<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
    <!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM/DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.2 20120330//EN" "http://jats.nlm.nih.gov/publishing/1.2/JATS-journalpublishing1.dtd">
    <!--<?xml-stylesheet type="text/xsl" href="article.xsl">-->
<article xmlns:ns0="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" article-type="research-article" dtd-version="1.2" xml:lang="en">
	<front>
		<journal-meta>
			<journal-id journal-id-type="issn">2303-9868</journal-id>
			<journal-id journal-id-type="eissn">2227-6017</journal-id>
			<journal-title-group>
				<journal-title>Международный научно-исследовательский журнал</journal-title>
			</journal-title-group>
			<issn pub-type="epub">2303-9868</issn>
			<publisher>
				<publisher-name>ООО Цифра</publisher-name>
			</publisher>
		</journal-meta>
		<article-meta>
			<article-id pub-id-type="doi">10.60797/IRJ.2025.162.114</article-id>
			<article-categories>
				<subj-group>
					<subject>Brief communication</subject>
				</subj-group>
			</article-categories>
			<title-group>
				<article-title>О НЕКОТОРЫХ ИЗМЕНЕНИЯХ В СИСТЕМЕ КЛИМАТ-ЛЕДНИКИ-ВОДОТОКИ</article-title>
			</title-group>
			<contrib-group>
				<contrib contrib-type="author" corresp="yes">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-5132-1563</contrib-id>
					<contrib-id contrib-id-type="rinc">https://elibrary.ru/author_profile.asp?id=706250</contrib-id>
					<contrib-id contrib-id-type="rid">https://publons.com/researcher/K-4261-2015</contrib-id>
					<name>
						<surname>Кешева</surname>
						<given-names>Лара Асировна</given-names>
					</name>
					<email>kesheva.lara@yandex.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-3">3</xref>
				</contrib>
				<contrib contrib-type="author">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-1135-3587</contrib-id>
					<contrib-id contrib-id-type="rinc">https://elibrary.ru/author_profile.asp?id=540245</contrib-id>
					<contrib-id contrib-id-type="rid">https://publons.com/researcher/K-4312-2015</contrib-id>
					<name>
						<surname>Теунова</surname>
						<given-names>Наталия Вячеславовна</given-names>
					</name>
					<email>nata0770@yandex.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-1">1</xref>
				</contrib>
				<contrib contrib-type="author">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-2368-6047</contrib-id>
					<name>
						<surname>Ташилова</surname>
						<given-names>Алла Амарбиевна</given-names>
					</name>
					<email>tashilovaa@mail.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-2">2</xref>
				</contrib>
			</contrib-group>
			<aff id="aff-1">
				<label>1</label>
				<institution>Высокогорный гефизический институт</institution>
			</aff>
			<aff id="aff-2">
				<label>2</label>
				<institution>Высокогорный геофизический институт</institution>
			</aff>
			<aff id="aff-3">
				<label>3</label>
				<institution>Высокогорный геофизичекий институт</institution>
			</aff>
			<pub-date publication-format="electronic" date-type="pub" iso-8601-date="2025-12-17">
				<day>17</day>
				<month>12</month>
				<year>2025</year>
			</pub-date>
			<pub-date pub-type="collection">
				<year>2025</year>
			</pub-date>
			<volume>10</volume>
			<issue>162</issue>
			<fpage>1</fpage>
			<lpage>10</lpage>
			<history>
				<date date-type="received" iso-8601-date="2025-09-24">
					<day>24</day>
					<month>09</month>
					<year>2025</year>
				</date>
				<date date-type="accepted" iso-8601-date="2025-12-10">
					<day>10</day>
					<month>12</month>
					<year>2025</year>
				</date>
			</history>
			<permissions>
				<copyright-statement>Copyright: &amp;#x00A9; 2022 The Author(s)</copyright-statement>
				<copyright-year>2022</copyright-year>
				<license license-type="open-access" xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">
					<license-p>
						This is an open-access article distributed under the terms of the Creative Commons Attribution 4.0 International License (CC-BY 4.0), which permits unrestricted use, distribution, and reproduction in any medium, provided the original author and source are credited. See 
						<uri xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/</uri>
					</license-p>
					.
				</license>
			</permissions>
			<self-uri xlink:href="https://research-journal.org/archive/12-162-2025-december/10.60797/IRJ.2025.162.114"/>
			<abstract>
				<p>В данной статье приведены результаты исследования температурного режима и режима осадков в высокогорной зоне Северного Кавказа (м/станция Терскол) за период 1961–2024 гг. и за последние 20 лет. Получено, что в 1961–2024 гг. статистически значимый рост температуры имел место в летний период (0,34°С/10 лет, D=45%). С начала 2000-х годов наряду с летними температурами наблюдался рост зимних (0,9°С/год) и весенних (0,7°С/10 лет) температур и вследствие чего сформировался статистически значимый рост среднегодовой температуры (0,2°С/10 лет).За период 1961–2024 гг. по данным м/станции Терскол тренды в зимних суммах осадков отсутствовали, весенние и осенние суммы осадков незначительно увеличивались, а летние уменьшились. С начала 2000-х гг. на фоне значимого роста сезонных температур изменение суммы осадков как сезонных (в том числе зимних), так и годовых, имели отрицательные статистически незначимые тенденции.Сложившийся термический режим и режим осадков в последние десятилетия явился одним из основных факторов, приводящих к таянию ледников и изменению объема речного стока и концентрации загрязняющих веществ в поверхностных водах. Оценка загрязнения постоянных и временных водотоков показала превышение предельно допустимых концентраций (ПДК) по показателю химического потребления кислорода (ХПК) в 1,2–5,9 раз.</p>
			</abstract>
			<kwd-group>
				<kwd>Терскол</kwd>
				<kwd> температурный режим</kwd>
				<kwd> режим осадков</kwd>
				<kwd> таяние ледников</kwd>
				<kwd> поверхностные воды</kwd>
				<kwd> концентрация загрязняющих веществ</kwd>
			</kwd-group>
		</article-meta>
	</front>
	<body>
		<sec>
			<title>HTML-content</title>
			<p>1. Введение</p>
			<p>Исследования, проводимые во всем мире, показали, что ледники стремительно сокращаются и это связано с глобальным потеплением.</p>
			<p>В специальном Докладе МГЭИК отмечается, что «по прогнозам, потеря массы ледников в глобальном масштабе, таяние вечной мерзлоты и сокращение снежного покрова и площади арктического морского льда продолжатся в ближайшей перспективе (2031–2050 гг.) из-за повышения температуры приземного воздуха (высокая степень достоверности) с неизбежными последствиями для речного стока» [1].</p>
			<p>На основе комплексного изучения ледниковых систем было определено, что ледники являются «высокочувствительными» индикаторами климата, когда даже незначительные изменения климатических параметров могут вызвать существенные изменения их балансов [2], [3], [4], [5]. Ледники чувствительны к колебаниям температуры и осадков. В ответ на продолжающееся потепление атмосферы ледники отступают в большинстве регионов мира [6], [7]. Известно, что на Кавказе общая площадь ледников сократилась на 23% за последние 20 лет [8]. По данным предыдущих исследований нами было показано, что за последние 20 лет усилился рост не только летних, но и зимних и весенних температур на фоне незначительного снижения количества осадков, что приводит к таянию ледников в высокогорной зоне Северного Кавказа [9].</p>
			<p>В [1] прогнозируется, что регионы с преимущественно более мелкими ледниками (в том числе Кавказ) потеряют более 80% своей нынешней ледяной массы к 2100 г. в соответствии с жестким сценарием роста температуры RPC8.5 (средний уровень достоверности).</p>
			<p>Глобальное потепление, вызывающее таяние ледников, приводит к усилению эрозии почвы на водосборных территориях. Это может привести к вымыванию и смыву органического материала в реки и водостоки, увеличивая содержание органики в воде. Исследование изменения климата и загрязнения окружающей среды, является одной из важнейших задач современной науки.</p>
