Актуальность исследования обусловлена ростом неопределенности карьерных траекторий и значимости профессиональной идентичности как психологического ресурса самоопределения. Теоретической основой выступила статусная модель идентичности Дж. Марсиа (диффузия, мораторий, предрешенность, достигнутая идентичность). Цель исследования — выявить особенности смысложизненных ориентаций у работающих взрослых 32–35 лет в зависимости от статуса профессиональной идентичности в карьерно-профессиональной сфере и проверить гипотезу о менее выраженных показателях смысложизненных ориентаций при карьерной диффузии. Выборка составила 150 работающих взрослых, проживающих в г. Казани. Использовались статусное полуструктурированное интервью в логике подхода Дж. Марсиа и тест смысложизненных ориентаций Д. А. Леонтьева. Статистический анализ выполнялся в IBM SPSS Statistics 31.0.2.0 (126) и включал проверку предпосылок, однофакторный ANOVA или Welch ANOVA при неоднородности дисперсий, post-hoc сравнения Tukey HSD/Games-Howell, плановый контраст «диффузия vs остальные статусы», оценку размеров эффекта и контроль множественных сравнений методом Benjamini-Hochberg. Основные результаты показали устойчивые различия между статусами по общему показателю осмысленности жизни, шкалам «Процесс» и «Результат», различия преимущественно обусловлены более низкими значениями при карьерной диффузии. По шкале «Цели» глобальные различия при Welch ANOVA не подтвердились, однако плановый контраст также выявил снижение показателей у респондентов с диффузией. Сделан вывод, что карьерная диффузия ассоциирована со снижением ряда смысложизненных показателей и может рассматриваться как маркер риска недостаточной структурированности жизненных целей и оценок результатов жизни.
1. Введение
Профессиональная идентичность может рассматриваться как психологическая система представлений и обязательств, позволяющая человеку согласовывать профессиональные решения с ценностями, целями и жизненным контекстом. В отечественной традиции проблема профессионального самоопределения и профессионального развития обсуждается в рамках психологии труда и профориентации, что подчеркивает прикладную значимость изучения профессиональной идентичности в условиях изменяющихся требований рынка труда и вариативности карьерных траекторий
[3][4][5]
Для эмпирического анализа идентичности широко используется статусная модель Дж. Марсиа. В ней выделяются четыре статуса, определяемые сочетанием двух критериев: наличие или отсутствие исследования альтернатив и наличие или отсутствие устойчивых обязательств: диффузия, мораторий, предрешенность (преждевременная идентичность, foreclosure) и достигнутая идентичность
[1][2]
Смысл жизни задаёт контекст, в котором человек соотносит профессиональные решения и карьерные переходы с жизненными целями и ценностями.[6][7][12][13][14][15]
Научная новизна работы связана с тем, что взаимосвязь статусов профессиональной идентичности и смысложизненных ориентаций рассматривается на выборке работающих взрослых 32–35 лет. В этом возрасте обычно актуальны не первичный выбор профессии, а удержание и пересмотр карьерных обязательств. Поэтому анализ позволяет уточнить, как карьерная диффузия связана со смысложизненным профилем в ранней взрослости.
2. Методы и принципы исследования
Дизайн исследования — кросс-секционное сравнительное исследование с сопоставлением групп, различающихся по статусу профессиональной идентичности в карьерно-профессиональной сфере в логике статусного подхода Дж. Марсиа
[1][2]
Выборка. В исследовании приняли участие 150 работающих взрослых 32–35 лет (75 мужчин и 75 женщин), проживающих в г. Казани. Критерии включения: возраст 32–35 лет, наличие оплачиваемой занятости на момент участия, добровольное информированное согласие на участие. Критерии исключения: неполное прохождение процедур исследования.
Социально-демографические характеристики выборки: 65% участников имели высшее образование (n=97), 35% — среднее профессиональное (n=53). По семейному положению 88% состояли в зарегистрированном браке (n=132), 7% были в разводе (n=10), 5% не состояли в браке (n=8). В профессиональную структуру вошли госслужащие (n=35), педагоги (n=25), руководители отделов в банковской сфере (n=25), врачи (n=30), менеджеры среднего звена в торговой сфере (n=35).
Процедура сбора данных. Сбор данных проводился в ноябре-декабре 2025 г. Рекрутирование осуществлялось через профессиональные контакты и организации города (удобная выборка). Участники проходили полуструктурированное интервью и заполняли опросник СЖО. Исследование было анонимным: персональные идентификаторы не фиксировались, каждому участнику присваивался технический код.
Инструменты исследования. Статус профессиональной идентичности в карьерно-профессиональной сфере определялся с использованием полуструктурированного интервью в логике подхода Марсиа
[1][1][2]
Смысложизненные ориентации оценивались тестом СЖО Д.А. Леонтьева
[6]
Кодирование статусов профессиональной идентичности выполнял один эксперт, обученный применению критериев статусного подхода
[1][2]
Данные и воспроизводимость. В репозитории представлены анонимизированные данные на уровне участников (итоговые шкальные баллы и кодовые переменные), описание переменных (codebook), описание структуры данных и синтаксис статистической обработки. Пунктовые ответы по методикам не публикуются в целях сохранения анонимности.
Статистический анализ.
Описание методов и статистики подготовлено согласно рекомендациям JARS для количественных исследований в психологии [11][10][9]
3. Основные результаты
Распределение статусов. В карьерно-профессиональной сфере статусы распределились следующим образом: диффузия– n=19 (12,7%), предрешенность – n=37 (24,7%), мораторий — n=17 (11,3%), достигнутая идентичность — n=77 (51,3%). Описательные статистики по шкалам СЖО приведены в табл. 1.
Показатели СЖО (баллы) в группах статусов карьерно-профессиональной идентичности, M (SD)
| Статус | n | ОСЖ | Цели | Процесс | Результат | ЛК-Я / ЛК-жизнь |
| Диффузия | 19 | 88,95 (16,88) | 23,74 (10,22) | 22,95 (8,27) | 18,37 (7,14) | 17,79 / 20,16 |
| Предрешенность (foreclosure) | 37 | 106,24 (15,73) | 29,63 (5,72) | 28,75 (6,64) | 25,63 (5,06) | 22,50 / 22,05 |
| Мораторий | 17 | 118,23 (23,35) | 30,17 (10,18) | 23,37 (8,69) | 23,20 (7,15) | 21,85 / 22,63 |
| Достигнутая идентичность | 77 | 107,01 (14,87) | 30,28 (6,49) | 28,02 (6,28) | 24,81 (5,64) | 20,30 / 22,95 |
Проверка предпосылок. По отдельным шкалам в некоторых подгруппах отмечались отклонения от нормальности по критерию Shapiro-Wilk, что типично при малых объемах групп. Гомогенность дисперсий оценивалась тестом Brown-Forsythe как более устойчивым вариантом Levene при отклонениях от нормальности. При нарушении гомогенности применялась Welch ANOVA, при отсутствии нарушений — стандартная однофакторная ANOVA.
Глобальные различия между четырьмя статусами представлены в табл. 2. По ОСЖ выявлены различия между статусами: F(3, 146)=10,019, p<0,001, η²=0,171. По шкале «Процесс» различия также значимы: F(3, 146)=5,151, p=0,002, η²=0,096. По шкале «Результат» выявлены значимые различия: F(3, 146)=6,903, p<0,001, η²=0,124. По шкале «Цели» при неоднородности дисперсий применялся Welch ANOVA, глобальные различия не подтвердились: FWelch(3, 46,886)=2,284, p=0,091. По шкалам локуса контроля различия не являются устойчивыми после коррекции множественных сравнений.
Глобальные тесты различий между статусами, размеры эффекта и FDR-коррекция
| Показатель | Тест | Статистика | p | η² | Brown-Forsythe p | p_FDR (BH) |
| ОСЖ | ANOVA | F(3, 146)=10,019 | <0,001 | 0,171 | 0,066 | <0,001 |
| Цели | Welch ANOVA | FWelch(3, 46,886)=2,284 | 0,091 | 0,069 | 0,027 | 0,109 |
| Процесс | ANOVA | F(3, 146)=5,151 | 0,002 | 0,096 | 0,788 | 0,004 |
| Результат | ANOVA | F(3, 146)=6,903 | <0,001 | 0,124 | 0,695 | <0,001 |
| ЛК-Я | ANOVA | F(3, 146)=2,705 | 0,048 | 0,053 | 0,317 | 0,071 |
| ЛК-жизнь | ANOVA | F(3, 146)=0,707 | 0,549 | 0,014 | 0,172 | 0,549 |
Post
Ключевые post-hoc сравнения (диффузия vs другие статусы), Tukey HSD
| Показатель | Сравнение | Разность средних | p_adj | 95% ДИ | Значимо |
| ОСЖ | Диффузия vs Предрешенность | 17,294 | 0,0016 | [5,219, 29,368] | да |
| ОСЖ | Диффузия vs Мораторий | 29,286 | <0,001 | [15,004, 43,568] | да |
| ОСЖ | Диффузия vs Достигнутая | 18,067 | 0,0002 | [7,108, 29,026] | да |
| Процесс | Диффузия vs Предрешенность | 5,803 | 0,0309 | [0,379, 11,228] | да |
| Процесс | Диффузия vs Мораторий | -0,425 | 0,9982 | [-6,842, 5,992] | нет |
| Процесс | Диффузия vs Достигнутая | 5,070 | 0,0409 | [0,146, 9,994] | да |
| Результат | Диффузия vs Предрешенность | 7,257 | 0,0002 | [2,809, 11,706] | да |
| Результат | Диффузия vs Мораторий | 4,834 | 0,0840 | [-0,428, 10,097] | нет |
| Результат | Диффузия vs Достигнутая | 6,442 | 0,0003 | [2,405, 10,480] | да |
Для проверки основной гипотезы также выполнено плановое сравнение группы диффузии (n=19) и группы остальных статусов (n=131). Для шкалы «Цели» использовался t-критерий Уэлча в связи с неоднородностью дисперсий, для остальных шкал — t-критерий Стьюдента. Результаты представлены в табл. 4.
