1. Введение

На протяжении всей истории военное дело стремилось к превосходству в физических сферах: господству на суше, на море, в воздухе, в космосе и киберпространстве. В XXI веке стал заметен переход к более тонкому и проникающему виду противостояния — воздействию на психику как функцию головного мозга

[11][5][7][8][10][9]

Любой вид войн предполагает нанесение стратегического урона противнику. Когнитивная война принята в НАТО в 2017 году как перспективное направление ведения войн в будущем [4]. Главной целью, очевидно, является достижение когнитивного коллапса общества и его переход под внешнее управление. Фокус воздействия — головной мозг, который искусственно вводится в ошибочный режим функционирования для переформатирования сознания.

Эмпирические методы: анализ литературы, метод сравнения и группировки, интерпретация. В совокупности их использование дает возможность изучить феномены когнитивной войны и когнитивного оружия, обозначить цели и задачи, стоящие перед Российской цивилизацией, в краткосрочной и стратегической перспективе.

2. Основные результаты

Рассмотрим участки головного мозга, подвергающиеся когнитивному нападению. Использование когнитивного инструментария/оружия предполагает целенаправленное воздействие на ответственные за сознание и личность отделы мозга: лобную долю, которая осуществляет сложные формы контроля, управляет волей, поведением, критическим мышлением и личностью в целом; префронтальную кору, которая отвечает за функции воображения, нравственность, различение понятий добра и зла, самосознание и социокультурную идентичность; гиппокамп — один из центров памяти, переводящий информацию в долговременную память; центры эмоций — миндалевидное тело, гипоталамус, лимбическую систему, базальные ганглии, в совокупности создающие эмоциональный фон. Также для управления воображением внешнее воздействие должно быть нацелено на правое полушарие, которое продуцирует творчество, интуицию, мечты; затылочную долю, отвечающую за образы представлений; теменную долю, участвующую в процессе синтеза информации в единый целостный поток сознания

[12]

В отечественной литературе есть данные об общности технологической базы цветных революций и методов ведения когнитивных войн; о том, что технологии воздействия на когнитивную сферу человека ставят своей целью введение необходимого манипулятору нарратива в сознание человека, с последующим сломом его картины мира и дальнейшего ее переформатирования под необходимые параметры [6], [7].

Уровни мышления, на которые осуществляется воздействие, включают автоматические мысли, возникающие спонтанно, промежуточные убеждения, определяющие правила поведения, а также глубинные убеждения, формирующие мировоззрение и ценностные установки личности

[11]

Этапы психологических операций в социальных медиа можно представить через адаптацию модели Cyber Kill Chain. На первом этапе осуществляется анализ аудитории: её ценностей, страхов, уязвимых тем и социальных противоречий, чтобы выявить темы, вызывающие эмоциональный отклик и вовлекающие аудиторию

[1][1]

В виртуальной реальности сбор биометрических данных (движение глаз, кожно-гальванические реакции) позволяет в реальном времени отслеживать эмоциональное состояние человека и адаптировать среду для достижения максимального воздействия

[9]

Закрепление эффекта достигается за счёт повторения информации, дополнения новыми деталями и обсуждения в комментариях и медиа, создавая ощущение массовости и достоверности, даже если исходные данные неполные или искажённые

[1][5][2]

Алгоритмы социальных сетей усиливают распространение эмоционального и конфликтного контента, создавая так называемые «информационные осадки», которые поддерживают нарратив и усиливают эффект психологической операции

[1]

Психологические операции используют приёмы насмешки, презрения и негативного отношения, направленные на изменение восприятия собственного народа и культуры. Эти приёмы проявляются не только в текстах, но и в видео, роликах, аудиоматериалах и других мультимедийных форматах

[9]

Кроме того, психологические операции могут носить русофобский характер и применяться через разные каналы для разных аудиторий. Для внутренней аудитории применяются методы, способствующие изменению отношения к русской культуре и этнической идентичности: высмеивание традиций, культурных символов, отрицательная репрезентация русских мужчин или женщин

[11]

Противодействие психологической войне требует комплексного подхода, включающего осведомлённость, критическое мышление и практические меры по снижению воздействия дезинформации. На основе анализа литературы выделяются несколько направлений действий: факт‑чекинг и проверка информации, уведомления пользователей о взаимодействии с недостоверным контентом, модерация и удаление подозрительных аккаунтов, а также изменения алгоритмов платформ для снижения распространения дезинформации

[3]

Исследования показывают, что факт‑чекинг может уменьшать влияние ложной информации на убеждения и поведение людей, снижая их готовность распространять дезинформацию. В то же время отмечаются ограничения: большая часть исследований проводится в лабораторных условиях или с опросами, а реальное воздействие этих мер на массовую аудиторию ещё недостаточно изучено

[3]

Дополнительно важным направлением является разработка образовательных и просветительских программ, направленных на повышение медиаграмотности. Такие меры позволяют гражданам распознавать манипуляции, оценивать достоверность источников и критически воспринимать информацию, что усиливает устойчивость общества к психологическим операциям

[3]

Наконец, эксперты подчёркивают необходимость изучения контрмер, направленных на создателей дезинформационного контента, а не только на его потребителей. Подобные подходы могут сократить количество манипулятивного контента и минимизировать его воздействие на общественное восприятие

[3][4]

Развитие критического мышления позволяет оценивать достоверность информации и выявлять логические несоответствия. Эмоциональная устойчивость и критическое восприятие помогают снижать воздействие психологических операций. В совокупности эти факторы формируют устойчивость общества к информационным воздействиям [1], [2].

3. Обсуждение

В отличие от физического, химического, биологического и других видов оружия, информационно-психологическое воздействие невидимо для потребителя, а последствия применения когнитивного оружия могут быть отсроченными. Прогнозируемый результат: когнитивный коллапс вследствие потери критичности мышления, неспособности самостоятельно строить картину мира и принимать решения, резкий переход общества к единому, возможно, радикальному нарративу под влиянием информационного или эмоционального шока — отформатированное сознание и переход под внешнее управление

[11]

Когнитивное воздействие осуществляется на процессы восприятия, памяти, мышления, воображения, результат — от спроектированной агрессором картины мира, специфических знаний — до управления мыслями и мечтами. Проектируются следующие изменения в мышлении и личности: автоматические мысли, возникающие спонтанно; промежуточные убеждения, определяющие правила поведения; глубинные убеждения, формирующие мировоззрение и ценностные установки личности. Именно воздействие на глубинные убеждения позволяет изменять отношение человека к окружающему миру, культуре и обществу

[11]

Когнитивная война инвариантна, участникам могут отводиться разные задачи. Борьба за умы уже не является приоритетной задачей. При успешной блокировке ряда функций интеллекта и спроектированной деформации личности человек или группа становятся жертвами — биодронами, совершающими теракт или спонсорами другого государства под влиянием мошенников. Опасность состоит в возможной интеллектуальной колонизации: уничтожении обществом себя изнутри, ожидании прихода агрессора как избавителя от собственного государства, работе на интересы другого государства

[12]

——

—

Управление мечтой опирается на знание о потребностях общества и его отдельных, например, возрастных или половых групп. Особенно активно психотехнологии применяются в отношении детей, молодёжи и женщин. В

[12]

Очевидно, в воображении девушек создаются привлекательные образы мужчин-иностранцев, стимулируется игнорирование мужчин-соотечественников, что может спровоцировать отток женщин репродуктивного возраста в другие страны и усугубить демографический кризис в России. Постепенно происходит погружение в заданный извне информационный пузырь, в результате возрастают риски

Образование как социальный институт не вполне справляется с отражением актуальной угрозы, что видно по информационным сводкам предотвращенных терактов на территории нашей страны. Вербовка исполнителей успешно проводится противником вне зависимости от возраста с помощью психологических приемов, эксплуатирующих потребности и мотивы. Например, в любви и романтических отношениях — у девушек, в материальном вознаграждении – у подростков и молодых людей, в свободе, мести (собственному государству) — у лиц среднего и старшего возраста. Частым психологическим приемом в вербовке подростков и пожилых людей является запугивание.

Также в последнее время особое внимание уделяется нейтрализации патриотически настроенной части общества: использование технологий информационного истощения нацелено на создание атмосферы тревожности, ощущения безысходности и бессмысленности сопротивления.

Необходимо оперативно разрабатывать не только информационные методы, но и психотехнологии, которые позволят защитить сознание граждан, обеспечат сохранность интеллекта, личности и культуры.

4. Заключение

Когнитивная война представляет собой фундаментальный вызов всему человечеству. Осознание реальности угрозы безопасности может произойти с запозданием или не произойти вовсе. Конечная цель когнитивной войны заключается в разрушении когнитивной экосистемы общества и его дестабилизации. Для защиты сознания необходимо соразмерное формирование коллективного и индивидуального когнитивного иммунитета.

Таким образом, необходимо своевременно ответить на новый вызов существованию Российской цивилизации. Оперативная цель предполагает выработку когнитивного иммунитета, а стратегическая разработку информационно-психологического инструментария защиты национальной психики и русской культуры в целом, в идеале найти способы дальнейшего перевода в автоматический бессознательный режим воспроизводства встроить психотехнологии выживания в когнитивно-агрессивной среде в русский культурный архетип. В качестве перспектив научного исследования полагаем изучение культурных предпочтений и вкусов молодёжи.

The additional file for this article can be found as follows: