По оценкам специалистов ВОЗ, стронгилоидозом страдают более 600 миллионов человек во всем мире. Его вызывает Strongyloides stercoralis, круглый червь, эндемичный для тропиков и субтропиков, особенно в районах с неоптимальными санитарными условиями. Автохтонная передача была зарегистрирована в сельских районах США и Европы. Человек заражается при проникновении личинок через кожу или при проглатывании. Аутоинвазия, при которой личинки, образующиеся в организме хозяина, повторно заражают хозяина, приводит к состоянию хронической бессимптомной инфекции, часто с эозинофилией. Синдром гиперинфекции может развиться, когда у пациентов развивается подавление иммунитета из-за приема различных лекарственных препаратов или после трансплантации паренхиматозных органов. Гиперинфекция характеризуется экспоненциальным увеличением паразитарной нагрузки, что приводит к инвазии тканей и опасным для жизни заболеваниям, а также связанным с ними инфекциям кровотока, вызванным кишечными микроорганизмами. Описаны случаи после применения кортикостероидов при пневмонии, вызванной COVID-19. Стронгилоидоз можно диагностировать путем прямой визуализации личинок в кале или других жидкостях организма или с помощью серологического исследования.
1. Введение
[1]
2. Основная часть
Исследования показали, что распространенность составляет более 70% в таких странах, как Перу, Кения, Намибия и Папуа-Новая Гвинея. В США и странах Европы большинство случаев считаются завозными, хотя местная передача регистрируется преимущественно в сельской местности. Недавнее проспективное исследование, в котором участвовали пациенты в Каталонии (Испания) с 2003 по 2012 год, выявило семьдесят случаев стронгилоидоза, диагностированного либо с помощью серологического тестирования, либо с помощью мокроты или фекального паразитологического исследования. Из них считалось, что 59% произошли из Южной Америки и Карибского бассейна, 26% – из Африки к югу от Сахары, 13% – из Юго-Восточной Азии и только 3% считались автохтонными
[3][4][5][7][8]
Заражение человека
Стронгилоидоз протекает в трех формах: острой, вызванной первичной паразитарной инвазией; хронический, вызванный аутоинвазией; и гиперинфекция, которая обычно возникает на фоне иммуносупрессии.
Наиболее частыми легочными проявлениями стронгилоидоза являются преходящие изменения легких с кашлем, одышкой и бронхоспазмом, часто сопровождающиеся легочной и периферической эозинофилией. Рентгенограммы грудной клетки варьируют от нормальных до двусторонних пневмоний. Другие проявления, о которых сообщалось, включают долевые инфильтраты, интерстициальные инфильтраты и абсцессы/кавитации. Стронгилоидоз может вызывать астму, при этом улучшение течения астмы происходит после лечения этой инфекции. Пациенты с хронической обструктивной болезнью легких (ХОБЛ) или астмой из эндемичных регионов должны проходить обследование на стронгилоидоз, особенно перед началом приема стероидов, которые могут вызвать синдром гиперинфекции.
Острый стронгилоидоз обычно протекает малосимптомно. Инвазия кожи личинками обычно происходит на стопах и может вызвать серпигинозный след дерматита, известный как larva currens («бегущие личинки»), аналогичный тому, что возникает при токсокарозе. Хотя легочная миграция личинок может вызывать синдром Леффлера, он встречается реже, чем классически описанный при аскаридозе
[12][13]
Хронический стронгилоидоз протекает преимущественно бессимптомно. Чаще всего его диагностируют во время исследования периферической крови, которая имеет тенденцию неуклонно снижаться после первоначального исследования
[3][3][6][14][15][16]
Синдром гиперинфекции
[17]
Нарушение кишечной оболочки предрасполагает к бактериемии, вызванной кишечной флорой. Было высказано предположение, что мигрирующие личинки также могут переносить бактерии из желудочно-кишечного тракта в легкие и другие органы. Хотя проявления весьма разнообразны, классический синдром стронгилоидной гиперинфекции проявляется рецидивирующими необъяснимыми энтеробактериальными инфекциями кровотока, которые могут быть полимикробными и распространяться на необычные участки, такие как мозговые оболочки.
Легкие являются важным органом-мишенью при гиперинфекции, обычно проявляющейся пневмонией и кашлем, вызванным миграцией личинок в легочной паренхиме.
Эозинофилия обычно не наблюдается из-за того, что стероиды являются провоцирующим фактором в большинстве случаев синдрома стронгилоидной гиперинфекции. Рентгенограммы грудной клетки обычно показывают двусторонние инфильтраты, которые могут быть интерстициальными или паренхиматозными; однако также сообщается о очаговых долевых инфильтратах. Могут наблюдаться кровохарканье и дыхательная недостаточность. Гиперинфекция часто проявляется выраженными желудочно-кишечными симптомами, включая боль в животе, тошноту, рвоту и кишечную непроходимость. Смертность при нелеченном синдроме стронгилоидной гиперинфекции варьирует от 85 до 100%
[18]
Хотя первоначально считалось, что заболевание является определяющим для СПИДа (синдрома приобретенного иммунодефицита), было зарегистрировано относительно небольшое количество случаев синдрома стронгилоидной гиперинфекции, связанного с ВИЧ, и большинство из них произошло после использования кортикостероидов при таких состояниях, как пневмоцистная пневмония
[23][25][26][27]
Врожденный иммунный ответ на
[28][29][30][32][33][35][36][37]
Стронгилоидоз следует подозревать у любого пациента с необъяснимой эозинофилией, особенно если он подвергался эпидемиологическому воздействию в районах с высокой распространенностью заболевания. Также существует роль скрининга пациентов, которые, как считается, имеют повышенный риск развития гиперинфекции, например, тех, кто перенес трансплантацию
[38][39][18]
Прямая визуализация личинок является золотым стандартом диагностики стронгилоидоза. Чувствительность микроскопии кала одного образца составляет всего 21%
[40][37][40][27][25]
Существует несколько коммерчески доступных серологических тестов на стронгилоидоз. Хотя оценить чувствительность и специфичность этих тестов сложно, поскольку случаи хронического стронгилоидоза имеют низкую паразитарную нагрузку, что, в свою очередь, снижает чувствительность фекальных тестов, используемых в качестве золотых стандартов, отрицательная прогностическая ценность серологии у иммигрантов в условиях низкой распространенности приближается к 100%
[33][34][35]
Клинические испытания препаратов для лечения стронгилоидоза в основном сосредоточены на лечении хронической инфекции, а не синдрома стронгилоидной гиперинфекции. Ивермектин, противопаразитарное средство широкого спектра действия, вызывающее мышечный паралич у беспозвоночных, стал препаратом выбора при стронгилоидозе. Он лучше переносится и имеет аналогичную эффективность, чем ранее рекомендованный препарат тиабендазол
[14][18][8][27][39][40][18]
В случаях, когда пероральное введение невозможно или предполагается, что кишечная абсорбция ивермектина нарушена, можно рассмотреть альтернативные пути введения.
Хотя это и не одобрено Управлением по контролю за продуктами и лекарствами США (FDA), ректальное введение ивермектина (200 мкг/кг/день) оказалось успешным. Парентеральный (подкожный) ивермектин, доступный только в ветеринарных формах, следует использовать в крайнем случае
[18][11][18]
Хотя были сообщения о случаях тяжелой токсичности после использования высоких доз ивермектина, неправильно применяемого для лечения COVID-19, препарат, как правило, хорошо переносится при применении в рекомендуемых дозах. Следует избегать использования у пациентов с Лоа-лоа, филяриатозным заболеванием, эндемичным для Западной Африки, поскольку оно связано с развитием энцефалопатии
[38][47][48]
3. Заключение
Таким образом, инвазия
The additional file for this article can be found as follows:
Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI:
None
None