Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2020.99.9.048

Скачать PDF ( ) Страницы: 64-68 Выпуск: № 9 (99) Часть 2 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Пахонина Е. В. К ПРОБЛЕМЕ ДИСТАНЦИОННОЙ КОММУНИКАЦИИ / Е. В. Пахонина // Международный научно-исследовательский журнал. — 2020. — № 9 (99) Часть 2. — С. 64—68. — URL: https://research-journal.org/philosophy/k-probleme-distancionnoj-kommunikacii/ (дата обращения: 13.05.2021. ). doi: 10.23670/IRJ.2020.99.9.048
Пахонина Е. В. К ПРОБЛЕМЕ ДИСТАНЦИОННОЙ КОММУНИКАЦИИ / Е. В. Пахонина // Международный научно-исследовательский журнал. — 2020. — № 9 (99) Часть 2. — С. 64—68. doi: 10.23670/IRJ.2020.99.9.048

Импортировать


К ПРОБЛЕМЕ ДИСТАНЦИОННОЙ КОММУНИКАЦИИ

К ПРОБЛЕМЕ ДИСТАНЦИОННОЙ КОММУНИКАЦИИ

Научная статья

Пахонина Е.В.*

Северо-Западный институт Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА), Вологда, Россия

* Корреспондирующий автор (solovjevaelen[at]yandex.ru)

Аннотация

 Цель работы заключается в постановке проблем, связанных с цифровизацией всех сфер жизни общества и переходом на дистанционный формат работы, обучения. Адаптация к инновации дистанционного формата коммуникации выявила ряд проблем, последствия которых являются отдельными исследованиями. В нашей работе мы хотели бы рассмотреть проблему понимания и причины конфликтности, которые возникают или могут возникнуть при дистанционном общении. Показана взаимосвязь дистанционного формата общения с датафикацией личности, восприятием ее как источника данных, которые, в свою очередь, выступают коммерческой ценностью. Нейротехнологии могут представлять огромный интерес для когнитологии и датафикации личности в образовании. Большой интерес представляют нейрокогнитвные исследования в образовании, нейроинтерфейсы, отслеживающие состояние пользователя, контроль за ним. Однако, возникают этические проблемы сбора больших данных.

Ключевые слова: дистанционная коммуникация, датафикация, визуализация, конфликт.

ON THE MATTER OF REMOTE COMMUNICATION

Research article

Pakhonina Ye.V.*

North-Western branch of the Kutafin Moscow State Law University (MSAL), Vologda, Russia

* Corresponding author (solovjevaelen[at]yandex.ru)

Abstract

The purpose of the paper is to set problems related to the digitalisation of all social spheres and the switch to remote work and learning. Adaptation to the innovative remote communication has revealed a number of problems, the consequences of which are subject to separate studies. In this research, we would like to consider the problem of understanding and the causes of conflicts that arise or may arise in the course of remote communication. The article demonstrates the relation of remote communication to the datafication of the individual and perceiving it as a data source, which, in turn, have commercial value. Neurotechnology can be of great interest in cognitive science and personality datafication in education. Neurocognitive studies in education, neurointerfaces tracking the user’s state and controlling it are of great interest. However, there are ethical problems in collecting big data.

Keywords: remote communication, datafication, visualisation, conflict.

Введение

Естественный язык представляет собой живой, динамичный процесс, отражающий и закрепляющий появление новых явлений, процессов, предметов в конкретный культурно-исторический период. Словарное богатство естественного языка расширяется, хотя исторически словоизменительные грамматические категории могут исчезать. Однако, под влиянием межкультурной коммуникации, глобализации, компьютеризации, пандемии, перехода на дистанционный формат общения наблюдается обновление словарного запаса граждан, их навыков, умений, знаний.

Дистанционный формат затронул все сферы жизнедеятельности общества, особенно образование, науку, бизнес, что укладывается в рамки федеральной программы по развитию цифровой экономики РФ. Однако, к резкому, отчасти вынужденному переходу в дистанционный формат многие организации, структуры и подразделения оказались не готовы, как и пользователи данных услуг, в результате чего в феврале-марте 2020 года наблюдался довольно повышенный уровень нервозности, отрицания цифровых технологий, дистанционного формата коммуникации, работы. Причем в мае-июне 2020 года эмоциональное отношение к дистанционному формату изменилось, в результате чего в июне-июле наблюдаются массовые исследования данного формата общения и работы, его эффективность и дальнейшее возможное применение, чему, думаю, будет посвящен не один десяток научных публикаций различного уровня. Именно такая «дистанционная встряска» позволила выявить все недоработки, неточности, проблемы на международном, федеральном, муниципальном, межличностном и индивидуальном уровнях взаимодействия, навыков, знаний. Одной из таких актуальных проблем стала проблема понимания в условиях дистанционного формата, с которой тесно связана проблема конфликтности в дистанционной коммуникации.

Жизненная среда воспринимается личностью как инфосреда и техносреда, в которой она сама является интеллектуальной, адаптивной средой, объединяющей разнородные системы и ресурсы. Дистанционный, цифровой формат изменяет традиционные коммуникации, способы ориентации человека в мире, влияет на ценности, представления о свободе, смысле жизни, однако, также провоцирует на появление и выявление новых рисков и форм поведения.

Какие проблемы были выявлены в результате дистанционного формата обучения. На наш взгляд, в первую очередь – технические, не оказалось должного технического оснащения, поддержки и выхода в Интернет в условиях самоизоляции и дистанционной работы, особенно за пределами федеральных округов и областных центров. Вторая проблема – управленческая, недостаточная организация дистанционного формата работы, обучения, предварительной подготовки кадров, освоения онлайн-технологий и их внедрения или невозможность внедрения «на дому» из-за технических проблем. Удаленность сотрудников, преподавателей, обучающихся вскрыла проблему личной ответственности, самостоятельности в обучении, освоении новых видов и форм работ. Третья проблема – психологическая, постоянный стресс из-за новых предписаний, не всегда удовлетворительной организации дистанционной работы и отчетности, повышенной нагрузки, удаленности от рабочего места, технических проблем и ответственности за успеваемость обучающихся, престиж организации. Четвертая проблема – усвоение знаний, их понимание, закрепление и воспроизведение, применение на практике. Но об этом следует судить по результатам ЕГЭ и приемной кампании 2020 года в вузы или по отзывам работодателей, результаты которых мы можем осмыслить и получить только в конце 2020 года или через какое-то время.

В связи с последней проблемой актуальной становится идея применения нейротехнологий в образовании. Так, 2 июня 2020 года была проведена онлайн-дискуссия «Нейротехнологии в образовательном процессе: шаг от фантастики к реальности», организованную МНМЦ НИЯУ МИФИ совместно с Фондом «Центр стратегических разработок «Северо-Запад» [3]. Какие обсуждались и ставились на ней вопросы: какие проблемы выявило дистанционное обучение? Как привлечь обучающихся к дистанционному обучению? Может ли дистанционный формат заменить «живое», непосредственное общение? Как проверить присутствие и усвоение знаний онлайн и дистанционно? Какие образовательное онлайн-технологии можно безопасно применять в дистанционном формате? Как проверить качество онлайн курсов, их критерии, эффективность? И другие вопросы [1], [6].

 Дистанционный формат коммуникации актуализирует проблему датафикации личности, при которой любые данные о человеке становятся ценностью. Важным элементом датафикации становится создание ценности данных, их коммерческого использования, контроля, воздействия на восприятие действительности, культуры, общества.

Современный человек находится в хаосе информационных потоков, которые «борются» за его внимание, могут быть противоречивыми и не всегда осознаны. Информационные технологии пытаются увеличить объем воспринимаемой информации, предлагая потенциальному рецепиенту новые модели гаджетов, направления «интернета вещей». Достигнув определенного уровня развития, технология акцентируется на качественной составляющей. Учитывая пределы и возможности наших органов чувств, восприятия, можно создать иную реальность, дублирующую действительность при помощи дополненной и гибридной реальностей. При этом, отмечает В.В. Слюсарев, если добавить объемный звук в наушниках и шлем, то главные органы восприятия человека будут воспринимать то, что им предложит алгоритм компьютера. «На уровне нашей когниции мы попадаем в параллельную вселенную, в которой пространство и время подчинено исключительно воле автора программы и в которой мы будем воспринимать намного большее количество информации» [7, С. 275]. Новые информационные технологии могут представлять огромный интерес для когнитологии и датафикации личности в образовании. Автор отмечает, что, будучи безопасным для человека физически, «погружение» в виртуальную реальность для сознания будет опасным, как и наркомания, вызывая физическое и моральное привыкание, что может вызвать коллективные «галлюцинации», связанные с распространением социальных сетей. Одновременно В.В. Слюсарев признает, что технология виртуальной реальности открывает безграничные возможности для профессионального общения, обучения, познания мира, однако, «для того чтобы избежать радикальных для человеческой культуры и цивилизации (а возможно, и самого человека) последствий, необходимо уже сейчас применять адекватные и действенные решения» [7, С. 276]. В частности, дистанционный формат обучения показал, что видео и онлайн общение через социальные сети, порталы, по электронной почте не заменят живое общение при передаче и получении знаний. Некоторые виды практик вообще невозможно перенести в цифровой формат и отследить их реальные результаты.

Под влиянием компьютеризации, информационных технологий и развитием социальных сетей, активно развивается так называемый «новояз» – система упрощенного общения посредством пиктограмм, символов, смайликов, сопровождающийся обеднением словарного запаса, эмоционального выражения, синтаксических конструкций, ростом несоблюдения правил орфографии и пунктуации, провокационному и противоправному поведению в условиях относительной анонимности. Мнимая анонимность и низкая цифровая культура пользователя в сети может отражаться на интеллектуальной деятельности, быть связана с проблемой социально адекватного поведения в действительности. При этом овладение информационными технологиями становятся частью социализации и техносоцализации, важным фактором трудоустройства и коммуникации.

Дистанционный формат показал, что коммуникативно-информационный потенциал социальных сетей, гибридной и дополненной реальностей можно использовать на индивидуальном, межличностном, групповом и общественном уровнях. Неформальная коммуникация, чаще всего проявляющаяся в социальных сетях, играет определенную роль в процессах интеграции, дезинтеграции, сплочения и разобщения, может быть «питательной почвой» для виртуальных конфликтов, переходящих в реальные, провоцировать девиантное поведение вплоть до экстремизма.

Особенностью виртуального общения является дистанционно-временной разрыв, отсутствие интонации, пауз, невербальных средств общения в целом, которые дополняют вербальные средства в реальном общении. Определенный апофатизм, неформальная коммуникация в социальных сетях представителей разных социальных статусов, уровня образования, материального благополучия, духовных ценностей и нравственных качеств также снижает уровень контроля, порождая конфликтные ситуации, двусмысленность, полисемию. «Информационный анализ конфликта исходит из того, что каждый его участник формирует свою информационную модель конфликтной ситуации, определяемую спецификой его ценностей, мотивов и целей. При этом считается, что одной из типичных причин конфликтного взаимодействия выступают значительные потери и искажения информации при общении оппонентов» [3, С.88].

И.В. Макарова отмечает, что социально-психологической основой и причиной конфликта может выступать именно неформальная коммуникация (неполнота, неточность фактов, посторонние факты, ненадежность источника информации), либо ее феномены (обнародование скандальной информации, невольная дезинформация, слухи, сплетни, юмор, ложь, доносы, мифы). Разрешение конфликтной ситуации может зависеть не только от субъектов конфликта, но также от прямых и косвенных его участников, «третьей стороны», которая может выступать как посредником, так и подстрекателем конфликтной ситуации. Известно, что юмор может как спровоцировать, так и нейтрализовать конфликтную ситуацию в условиях анонимности и дистанционно-временного разрыва доступа информации. Без визуализации в условиях дистанционного общения юмор, ирония, сатира, сарказм, стеб могут разжигать конфликтную ситуацию, быть восприняты как угроза, оскорбление.

Типичными подстрекателями в виртуальной коммуникации выступают тролли и некоторые фейки. Действие троллей расценивается как киберпреступление (троллинг, кибербуллинг) и наказывается в соответствии со статьями УК РФ. Основная цель виртуальных подстрекателей – вызвать отрицательные эмоции у оппонентов и/или других пользователей, как правило, через провокационные слова, пиктограммы, мемы, фотографии и видео, которые воспринимаются в виртуальной среде как действие, поступок. Определенную роль в этом имеет «новояз», разное смысловое восприятие и понимание слов. Чем вызвано девиантное поведение в сети и конфликтность того или иного пользователя?