			<p>В связи с этим особый интерес представляет изучение современного изменения климата в высокогорной зоне и его влияния на процессы, приводящие к таянию ледников и как следствие загрязнению водотока.</p>
			<p>2. Методы и принципы исследования</p>
			<p>Анализ наблюдаемых изменений регионального климата, в частности климата Кавказского региона, является важной составляющей для понимания происходящих изменений в горных экосистемах. Во многих исследованиях по ледникам Кавказа сделаны выводы о влиянии роста средних летних температур на сокращение размеров оледенения [10], [11], [12], [13]. Ускорение темпов и масштабов деградации ледников на фоне изменения климата приводит к тому, что проблема деградации ледников и управления водными ресурсами с каждым годом становится острее.</p>
			<p>В работе [10] приводятся данные о том, что за последние 30 лет произошло катастрофическое сокращение площади оледенения в горах Большого Кавказа, причем его значения достигли 0,69% в год. Показано, что в течение летнего сезона в регионе в целом наблюдается статистически значимое потепление. Никаких статистически значимых изменений в режиме выпадения осадков обнаружено не было, в результате сезонные и годовые объемы осадков существенно не меняются. Такие последствия, возможно, являются следствием глобального процесса расширения тропиков, что, по-видимому, является причиной интенсивного сокращения площади оледенения на Северном Кавказе.</p>
			<p>По данным авторов [11], в летние сезоны 1961-2020 гг. средние температуры имели статистически значимый положительный тренд (a1=0,31°С/10 лет, D1=37%), при этом с начала текущего столетия изменение термического режима исследуемого района происходило за счет значительного роста средних зимних, весенних, летних температур и незначительного снижения зимних сумм осадков. В период 2006–2020 гг. к значимому росту летних температур добавился статистически значимый рост абсолютных максимумов всех сезонных температур, в отличие от сумм и суточных максимумов осадков, снижение которых в зимний сезон статистически незначимы. Такой сложившийся термический режим и режим осадков в последние десятилетия явился основной составляющей из факторов, приводящих к сокращению площади ледников.</p>
			<p>В работах </p>
			<p>[12][13]</p>
			<p>Из работ [10], [14], [15] видно, что в результате мониторинга высокогорной зоны Центрального Кавказа на основе разновременных космоснимков Sentinel-2 выявлено пятикратное ускорение темпов деградации ледников Эльбруса в 2015-2020 гг. по сравнению с периодом 1957–1997 гг. В 2023 г. отмечено сохранение высоких темпов деградации ледников Эльбруса и других ледников Кавказа. По данным космоснимков Sentinel-2 площадь по периметру ледников Эльбруса в 2023 гг. составила 104,36 км2. В 2022 г. площадь единого массива ледников Эльбруса составляла 105,63 км2. Высокие темпы деградации ледников Эльбруса сохранились и составляют за последний год — 1,27 км2 в год.</p>
			<p>В Специальном отчете МГЭИК об океане и криосфере в условиях меняющегося климата [1] отмечается, что, скорее всего, атмосферное потепление является основной движущей силой глобального отступления ледников. Было подсчитано, что антропогенная доля потери массы всех горных ледников увеличилась с 25 ± 35% в период 1851-2010 гг. до 69 ± 24% в период 1991–2010 гг.</p>
			<p> В данной работе для определения климатических характеристик (сезонные температуры, осадки), влияющих на изменение массово-балансовых характеристик ледника Терскол в качестве основного источника информации использовались ряды наблюдений на метеостанции Терскол, расположенной на высоте 2144 м н.у.м., в Приэльбрусье между склоном горы Чегет и Терскольским ущельем.</p>
			<p>На основе первичных наблюдений был проведен анализ температур и осадков с использованием методов математической статистики за весь период наблюдений 1961-2024 гг. Тренды рассчитывались известным методом наименьших квадратов. Угловой коэффициент уравнения линейного тренда является характеристикой средней скорости изменения климатической переменной на рассматриваемом отрезке времени и выражается в °С/10 лет для температуры и мм/10 лет для осадков. Сила тренда оценивалась параметром D (%) — вкладом тренда в объясненную дисперсию.</p>
			<p>Поскольку глобальное потепление, вызывающее таяние ледниковможет менять объем речного стока, что оказывает влияние на концентрацию загрязняющих веществ в водотоках, то был проведен анализ поверхностных вод на содержание в них загрязняющих веществ.</p>
			<p>Работы[16], [17], [18] посвящены анализу концентрации загрязняющих веществ р. Баксан, которая берет свое начало со склонов Эльбруса посвящено, но в них приводятся результаты исследования загрязнения реки в районе Тырныаузского вольфрамо-молибденового комбината. Результаты исследования поверхностных вод верховьев реки Баксан и ледников Приэльбрусья приведены в работах [19], [20], [21].</p>
			<p>В работе [19] исследование поверхностных вод в верховьях р. Баксан показало превышение ПДК по  в.</p>
			<p>В работе [20] получено, что концентрации тяжелых металлов в пробах снежной толщи и речных вод, формирующихся при таянии ледников, южного сектора Эльбруса, преимущественно на один-два порядка ниже их предельно-допустимой концентрации для водсанитарно-бытового назначения.</p>
			<p>По результатам исследования концентрации тяжелых металлов в сезонных слоях ледника Гарабаши на южном склоне Эльбруса в [21] получено, что концентрации тяжелых металлов (Cr, Ni, Mn, Zn), за исключением выявленных природных аномалий содержания Pb (230 мкг/л), преимущественно не превышают ПДК, но в некоторых случаях наблюдается повышенное содержание тяжелых металлов, что может быть обусловлено литологическим составом горных пород, для которого характерно наличие площадных геохимических аномалий мышьяка и локальных геохимических аномалий цинка и свинца. Сравнение содержания тяжелых металлов в весенних и летних пробах выявило, что в снежной толще весеннего пробоотбора концентрации тяжелых металлов иногда выше, чем в летних.</p>
			<p>В нашей работе было проведено исследование поверхностных вод не только на содержание в них тяжелых металлов, но также на биологическое загрязнение</p>
			<p>Для анализа поверхностных вод на химическое загрязнение отбор проб производился вручную с помощью батометра, изготовленного из материала, не загрязняющего пробу. Пробы воды отбирались в полиэтиленовые химически чистые флаконы с плотно закрывающимися пробками и транспортировались в сумке-холодильнике. Отбор, транспортировка и хранение проб производились в соответствии с ГОСТ 31861-2012 [22].</p>
			<p>Анализ проб проводился в аккредитованной испытательной лаборатории ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Кабардино-Балкарской республике». Оценка уровня химического загрязнения поверхностных вод проводилась согласно ГН 2.1.5.2280-07 [23].</p>
			<p>3. Основные результаты</p>
			<p>Методами математической статистики получены результаты, характеризующие изменения температуры и осадков за период 1961–2024 гг.: осредненные температуры и осадки, климатические нормы (1991–2020 гг., базовый период), экстремальные значения, скорость изменения метеопараметров (табл. 1).</p>
			<table-wrap id="T1">
				<label>Table 1</label>
				<caption>
					<p>Сводные характеристики изменения температуры и осадков по данным м/станции Терскол, 1961-2024 гг.</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>№</td>
						<td>Статистики 1961-2024гг.</td>
						<td>Зима</td>
						<td>Весна</td>
						<td>Лето</td>
						<td>Осень</td>
						<td>Год</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Температура</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>1</td>
						<td>),°С</td>
						<td>-6,5(1,5)</td>
						<td>1,9(1,0)</td>
						<td>11,6(0,9)</td>
						<td>3,7(1,0)</td>
						<td>2,7(0,7)</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2</td>
						<td>Норма (1991-2020 гг., базовый период)</td>
						<td>-6,6</td>
						<td>1,9</td>
						<td>12,0</td>
						<td>3,6</td>
						<td>2,7</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>3</td>
						<td>Средняя аномалия (1961-2024 гг.)</td>
						<td>0,2</td>
						<td>0,0</td>
						<td>-0,4</td>
						<td>0,1</td>
						<td>0,0</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>4</td>
						<td> </td>
						<td>2008 г.</td>
						<td>-</td>
						<td>-</td>
						<td>2011 г.</td>
						<td> </td>
					</tr>
					<tr>
						<td>5</td>
						<td>С/10 лет</td>
						<td>0,03</td>
						<td>0,09</td>
						<td>0,34</td>
						<td>0,03</td>
						<td>0,12</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>6</td>
						<td>(%)**</td>
						<td>0,6</td>
						<td>4,0</td>
						<td>45,0</td>
						<td>0,4</td>
						<td>11,0</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Сумма осадков</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>7</td>
						<td>), мм</td>
						<td>160 (84)</td>
						<td>256 (82)</td>
						<td>294 (67)</td>
						<td>255 (92)</td>
						<td>965 (173)</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>8</td>
						<td>Норма (1991-2020 гг., базовый период)</td>
						<td>159</td>
						<td>270</td>
						<td>297</td>
						<td>269</td>
						<td>993</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>9</td>
						<td>Средняя аномалия (1961-2024 гг.)</td>
						<td>1,6</td>
						<td>-13,7</td>
						<td>-3,2</td>
						<td>-17,0</td>
						<td>-35,0</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>10</td>
						<td> </td>
						<td>1987г.</td>
						<td>2021г.</td>
						<td>1967 г.</td>
						<td>1992 г.</td>
						<td>1987 г.</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>11</td>
						<td>мм/мес/10лет</td>
						<td>0,37</td>
						<td>9,7</td>
						<td>-6,8</td>
						<td>5,5</td>
						<td>3,3</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>12</td>
						<td>(%)**</td>
						<td>0,0</td>
						<td>5,0</td>
						<td>3,5</td>
						<td>1,0</td>
						<td>0,1</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>Среднегодовая температура Терскола за 1961-2024 гг. была равна климатической норме и составила 2,7°С. В этот же период оставалась практически постоянной скорость изменения температуры в зимний (а=0,03°С/10 лет), весенний (а=0,09°С/10 лет) и осенний (а=0,03°С/10 лет) сезоны. В отличие от этих сезонов, скорость роста летних температур за период 1961–2024 гг. составила 0,34°С/10 лет (D=45%), в году в целом скорость роста составила 0,12°С/10 лет при D=11% (рис. 1).</p>
			<fig id="F1">
				<label>Figure 1</label>
				<caption>
					<p>Графики средней температуры в Терсколе в 1961-2024 гг. и 2001-2024 гг. с трендами</p>
				</caption>
				<alt-text>Графики средней температуры в Терсколе в 1961-2024 гг. и 2001-2024 гг. с трендами</alt-text>
				<graphic ns0:href="/media/images/2025-09-24/5d4231dc-bb26-422f-8037-8f87043b2a94.jpg"/>
			</fig>
			<p>С начала 2000-х годов по настоящее время в летних температурах преобладают положительные аномалии (рис. 2), максимальные из них (+1,5°С) наблюдались в 2006 и в 2010 гг., что было вызвано преобладанием антициклональной погоды в это время. Такая аномалия превысила межгодовую изменчивость летней температуры (σ =0,86°С) более чем в три раза, что реализуется при вероятности р=0,13% наступления события. В 2024 году имело место превышение температур летом на +1,0°С (σ=0,8°С), что незначительно превысило межгодовую изменчивость.</p>
			<fig id="F2">
				<label>Figure 2</label>
				<caption>
					<p>Аномалии средних летних температур с линейными трендом относительно нормы (1991-2020 гг.), м/станция Терскол, 1961-2024 гг.</p>
				</caption>
				<alt-text>Аномалии средних летних температур с линейными трендом относительно нормы (1991-2020 гг.), м/станция Терскол, 1961-2024 гг.</alt-text>
