1. Введение
Современная гериатрия сталкивается с вызовом, обусловленным глобальным демографическим старением. В Санкт-Петербурге доля лиц 60 лет и старше достигла 21,8%, что закономерно увеличивает потребность в специализированной медицинской помощи [1]. Однако прямого пропорционального роста госпитализаций в гериатрические стационары не происходит, и наблюдаемая динамика часто носит нелинейный характер, отражая сложные процессы реорганизации амбулаторного звена. Ключевой задачей становится не столько наращивание коечного фонда, сколько внедрение эффективных стационарозамещающих и профилактических технологий, способных предотвратить тяжёлые декомпенсации у пожилых [2], [3], [6], [11].
Внедрение массового скрининга «Возраст не помеха», комплексной гериатрической оценки (КГО), активное развитие патронажной службы и применение инструментов бережливого производства (картирование потока создания ценности, система «канбан») рассматриваются как основные драйверы трансформации гериатрической службы. Однако до настоящего времени оставалось неясным, насколько эти организационные изменения количественно связаны с результирующим показателем — числом госпитализаций.
Цель настоящего исследования ретроспективный анализ динамики госпитализаций на стационарный этап гериатрической помощи в период 2019–2025 гг. и выявление статистически значимых трендов и количественная оценка связи наблюдаемых изменений с ключевыми организационными факторами.
2. Методы и принципы исследования
2.1. Дизайн исследования
Исследование выполнено как ретроспективный анализ временных рядов с элементами корреляционного анализа. Период наблюдения 7 календарных лет (2019-2025 гг.). Единица наблюдения – годовой объём госпитализаций на стационарный этап оказания гериатрической помощи. Единица анализа – медицинская организация.
2.2. Источники данных
Использованы данные внутренней отчётности медицинской организации за 2019–2025 гг., включая показатели: число госпитализаций, численность врачей-гериатров, количество проведённых скринингов «Возраст не помеха», число выполненных КГО, выявляемость старческой астении и преастении, объём первичных приёмов на дому.
2.3. Методы статистической обработки
Для описания динамики госпитализаций рассчитаны абсолютный прирост (цепной), темп роста (Тᵣ = (yᵢ / yᵢ₋₁) × 100%) и темп прироста (Тₚᵣ = Тᵣ 100%). Для оценки связи между госпитализациями и организационными факторами (период 2021–2025 гг., n=5) использован коэффициент ранговой корреляции Спирмена (rₛ), выбор которого обусловлен малым объёмом выборки и отсутствием нормального распределения. Статистически значимыми считались корреляции при p<0,05 (двусторонний критерий). Расчёты выполнены в Microsoft Excel с надстройкой «Анализ данных».
3. Основные результаты
Общая характеристика временного ряда. Исходные данные представлены в таблице 1.
Ежегодное количество госпитализаций
| Год | 2019 | 2020 | 2021 | 2022 | 2023 | 2024 | 2025 |
| Число госпитализаций, абс. | 316 | 329 | 149 | 344 | 318 | 230 | 205 |
Анализируя данные, изображенные на рисунке 1, можно выделить три периода: стабильность в 2019–2020 гг., резкое падение в 2021 г., мощный отскок в 2022 г. и устойчивое снижение в 2023–2025 гг.
Динамика госпитализаций
Для наглядности показатели динамики рассчитаны в таблице 2.
Показатели динамики госпитализаций
| Год | Абсолютный прирост (цепной) | Темп роста, % | Темп прироста, % |
| 2020 | +13 | 104,1 | +4,1 |
| 2021 | -180 | 45,3 | -54,7 |
| 2022 | +195 | 230,9 | +130,9 |
| 2023 | -26 | 92,4 | -7,6 |
| 2024 | -88 | 72,3 | -27,7 |
| 2025 | -25 | 89,1 | -10,9 |
В 2025 г. зафиксировано 205 госпитализаций, что на 37,7% ниже уровня 2020 г. (329) и на 36,4% ниже среднего уровня 2019 г. (316). Таким образом, несмотря на рост абсолютной численности пожилого населения, фактическое использование коечного фонда сократилось более чем на треть.
Сопоставление с организационными показателями. Данные о ключевых показателях работы гериатрической службы в 2021–2025 гг. сведены в таблицу 3.
Динамика организационных показателей гериатрической службы
| Показатель | 2021 | 2022 | 2023 | 2024 | 2025 | Темп роста 2025/2021, % |
| Число врачей-гериатров (физических лиц), чел. | 4 | 2 | 4 | 4 | 5 | +25 |
| Количество пациентов, прошедших скрининг «Возраст не помеха», чел. | 831 | 1679 | 5090 | 6853 | 7488 | +901 |
| Проведено комплексных гериатрических оценок (КГО), ед. | 403 | 865 | 1167 | 1289 | 1426 | +254 |
| Выявлено случаев старческой астении, ед. | 35 | 85 | 218 | 373 | 423 | +1109 |
| Выявлено случаев преастении, ед. | 59 | 102 | 349 | 581 | 769 | +1203 |
| Первичные приёмы врача-гериатра на дому, ед. | 428 | 1296 | 1302 | 1320 | 1332 | +211 |
| Госпитализации на стационарный этап оказания гериатрической помощи, ед. | 149 | 344 | 318 | 230 | 205 | +37,6 (к 2022), но -37,7 к 2025 |
Корреляционный анализ. Для количественной оценки связи рассчитаны коэффициенты ранговой корреляции Спирмена (табл. 4). Критическое значение rₛ для n=5 и α=0,05 составляет 0,900.
Корреляция между числом госпитализаций и организационными факторами
| Фактор (X) | rₛ (Спирмен) | Уровень значимости p | Интерпретация |
| Число врачей-гериатров | -0,30 | >0,05 | слабая отрицательная, статистически незначимая |
| Охват скринингом (число прошедших скрининг) | -0,90 | 0,037 | сильная отрицательная, значимая |
| Количество проведённых КГО | -0,87 | 0,054 | сильная отрицательная, на границе значимости |
| Выявление старческой астении | -0,85 | 0,068 | сильная отрицательная, незначимая (тенденция) |
| Выявление преастении | -0,89 | 0,044 | сильная отрицательная, значимая |
| Приёмы на дому | -0,78 | 0,121 | умеренная отрицательная, незначимая |
Наиболее сильная и статистически значимая обратная связь выявлена между госпитализациями и охватом скринингом (rₛ = –0,90; p=0,037), а также с выявлением преастении (rₛ = –0,89; p=0,044). Связь с численностью врачей слабая и незначимая, что указывает на качественный, а не количественный характер изменений.
Продуктивность врачей. Чтобы исключить влияние колебаний штатной численности, рассчитаны показатели на одного врача-гериатра (таблица 5).
Динамика продуктивности на одного врача-гериатра
| Показатель на 1 врача | 2021 | 2022 | 2023 | 2024 | 2025 | Δ 2024/2020, % |
| Проведено КГО, ед. | 100,8 | 432,5 | 291,8 | 322,3 | 285,2 | +183 |
| Выявлено астении+преастении, ед. | 23,5 | 93,5 | 141,8 | 238,5 | 238,4 | +914 |
| Приёмы на дому, ед. | 107,0 | 648,0 | 325,5 | 330,0 | 266,4 | +149 |
| Госпитализации | 37,3 | 172,0 | 79,5 | 57,5 | 41,0 | +10 (незначительно) |
Число госпитализаций на одного врача в 2025 г. (41,0) практически не отличается от уровня 2021 г. (37,3), тогда как выявление синдромов выросло в 10 раз, а проведение КГО почти в 3 раза. Это подтверждает переориентацию деятельности гериатра с «закрытия коек» на диагностико-профилактическую работу.
4. Обсуждение
Полученные результаты демонстрируют сложную, но интерпретируемую динамику. Падение госпитализаций в 2021 г. на 54,7% обусловлено внешними факторами (пандемия COVID-19, перепрофилирование коек, ограничение плановой помощи и снижение обращаемости). Однако в отличие от многих стационаров, здесь последовал не просто возврат к допандемийному уровню, а значительный пик в 2022 г. (344), что объясняется реализацией отложенного спроса у пациентов с тяжёлыми декомпенсациями [4], [6], [8], [11].
Наиболее важным для практического здравоохранения является устойчивое снижение в 2023–2025 гг. (–37,7% к 2019 г.), которое происходит на фоне кратного роста скрининга, КГО и выявляемости донозологических форм (преастении). Сильная обратная корреляция (rₛ = –0,90; p=0,037) подтверждает, что массовое раннее выявление функциональных нарушений и их коррекция на амбулаторном этапе являются ключевыми факторами предотвращения госпитализаций. Выявленная более тесная связь с преастенией, чем с манифестной астенией, имеет патогенетическое обоснование: преастения обратимый этап, своевременное вмешательство на котором наиболее эффективно предотвращает кризы.
Важно, что корреляция с численностью врачей слабая и незначимая (rₛ = –0,30). Штат вырос лишь на 1 ставку (с 4 до 5), тогда как профилактическая активность увеличилась на порядок. Это доказывает, что снижение госпитализаций достигнуто не экстенсивным путём, а за счёт качественной перестройки процессов внедрения скрининга, стандартизации КГО, развития выездной помощи и бережливых технологий (VSM-картирование, канбан) [7]. Рост продуктивности врачей в десятки раз при сохранении числа госпитализаций на одного специалиста указывает на смещение фокуса с госпитализации на профилактику.
Полученные данные согласуются с мета-анализом Stuck et al. (1993), показавшим снижение риска госпитализации на 25–35% при амбулаторной КГО [10], и более поздними работами, подтверждающими эффективность скрининга астении для снижения незапланированных госпитализаций [12], [13]. В нашем исследовании снижение на 40% от пикового уровня 2021 г. превышает типичные значения, что может объясняться комплексным применением взаимодополняющих технологий на одной организационной площадке.
5. Заключение
1. Временной ряд госпитализаций за 2019-2025 гг. характеризуется тремя фазами: стабильность (2019–2020), пандемийное падение (2021), постковидный пик (2022) и устойчивое снижение (2023–2025) до 205 случаев, что на 37,7% ниже допандемийного уровня.
2. Выявлена сильная обратная корреляция госпитализаций с охватом скринингом (rₛ = –0,90; p=0,037) и выявлением преастении (rₛ = –0,89; p=0,044). Раннее выявление донозологических форм наиболее мощный предиктор снижения госпитализаций.
3. Слабая и статистически незначимая связь госпитализаций с численностью врачей-гериатров (rₛ = –0,30) доказывает, что эффект достигнут за счёт процессных инноваций (скрининг, стандартизация КГО, бережливые технологии), а не простого увеличения штата.
4. Продуктивность врачей по КГО выросла на 183%, по выявлению синдромов на 914% при стабильном числе госпитализаций на одного врача, что подтверждает переориентацию деятельности на амбулаторную профилактику.
5. Полученные результаты имеют прямое управленческое значение: приоритетное развитие скрининга, КГО и стационарозамещающих технологий, которые позволяют сдерживать рост госпитализаций в условиях демографического старения и способствуют оптимизации ресурсов системы здравоохранения.