномена. Эти представления спорные, именно поэтому вызывают особый интерес. В статье изложены значимые стратегии универсальной эволюции, связанные с постмодернизмом и претендующие не только на формулирование новых смыслов человеческого существования, но и на переформатирование человека как живого существа, поскольку они разрушают имеющуюся самоидентификацию личности, ничего позитивного не предлагая взамен. Желание сконструировать «идеального» человека (постчеловека) имеет непредсказуемые последствия и это делает его явно опасным.

Человек продолжает оставаться проблемой для самого себя. Обращённость к себе – естественна, поэтому самые глубокие изменения касаются именно антропологических представлений. Проблематичность вызывает то обстоятельство, что изучение человека как социального существа, имеющего природные основания, не отвергается, но утопические проекты создания постчеловека (то есть, находящегося за пределами естества) множатся благодаря развитию науки и технологий. Стоит задаться вопросами – насколько научно обоснованы эти технологии? Каков уровень вредоносности последствий реализации этих замыслов? Поиск ответов на эти вопросы чрезвычайно актуален.

Ключевые слова: постмодернизм, постчеловек, технобиоэволюция, самоидентификация личности.

POSTHUMAN TRAJECTORY OF HIGH TECHNOLOGIES

Research article

Chetverikova N.A.*

ORCID 0000-003-29028165,

Herzen State Pedagogical University (Vyborg branch), Vyborg, Russia

* Corresponding author (chetverikova.nadezhda[at]bk.ru)

Abstract

The article discusses the problems of the formation of posthuman tendencies caused by high technology. The target of the research is modern postmodern practices of transformation of the human body and consciousness, which cause ambiguous anthropological consequences. The subject of the study is the systematization of fundamental evolutionist manifestations, which find their expression in the erosion of the status of man as a natural being that cause a crisis of self-identification.  The research is based on philosophical and anthropological ideas about the limits of evolutionary transformations of the biological nature of man and the understanding of man as a finite, transitory phenomenon. These views are controversial, which is why they are of particular interest.  The article lays out significant strategies of universal evolution associated with postmodernism and claiming not only to formulate new meanings of human existence but also to reformat a person as a living being, since they destroy the existing self-identification of the individual, offering nothing positive in return. The desire to construct an “ideal” person (posthuman) has unpredictable consequences, which certainly makes the notion dangerous.

Man continues to be a problem for himself. Humanity’s focus on itself is natural, so the most profound changes concern anthropological concepts. The problem is caused by the fact that the study of man as a social being with natural foundations is not rejected, however the utopian projects of creating a posthuman (that is, beyond nature) are multiplying due to the development of science and technology. It is worth asking such questions as to how scientifically sound are these technologies?  What is the level of harm that the consequences of the implementation of these plans can bring? The search for answers to these questions is extremely relevant.

Keywords: postmodernism, posthuman, technobioevolution, self-identification of an individual.

Введение

Глобальная задача нынешнего времени состоит в том, чтобы определить пределы допустимого во взаимодействии человека и природы. Отчётливо обозначилась ситуация, получившая название «варварство профессионалов», так как приоритеты развития человека и общества выглядят антиприродными. Актуален вопрос – имеется ли потенциал развития природы человека или стал реальностью постчеловек, то есть качественно новое существо, природа которого претерпела изменения с помощью технических средств. Антропологическая проблематика фиксирует множество проблем, связанных с кризисом идентичности и моральными издержками, вызываемыми биотехнологиями.

Философский вопрос о природе и сущности человека рассматривается в рамках постнеклассической науки, которая интегрирует естественное и гуманитарное знание, что позволяет изучить практики, влияющие на биологические и социальные стороны жизни человека.

 Было бы наивно призывать к отказу от технических достижений. Техносфера трансформирует человека как биологическое и социальное существо в постчеловека, при этом человек уверен, что он превзойдёт эволюционные возможности природы. Разум избыточен, изобилен, выходит из берегов, трансграничен. Однако нравственные ограничители для разума и результатов его деятельности не усилились: радикальный гедонизм и алчность доминируют в техногенном мире.

Исследования этологов убеждают нас в том, что человек как вид живого существа наделён особенно сильной склонностью к внутривидовой агрессии [10, С. 16]. Тогда интересно поискать ответ на вопрос – есть ли перспективные стратегии деятельности человека в отношении мира и самого себя? «Да» – думает человек, иначе смысл жизни будет утрачен. Вполне возможно, что это притормозит негативные тенденции отехничивания человеческого существа, но не остановит. Удаление от естества остановить нельзя, так как человек не имеет переживаний и знаний о смерти рода человеческого [4, С.215].

Удаление от естества, по-видимому, обеспечит какую-то длительность человеческого существования, однако и для проживания этого отрезка необходимо обратиться к возможностям разума.

Стала привычной мысль о том, что пора усовершенствовать человека, поскольку живая материя (человек, естественный интеллект) исчерпала резервы самосовершенствования [1]. Если это так, то встаёт вопрос об эволюционных возможностях человека как живого существа, поскольку истинный масштаб улучшения, совершенствования человека задаёт эволюция. Исчерпание ресурсов естественной эволюции выводит на повестку дня формирование постчеловека. Стоит ли удивляться? По-прежнему доминирует постмодернизм. Множество процессов приобрели приставку «пост». Однако приставка настораживает, ибо за ней стоит вопрос: «Что там дальше?» [3, С. 5]. Понятно, что достигнут некий рубеж, свидетельствующий о потере точки отсчёта, или о её кардинальном изменении, после которого – неизвестность. Это и есть кризисное состояние, которое вызывает опасения, разочарования, ожидания, и самое главное – без точки отсчёта реально происходит нарастание безответственности и случайности.

Обратимся к постмодернизму. Как социокультурное явление постмодернизм представляет собой объективную реакцию общества и человека на кризис самоидентификации человека, вызванный информационными процессами
[3, С.15]. Позволим себе уточнить сущность постмодернизма, чтобы понять постпроцессы и постчеловека. Дело заключается в том, что к началу прошлого века в жизни человека произошли фундаментальные изменения. Во-первых, деятельность человека приобрела такие масштабы, что он начал проникать за пределы реальности, которую непосредственно не воспринимает органами чувств и не может с ней установить прямой контакт. Речь идёт о микромире, который непосредственно никто из людей не видел и не ощущал, и о нём известно только по знакам, по проявлениям его силы. Микромир ежедневно воздействует на человека, и стал неотъемлемой частью нашего мира вообще.

Во-вторых, возросла активность человека в мегамире, который оказывается несопоставимым с человеком как природным существом. Космические технологии, синтез химических и биологических веществ – всё это плоды научно-технического прогресса, которые выводят человека за пределы привычного доступного и понятного мира. Сегодня человек, используя результаты прогресса, видит, слышит, осязает во много раз дальше и сильнее, чем позволяют органы его тела. Вследствие этого, сфера деятельности человека превысила сферу его жизни. Возникают новые виды деятельности, в которых человеческие чувства и мышление нас больше не ориентируют. Реальность, с которой человек имеет дело, уже не вещно-объектная, а информационно-компьютерная, сверхъестественная. Сознание человека отчуждается от тела, и он всё реже действует как телесно-духовное существо. Цифровые технологии позволяют в виртуальном пространстве иметь псевдо-эмпирический опыт (от общения с обезличенными фигурами до виртуальной порнографии). Физический мир оказался гораздо меньшим, чем пространство бытия [9].

Можно утверждать, что человек становится агентом чего-то более сложного, созданного им самим, начинает всё сильнее зависеть от созданного им искусственного мира, символического универсума, постмира. Так пришла эпоха постмодернизма, а вместе с ней отказ от традиционных нравственных, эстетических понятий и ценностей. Остаётся лишь «поверхность», искусственный мир, лишенный глубины, романтики, гуманизма. В этом постмире человек – лишь тело среди других тел (постчеловек), здесь нет места для духовных процессов, ибо духовность – это глубина. Раз так, логично его ломать, изменять, переделывать, ведь человек – «ремонтопригодная система», сырьё. (Попова О.В.)

Философская антропология осмысливает складывающиеся тенденции и всё чаще убеждает нас в том, что Великий кризис современного мира – это кризис человека [11, С. 62-69]. Философско-антропологическое знание впору дополнить разделом – «деантропологизация человека» [8, С. 871-875]. Напомним азиатскую историю спроектированных детей. Она показательна с точки зрения социальных последствий, приведших к резкому изменению естественного соотношения полов в пользу мальчиков, считающихся «ценным» воспроизводством, по сравнению с девочками. Технологический подход к детопроизводству оставил мужчин без женщин.

Деантропологизация по сути – это невозможность найти прочную точку опоры в ответе на вопрос «Кто Я?». Гендерные инсинуации запутывают поиск половой принадлежности. Виртуальные практики помещают человека в «зазеркалье». Психоанализ соблазняет такими трансформациями сознания, которые вообще противостоят природе человека. Воля человека бессильна здесь что-либо изменить. Получается, что в условиях беспорядка появляется другой порядок, порождая иную самоидентификацию человека. Что это за порядок?

Это порядок с новыми типами идентичности. Я – почти бессмертный, ибо смертную природу побеждают высокие технологии. Я – виртуальный, ибо эмпирический мир практически побеждён. Я – свободный, ибо ничей, ибо всё относительно, ибо изменяюсь постоянно. Другими словами, Я больше не «тварь», нет у человека природой данных ограничений. Все эти ответы, по-видимому, и есть путь к постчеловеку как цели трансгуманизма. Трансгуманизм исходит из того, что природное (всё, что связано с природой) – грубое, несовершенное. Нынешняя эволюция заключается в замене природного содержания, имеющегося в человеке, – искусственным. Причём искусственное считается более совершенным.

Плохо скрытая угроза привела к тому, что постчеловеческий дискурс обнаруживает себя в двух измерениях: трансгуманистическом и биоконсервативном [12, С. 65-72]. Их отличие состоит в том, что они по- разному отвечают на вопрос о том – имеется ли потенциал развития человеческой природы. Оба отвечают на вопрос – «да». Но трансгуманизм считает возможным развивать природу человека технологическими средствами. Если быть точным, надо освободить разум человека от плоти, которая эволюционно устарела и тормозит совершенствование. Что же тормозящего в плоти? Она стимулирует агрессивность, потребительство, эгоизм человека [2, С. 236]. Более того, плоть – конечная оболочка, которая, скорее всего, вредит развитию разума, воплощающего сущность человека. Можно и нужно её заменить.

Биоконсерватизм отрицает совершенствование технологическими средствами, ибо человек – это по-прежнему телесно-разумная совершенная система, закрытая для такого радикального и опасного вмешательства. Необходимо двигаться по пути коэволюции человека и биосферы. Этому и должны помочь высокие технологии [6], [12].

Данные установки обращают нас к объяснительным возможностям универсального эволюционизма, чтобы прояснить: что может скрываться за приставкой «пост»? Универсальный эволюционизм – теория, способная, по мнению некоторых исследователей, объяснить трансформации человека, тотальное преобразование человеком самого себя и жизненной среды [4, С. 208]. Для человека жить – означает эволюционировать. Эволюционные преобразования человека, главным образом, связаны с уровнем его познавательных способностей. Можно утверждать, что именно возможности разума смогли предохранить человеческий род от запредельных стремлений трансформировать и окружающую среду, и человека. Согласно универсальному эволюционизму, сейчас человечество эволюционирует путём создания новых форм жизни, в которых функциональная граница между естественным и искусственным в человеке размывается, духовный мир вытесняется информационно-коммуникативными технологиями. Другими словами, человек естественным путём эволюционировать больше не может, поэтому наступает «постчеловеческая» стадия трансформаций [15].

Логика этого процесса такова. Обладая силой разума, человек создал техносферу, которая постепенно обособилась от своего «родителя». Процесс обособления приводит к тому, что техносфера стала антагонистом живого, подчиняет живое неживому. Ситуация осложняется тем обстоятельством, что, как мы уже отмечали, интеллект и мораль пошли разными дорогами. К. Лоренц назвал это опасностью «задохнуться в самом себе», ибо с точки зрения эволюции это выглядит как тупик, вызванный противоречиями в использовании человеком своего разума [7, С. 17]. Техносфера переступила через человека, и тупик можно считать «финалом эволюции разумных видов». [13, С. 320]. Остановить техноэволюцию нельзя, как нельзя и предотвратить движение к постчеловеку, ибо нынешний человек убеждён в том, что в отношении самого себя он способен сделать больше, чем сделала эволюция природы. Видимо, речь идёт об «идеальном» человеке, это ведь и будет постчеловек, свободный от природой данных ограничений.

Заключение

Глобальный эволюционизм приводит к мысли о том, что интеллект и духовность человека разошлись на путях эволюционного процесса. Лоренц пишет: «Все блага, доставляемые человеку глубоким познанием окружающей природы, прогрессом техники, химическими и медицинскими науками, всё, что предназначено, казалось бы, для облегчения страданий, — всё это ужасным и парадоксальным образом способствуют гибели человечества» [7, С. 17]. «Самоубийственная деятельность человека» (И. Шкловский) обеспечена разумом, развитие которого завело нас в тупик.

Отметим также, что к постчеловечности ведёт невозможность контроля технических достижений со стороны разума, так как всегда есть непредвиденные результаты достигаемой цели, поставленной вполне разумно. Побочные результаты не только неизбежны, но и зачастую весьма опасны. Однако деятельностная природа человека продолжает стимулировать техногенную активность. Эта активность вырастает из веры человека в то, что мир без него (без человека) жить не может. Чтобы продлиться, человеку необходимо самоограничение, необходимо положить предел трансгрессии. Речь идёт и о конвергентных технологиях, приобретающих самодовлеющее значение, несущих реальную опасность разрушения природных основ бытия человека [14].

Вряд ли есть основания полагать рост добра и совести. Удовлетворение любого желания или потребности, понятое как счастье, не приводит к гармонии. Техногенный мир выдвигает в качестве ценностной ориентации именно уровень потребления. Соперничество на пути к росту потребления носит вид «слепой конкуренции», которая и ведёт эволюцию человека в тупик» [7, С. 223].

Пост-процессы, которые выражаются в постмодернизме, постчеловеке, свидетельствуют о критической ситуации в антропологической сфере. Благие цели – освобождение от рутины и надоевшей обыденности – ведут всё туда же, в ад, который выражен в кризисе самоидентичности, в отказе от естества в пользу искусственности.

Конфликт интересов

Не указан.

Conflict of Interest

None declared.

Список литературы / References

  1. Витол Э. Глобализация техносферы: тенденции, истоки. Перспективы / Э. Витол // Интелрос. [Электронный ресурс] URL: file///C:/Users/gazman/Dekstop/ (дата обращения 12.12.2020)
  2. Дубровский Д.И. Природа человека, антропологический кризис и кибернетическое бессмертие / Д.И. Дубровский //Глобальное будущее. 2045. М.:МБА, 2013. – С. 121-150
  3. Емелин В.А. Кризис постмодернизма и потеря устойчивой идентичности / В.А. Емелин // Национальный психологический журнал.- 2017.- № 2 (26).- С.5-15
  4. Келигов М. Homo sapiens: Преходящий феномен / М. Келигов. М.: Академический проект, 2012. – 224 с.
  5. Князева Е.Н. Универсальный эволюционизм: паттерны, которые связывают / Е.Н. Князева //Философские науки.- 2015. – №3. – С.90-103
  6. Кутырёв В.А. Бытие или ничто / В.А. Кутырёв. СПб.:Алетейя, 2009. – 496 с.
  7. Лоренц К. Агрессия, или Так называемое зло / К. Лоренц. М.: Литагент АСТ,2017. – 28 с.
  8. Маслов В.М. Постчеловеческие тенденции техногенной цивилизации: нанотехника / В.М. Маслов //Фундаментальные исследования.- 2014. – №6 (Ч.4). – С. 871-875
  9. Слюсарев В.В. Большие вызовы цифровой революции / В.В. Слюсарев // Nota bene.2018. № 11 [Электронный ресурс] URL: http://nbpublish.com/library_red_article.php?id=25955(дата обращения 12.12.2020)
  10. Уилсон Э. Степень животности / Э. Уилсон // Диалоги: полемические заметки о возможных последствиях развития современной науки. М.,1979. С. 164 – 176
  11. Хоружий С.С. Человек и его три дальних удела. Новая антропология на базе древнего опыта / С.С. Хоружий // Вопросы философии. – 2013.- №1.- С. 62-69
  12. Хрисанов В.А. Образы совершенного человека в современной философии / Хрисанов В.А., Долин В.А. //Вестник МГОУ. Серия: Философские науки.- 2015.- №4. – С. 65-72
  13. Шкловский И.С. Вселенная, жизнь, разум / И.С. Шкловский. М.: Мысль,1987. – 320 с.
  14. Habermas U. Die Zukunft der menschlichen Natur / U. Habermas. Suhrkampf Verlag, Frankfurt am Mein.2001.239 P.
  15. Braidotti R. The Posthuman / R. Braidotti. – Cambridge, UK: Polity Press, 2013. 315 p.

