1. Введение

Проблема обеспечения доступности и равенства шансов в обучении для участников боевых действий и ветеранов войн имеет долгую историю в мировой образовательной практике. В современных условиях, характеризующихся активным применением цифровых технологий в образовании, открываются новые возможности для решения этой задачи. В Российской Федерации после начала специальной военной операции (СВО) в 2022 году вопросы социальной, психологической и профессиональной реинтеграции ее участников приобрели особую остроту и актуальность. По данным Министерства обороны РФ и социальных фондов, речь идет о сотнях тысяч граждан, чьи образовательные траектории были в той или иной степени нарушены.

Актуальность темы определяется несколькими факторами. Во-первых, значительная часть участников СВО — это молодые люди в возрасте от 18 до 35 лет, находившиеся на этапе получения профессионального образования или только начинавшие карьеру. Перерыв в обучении, связанный с участием в боевых действиях, создает риски утраты социального и профессионального статуса. Во-вторых, участие в боевых действиях часто сопровождается психологическими травмами, посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР), физическими ограничениями, что требует особых условий для продолжения образования. В-третьих, традиционные формы обучения (очная, очно-заочная) не всегда доступны для этой категории граждан в силу объективных причин (состояние здоровья, необходимость прохождения реабилитации, семейные обстоятельства).

В мировой науке проблематика образовательной реинтеграции ветеранов боевых действий достаточно хорошо разработана, особенно в США, где действует «Закон о помощи ветеранам», обеспечивающий образовательные льготы для военнослужащих [7], [12], [16]. Исследования показывают, что ветераны сталкиваются с рядом специфических барьеров при возвращении к обучению: трудности с концентрацией внимания, социальная изоляция, несовместимость графика учебы с режимом реабилитации, недостаток академических навыков после перерыва [13], [17]. Одновременно с этим накоплен значительный опыт использования дистанционных и цифровых технологий для преодоления этих барьеров [6].

В российской науке проблема образовательной реинтеграции участников боевых действий начала активно разрабатываться после контртеррористических операций на Северном Кавказе, однако системных исследований, посвященных именно цифровым аспектам этой проблемы, недостаточно [1]. Принятие Федерального закона № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» в последней редакции, предусматривающего особые условия приема и обучения для участников СВО, создало нормативную базу, но механизмы реализации этих норм с использованием потенциала цифровой образовательной среды еще требуют научного обоснования [5].

Целью исследования является теоретическое обоснование и разработка концептуальных основ использования цифровой образовательной среды (ЦОС) для обеспечения доступности и равенства образовательных возможностей участников СВО.

Задачами исследования в рамках данной статьи являются:

– проведение анализа барьеров, с которыми сталкиваются участники СВО при возвращении к обучению;

– определение требований к ЦОС, направленных на преодоление этих барьеров;

– систематизация мирового и отечественного опыта использования цифровых образовательных технологий в работе с ветеранами боевых действий;

– разработка концептуальной модели ЦОС для участников СВО, учитывающей их особые образовательные потребности;

– формулировка направлений для дальнейших исследований и пилотных проектов по институционализации и развитию ЦОС как ресурса обеспечения равенства шансов в обучении.

Гипотеза исследования заключается в предположении, что целенаправленно спроектированная цифровая образовательная среда способна компенсировать основные барьеры, с которыми сталкиваются участники СВО при возвращении к обучению.

2. Методы исследования

Методологическую основу исследования составили принципы системного и деятельностного подходов. Исследование носило смешанный характер и включало три этапа:

1. Теоретико-аналитический (сентябрь–декабрь 2025 г.) — анализ литературы и нормативной базы.

2. Эмпирический (январь–февраль 2026 г.) — анкетный опрос (n=104) и экспертные интервью (n=11).

3. Модельно-конструктивный (март 2026 г.) — разработка концептуальной модели.

Теоретический анализ охватил 87 источников (из них 45 на английском языке), включая научные статьи в базах Scopus, Web of Science, РИНЦ, нормативно-правовые акты РФ, методические рекомендации Минобрнауки и Минпросвещения РФ, а также зарубежные программы образовательной поддержки ветеранов (США, Великобритания, Израиль, Канада) [2], [7], [12], [13].

Ограничения исследования: выборка нерепрезентативна для всей популяции участников СВО (опрошены лишь проходящие реабилитацию в Ставропольском крае), исследование кросс-секционное. В связи с этим работа носит пилотный/поисковый характер.

3. Результаты

3.1. Барьеры образовательной реинтеграции участников СВО

Результаты анкетного опроса (n=104) позволили выявить и систематизировать основные барьеры, с которыми сталкиваются участники СВО при возвращении к обучению (табл. 1).

Эти данные коррелируют с результатами зарубежных исследований, где психологические проблемы называются основным препятствием для возвращения ветеранов к образованию [10], [12].

Результаты экспертного опроса: барьеры, практики и институциональные условия

Для верификации данных, полученных в ходе анкетирования участников СВО, и выявления институциональных барьеров и успешных практик реализации цифровых образовательных программ был проведён экспертный опрос. В нём приняли участие 11 экспертов: представители профильных департаментов Минобрнауки РФ (2 чел.), руководители центров дистанционного обучения вузов (3 чел.), психологи, работающие с ветеранами боевых действий (4 чел.), представители ветеранских организаций (2 чел.).

Анализ транскриптов интервью позволил выделить ключевые тематические блоки, раскрывающие специфику образовательной реинтеграции данной категории граждан.

Эксперты единогласно отметили наличие «рамочного» характера действующего законодательства. Федеральный закон № 273-ФЗ «Об образовании в РФ» предусматривает особые условия, однако механизмы их реализации в цифровой среде не детализированы.

Выявлен разрыв между ведомствами: Министерство обороны идентифицирует категорию, а вузы не имеют четких инструкций по предоставлению образовательных сервисов дистанционно.

3.2. Потребности участников СВО

Наиболее востребованы индивидуальный график (81,4%), психологическое сопровождение (74,7%) и возможность обучения без отрыва от реабилитации (72,1%) (табл. 2).

3.3. Концептуальная модель ЦОС

На основе анализа потребностей предложена модель из пяти модулей:

1) Персонализированная навигация (диагностика когнитивного и психологического состояния при входе).

2) Асинхронное обучение (модульные курсы без привязки ко времени).

3) Психологическая поддержка (скрининг состояния и инструменты самопомощи).

4) Валидация неформального образования (признание компетенций, полученных на службе).

5) Социальное взаимодействие (регулируемая анонимность общения).

3.4. Функциональные требования к ЦОС для участников СВО

На основе выявленных барьеров, потребностей и анализа успешных практик были сформулированы функциональные требования к цифровой образовательной среде, обеспечивающей доступность и равенство шансов для участников СВО (табл. 3).

4. Обсуждение

Интерпретация полученных результатов

Полученные результаты подтверждают исходную гипотезу о потенциале ЦОС для компенсации барьеров участников СВО. Высокая потребность в асинхронности и психологической поддержке указывает на необходимость трансформации традиционных образовательных моделей.

Особый интерес представляют данные о высоком запросе на психологическое сопровождение (74,7%). В зарубежной литературе этот феномен описывается как необходимость «травма-информированного» подхода в образовании ветеранов [8]. В отличие от традиционной модели психологической поддержки, которая предполагает обращение к специалисту, в ЦОС возможно встраивание психологических «бамперов» непосредственно в образовательный интерфейс:

– адаптация темпа подачи материала;

– возможность прерывания без потери прогресса;

– элементы самопомощи (дыхательные техники, заземление).

Востребованность валидации неформального образования ставит вопрос о пересмотре традиционных подходов к признанию результатов обучения. В международной практике существует понятие Prior Learning Assessment and Recognition (PLAR) — процедуры признания предшествующего обучения, включая неформальное и информальное [11]. Для участников СВО такая процедура может иметь не только прагматическое значение (сокращение срока обучения), но и психологическое (признание ценности их опыта). Цифровая среда предоставляет удобный инструментарий для реализации PLAR: онлайн-портфолио, автоматизированное тестирование, удаленное собеседование.

Сопоставление с результатами других исследований

Полученные данные согласуются с результатами зарубежных исследований. Так, работа Ackerman и соавторов (2019) показала, что ветераны боевых действий, обучающиеся дистанционно, демонстрируют более высокие показатели удержания и успеваемости по сравнению с обучающимися очно, при условии, что дистанционная программа адаптирована к их особым потребностям [6]. Наше исследование конкретизирует, какие именно аспекты адаптации являются ключевыми: асинхронность, психологическая поддержка, когнитивно-дружественный дизайн.

Исследование E. Umucu и соавторы (2022) выявило, что основными предикторами академического успеха ветеранов являются не столько когнитивные способности, сколько наличие социальной поддержки и самоэффективность [15]. Наши данные дополняют этот вывод: в условиях ЦОС функцию социальной поддержки может частично выполнять чат-бот или анонимный форум, что особенно важно для ветеранов, испытывающих трудности в очной коммуникации.

Сравнение с российскими исследованиями показывает, что проблема образовательной реинтеграции участников боевых действий ранее рассматривалась преимущественно в контексте профессиональной переподготовки и трудоустройства [1], [3], [4]. Цифровой аспект оставался на периферии. Наше исследование восполняет этот пробел, предлагая конкретные механизмы использования ЦОС.

Ограничения выборки: опросом были охвачены участники СВО, находящиеся на реабилитации в медицинских учреждениях и социальных центрах, но в выборку не попали те, кто продолжает службу, находится в зоне проведения СВО или не обращался за государственной поддержкой, поэтому результаты могут не отражать потребности этих категорий. Будущие исследования должны расширить географию и включить более разнородные группы участников.

5. Заключение

Предложенная модель ЦОС может стать основой для разработки пилотных проектов по обеспечению равенства образовательных возможностей участников СВО. Для институционализации модели необходимы дальнейшие исследования и межведомственное взаимодействие.

Таким образом, целенаправленно спроектированная цифровая образовательная среда является эффективным ресурсом обеспечения доступности и равенства шансов в обучении участников СВО. Ее институционализация и развитие должны стать одним из приоритетов государственной политики в сфере образования и социальной защиты.

The additional file for this article can be found as follows: