<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
    <!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM/DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.2 20120330//EN" "http://jats.nlm.nih.gov/publishing/1.2/JATS-journalpublishing1.dtd">
    <!--<?xml-stylesheet type="text/xsl" href="article.xsl">-->
<article xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" article-type="research-article" dtd-version="1.2" xml:lang="en">
	<front>
		<journal-meta>
			<journal-id journal-id-type="issn">2303-9868</journal-id>
			<journal-id journal-id-type="eissn">2227-6017</journal-id>
			<journal-title-group>
				<journal-title>Международный научно-исследовательский журнал</journal-title>
			</journal-title-group>
			<issn pub-type="epub">2303-9868</issn>
			<publisher>
				<publisher-name>ООО Цифра</publisher-name>
			</publisher>
		</journal-meta>
		<article-meta>
			<article-id pub-id-type="doi">10.60797/IRJ.2026.173.28</article-id>
			<article-categories>
				<subj-group>
					<subject>Brief communication</subject>
				</subj-group>
			</article-categories>
			<title-group>
				<article-title>Социокультурная составляющая традиционных ценностей эскимосов России</article-title>
			</title-group>
			<contrib-group>
				<contrib contrib-type="author" corresp="yes">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0009-0002-5750-0009</contrib-id>
					<contrib-id contrib-id-type="rinc">https://elibrary.ru/author_profile.asp?id=1195210</contrib-id>
					<name>
						<surname>Несмеянов</surname>
						<given-names>Денис Вячеславович</given-names>
					</name>
					<email>den-ran1999@yandex.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-1">1</xref>
				</contrib>
				<contrib contrib-type="author">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0009-0006-4937-0514</contrib-id>
					<name>
						<surname>Северова</surname>
						<given-names>Дарья Валентиновна</given-names>
					</name>
					<email>dashaseverova96@gmail.com</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-2">2</xref>
				</contrib>
			</contrib-group>
			<aff id="aff-1">
				<label>1</label>
				<institution>Тихоокеанский государственный университет</institution>
			</aff>
			<aff id="aff-2">
				<institution-wrap>
					<institution-id institution-id-type="ROR">https://ror.org/03cjece29</institution-id>
					<institution content-type="education">Тихоокеанский государственный университет</institution>
				</institution-wrap>
			</aff>
			<pub-date publication-format="electronic" date-type="pub" iso-8601-date="2026-11-17">
				<day>17</day>
				<month>11</month>
				<year>2026</year>
			</pub-date>
			<pub-date pub-type="collection">
				<year>2026</year>
			</pub-date>
			<volume>6</volume>
			<issue>173</issue>
			<fpage>1</fpage>
			<lpage>6</lpage>
			<history>
				<date date-type="received" iso-8601-date="2026-09-16">
					<day>16</day>
					<month>09</month>
					<year>2026</year>
				</date>
				<date date-type="accepted" iso-8601-date="2026-10-21">
					<day>21</day>
					<month>10</month>
					<year>2026</year>
				</date>
			</history>
			<permissions>
				<copyright-statement>Copyright: &amp;#x00A9; 2022 The Author(s)</copyright-statement>
				<copyright-year>2022</copyright-year>
				<license license-type="open-access" xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">
					<license-p>
						This is an open-access article distributed under the terms of the Creative Commons Attribution 4.0 International License (CC-BY 4.0), which permits unrestricted use, distribution, and reproduction in any medium, provided the original author and source are credited. See 
						<uri xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/</uri>
					</license-p>
					.
				</license>
			</permissions>
			<self-uri xlink:href="https://research-journal.org/archive/11-173-2026-november/10.60797/IRJ.2026.173.28"/>
			<abstract>
				<p>Традиционные ценности любого народа играют определяющую роль в социокультурной идентификации человека. Через их разделение на пути приобщения к повседневным ритуалам раскрывается многое из того, что способно охарактеризовать этнос. Сам процесс формирования самосознания эскимосов в этом плане не уникален, но при этом результат его является тем, чем сейчас предстаёт этот коренной малочисленный народ Севера. Цель исследования — показать, как целый ряд факторов от суровой окружающей действительности до тенденций глобализации и урбанизации стал предтечей культивирования ценностей, характерных для народа, и последующего их отчуждения в условиях современного уклада жизни. На основе анализа фольклорных текстов (мифов и сказаний), обрядовой практики и устных свидетельств представителей эскимосской общины раскрывается содержание и функции сложившихся традиций и особенности их трансформации. Приведённые фольклорные образы (мифические сущности, злые духи, духи предков, духи природы и животных) служат примерами инструментов закрепления морально-этических норм и регуляции поведения в общине. Особое внимание уделяется сохранившемуся поминальному обряду кормления духов предков, рассматриваемому как действующий механизм межпоколенческой преемственности. Делается вывод о том, что система традиционных ценностей эскимосов претерпевает изменения, однако ключевые элементы социокультурной идентичности сохраняются в семейных практиках и локальных сообществах небольших поселений. В заключении обосновывается необходимость комплексного подхода к сохранению этнокультурного наследия эскимосов России, включая поддержку передачи знаний, языка и развитие механизмов трансляции коллективного опыта.</p>
			</abstract>
			<kwd-group>
				<kwd>интернализация</kwd>
				<kwd> коренные малочисленные народы</kwd>
				<kwd> традиции</kwd>
				<kwd> фольклор</kwd>
				<kwd> ценности</kwd>
				<kwd> эскимосы России</kwd>
				<kwd> этничность</kwd>
			</kwd-group>
		</article-meta>
	</front>
	<body>
		<sec>
			<title>HTML-content</title>
			<p>1. Введение</p>
			<p>Эскимосы России — один из коренных малочисленных народов, проживающих преимущественно на территории Чукотского автономного округа. Они населяют сёла Новое Чаплино, Сиреники, Уэлькаль. Некоторые проживают в районном центре Провидения, селе Лаврентия и в столице Чукотки — городе Анадыре.</p>
			<p>Всероссийская перепись населения 2020 г. показала, что в стране насчитывается 1659 человек, относящих себя к эскимосам. Из них на территориях преимущественного проживания находятся 1487 человек: 1460 в Чукотском автономном округе и 27 в Камчатском крае </p>
			<p>[1]</p>
			<p>В силу расстояний, незначительных контактов с другими этногруппами эскимосы России в социальном плане мало похожи на инуитов Нунавута (автономия Канады), Аляски или Гренландии. Продолжительная территориальная изоляция повлияла на развитие языка и его диалектизацию, а продолжительные тренды глобализации привели к его постепенной утрате. По оценке Н. Б. Вахтина, к середине 1980-х годов свободно владели родным языком не более двухсот человек </p>
			<p>[2][3, С. 17]</p>
			<p>На сегодняшний день российская эскимосская этногруппа отличается крайней малочисленностью и разобщённостью. Некогда крепкие самобытные культурные традиции забываются, как и язык. В сухом остатке остаётся попытка выявить и сохранить то немногое, что ещё можно передать молодым поколениям — ценности народа, вобравшие в себя пласт моральных, этических, культурных и социальных норм, культивируемых многовековой историей.</p>
			<p>2. Основные результаты</p>
			<p>Вся духовная культура эскимосов основывается на тесной взаимосвязи человека и окружающей его среды, представляя собой сложную систему анимистических взглядов — веры в одушевлённость природы и наличие духов. Представления о мире способствовали формированию особого отношения человека к действительности, частью которой он являлся. Убеждения прививали бережное отношение к природе и служили основой для создания норм и правил поведения. Духовные установки в эскимосском обществе были не столько обычными верованиями, сколько служили руководством к действию: их нарушения, по убеждению самих эскимосов, влекли неудачи на охоте, несчастные случаи, болезни и другие беды.</p>
			<p>Свои мифологические сказания эскимосы называют </p>
			<p>[4, С. 107–109]</p>
			<p>Описанные правила повествования, сформировавшиеся в эскимосском обществе, сыграли важнейшую роль в поддержании коллективной памяти и в обеспечении сохранения культурных устоев. Именно строгий надзор и непоколебимые критерии отбора сказителя демонстрировали традиционную ценность сбережения и достоверности устного творчества.</p>
			<p>В сказаниях эскимосов можно насчитать несколько основных категорий фольклорных образов — это мифические сущности, злые духи, духи предков, а также духи природы и животных. Для каждой категории находится свой пласт сказок и мифов, повествующих о значимости и деятельности существ и духов и о том, как они влияют на жизнь человека. Так, объяснение природных и социальных явлений происходило через фантастических существ и чудовищ, фигурирующих в народном творчестве. С помощью таких запоминающихся образов закрепляли моральные нормы у молодого поколения, делая сказания, с одной стороны, интересными и захватывающими, а с другой стороны, поучительными и познавательными.</p>
			<p>Не менее важная роль отводилась воспитанию через представления о злых духах. Повествовательные мотивы закладываемых страхов и ограничений способствовали безопасности общины в целом и обучали осторожности и предвидению возможной опасности, в частности. В поверьях эскимосов злые духи часто обезличены и связываются с происходящими событиями — невзгодами, болезнями, несчастьями, природными катастрофами. Отличительной чертой почти всегда являлось нарушение установленного социального порядка и враждебное отношение к человеку, что обеспечило им особое место в мифологической структуре.</p>
			<p>Связующими звеньями между модусами прошлого и настоящего выступали духи предков. Отличительной особенностью являлось представление о непрерывности рода, согласно которому человеческая жизнь рассматривалась как элемент в родословной цепи. Стремление к продолжению существования предка в мире живых происходило через наречение ребёнка именем умершего, как акт памяти о нём </p>
			<p>[5, С. 34][6]</p>
			<p>Неотъемлемой частью общественной жизни эскимосов являлись представления о духах животных. Практические знания охоты, которая была не только способом прокормить общину, но и целым ритуалом, обеспечивали выживание и устойчивость традиционного социума. Нарушение правил могло повлечь определённые последствия, например, охотникам, разозлившим духа животного, не везло с добычей, что создавало угрозу голода. Повседневная жизнь того периода напрямую зависела от окружающей среды Арктики, поэтому духи как некие сущности нематериальные сами по себе, но имевшие физическое воплощение, занимали ключевое место в мировоззрении эскимосов.</p>
			<p>В экстремальных условиях проживания ценность сложившейся системы верований заключалась в преемственности социокультурных практик для обеспечения выживания и стабильности общины. Поддержание гармоничного сосуществования с духами через обрядовые действия, обращения и интерпретацию символов способствовало развитию коллективных форм хозяйствования, промысловой охоте и выработке механизмов безопасности жизнедеятельности.</p>
			<p>Транслятором и связующим звеном между миром людей и миром духов являлся шаман. Им могли быть как мужчины, так и женщины. Они решали широкий спектр задач: от врачевания и изгнания болезней до влияния на погоду, «вызов» промысловых зверей для охотников и поиск пропавших в суровой арктической пустыне и тундре. На крупных праздниках шаманы были главными действующими лицами не только как почётные гости, но и как участники в соревнованиях по игре на бубнах с завязанными руками, развлекая народ и подтверждая свой статус в общине. Представления об их возможностях и роли в обществе находят отражение в народном творчестве. Так, в сказке «Чудесный бубен» образ шамана сочетает в себе мистическое начало и демонстрацию великой силы:</p>
			<p>[7, С. 124–127]</p>
			<p>Механизм трансляции нормы здесь иной — не запрет и не страх, а авторитет: восхищение силой шамана формирует модель отношений «община — посредник с миром духов», а подражание шаману само по себе становится формой воспитания молодого поколения.</p>
			<p>Ранее шаманы присутствовали в каждой родовой эскимосской общине, наставляя её обитателей согласно принципам гармоничного сосуществования с окружающей средой. Сейчас же институт шаманизма практически забыт. Эскимосы России из-за своей малочисленности, разрывов межпоколенческих связей, приобщения к пагубным привычкам, пришедшим с цивилизацией, быстрее других коренных народов теряют свою культурную идентичность и язык </p>
			<p>[8, С. 93][9]</p>
			<p>Современная практика исполнения ритуала содержит некоторые особенности. Например, если среди усопших кто-то курил, то в огонь кидают часть сигарет из новой пачки и обязательно новый коробок спичек. Для любителей алкоголя попадает в костёр несколько капель спиртного напитка.</p>
			<p>Догорание костра предвещало заключительную часть ритуала — проведение «обряда очищения». Его проводила самая старшая женщина, приглашая по убывающему старшинству всех присутствующих. Как верят эскимосы, подошедший избавлялся от всех болезней и проблем, которые случились с ним за минувшее время. В этот момент также разрешалось попросить у духов благополучия и помощи в делах, обещая взамен обязательно прийти и принести больше еды в следующем году. В конце каждый брал предмет с места проведения ритуала, который будет его хранить и оберегать. Обычно это травинка или соломинка, растущая рядом. Важным правилом «очищения» являлось, как выражаются местные жители, «</p>
			<p>После проведения ритуала «кормления» родственникам разрешалось приступить к принесённой пище самим. Если что-то не съедалось, то делили между собой и забирали домой. Оставлять было нельзя.</p>
			<p>Представленное описание ритуальной практики, которая сохранилась и сегодня во многих семьях, ярко демонстрирует ценности коллективной памяти и преемственности, вобравшие в себя принципы почитания умерших родственников, прослеживаемые у многих народов. Безусловно, </p>
			<p>[10, С. 55][11, С. 57]</p>
			<p>В условиях традиционного общества эскимосов вопрос интернализации ценностей имел особое значение в поддержании социальных норм и моделей поведения. Семья и совместная деятельность на благо общины выступали главными агентами социализации, обеспечивая постоянную включённость человека в культурную среду. Социальные нормы усваивались с раннего возраста через наблюдения, участие в ведении хозяйства, связанном преимущественно с охотой и морским промыслом, в распределении добытых ресурсов и, конечно, через приобщение к коллективному труду. Основополагающее начало в их передаче отведено фольклору, вобравшему в себя бытовавшие мифологические сказания, обрядовую практику и устное народное творчество.</p>
			<p>В своё время прямая зависимость эскимосов от окружающей среды Арктики сыграла ключевую роль в формировании ценности уважительного отношения к природе. Она воспринималась как единая «живая» система, частью которой являлся сам человек. Такое мировоззрение основывалось на анимистических представлениях, согласно которым животный и растительный миры, а также объекты «неживой» природы обладали духовными сущностями. В связи с чем обязанностью представителя эскимосской общины было не противопоставляться окружающей среде, пытаясь её изменить под себя, а стать составляющим элементом общего природного порядка наряду с другими.</p>
			<p>Усвоение данной ценности происходило с ранних лет и полностью раскрывалось через постоянное участие человека в хозяйственной деятельности на благо семьи и народа. О бережном отношении к окружающей среде, правилах поведения во время охоты (основного способа добычи пропитания для эскимосов) объясняли с помощью фольклора, вобравшего в себя мифологические представления и прошлый совместный опыт, обретший форму коллективной памяти. Например, в сказке «Хозяин моря» рассказывается о старшине, потерявшем единственного сына, который оказался во владениях Хозяина моря. Для возвращения сына обратно он отправляется в морской мир и пытается вступить в переговоры:</p>
			<p>[7, С. 133–134]</p>
			<p>Океан в сказке предстаёт особым пространством, у которого есть свой хозяин, влияющий на судьбы и жизнь людей. Сюжет иллюстрирует характерные черты эскимосского мировоззрения о наделенности мира природы собственными силами и о необходимости с ними считаться.</p>
			<p>Таким образом, происходила регуляция взаимоотношений человека и окружающей среды. Нарушение принятых норм, несоответствие поведения индивида рассматриваемой коллективной ценности воспринимались как угрозы всему житейскому укладу общины ввиду потенциальной дегармонизации привычных связей «человек — природа», сопровождавшихся согласно поверьям неудачами на охоте, болезнями и иными несчастиями. Однако на сегодняшний день значительная часть эскимосов, включая старшее поколение, проживает в посёлках и городах, использует современные технологии и меньше зависит от традиционного промысла. Значимость этой ценности заметно снизилась. Хотя её отзвуки всё ещё можно найти в местных праздниках, фольклоре, семейном воспитании и мероприятиях, направленных на сохранение культурного наследия Севера.</p>
			<p>Наряду с ценностью уважения к природе немаловажной была и ценность уважения к старшим. Представители старшего поколения играли ключевую роль в сохранении и передаче накопленного практического опыта, коллективной культурной памяти и традиционных паттернов поведения, в связи с отсутствием долгое время своей письменной системы передачи знаний </p>
			<p>[12, С. 20]</p>
			<p>На сегодняшний день данная ценность находится на этапе адаптации к современным условиям через изменение социальных ролей старшего поколения: они уже не выступают как носители навыков выживания в суровых условиях Арктики, а в большей степени — как хранители родного языка, исторической памяти, семейных традиций и культурного наследия народа. Поэтому уважение к старшим продолжает выражаться через внимание к их мнению, участие в жизни семьи, близких и признание их значимой роли в сохранении этнокультурной самобытности эскимосов. В доказательство этому служит и знание эскимосских языков и их диалектов, оставшееся практически только у старшего поколения.</p>
			<p>Необходимость совместного выживания в суровых природных условиях сформировала ценность коллективизма. Высокая степень взаимопомощи и координации действий между членами общины использовалась в морской охоте, строительстве жилищ и преодолении природных опасностей и их последствий. Постоянное включение человека в совместную деятельность общины способствовало формированию и закреплению коллективистских установок. Они проявлялись через распределение добычи, совместную ответственность за результат и поддержку членов общины в сложных жизненных ситуациях. Негативно воспринималось индивидуалистическое поведение, противоречащее условиям выживания.</p>
			<p>Данные установки постепенно подвергаются трансформации, за счёт распространения ценностей индивидуализма, изменения хозяйственного уклада и урбанизации. Заметнее всего это наблюдается у молодёжи, где профессиональная мобильность и личные достижения ценятся выше. Несмотря на данные факторы, принципы коллективизма не утратили своего значения в семьях и локальных общностях, сохранившихся в небольших поселениях.</p>
			<p>3. Заключение</p>
			<p>Традиционная культура эскимосов базируется на фундаментальном принципе единства человека и природы, воплощённом в системе анимистических представлений. Духовность народа формировалась под влиянием экстремальных условий существования в арктическом регионе, что обусловило особую систему социокультурных норм. В текущих условиях претерпела изменения и система ценностей, основанная на уважении к природе, почитании старших и принципах коллективизма. Однако отдельные элементы традиционной культуры, такие как ритуал </p>
		</sec>
		<sec sec-type="supplementary-material">
			<title>Additional File</title>
			<p>The additional file for this article can be found as follows:</p>
			<supplementary-material xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" id="S1" xlink:href="https://doi.org/10.5334/cpsy.78.s1">
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/27535.docx">27535.docx</inline-supplementary-material>]-->
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/27535.pdf">27535.pdf</inline-supplementary-material>]-->
				<label>Online Supplementary Material</label>
				<caption>
					<p>
						Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI:
						<italic>
							<uri>https://doi.org/10.60797/IRJ.2026.173.28</uri>
						</italic>
					</p>
				</caption>
			</supplementary-material>
		</sec>
	</body>
	<back>
		<ack>
			<title>Acknowledgements</title>
			<p/>
		</ack>
		<sec>
			<title>Competing Interests</title>
			<p/>
		</sec>
		<ref-list>
			<ref id="B1">
				<label>1</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Итоги ВПН-2020. Том 5 Национальный состав и владение языками // Росстат. — 2023 — URL: https://rosstat.gov.ru/vpn/2020/Tom5_Nacionalnyj_sostav_i_vladenie_yazykami# (дата обращения: 09.09.2026)</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B2">
				<label>2</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Вахтин Н. Б. Языки народов Севера в XX веке: очерки языкового сдвига / Н. Б. Вахтин — Санкт-Петербург: Дмитрий Буланин, 2001. — 338 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B3">
				<label>3</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Васильков Е. А. Этничность через институты: скрытые правила и реальные практики на примере моноэтнической организации эскимосов / Е. А. Васильков // Общество: социология, психология, педагогика. — 2025. — № 7(135). — с. 14–18. DOI: 10.24158/spp.2025.7.1.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B4">
				<label>4</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Муравьева Т. Мифы Дальнего Востока. От хозяина тайги Дуэнте и шаманки Кытны до духов вулканов и мухоморных девушек / Т. Муравьева — Москва: МИФ, 2024. — 352 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B5">
				<label>5</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Опарин Д. А. Современные ономастические представления азиатских эскимосов / Д. А. Опарин // Сибирские исторические исследования. — 2015. — № 4. — с. 30–46. DOI: 10.17223/2312461X/10/3.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B6">
				<label>6</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Головацкая Т. П. Чукотские и эскимосские антропонимы в контексте национальной культуры / Т. П. Головацкая, З. Г. Туре // Международный научно-исследовательский журнал. — 2024. — № 12 (150). — URL: https://research-journal.org/en/archive/12-150-2024-december/10.60797/IRJ.2024.150.144 (дата обращения: 09.09.2026) DOI: 10.60797/IRJ.2024.150.144.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B7">
				<label>7</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Меновщиков Г. А. Эскимосские сказки и мифы / Г. А. Меновщиков — Москва: Наука, 1988. — 536 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B8">
				<label>8</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Опарин Д. А. Адаптация эскимосов Нунавута к новым социокультурным реалиям / Д. А. Опарин // Этнографическое обозрение. — 2010. — № 5. — с. 89–106.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B9">
				<label>9</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Опарин Д. А. Вариативность современного ритуального пространства Нового Чаплино и Сиреников, Чукотка : 07.00.07 : защищена 2015-12-14 / Д. А. Опарин — Москва— 191 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B10">
				<label>10</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Арутюнов С. А. Этничность, сходящая на нет / С. А. Арутюнов // Вестник антропологии. — 2017. — № 1(37). — с. 41–62.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B11">
				<label>11</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Опарин Д. А. Поминальный обряд азиатских эскимосов и современное ритуальное пространство Нового Чаплино и Сиреников / Д. А. Опарин // Этнографическое обозрение. — 2013. — № 2. — с. 53–69.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B12">
				<label>12</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Бурыкин А.А. Изучение фонетики языков малочисленных народов Севера России и проблемы развития их письменности (обзор) / А.А. Бурыкин // Язык и речевая деятельность. — 2000. — Т. 3. — Ч. 1. — С. 150–180.</mixed-citation>
			</ref>
		</ref-list>
	</back>
	<fundings/>
</article>