В статье раскрывается тенденция соотношения в правовой доктрине таких категорий, как правовая реальность и правовая действительность. Значительным шагом в рамках рассматриваемой проблематики стал отказ от отождествления данных категорий. Правовая реальность рассматривается в отечественной доктрине как явление одновременно объективное и субъективное, включающее в себя, в том числе, представления человека о действии права, его сущности, перспективах и тенденциях развития. В рамках постнеклассической философии права можно сказать, что правовая реальность представляет собой субъективно-объективное явление. Ключевую роль в развитии правовой реальности играют правовые понятие, категории и концепты, отражающие общелогические размышления о действительности.
1. Введение
Сегодня юридической наукой не выработано единого подхода к определению и соотношению таких категорий как правовая реальность и правовая действительность. Анализ работ отечественных теоретиков позволяет лишь определить некоторые сущностные черты правовой реальности. Принято рассматривать правовую реальность как диалектику правовых явлений объективной правовой реальности и явлений субъективной правовой реальности. Она выходит за рамки правовой действительности, предполагающей совокупность правовых установок, определяющих основные пути развития ключевых социальных отношений. Если правовая действительность определяется через критерий деятельности, то есть действительностью является всё что действует, то реальность помимо этого включает в себя субъективные представления человека об объектах действительности [6].
2. Методология исследования
Основной методологический инструментарий работы составили всеобщие методы познания такие как метафизика и диалектика, применяемые в рамках исследования в целях выявления сущностных характеристик правовой реальности и её соотношения с правовой действительностью соответственно. Вместе с тем, применение общенаучных методов было дополнено результатами междисциплинарной методологии следующим образом. Методологический потенциал анализа был усилен результатами феноменологической дескрипции в части интерсубъективной оценки закономерностей описания опыта восприятия правовой реальности различными исследователями, что также способствует выявлению общей динамики формования доктринального концепта исследуемого явления. Вместе с этим, применен метод феноменологической редукции в целях выявления «чистой сущности» правовой реальности в отечественной юридической доктрине первой четверти XXI века.
3. Основная часть
В современной правовой мысли, складывающейся на рубеже ХХ и ХХI веков, получила большее обоснование концепция, согласно которой правовая действительность рассматривается как специфическое проявление правовой реальности. Большинство исследований в этой области начинаются с трудов по философии права В. С. Юрчука, который определяет реальность как совокупность существовавшего, существующего и могущего существовать во всех сферах природы и общества
[10][10, С. 76][5, С. 615]
Данный подход позволяет определить идеальный, но не материальный характер реальности. В связи с чем С. Л. Слободнюк пишет, что правовая реальность сочетает в себе два взаимосвязанных и взаимообуславливающих компонента: субъективный и объективный. Она включает в себя совокупность материальных и идеальных образований, воспроизводимых человеком
[8, С. 345][5, С. 295]
Исследования вышеуказанных авторов подчеркивают неоднородность рассматриваемого концепта. Правовая реальность не ограничивается системой права и развивающимися правоотношениями. Она, очевидно, включает субъективный аспект, выраженный в первую очередь в восприятии юридических явлений, процессов, фактов. В частности, В. В. Булгаков, интерпретируя труды И. В. Черниковой
[9, С. 80][1, С. 9][1, С. 9]
В то же время преобразование правовой реальности в правовую действительность осуществляется в результате постоянной диалектической динамики между нормативной (идеальной) структурой права и реальной жизнью общества. Взаимодействие этих уровней протекает в процессе правореализации, в ходе которого правовые нормы переходят из идеальной плоскости в сферу повседневного и прикладного. Если нормативные предписания не отвечают требованиям жизненной практики, право теряет свою действенность. Иными словами, правовой действительностью становятся те правовые предписания, содержащиеся в правовой реальности, которые находят воплощение в деятельности субъектов права, оказывают определяющее воздействие на поведение людей, трансформируя социальные отношения в правоотношения.
Учитывая названные тенденции, уместным видится обратиться к философской концепции действительности Г. В. Ф. Гегеля, который определял существенность действительности в том, что она обнаруживается в непосредственном внешнем существовании
[3, С. 313]
Данная сущностная характеристика действительности находит отражение в трудах И. Канта, формируя принцип потенциального развития существующей действительности. В «Критике чистого разума» Кант определяет важный для развития реальности (в том числе правовой) принцип
[4, С. 58]
4. Заключение
Правовая реальность обладает внутренним потенциалом к тому, чтобы все её элементы приобретали характер сущей правовой действительности. Этот процесс объективен и обусловлен природой самой правовой системы: достижение целей правового регулирования и эффективное функционирование права возможны лишь при максимальном сближении правовой реальности с правовой действительностью.
При формировании правовой реальности применяются новые методические приемы, заключающиеся в добавлении к старым дефинициям нового концепта, несущего смысловую нагрузку, соответствующую современным социально-экономическим и политическим вызовам. При этом синтетическое определение обычно имеет более расширенное значение, чем первоначальное базовое понятие. Наиболее показательна в этом ключе практика нормативного регулирования системы социальных отношений, развивающихся в новой форме посредством применения цифровых технологий, именуемой в большинстве нормативных правовых актов киберпространством. Например «цифровые права» в статье 141.1 Гражданского Кодекса РФ, либо «цифровая валюта» в п. 3 статьи 1 ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», либо «цифровой рубль» в 339-ФЗ от 24.07.2023. Именно поэтому ключевую роль в развитии правовой реальности играют правовые понятие, категории и концепты, отражающие общелогические размышления о действительности (объективной реальности). Познание правовой реальности через толкование понятий, выраженное в правовом суждении применительно к правовой действительности, формирует правовые категории. Они, в свою очередь, образуют понятийно-категориальный аппарат, посредством которого возможна дальнейшая интерпретация действительности и развитие правовой реальности. Выявленная закономерность подкрепляет актуальность и значимость понятийно-категориального аппарата юридической науки, в том числе для развития практики.
В связи с этим, определяя проблему соотношении правовой реальности и правовой действительности, можно утверждать, что их корреляция не может быть сведена к элементарному разделению на целое и часть. Целесообразно определить, что рассматриваемые категории соотносятся как субъективное и объективное. Однако это вовсе не означает, что субъективные мировоззренческие концепции должны противоречить действительности. Сущность правовой реальности заключается не в противопоставлении её правовой действительности, но обобщении и анализе, интенции и интерпретации, толковании и развитии последней.
The additional file for this article can be found as follows:
Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI: