<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
    <!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM/DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.2 20120330//EN" "http://jats.nlm.nih.gov/publishing/1.2/JATS-journalpublishing1.dtd">
    <!--<?xml-stylesheet type="text/xsl" href="article.xsl">-->
<article xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" article-type="research-article" dtd-version="1.2" xml:lang="en">
	<front>
		<journal-meta>
			<journal-id journal-id-type="issn">2303-9868</journal-id>
			<journal-id journal-id-type="eissn">2227-6017</journal-id>
			<journal-title-group>
				<journal-title>Международный научно-исследовательский журнал</journal-title>
			</journal-title-group>
			<issn pub-type="epub">2303-9868</issn>
			<publisher>
				<publisher-name>ООО Цифра</publisher-name>
			</publisher>
		</journal-meta>
		<article-meta>
			<article-id pub-id-type="doi">10.60797/IRJ.2026.173.52</article-id>
			<article-categories>
				<subj-group>
					<subject>Brief communication</subject>
				</subj-group>
			</article-categories>
			<title-group>
				<article-title>Лексико-семантические ядра как маркеры демократического и тоталитарного дискурса: частотный анализ медиадискурса Южной и Северной Кореи</article-title>
			</title-group>
			<contrib-group>
				<contrib contrib-type="author" corresp="yes">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0009-0002-1980-4642</contrib-id>
					<contrib-id contrib-id-type="rinc">https://elibrary.ru/author_profile.asp?id=1254016</contrib-id>
					<name>
						<surname>Диброва</surname>
						<given-names>Елена Всеволодовна</given-names>
					</name>
					<email>dibrova_elena@ro.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-1">1</xref>
				</contrib>
			</contrib-group>
			<aff id="aff-1">
				<institution-wrap>
					<institution-id institution-id-type="ROR">https://ror.org/020z26690</institution-id>
					<institution content-type="education">Московский государственный лингвистический университет</institution>
				</institution-wrap>
			</aff>
			<pub-date publication-format="electronic" date-type="pub" iso-8601-date="2026-11-17">
				<day>17</day>
				<month>11</month>
				<year>2026</year>
			</pub-date>
			<pub-date pub-type="collection">
				<year>2026</year>
			</pub-date>
			<volume>8</volume>
			<issue>173</issue>
			<fpage>1</fpage>
			<lpage>8</lpage>
			<history>
				<date date-type="received" iso-8601-date="2026-07-09">
					<day>09</day>
					<month>07</month>
					<year>2026</year>
				</date>
				<date date-type="accepted" iso-8601-date="2026-10-22">
					<day>22</day>
					<month>10</month>
					<year>2026</year>
				</date>
			</history>
			<permissions>
				<copyright-statement>Copyright: &amp;#x00A9; 2022 The Author(s)</copyright-statement>
				<copyright-year>2022</copyright-year>
				<license license-type="open-access" xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">
					<license-p>
						This is an open-access article distributed under the terms of the Creative Commons Attribution 4.0 International License (CC-BY 4.0), which permits unrestricted use, distribution, and reproduction in any medium, provided the original author and source are credited. See 
						<uri xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/</uri>
					</license-p>
					.
				</license>
			</permissions>
			<self-uri xlink:href="https://research-journal.org/archive/11-173-2026-november/10.60797/IRJ.2026.173.52"/>
			<abstract>
				<p>В настоящем исследовании рассматривается возможность использования лексико-семантических ядер для дифференциации демократического и тоталитарного дискурсов. Объектом исследования выступает общественно-политический медиадискурс КНДР и Республики Корея, реализованный в ведущих средствах массовой информации двух стран. Методологическую основу работы образует комплекс подходов: лексико-семантический анализ, квантитативный анализ, дискурсивный анализ, а также общенаучные методы.По результатам проведенного анализа исследования позволили выявить разницу дискурсов демократического и тоталитарного типов на уровне частотной лексики. Также выявлены специфические лексемы, обеспечивающие реализацию манипулятивных дискурсивных стратегий.</p>
			</abstract>
			<kwd-group>
				<kwd>медиадискурс</kwd>
				<kwd> лексико-семантические ядра</kwd>
				<kwd> манипулятивные стратегии</kwd>
			</kwd-group>
		</article-meta>
	</front>
	<body>
		<sec>
			<title>HTML-content</title>
			<p>1. Введение</p>
			<p>В современном информационном обществе одним из ключевых инструментов конструирования реальности выступает медиадискурс, особенно в такой сфере общественной жизни, как политика. В общественно-политическом медиадискурсе задаются способы видения индивидом политических деятелей, событий и процессов. Особое значение это приобретает в контексте Корейского полуострова, где представление о «своих» и «чужих» непосредственно связано с идеологическим размежеванием между КНДР и Республикой Корея (здесь и далее — РК). Именно в новостных сообщениях формируются устойчивые интерпретационные схемы, которые влияют на восприятие обеих стран широкой аудиторией.</p>
			<p>В определении медиадискурса мы будем опираться на концепции Е. И. Шейгал, А. Н. Баранова, Е. Г. Казакевича и С. Э. Кегеян и определять его широко, как идеологический дискурс, реализованный в медиапространстве, который охватывает сферы «политика» и «общество», в основе которого находится корпус «прагматически направленных текстов, относящихся к определенному социально-историческому периоду» [1], [2, C. 5], [3, C. 24]. Также мы учитывали взгляды таких представителей направления критического-дискурс анализа (далее — КДА) как П. Чилтон и К. Шаффнер, согласно которым к политическому дискурсу относятся текстуальные, речевые и медийные репрезентации политических идей, деятелей, элит, институтов и других заинтересованных групп. В качестве примеров текстуальных реализаций дискурсов они называют тексты конституций, законодательных актов, интервью политиков в СМИ и протоколы парламентских дебатов [4, C. 5].</p>
			<p>2. Методы и принципы исследования</p>
			<p>Объектом настоящего исследования является общественно‑политический медиадискурс КНДР и РК на материале новостных текстов ведущих СМИ двух стран, а именно Центрального телеграфного агентства Кореи (ЦТАК, 조선중앙통신) и южнокорейских газет «Тона ильбо» (동아일보) и «Ханкёрэ» (한겨레). Исследование именно на материале текстов из этих двух стран представляется актуальным, поскольку также может внести вклад в изучение различий между северо- и южнокорейским идиомами корейского языка. Нами были отобраны 6 статей из интернет-версии газеты «Тона ильбо», 6 статей из интернет-версии газеты «Ханкёрэ», 12 статей ЦТАК КНДР, размещенных как на официальном сайте ЦТАК КНДР, так и на сайте Министерства иностранных дел КНДР (с указанием происхождения материала). Общий объем корпуса составил 3689 слов для «Тона ильбо» и «Ханкёрэ» и 4581 слов для ЦТАК КНДР.</p>
			<p>Предмет исследования составляют лексико‑семантические ядра текстов из средств массовой информации данных стран и потенциально реализуемые через них манипулятивные стратегии. В ходе исследования были использованы методы лексико-семантического анализа, квантитативного анализа, анализа дискурса, а также систематизация, обобщение и описание. Для отбора эмпирической базы применялся метод сплошной выборки.</p>
			<p>Е. И. Шейгал описывает «тоталитарный» и «демократический» типы дискурса. Тоталитарный дискурс проявляет следующие характеристики: «ритуальность, эмоциональность, фидеистичность, суггестивность, примат побудительной функции, фантомный денотат, эзотеричность, монологичность, авторитарность общения, консерватизм», в то время как для демократического типа дискурса характерны: «информативность, рациональность, трезвый скепсис, логика аргументации, примат референтной функции, реальный денотат, ясность, диалогичность, интимизация общения, динамичность» [1, C. 72]. Н. Э. Гронская, В. Г. Зусман и Т. С. Батищева также обращают внимание на патерналистский характер тоталитарной идеологии, подчеркнутое «отеческое» отношение вождей (контролирующих дискурс) к народу, что открывает пространство для осуществления манипулятивных стратегий [5, C. 58]. М. К. Мамардашвили описывая лингвистические значимые черты тоталитаризма, выделил в том числе резкое разделение на «свое» и «чужое» [6]. В то же время демократический дискурс, по мнению исследователей, сосредотачивает внимание потребителей дискурса на легитимности, гражданском обществе, согласии и выборе [7]. На основании политического и идеологического строя в РК (президентская республика с многопартийной системой, власть регулярно переходит от одной партии к другой) и КНДР (также де-юре республика с многопартийной системой, но де-факто с 1945 г. правящей партией является Трудовая партия Кореи) мы предварительно относим общественно-политический дискурс РК к демократическим, а общественно-политический дискурс КНДР — к тоталитарным.</p>
			<p>Н. Фэрклаф, один из основоположников КДА, выделил три измерения дискурса: текст (то есть, лингвистические особенности), дискурсивную практику (то есть, процесс создания и восприятия дискурса) и социальную практику (то есть, общественный и культурный контекст). Также Н. Фэрклаф указывает: «то, как дискурс (ре)конструирует общественную жизнь в процессе социальных изменений, можно определить через анализ конкретных лингвистических, семиотических и «междискурсивных» особенностей текстов (в широком смысле), которые не только являются частью процессов социальных изменений, но и способствуют продуктивной интеграции текстового анализа в междисциплинарные исследования» [8, C. 76–77]. В свою очередь, Т. ван Дейк, также стоявший у истоков КДА, отмечает, что «транслирование властного дискурса проявляется на уровне подбора тем, семантики, лексики, синтаксиса, стилистики и т.д.» [9, C. 44] Таким образом, можно предположить, что различия между двумя типами дискурса должны проявляться на лексико-семантическом уровне. Современные работы по анализу политического дискурса и демонстрируют продуктивность количественных методов, например, частотного анализа, для выделения лексико-семантических ядер и реконструкции доминирующих фреймов [10]. В нашем исследовании мы решили интерпретировать результаты анализа частотности (относящегося к анализу дискурса на текстовом уровне) с учетом более широкого политического контекста, что позволит выявить основные лексико-семантические ядра, сравнить их и определить смысловой центр текстов.</p>
			<p>Мы провели анализ частотности слов в северокорейских и южнокорейских текстах, представив результаты в таблице (см. табл. 1). В процессе анализа нами были отобраны и удалены служебные слова, грамматические показатели и другие незначимые единицы, поэтому они не учитываются в статистике.</p>
			<table-wrap id="T1">
				<label>Table 1</label>
				<caption>
					<p>Результаты анализа частотности в текстах РК и КНДР</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Корпус статей РК</td>
						<td>Частотность (единиц на корпус)</td>
						<td>Корпус статей КНДР</td>
						<td>Частотность (единиц на корпус)</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>검 прокуратура</td>
						<td>73</td>
						<td>우리 мы (наш)</td>
						<td>86</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>윤석열 Юн Согёль</td>
						<td>62</td>
						<td>인민 народ</td>
						<td>52</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>대통령 президент</td>
						<td>50</td>
						<td>조선 КНДР</td>
						<td>45</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>후보 кандидат</td>
						<td>44</td>
						<td>국가 государство</td>
						<td>41</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>국민граждане</td>
						<td>40</td>
						<td>동지 товарищ</td>
						<td>38</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>내란 мятеж</td>
						<td>32</td>
						<td>대한 против / по отношению к</td>
						<td>27</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>의원 депутат</td>
						<td>32</td>
						<td>나라 страна</td>
						<td>25</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>힘 сила</td>
						<td>27</td>
						<td>김정은 Ким Чен Ын</td>
						<td>25</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>당 партия</td>
						<td>26</td>
						<td>한국 Республика Корея</td>
						<td>25</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>정부 правительство</td>
						<td>26</td>
						<td>중앙 центральный</td>
						<td>24</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>위원장 председатель</td>
						<td>25</td>
						<td>세계 мир</td>
						<td>21</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>혁신 реформа</td>
						<td>25</td>
						<td>애하 любовь к народу</td>
						<td>21</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>이재명 Ли Чэмён</td>
						<td>23</td>
						<td>미국 США</td>
						<td>21</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>여당правящая партия</td>
						<td>19</td>
						<td>지역 регион</td>
						<td>19</td>
					</tr>
					<tr>
						<td/>
						<td/>
						<td>전쟁 война</td>
						<td>18</td>
					</tr>
					<tr>
						<td/>
						<td/>
						<td>평양 Пхеньян</td>
						<td>17</td>
					</tr>
					<tr>
						<td/>
						<td/>
						<td>위협 угроза</td>
						<td>16</td>
					</tr>
					<tr>
						<td/>
						<td/>
						<td>사회주의 социализм</td>
						<td>15</td>
					</tr>
					<tr>
						<td/>
						<td/>
						<td>진행 проведение / ход</td>
						<td>14</td>
					</tr>
					<tr>
						<td/>
						<td/>
						<td>조국 отечество</td>
						<td>14</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>3. Основные результаты</p>
			<p>Можно сделать вывод, что в корпусе южнокорейских новостных текстов лексико-семантическое ядро сформировано за счет номинации институациональных акторов и их действий. Данный результат показывает, что медиадискурс РК концептуализирует общественно‑политическую сферу через фрейм институционализированной политики и правосудия. Политическая реальность предстает пространством взаимодействия президента, правительства, партий, кандидатов в президенты и прокуратуры. Конфликт, развивавшийся в южнокорейском обществе с конца 2024 года по лето 2025 года, получает правовую оценку (например, посредством лексемы «내란» — «мятеж»). При этом конфликт не скрывается (поскольку о нем пишут в СМИ), денотат (бывший президент РК Юн Согёль и кандидат в президенты Ли Чэмён) реален, что коррелирует с характеристиками демократического типа политического дискурса [2, C. 72].</p>
			<p>Преобладание институциональной и процедурной лексики позволяет предположить реализацию стратегии легитимации: адресату предлагается образ «нормально» функционирующих демократических институтов. Следует учитывать, что в корпус вошли статьи, относящиеся к периоду проведения прокурорского расследования против бывшего президента Республики Корея Юн Согёля, обвиненного по ряду тяжких статей, в том числе в попытке государственного переворота и организации мятежа. Это объясняет частотность имен «Юн Согёль» и «Ли Чэмён», однако она не отменяет институционального характера ядра. Имена политических деятелей сопровождаются постоянным называнием формальных ролей и политических структур: «президент», «депутат», «кандидат», «партия», «правительство». Таким образом, политики репрезентируются как участники институационального процесса, а не как индивидуальные фигуры. Кроме того, они являются политическими противниками, что соотносится со свойством «диалогичность», присущему демократическому типу дискурса по Е. И. Шейгал [2, C. 72].</p>
			<p>Также частотность лексемы «прокуратура» и институациональных ролей может представляться реализацией стратегии легитимации. Политический конфликт рассматривается в рамках правовых норм, применяемых прокуратурой. В этой связи стоит отметить позицию Д. Битэма, озвученную им в монографии «Легитимация власти» (The Legitimation of Power) [11, C. 65], согласно которой легитимность власти проявляется в соответствии между установленными нормами, или обоснованиями, основанными на убеждениях, и действиями.</p>
			<p>В то же время в северокорейском корпусе лексико-семантические ядро формируют единицы, обозначающие коллективную идентичность и идеологическое единство народа, формы объединения людей, а также лексика угрозы. Исходя из данных результатов, можно выделить фреймы «лидер и единый корейский народ» и «страна перед лицом внешней угрозы». Первый фрейм создается за счет лексем «государство», «родина», «лидер», «народ», «мы», «товарищ» и «любовь к народу». Второй фрейм формируется за счет чуждых КНДР элементов — «США» и «Республика Корея», — и указаний на «угрозу» и «войну». Следует отметить, что носитель высшей власти в КНДР также назван по имени (Ким Чен Ын), но его имя уступает по частотности таким лексемам как «мы», «народ» и «КНДР», задающим коллективистскую точку зрения. В совокупности это создает образ сплоченной страны, и может указывать на применение стратегии позитивной самопрезентации, целью которой является конструирования положительного образа в общественном сознании [12]. Наличие подобного лексико-семантического ядра также согласуется с описанием тоталитарного дискурса у Е. И. Шейгал, для которого характерна эмоциональная направленность (в данном случае ее проявление можно увидеть в частотности экспрессивных синонимов лексемы «государство» — «страна» и «отечество») [2, C. 72]. В отличие от южнокорейского дискурса, политическая сфера КНДР описывается через коллективную идентичность, идеологическую принадлежность и единство вокруг лидера, любящего народ.</p>
			<p>Также следует отметить, что в дискурсе КНДР практически отсутствует институционально-правовая лексика. Внимание аудитории фокусируется не на конкретных политических событиях или общественных проблемах, а на идеологии.</p>
			<p>4. Обсуждение результатов</p>
			<p>Результаты исследования ставят перед нами методологический вопрос о том, отражает ли выявленная разница типологическое различие дискурсов РК и КНДР как демократического или тоталитарного или обусловлена тематическим различием текстового материала. Корпус был сформирован в первую очередь по хронологическому принципу (были отобраны статьи, опубликованные с декабря 2024 г. по декабрь 2025 г.), поэтому корректная интерпретация данных требует разграничить две эти возможности.</p>
			<p>В пользу вывода о типологическом различии свидетельствуют, во-первых, принцип отбора материала. Выборки состоят из общественно-политических новостных статей, собранных в разделе «Политика» в южнокорейских источниках и разделе «Главные новости» в северокорейских источниках (поскольку отдельный раздел «Политика» в СМИ КНДР отсутствует, политические новости публикуются в разделе «Главные новости»). В южнокорейских источниках все отобранные статьи дублировались в разделе «Главные новости». Таким образом, во всех статьях освещались значимые общественно-политические события, что исключает критическую разницу в тематике.</p>
			<p>Во-вторых, качественное различие ядер при общей тематике позволяют говорить именно о типологическом различии. Как показал анализ частотности, в южнокорейском корпусе преобладают номинации институциональных акторов и правоприменительных структур, что формирует ядро институционализированной политики и правосудия, а северокорейское ядро образуется из лексем коллективной идентичности, идеологического единства и внешнего врага. То есть, в первом случае политика концептуализируется через официальные процедуры и институты, во втором — через сплочение и бинарную оппозицию «мы-они».</p>
			<p>В-третьих, в южнокорейский корпус были включены издания с различной политической ориентацией — консервативная газета «Тона ильбо» и либеральная газета «Ханкёрэ». Тем не менее, в корпусе доминирует нейтральная институциональная лексика, что говорит об отсутствии влияния одного идеологического лагеря или позиций редакций, что также согласуется с чертами демократического дискурса. С другой стороны, в северокорейский корпус вошли статьи из ЦТАК КНДР — информационного агентства, обладающего абсолютной монополией на создание новостных материалов в КНДР, поставляющего их в другие СМИ КНДР (например, в газету «Нодон синмун»).</p>
			<p>Однако следует признать, что хронология выборки не позволяет полностью исключить влияние тематического фактора: в РК это был период политического конфликта, проведения выборов и расследований, тогда как в КНДР негативных событий подобного масштаба не происходило (либо они не освещались в СМИ). Тематическая повестка могла повлиять на конкретный состав лексем, однако различие способов их языкового оформления — институционального в РК и коллективно‑идеологического в КНДР — может указывать на более глубокую типологическую обусловленность результатов. Тем не менее, представляется перспективным в дальнейшем рассмотреть другие хронологические срезы обоих дискурсов, рассмотреть их не только в синхронии, но и в диахронии.</p>
			<p>5. Заключение</p>
			<p>Таким образом, проведенный анализ лексико‑семантических ядер южнокорейского и северокорейского общественно‑политического медиадискурса показал, дискурс Республики Корея обнаруживает маркеры демократического дискурса, а дискурс КНДР — тоталитарного. В южнокорейском корпусе доминирует институционально правовое ядро, включающее номинации политических акторов, государственных институтов и прокуратуры. Оно формирует фрейм политики как публичной сферы, регулируемой юридическими процедурами и нормами. Северокорейское лексико-семантическое ядро, напротив, конструируется лексемами коллективной идентичности, государства, лидера, социализма, а также внешней угрозы. Оно создает фреймы единого народа, сплоченного вокруг государства и лидера, и противостояния внешним силам. Это, в свою очередь, частично обеспечивает реализацию различных манипулятивных стратегий — легитимации и процедурной «нормализации» конфликта в южнокорейских текстах и позитивной самопрезентации, мобилизации и идеологического объединения перед лицом угрозы в северокорейских.</p>
			<p>Вместе с тем ограниченный объем и хронологические рамки корпусов не позволяют претендовать на абсолютную статистическую репрезентативность выводов и точную реконструкцию всех фреймов, поэтому полученные результаты следует рассматривать как предварительные. Представляется перспективным продолжить исследование на материале более масштабного и разнородного корпуса текстов, что позволит точнее отделить ситуативные тематические колебания от устойчивых типологических характеристик медиадискурса КНДР и РК.</p>
		</sec>
		<sec sec-type="supplementary-material">
			<title>Additional File</title>
			<p>The additional file for this article can be found as follows:</p>
			<supplementary-material xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" id="S1" xlink:href="https://doi.org/10.5334/cpsy.78.s1">
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/26618.docx">26618.docx</inline-supplementary-material>]-->
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/26618.pdf">26618.pdf</inline-supplementary-material>]-->
				<label>Online Supplementary Material</label>
				<caption>
					<p>
						Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI:
						<italic>
							<uri>https://doi.org/10.60797/IRJ.2026.173.52</uri>
						</italic>
					</p>
				</caption>
			</supplementary-material>
		</sec>
	</body>
	<back>
		<ack>
			<title>Acknowledgements</title>
			<p/>
		</ack>
		<sec>
			<title>Competing Interests</title>
			<p/>
		</sec>
		<ref-list>
			<ref id="B1">
				<label>1</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Баранов А. Н. Парламентские дебаты: традиции и новации / А. Н. Баранов, Е. Г. Казакевич — Москва: Знание, 1991. — 64 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B2">
				<label>2</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Шейгал Е. И. Семиотика политического дискурса / Е. И. Шейгал — Волгоград: Перемена, 2000. — 256 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B3">
				<label>3</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Кегеян С. Э. Лингвориторические параметры политического дискурса (На материале текстов идеологов большевизма) : дис. … канд. филол. наук. — Сочи, 2009. — 187 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B4">
				<label>4</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Chilton P. A.. Introduction: Themes and Principles in the Analysis of Political Discourse / P. A. Chilton, C. Schaffner // In Politics as Text and Talk: Analytic Approaches to Political Discourse; под ред. Chilton P. A., Schaffner C. — Amsterdam: John Benjamins, 2002. — с. 1–41. [in English]</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B5">
				<label>5</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Гронская Н. Э. Сопоставление тоталитарных дискурсов: три ритора, три текста, три языка / Н. Э. Гронская, В. Г. Зусман, Т. С. Батищева // Вестник ННГУ. — 2013. — 1 (2). — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sopostavlenie-totalitarnyh-diskursov-tri-ritora-tri-teksta-tri-yazyka (дата обращения: 14.06.2026)</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B6">
				<label>6</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Мамардашвили М. К. Мысль под запретом / М. К. Мамардашвили // Вопросы философии. — 1992. — 4. — с. 70–78.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B7">
				<label>7</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Чжао Ж. Обзор и оценка исследований демократического дискурса в китайской академической литературе / Ж. Чжао // Россия и АТР. — 2024. — 3. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/obzor-i-otsenka-issledovaniy-demokraticheskogo-diskursa-v-kitayskoy-akademicheskoy-literature (дата обращения: 14.06.2026)</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B8">
				<label>8</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Fairclough N. Critical discourse analysis / N. Fairclough // Marges Linguistiques. — 2005. — 9. — с. 76–94. — URL: http://www.lancaster.ac.uk/ias/profiles/norman-fairclough (дата обращения: 20.08.2026) [in English]</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B9">
				<label>9</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Van Dijk T. A. Ideology: A multidisciplinary approach / T. A. Van Dijk — London: SAGE Publications, 1998. — 384 с. [in English]</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B10">
				<label>10</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Гордеева Е. М. Фреймы в дискурс-анализе / Е. М. Гордеева // Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. Серия: Филология, педагогика, психология. — 2015. — 2. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/freymy-v-diskurs-analize (дата обращения: 14.06.2026)</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B11">
				<label>11</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Beetham D. The Legitimation of Power / D. Beetham — Basingstoke: Palgrave Macmillan, 1991. — 282 с. [in English]</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B12">
				<label>12</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Arkin R. M.. Self-presentation and self-evaluation: Processes of self-control and social control / R. M. Arkin, A. H. Baumgardner // Public self and private self; — New York: Springer New York, 1986. — с. 75–97. (дата обращения: 15.06.2026) DOI: 10.1007/978-1-4613-9564-5. [in English]</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B13">
				<label>13</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">李대통령, 정청래 대표에 축하 전화…“원팀정신” 당부 // 동아일보. — 2025. — URL: https://www.donga.com/news/Politics/article/all/20250802/132117752/1 (접속일: 06.07.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B14">
				<label>14</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc"> 박찬대 “이재명 화살 대신 맞아 지킬 것…진짜 ‘원팀 당정대’” // 동아일보. — 2025. — URL: https://www.donga.com/news/Politics/article/all/20250802/132117435/1 (접속일: 06.07.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B15">
				<label>15</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">李대통령 “304. 159. 14. 179. 잊지 않겠다” 숫자 4개의 의미는? // 동아일보. — 2025. — URL: https://www.donga.com/news/Politics/article/all/20250716/132016390/1 (접속일: 06.07.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B16">
				<label>16</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">‘1호 혁신안’ 비판한 나경원·장동혁 ‘1호 쇄신대상’ 찍혀 // 동아일보. — 2025. — URL: https://www.donga.com/news/Politics/article/all/20250716/132016086/1 (접속일: 06.07.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B17">
				<label>17</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">檢 ‘尹라인 지우기’…특수통 빠진 자리, 尹과 인연 없는 인사로 // 동아일보. — 2025. — URL: https://www.donga.com/news/Society/article/all/20250701/131920459/1 (접속일: 06.07.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B18">
				<label>18</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">국힘 ‘송언석 비대위’ 출범…“집단지도체제 도입 않고 전대 준비” // 동아일보. — 2025. — URL: https://www.donga.com/news/Politics/article/all/20250701/131917224/1 (접속일: 06.07.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B19">
				<label>19</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">로씨야특명전권대사와 대사관 국방무관 연회 마련 // 조선민주주의인민공화국 외무성. — 2025. — URL: http://www.mfa.gov.kp/view/article/21865 (접속일: 19.06.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B20">
				<label>20</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">신성한 우리의 국권과 국위에 도전하려는 시대착오적이며 부질없는 기도는 자멸적인 결과를 초래하게 될것이다 // 조선민주주의인민공화국 외무성. — 2025. — URL: http://www.mfa.gov.kp/view/article/21857 (접속일: 09.05.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B21">
				<label>21</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">위대한 령도자 김정일동지의 탄생 83돐에 즈음한 경축모임 중국에서 진행 // 조선중앙통신. — 2025. — URL: http://kcna.kp/kp/article/q/65e93d8a71e2fc200437c1459d7e15084511f371b001dc540bd103f4b08890de044887e01a724359dceb01b59a43b1c6.kcmsf (접속일: 19.06.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B22">
				<label>22</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">조선로동당 중앙위원회 부부장 우리 국가에 대한 서울당국의 기만적인 《유화공세》 시도의 본질을 신랄히 비판 // 조선중앙통신. — 2025. — URL: http://kcna.kp/kp/article/detail/23509bd05cd2264441c66e3e53b35baf (접속일: 19.06.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B23">
				<label>23</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">유라시아안보에 관한 제3차 민스크국제회의 진행 // 조선중앙통신. — 2025. — URL: http://kcna.kp/kp/article/detail/83aa33d8e8859521d27015d18f0b9f44 (접속일: 19.06.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B24">
				<label>24</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">경애하는 김정은동지의 사상과 령도를 충직하게 받드는 참된 의리의 인간이 되자 // 조선중앙통신. — 2024. — URL: http://kcna.kp/kp/article/q/fc6cdc4c0e8668660acc0a65907b3aaa.kcmsf (접속일: 19.06.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B25">
				<label>25</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">김영복 조선인민군 총참모부 제1부총참모장 담화 발표 // 조선중앙통신. — 2025. — URL: http://kcna.kp/kp/article/detail/8042f1590bfd572f7fc27498c26208f5 (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B26">
				<label>26</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">조선인민군 총참모부 대변인 담화 발표 // 조선중앙통신. — 2025. — URL: http://kcna.kp/kp/article/detail/f28015578bbc5639b025b293641dcf59 (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B27">
				<label>27</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">조선민주주의인민공화국창건절에 즈음하여 당과 정부의 간부들 조선혁명박물관 참관 // 조선중앙통신. — 2025. — URL: http://kcna.kp/kp/article/detail/e35400582d1c65c5ccae579b9c711266 (접속일: 19.06.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B28">
				<label>28</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">조선민주주의인민공화국 외무성 김천일 보도국장 담화 발표 // 조선중앙통신. — 2025. — URL: http://kcna.kp/kp/article/detail/17a68bccdd3b58f621439dad88a5b2bf (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B29">
				<label>29</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">경애하는 아버지 김정은원수님께 삼가 올리는 충성의 편지를 채택하는 청년전위들의 대회 진행, 편지이어달리기대렬 평양을 향해 출발 // 조선중앙통신. — 2025. — URL: http://kcna.kp/kp/article/detail/5126ae1fda45697b1afc86bdc36bda18 (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B30">
				<label>30</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">조선인민군 해외작전부대 참전군인들에 대한 국가표창수여식 진행 // 조선중앙통신. — 2025. — URL: http://kcna.kp/kp/article/detail/e53847681f30e35efaefacd9232f7979 (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B31">
				<label>31</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">이재명 &quot;민생이 개혁보다 급해...경제상황 점검 가장 먼저 지시할 것&quot; // 한겨레. — 2025. — URL: https://www.hani.co.kr/arti/politics/election/1200696.html (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B32">
				<label>32</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">&quot;윤석열의 김문수 지지는 한몸 선언…보호자로 간택&quot; 민주, 맹공 // 한겨레. — 2025. — URL: https://www.hani.co.kr/arti/politics/politics_general/1200523.html (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B33">
				<label>33</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">대통령실 출신 김대남, 이재명 캠프행 하루 만에 &quot;김문수 지지&quot; // 한겨레. — 2025. — URL: https://www.hani.co.kr/arti/politics/election/1198740.html (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B34">
				<label>34</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">여당 법사위의 내란재판부 급발진… '당심'과 '명심'사이 잿밥 정치 // 한겨레. — 2025. — URL: https://h21.hani.co.kr/arti/politics/politics_general/58503.html (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B35">
				<label>35</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">사법왕국 군신들의 비루한 독립운동 // 한겨레. — 2025. — URL: https://h21.hani.co.kr/arti/politics/politics_general/58230.html (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B36">
				<label>36</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">윤석열 일당 때문에 김정은이 고마울 줄은 // 한겨레. — 2025. — URL: https://h21.hani.co.kr/arti/politics/politics_general/58472.html (접속일: 15.08.2026).</mixed-citation>
			</ref>
		</ref-list>
	</back>
	<fundings/>
</article>