Плановый контраст «диффузия vs остальные статусы»
| Показатель | Диффузия M±SD | Остальные M±SD | t(df) | p / p_FDR | d [95% ДИ] |
| ОСЖ | 88,95±16,88 | 108,25±16,73 | -4,695 (148) | <0,001 / <0,001 | -1,153 [-1,651, -0,654] |
| Цели | 23,74±10,22 | 30,08±7,53 | -2,607 (20,93) | 0,016 / 0,025 | -0,803 [-1,293, -0,313] |
| Процесс | 22,95±8,27 | 27,51±7,47 | -2,455 (148) | 0,015 / 0,025 | -0,603 [-1,089, -0,117] |
| Результат | 18,37±7,14 | 24,83±5,90 | -4,343 (148) | <0,001 / <0,001 | -1,066 [-1,563, -0,570] |
| ЛК-Я | 17,79±6,90 | 21,12±6,17 | -2,166 (148) | 0,032 / 0,038 | -0,532 [-1,017, -0,047] |
| ЛК-жизнь | 20,16±7,74 | 22,66±7,59 | -1,338 (148) | 0,183 / 0,183 | -0,329 [-0,811, 0,154] |
Таким образом, карьерная диффузия ассоциирована с более низкими значениями общего показателя осмысленности жизни, показателей целевой направленности, процессуальной насыщенности и результативности жизни. По шкале «Локус контроля — жизнь» различия статистически незначимы, что позволяет предположить относительную устойчивость данного показателя по отношению к статусу профессиональной идентичности в рассматриваемой возрастной группе.
Диффузная идентичность в карьерном домене у взрослых 32–35 лет связана со снижением общей осмысленности жизни, целеполагания и результативности, а также с тенденцией к ослаблению субъективного контроля. Результаты могут быть использованы при разработке программ карьерного консультирования и HR-практик, направленных на укрепление профессиональной идентичности и смысловой регуляции.
Все участники дали информированное согласие, обеспечивались добровольность, анонимность и конфиденциальность.
Полученные данные показывают, что различия между статусами профессиональной идентичности по ряду показателей СЖО преимущественно обусловлены группой карьерной диффузии. При диффузии наблюдаются более низкие значения общей осмысленности жизни, а также более низкие оценки процессуальной насыщенности и результативности жизни. Это согласуется с логикой статусного подхода: при отсутствии устойчивых профессиональных обязательств и при ограниченном исследовании альтернатив затрудняется построение долгосрочных целей и интеграция профессиональных решений в связную картину жизненного пути
[1][2]
Глобальные различия по шкале «Цели» не являются устойчивыми при учете неоднородности дисперсий в модели Welch ANOVA, однако плановый контраст показывает, что карьерная диффузия в данной выборке ассоциирована с более низкими значениями целевой направленности.
Этот результат важен для практики карьерного консультирования: при диффузии ниже выражены целеполагание и оценка жизненных результатов, что может осложнять принятие карьерных решений
Полученные результаты согласуются с эмпирическими данными [12], [13], [14], [15], где показано, что показатели смысла жизни статистически связаны с параметрами профессиональной идентичности и профессионального становления[12], [13], [14], [15]
Практическая значимость результатов состоит в том, что признаки карьерной диффузии могут использоваться как индикатор необходимости более адресной психологической поддержки взрослых 32-35 лет в рамках карьерного консультирования и сопровождения профессионального самоопределения. В качестве ключевых направлений психологической помощи можно рассматривать прояснение профессиональных целей, структурирование альтернатив, анализ уже принятых карьерных решений и формирование реалистичных, но устойчивых обязательств.
Ограничения исследования связаны с кросс-секционным дизайном, который не позволяет делать причинные выводы, использованием удобной выборки одного города и отсутствием в настоящей работе ряда контрольных организационных переменных (стаж, должностной уровень, доход). Дополнительным ограничением является кодирование статусов одним экспертом без проверки межэкспертной согласованности.
В дальнейшем целесообразно использовать продольный дизайн, расширять набор контрольных переменных и проверять устойчивость результатов в разных профессиональных группах, а также включать процедуры оценки надежности кодирования статусов профессиональной идентичности.
4. Заключение
Исследование показало, что у работающих взрослых 32–35 лет статус профессиональной идентичности в карьерно-профессиональной сфере связан с особенностями смысложизненных ориентаций. Наиболее устойчивые различия обнаружены при карьерной диффузии: она ассоциирована с более низкими значениями общей осмысленности жизни, а также с более низкими оценками процессуальной насыщенности и результативности жизни.
Различия между предрешенностью, мораторием и достигнутой идентичностью выражены слабее, что может отражать относительную стабилизацию смысложизненных показателей в этой возрастной группе при наличии хотя бы минимальных профессиональных обязательств. Карьерная диффузия может рассматриваться как маркер риска недостаточной структурированности жизненных целей и оценок результатов жизни, что делает ее значимым объектом психологической диагностики и сопровождения.
The additional file for this article can be found as follows:
Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI: