Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

Страницы: 49-50 Выпуск: 5 (5) () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Романова Е. Н. СЕМЕЙНАЯ ДИСФУНКЦИЯ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ДЕЛИНКВЕНЦИИ И ПРАВОЭКСТРЕМИСТСКИХ МОДЕЛЕЙ ПОВЕДЕНИЯ ДЕТЕЙ / Е. Н. Романова // Международный научно-исследовательский журнал. — 2012. — №5 (5). — С. 49—50. — URL: https://research-journal.org/pedagogy/semejnaya-disfunkciya-kak-faktor-razvitiya-delinkvencii-i-pravoekstremistskix-modelej-povedeniya-detej/ (дата обращения: 22.06.2021. ).
Романова Е. Н. СЕМЕЙНАЯ ДИСФУНКЦИЯ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ДЕЛИНКВЕНЦИИ И ПРАВОЭКСТРЕМИСТСКИХ МОДЕЛЕЙ ПОВЕДЕНИЯ ДЕТЕЙ / Е. Н. Романова // Международный научно-исследовательский журнал. — 2012. — №5 (5). — С. 49—50.

Импортировать


СЕМЕЙНАЯ ДИСФУНКЦИЯ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ДЕЛИНКВЕНЦИИ И ПРАВОЭКСТРЕМИСТСКИХ МОДЕЛЕЙ ПОВЕДЕНИЯ ДЕТЕЙ

Романова Е.Н.

Доцент, канд. пед. наук, Владимирский юридический институт ФСИН России, кафедра профессиональной языковой подготовки

СЕМЕЙНАЯ ДИСФУНКЦИЯ КАК ФАКТОР РАЗВИТИЯ ДЕЛИНКВЕНЦИИ И ПРАВОЭКСТРЕМИСТСКИХ МОДЕЛЕЙ ПОВЕДЕНИЯ ДЕТЕЙ

Аннотация

В статье дан анализ проблем, связанных с влиянием семьи на  развитие делинквентного поведения детей. Отношения в семье и их роль в процессе  социализации ребенка, формировании делинквентных и правоэкстремистских моделей поведения рассматриваются в свете теории социального контроля. Отмечены также основные направления действий программ  улучшения функционирования семьи, требующие дальнейшей разработки.

Ключевые слова: семейная дисфункция, делинквентность, социализация, насилие, профилактика

Key words: family dysfunction, delinquency, socialization, violence, prevention

Семья является   одним из ключевых факторов  просоциального развития личности. Функционирование семьи обеспечивает раннее и длительное воздействие на семейные связи, школьные взаимоотношения, выбор сверстников, расстройства поведения и последующих правонарушений.

Семья имеет решающее значение в воспитании просоциальной личности, поскольку она является основной ячейкой общества в годы становления раннего детства. Она является основным, а иногда и единственным источником эмоциональной поддержки, возможности для обучения, морального руководства, самооценки ребенка. Но когда семья не выполняет эти обязанности, дети часто страдают от последствий. Семейная  дисфункция (насилие в семье, проблемы социализации, слабый контроль, дезорганизация семьи, семейная изоляция или разрушение семьи) оказывает важное влияние на будущие делинквентное и асоциальное  поведение ребенка. Семейная  дисфункция предоставляет детям модели и возможности для развития  проблемного поведения. Например, употребление наркотиков родителями  влечет их употребление и детьми.  Дети, живущие в домах, где супружеские отношения были нарушены в результате развода или разделения, вероятнее  всего будут иметь проблемы поведения в зависимости от того, насколько их отношения с родителями отвечают их потребностям. Неспособность родителей установить четкие правила  детского поведения, плохой контроль и надзор, а также жесткие  и непоследовательные дисциплинарные меры, вероятнее всего, являются предикторами последующей делинквентности.

Семья имеет огромное влияние на риск начала и развития делинквентного поведения ребенка, поскольку она является первичным  контекстом его социализации. Эти отношения, как правило, основываются на теории социального контроля, полагающей, что делинквентные  действия с большей вероятностью происходят, когда связь человека с обществом слаба или нарушена [1]. В соответствии с этой точки зрения, семья действует как агент социализации, обучая   детей  общепринятым  нормам и ценностями. Согласно этой теории прочная позитивная  связь между ребенком и родителем является одним из основных средств создания просоциальных связей и, следовательно, изоляции подростков от делинквенции и других проблем поведения. К сожалению, плохое функционирование семьи или нетрадиционная семья может уменьшить или тормозить развитие родительской привязанности и, таким образом, разорвать связь с обществом, оставляя индивида без внутреннего контроля, которое препятствует преступному поведению. Т. Хирши  утверждает, что в результате неумелого воспитания некоторые подростки  имеют тенденцию к импульсивному, дерзкому и рискованному поведению. Такие молодые люди более склонны к делинквентному поведению, чем те, которые были социализированы и обладают сильным внутренним контролем. Тем не менее, неэффективное воспитание рассматривается как результат двух факторов. Во-первых, родители и дети, как правило, похожи по темпераменту, личностным качествам и познавательным способностям. Существует тенденция, что импульсивные, агрессивные дети имеют родителей, которые также обладают этими характеристиками, и эти характеристики, как правило, мешают эффективному воспитанию детей. Во-вторых, ребенок также влияет на поведение родителей – это взаимный процесс. Иными словами, не только неэффективное воспитания увеличивает вероятность нарушения поведения ребенка, но и враждебное, упрямое поведение ребенка часто вызывает негативное поведение родителей и, в результате, снижает эффективность родительского воспитания. Таким образом, негативные личностные характеристики родителей в сочетании с трудным поведением ребенка, становятся результатом их серьезных антагонистических отношений.

Опыт семьи, связанный  с применением насилия или желанием применять насилие, оказывает влияние и на развитие правоэкстремистских моделей поведения. Прямой или косвенный опыт насилия, активного унижения или пассивного отказа  признания являются началом как для развития делинквенции или «обычной» карьеры насилия, так и карьеры насилия правоэкстремистского, при этом чаще всего это происходит с несовершеннолетними из разрушенных семей.

Исследования важности привязанности детей и родителей и влияния взрослых на детский опыт принадлежности к развитию правоэктремистской ориентации, показали, что  молодые люди обоих полов не продолжают развивать правоэкстремистские склонности, появлявшиеся у них ранее, если их семейный опыт выражался в отношениях «защищенный и автономный». Если же отношение было «пренебрежительный или озабоченный», в большинстве случаев правоэкстремистская ориентация продолжала развиваться [2]. В интервью эти молодые люди значительно чаще говорили о том, что  были отвергнуты родителями и получали мало ласки и любви. Более того, исследования показали, что при высоком уровне материнского внимания  молодые люди имели внутренние положительные моральные  нормы и редко проявляли авторитарную агрессию по отношению к более слабым индивидам. Те же, кто получал мало материнского внимания, принимали решения в моральных конфликтах, менее ориентированных на соблюдение норм и более в собственных интересах и имели тенденцию к авторитарной агрессии – характеристике, являющейся важной предпосылкой для правоэкстремистских отношений.

Эти же выводы подтверждаются исследованиями К. Вал, показавшими, что ксенофобия несовершеннолетних имеет эмоциональные предвестники в детстве. Лица, совершающие насильственные преступления  ксенофобии, в детстве  испытывали чувства не комфортности, имея дело с незнакомыми людьми. Этнические предрассудки могли тогда блокировать первоначальные боязни чужих, но не проявляли  себя как ксенофобия до наступления подросткового возраста [4].

Определенно заметно, что правоэкстремистское насилие совершается, прежде всего, несовершеннолетними мужского пола. В исследованиях К.Мюллера установлено, что и молодые люди и девушки стремятся жить в соответствии с ролевыми ожиданиями, чтобы сформировать типичные гендерные тождества для отношений взаимного признания. Следовательно, несовершеннолетние мужского пола стремятся выполнить ожидаемые и передаваемые им мужские функции в родительском доме, школе, СМИ и других социальных контекстах и подчеркивают это через желание и способность драться. Девушки, напротив, стремятся «следовать клише женственности, предложенные обществом мужской гегемонии: заботливость, желание компромисса, сексуальной привлекательности и т.п.» [3]. Поэтому насилие – это «мужской феномен», потому что несовершеннолетние мужского пола используют его для установления своей мужской идентичности, в то время как девушки используют иные стратегии для подтверждения своей женственности.

Поскольку социализация в семье имеет большое влияние на развитие предпосылок для действий, влияние школы и СМИ зачастую имеет тенденцию переоцениваться. Хотя правоэкстремистские насильственные преступники имеют в школе больше проблем, чем в среднем другие несовершеннолетние, это не является причинным фактором. Скорее неудачи в школе вызывают конфликты в семье или способствуют  повороту к групповой поддержке девиантных норм и ценностей,  в силу чего привлекательность расистской идеологии может заключаться в том, что унижение других связано с повышением субъективной самооценки.

Улучшение функционирования семьи должно уменьшить проблемы поведения. Следовательно, крайне важно, чтобы программы профилактики правонарушений укрепляли связь родитель-ребенок  как средство профилактики делинквентного поведения. Одним из способов укрепления этих отношений является уменьшение факторов риска и повышение защитных факторов делинквентного поведения через обучение родителей и программ укрепления семьи. Эти программы должны быть направлены на развитие важных семейных защитных факторов, таких как родительский контроль, привязанность к родителям, и последовательность дисциплинарных мер. Они также должны решать некоторые из самых важных семейных факторов риска, таких как плохой надзор, частые конфликты в семье, семейную изоляцию и слабую социализацию.

На сегодняшний день есть опыт создания и применения программ, отвечающих стоящим задачам. Отделом по делам несовершеннолетних и профилактики делинквенции США (Office of Juvenile Justice and Delinquency Prevention – OJJDP) разработано несколько основных категорий мероприятий, направленных на укрепление функционирования семьи и тем самым предотвращение будущих проблем поведения. Эти программы сосредоточены на изменении неадекватных моделей взаимодействия и общения в семьях, в которых дети уже проявляют поведенческие проблемы. В них использованы многокомпонентные мероприятия, в том числе навыки поведения в семье, семейное воспитание, семейную терапию,  программы сохранения семьи. Следует отметить, что инициативы по укреплению семьи (по сравнению с программами, которые направлены исключительно на родителей или детей), имеют более непосредственное и прямое влияние на улучшение семейных отношений, поддержку, коммуникацию и на сокращение семейных конфликтов. Опыт использования таких программ требует более детального изучения и дальнейшей разработки с учетом особенностей и условий разных стран.  

 Литература

1. Hirschi, Travis “The Family.” In Crime, edited by James Q. Wilson and Joan Petersilia. San Francisco, Calif.: ICS Press. – 1995.

2. Hopf, C., & Hopf, W. Familie, Persцnlichkeit, Politik. Eine Einfьhrung in die politische Sozialisation. Weinheim, Munchen: Juventa Verlag. –1997.

3. Müller, K. Anerkennungsorientierung als padagogische Antwort auf den Konnex von Mannlichkeit und Gewalt. In B. Hafeneger, P. Henkenborg, & A. Scherr (Eds.), Pädagogik der Anerkennung (pp. 249–266).Schwalbach: Wochenschau Verlag. – 2002.

4.Wahl, K. Entwicklungspfade von Aggression, Devianz, Fremdenfeindlichkeit und Rechtsextremismus. In K. Wahl (Ed.), Fremdenfeindlichkeit, Antisemitismus, Rechtsextremismus. Drei Studien zu Tatverdächtigen und Tätern. Berlin: BMI. 2001.

 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.