Девиантное поведение в сети так или иначе связано c коммуникативным опытом, который приобретается с детства и может протекать не совсем удачно по разным индивидуальным, социальным причинам. Затруднения в общении могут закрепляться в моделях некоструктивного коммуникативного поведения, при которых происходит фиксация на собственной коммуникативной некомпетентности, нарушение взаимодействия между людьми, сопровождаемое субъективными переживаниями трудностей его участников. Поэтому чаще всего в социальных сетях могут подвергаться троллингу дети и подростки, у которых недостаточно развиты навыки бесконфликтного общения в силу возраста. А.Г. Самохвалова отмечает, что «основными формами деструктивного поведения ребенка в общении являются протестное, импульсивное, агрессивное, конформное, демонстративное, недисциплинированное поведение» [5, С.167], что можно очень часто наблюдать в сети в качестве защитной реакции и позволит потенциально определить возраст «собеседника».

А.Г. Самохвалова справедливо отмечает, что «актуализация протестных форм поведения приводит к возникновению трудностей эмпатии, толерантности, трудностей, связанных с детским эгоцентризмом, упрямством, негативизмом. Затруднено коммуникативное планирование и прогнозирование, поскольку ребенка захватывает дух противоборства, соперничества, что мешает здраво оценить возникшие коммуникативные условия» [5, С.167], которые могут сопровождаться нарушением самонаблюдения, самоконтроля, проявлением чрезмерно бурных эмоций. Именно вызывание агрессивного поведения является целью троллей, пранков, отчасти фейков, поэтому лучше родителям не заводить страницы в социальных сетях для детей и/или ограничить доступ к ним, регулярно просматривать и контролировать список групп, друзей, музыку, переписку с другими пользователями.

В условиях относительной анонимности социальных сетей, прежде всего подростки и молодежь испытывают потребность экспериментировать, пробовать новые коммуникативные роли, противостоять установленным нормам поведения, менять индивидуальный имидж, переживать новые (порой деструктивные) эмоции. Это может быть частью социализации, техносоциализации и самопонимания, однако может привести и к уголовной ответственности или летальному исходу. Именно трудность выбора адекватных форм общения, косность коммуникативных конструкций, недоверие себе компенсируются агрессией и демонстрацией, временно повышая самооценку, создавая иллюзию собственной значимости и «победы» не только подростка, но и пользователей сети иных возрастных групп. Известны факты, что некоторые преподаватели отказывались от дистанционного формата из-за отсутствия соответствующих навыков общения и нежелания понизить собственную самооценку и репутацию в глазах коллег.

В качестве самореализации, компенсации за неконструктивное поведение может выступать игровая деятельность пользователей разного возраста, которая признается в педагогике важным этапом развития человека и социума. Роли игры посвящены исследования Ж.-П.Сартра, Х. Отеги-и-Гассета, Й. Хейзинга, Д.Б. Эльконина, Э. Берна и других. Игровая деятельность в Интернете приобретает массовый характер и требует пристального изучения, поскольку ее последствия имеют не только позитивный, но и отрицательный характер. Е. Р. Южанинова отмечает, что интернет-игры могут выступать в роли психокоррекционных методик и в качестве психологического тренинга, причем некоторые специально созданные компьютерные игры используются в терапевтических целях. Замечено, что в последнее время игры активно применяются в образовательной среде через создание квестов и кейс-заданий. «Интернет-игры являются ценностью для студента в силу того, что носят компенсаторный характер, обеспечивают личности творческий поиск, способствуют повышению самооценки, обеспечивают уникальный опыт интерактивного совместного взаимодействия игроков, дополняя социальный опыт» [10, С.52].

Именно сама виртуальная среда воспринимается как интерактивное игровое поле, где можно реализовать разные социальные роли во множественном расщеплении личности, она активно предлагает и развивает визуальную коммуникацию, в результате которой происходит «тесное взаимодействие зрительных образов, визуальных кодов, видеотехник и практик визуальности» [4, С.53]. Согласно Е.К. Мухамедзяновой, Г.Р. Патенко, О.Н. Горячевой, в настоящий момент можно наблюдать всепоглощающую визуализацию общества, когда активно протекают процессы когнитивной деятельности по восприятию объективной реальности в виде зрительных изображений (при этом зрительная форма может быть дана как реально существующим, так и созданным в сознании любым ментальным объектам и явлениям). Именно визуализация позволяет сделать сложные явления простыми, понятными и убедительными. В этом есть свои плюсы и недостатки при развитии разных видов памяти, усвоении и воспроизведении знаний, понимании, речевом описании.

Заключение

Любое слово непроизвольно вызывает у нас определенное представление, ассоциации, которые являются важными элементами умственной деятельности человека, психологически воздействуют в зависимости от лингвистических и культурных контекстов, особенно в дистанционном формате. Восприятие слова, смысла предложения, текста, его понимание в дистанционной коммуникации может быть крайне затруднено без невербального общения и использования только визуализации (пиктограмм, картинок и т.п.). В результате на современном этапе актуальны нейрокогнитвные исследования в образовании [8], нейроинтерфейсы, отслеживающие состояние пользователя [9]. Однако, возникают этические проблемы сбора больших данных [2].

Понимая это, необходимо уметь нейтрализовать манипуляции и провокации с использованием новых словоформ, оборотов, возникновением новых смыслов, вплоть до противоположных («няша», «выйти в тираж», «диффчонка», «так щетаю», «боты»). Нейтрализация конфликтной или неоднозначной коммуникации, провокации возможна через уточняющие вопросы, позволяющие раскрыть контекстуальный смысл используемого слова оппонентом; знание этимологии и стилистического разнообразия слов; использование лексики делового стиля общения, исключающей эмоциональность; соблюдение вежливой манеры общения и т.п.

Необходимо помнить, что любое слово, пиктограмма, знак в дистанционном формате, виртуальной среде является действием, поступком, которое воспринимается как сознательное. При этом анонимность, закрытость или открытость профиля пользователя становится второстепенной, поскольку важен в больше степени цифровой след пользователя, а не реальная личность. За каждое действие наступает ответственность, цифровой след в сети является источником данных для заинтересованных лиц. После конкретного действия в сети, использования запросов и анализа «ключевых слов» может создаваться определенная подборка новостей, реклама услуг и товаров. В результате чего среда, подстраиваясь под ваш цифровой след, навязывает вам определенный аспект восприятия действительности, поскольку вы для нее являетесь источником данных. Естественно, что сразу возникает проблема истинности и достоверности информации, получаемой в виртуальной среде и при дистанционном формате, поскольку было достаточно случаев, когда проникали посторонние пользователи в онлайн-конференции, например, при работе в Zoom.

Таким образом, под влиянием цифровизации всех сфер жизни, датафикации личности, дистанционного формата общения необходимо повышать не только цифровую грамотность, но и коммуникативные навыки пользователей, связанных с навыками ораторского искусства, делового общения, принципами бесконфликтного общения с представителями различных возрастов и культур. Визуальная коммуникация в дистанционном формате может быть интересна для специалистов различных научных областей и видов деятельности.

Конфликт интересов

Не указан.

Conflict of Interest

None declared.

Список литературы / References

  1. Войнов В.Б. Нейротехнологии. История и перспективы /В.Б. Войнов // Онлайн-дискуссия «Нейротехнологии в образовательном процессе: шаг от фантастики к реальности» [Электронный ресурс] – URL: https://youtu.be/mRFNfiq84gY (дата обращения: 23.08.2020)
  2. Кижнер И.А. Цифровые данные в гуманитарном знании / И.А. Кижнер // Онлайн-дискуссия «Аналитика данных в образовании» [Электронный ресурс] – URL: https://www.youtube.com/watch?v=cx50eVblMWo&t (дата обращения: 23.08.2020)
  3. Макарова И.Д. Конфликт и неформальная коммуникация / И.Д. Макарова // Теория и практика общественного развития. Научный журнал. – 2012. – №12. – С.87 – 89.
  4. Мухамедзянова Е.К. Современная коммуникативная культура: формы, язык, особенности реализации / Е.К. Мухамедзянова, Г.Р. Патенко, О.Н. Горячева // Международный научно-исследовательский журнал. – №6 (48). – 2016.Часть 4. Июнь. – С.53 – 56.
  5. Самохвалова А.Г. Неконструктивное поведение детей в ситуациях затрудненного общения / А.Г. Самохвалова // Теория и практика общественного развития. Научный журнал. – 2012. – №12. – С.166 – 169.
  6. Самсонович А.В. Интеллектуальные тьюторинговые системы на основе когнитивных архитектур /А.В. Самсонович // Онлайн-дискуссия «Нейротехнологии в образовательном процессе: шаг от фантастики к реальности». [Электронный ресурс] – URL: https://youtu.be/mRFNfiq84gY
  7. Слюсарев В.В. Виртуальная наркомания в информационном хаосе / В.В. Слюсарев // Философия науки и техники в России: вызовы информационных технологий: сборник научных статей / М-во образ.и науки РФ, Вологод.гос.ун-т; под общ.ред. Н.А. Ястреб. – Вологда: ВоГУ, 2017. – 400с. – С.274 – 277.
  8. Шишкин С.Л. Нейрокогнитивные технологии в образовании: ненаучная фантастика и реальные возможности / С.Л. Шишкин // Онлайн-дискуссия «Нейротехнологии в образовательном процессе: шаг от фантастики к реальности». [Электронный ресурс] – URL: https://youtu.be/mRFNfiq84gY (дата обращения: 23.08.2020)
  9. Штенников Д.Г. Нейрокогнитивные исследования в образовании /Д.Г. Штенников // Онлайн-дискуссия «Нейротехнологии в образовательном процессе: шаг от фантастики к реальности» [Электронный ресурс] – URL: https://youtu.be/mRFNfiq84gY (дата обращения: 23.08.2020)
  10. Южанинова Е.Р. Игровая деятельность в Интернете как ценность современного студента / Е.Р. Южанинова // Теория и практика общественного развития. Научный журнал. – 2012. – №12. – С. 50 – 53.

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Voynov V. B. Nejrotehnologii. Istorija i perspektivy [Neurotechnology. History and prospects] /V. B. Voynov // Online discussion «Neurotechnologies in the educational process: step from fiction to reality» [Electronic resource] – URL: https://youtu.be/mRFNfiq84gY (accessed: 23.08.2020) [in Russian]
  2. Kizhner I. A. Cifrovye dannye v gumanitarnom znanii [Digital data in the Humanities] / I. A. Kizhner // Online discussion «data Analytics in education» [Electronic resource] – URL: https://www.youtube.com/watch?v=cx50eVblMWo&t (accessed: 23.08.2020) [in Russian]
  3. Makarova I. D. Konflikt i neformal’naja kommunikacija [Conflict and informal communication] / I. D. Makarova // Theory and practice of social development. Scientific journal. – 2012. – № 12. – P. 87–89. [in Russian]
  4. Mukhamedzyanova E. K. Sovremennaja kommunikativnaja kul’tura: formy, jazyk, osobennosti realizacii [Modern communicative culture: forms, language, features of implementation] / E. K. Mukhamedzyanova, G. R. Patenko, O. N. Goryacheva / / international research journal. – №6 (48). – 2016.Part 4. June. – P. 53–56. [in Russian]
  5. Samokhvalova A. G. Nekonstruktivnoe povedenie detej v situacijah zatrudnennogo obshhenija [non-Constructive behavior of children in situations of difficult communication] / A. G. Samokhvalova // Theory and practice of social development. Scientific journal, – 2012, – № 12. – P. 166 –169. [in Russian]
  6. Samsonovich A.V. Intellektual’nye t’jutoringovye sistemy na osnove kognitivnyh arhitektur [Intellectual tutoring systems based on cognitive architectures] /A.V. Samsonovich // «Neurotechnologies in the educational process: step from fiction to reality» [Electronic resource]– URL: https://youtu.be/mRFNfiq84gY (accessed: 23.08.2020) [in Russian]
  7. Slyusarev V. V. Virtual’naja narkomanija v informacionnom haose [Virtual drug addiction in information chaos] / V. V. Slyusarev // Philosophy of science and technology in Russia: challenges of information technologies: collection of scientific articles / M-vo image.and science of the Russian Federation, Vologda state University; under the General ed. – Vologda: VSU, 2017. – 400p. – P. 274 –277. [in Russian]
  8. Shishkin S. L. Nejrokognitivnye tehnologii v obrazovanii: nenauchnaja fantastika i real’nye vozmozhnosti [Neurocognitive technologies in education: non-scientific fiction and real opportunities] / S. L. Shishkin //«Neurotechnologies in the educational process: step from fiction to reality» [Electronic resource] – URL: https://youtu.be/mRFNfiq84gY (accessed: 23.08.2020) [in Russian]
  9. Shtennikov D. G. Nejrokognitivnye issledovanija v obrazovanii [Neurocognitive research in education] /D. G. Shtennikov //«Neurotechnologies in the educational process: step from fiction to reality».– URL: https://youtu.be/mRFNfiq84gY (accessed: 23.08.2020) [in Russian]
  10. Yuzhaninova E. R. Igrovaja dejatel’nost’ v Internete kak cennost’ sovremennogo studenta [Game activity on the Internet as the value of a modern student] / E. R. Yuzhaninova // Theory and practice of social development. Scientific journal. – 2012. – № 12. – P. 50 – 53. [in Russian]

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.