Список литературы на английском языке / References

  1. Vitol E. Globalizatsiya tekhnosfery: tendentsii, istoki, perspektivy. [Technosphere globalisation: tendencies, sources, prospects] / E. Vitol // Intelros [Intelros]. [Electronic resource] URL: file///C:/Users/gazman/Dekstop/ (accessed 12.12.2020) [in Russian]
  2. Dubrovskii D. I. Priroda cheloveka, antropologicheskii krizis i kiberneticheskoe bessmertie [Human nature, antropological crisis, cyber immorality] / D. I. Dubrovskii // Global’noe budushchee 2045 [Global future 2045] / M.: MBA, 2013. – P. 121-150. [in Russian]
  3. Emelin V. A. Krizis postmodernizma i poteria ustoichivoi identichnosti [The postmodern crisis and the loss of stable identity] / V. A. Emelin // Natsional’nyi psikhologicheskii zhurnal [National Psychological Journal]. – 2017. – № 2 (26). – pp. 5–15. [in Russian]
  4. Keligov M. Homo sapiens: Prekhodiashchii fenomen [Homo sapiens: transitory phenomenon] / M. Keligov M.: Akademicheskii proekt, 2012. – P. 224. [in Russian]
  5. Knyazeva E.N. Universal’nyi evoliutsionizm: patterny, kotorye sviazyvaiut [Universal Evolutionism: Patterns That Bind] / E.N. Knyazeva // Filosofskie nauki [Russian Journal of Philosophical Sciences]. – 2015. – №3. – pp. 90–103. [in Russian]
  6. Kutyrev V.A. Bytie ili nichto [Being or Nothingness] / V.A. Kutyrev SPb.: Aleteiia, 2009. P. 496. [in Russian]
  7. Lorents K. Agressiia, ili Tak nazyvaemoe zlo [On Aggression] / K. Lorents M.: Litagent AST, 2017. P. 28. [in Russian]
  8. Maslov V. M. Postchelovecheskie tendentsii tekhnogennoi tsivilizatsii: nanotekhnika [Posthuman trends of the technogenic civilization: nanotechnology] // Fundamental’nye issledovaniia [Fundamental research]. – 2014. – №6 (Pt.4). – pp. 871–875. [in Russian]
  9. Sliusarev V. V. Bol’shie vyzovy tsifrovoi revoliutsii [Big Challenges of Digital Revolution] / V. V. Sliusarev // Nota bene. 2018. № 11 [Electronic resource] URL: http://nbpublish.com/library_red_article.php?id=25955. (accessed 12.12.2020) [in Russian]
  10. Uilson E. Stepen’ zhivotnosti [Degree of animality] / Uilson E. // Dialogi: polemicheskie zametki o vozmozhnykh posledstviiakh razvitiia sovremennoi nauki [Dialogues: polemical notes on the possible consequences of the development of modern sciense] / M.,1979. – P. 16. [in Russian]
  11. Khoruzhii S.S. Chelovek i ego tri dal’nikh udela. Novaia antropologiia na baze drevnego opyta [A Man and His Three Distant Destinies. New Anthropology Based on Ancient Experience] / S.S. Khoruzhii // Voprosy filosofii [Philosophy issues]. – 2013. – №1. – pp. 62–69. [in Russian]
  12. Khrisanov V.A. Obrazy sovershennogo cheloveka v sovremennoi filosofii [Imagies of Perfect Man in Conteporary Philosophy] / Khrisanov V.A., Dolin V.A. // Vestnik MGOU. Seriia: Filosofskie nauki [Moscow Region State University Bulletin. Series: Philosophy]. – 2015. – №4. – pp. 65–72. [in Russian]
  13. Shklovskii I. S. Vselennaia, zhizn’, razum [Universe, Life, Mind] / I. S. Shklovskii M.: Mysl’,1987. P. 320. [in Russian]
  14. Habermas U. Die Zukunft der menschlichen Natur [the future of Human Nature] / U. Habermas. Suhrkampf Verlag, Frankfurt am Mein.2001.239 P. [in German]
  15. Braidotti R. The Posthuman / R. Braidotti. – Cambridge, UK: Polity Press, 2013. 315 p.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.