				<graphic ns0:href="/media/images/2025-09-24/d7bb5936-1153-4ce9-bd5b-884f7882cb21.jpg"/>
			</fig>
			<p>Последние два десятилетия (2001-2024 гг.) отличаются усиленным таянием ледников Кавказа [15], [24], наряду с летними температурами имел место рост на статистически значимом уровне (5%-ный) зимних (а=0,9°С/10 лет, D=15%) и весенних (а=0,7°С/10 лет, D=20%) температур (рисунок 2). Такой сезонный рост температур сформировал статистически значимый рост среднегодовой температуры на м/станции Терскол в последние 20 лет (а=0,2°С/10 лет, D=20%) (рис. 1).</p>
			<p>Кроме заметного изменения средних температур по нашим данным за последние годы (2006-2024 гг.) имел место статистически значимый рост абсолютных максимумов всех сезонных температур: зимних на 0,69°С/год (D=69%), весенних на 0,45°С/год (D=40%); летних на 0,43°С/год (D=39%); осенних на 0,59°С/год (D=60%), что также способствовало усиленному таянию ледников.</p>
			<p>Для высокогорной м/станции Терскол характерно большое количество годовых сумм осадков, среднее значение которых за период 1961–2024 гг. составило 969,9 мм/год. За этот же период тренды в зимних суммах осадков отсутствовали, весенние и осенние суммы осадков незначительно увеличивались, а летние уменьшились.</p>
			<p>Поскольку в сезон аккумуляции для формирования ледяных масс необходимы осадки в зимний сезон, то для анализа из суммарных осадков выделен ряд с осадками в зимние месяцы (рис. 3). </p>
			<fig id="F3">
				<label>Figure 3</label>
				<caption>
					<p>Сумма осадков в зимний сезон (декабрь-февраль) с трендом за 1961-2024 гг. на метеостанции Терскол</p>
				</caption>
				<alt-text>Сумма осадков в зимний сезон (декабрь-февраль) с трендом за 1961-2024 гг. на метеостанции Терскол</alt-text>
				<graphic ns0:href="/media/images/2025-09-24/1372c002-b9ad-4eb4-802c-b621a7e12f68.jpg"/>
			</fig>
			<p>Из рисунка 3 видно, что тенденция зимних осадков имеет слабо положительную направленность, при этом 5-летнее скользящее среднее демонстрирует периоды увеличения и снижения зимних осадков примерно одной продолжительности до середины 90-х годов 20-го столетия.</p>
			<p> С начала 2000-х гг. на фоне значимого роста сезонных температур изменение суммы осадков как сезонных (в том числе зимних), так и годовых, имели отрицательные тенденции, все тенденции статистически незначимые.</p>
			<p>Одним из основных факторов, приводящих к усиленному таянию ледников и уменьшению их площади, является сложившийся термический режим и режим осадков в последние десятилетия, а именно: рост летней температуры воздуха на статистически значимом уровне за последние 60 лет в высокогорной зоне Кавказа, а также ускорение роста зимней и весенней температуры на статистически значимом уровне за последние десятилетия (2001-2024 гг.) на фоне слабо меняющихся осадков во все сезоны и в году в целом.</p>
			<p>Таяние ледников может менять объем речного стока, что влияет на концентрацию загрязняющих веществ. В зависимости от ситуации, вода может либо разбавлять существующие загрязнения, либо, наоборот, приводить к увеличению их концентрации на определенных участках.</p>
			<p>Для оценки загрязнения постоянных и временных водотоков на южном склоне горы Эльбрус, где протекает р. Гарабаши, а также многочисленные ручьи (временные водотоки), которые берут свое начало у ледника и стекают со склонов, был проведен отбор проб поверхностной воды для проведения лабораторных исследований. Отбор проб проводился в июле 2023 года.</p>
			<p>Результаты лабораторных исследований проб поверхностной воды приведены в таблице 2.</p>
			<table-wrap id="T2">
				<label>Table 2</label>
				<caption>
					<p>Концентрация загрязняющих веществ в пробах поверхностных вод</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>№ п/п</td>
						<td>Определяемые показатели</td>
						<td>Единицы измерения</td>
						<td>ПДК</td>
						<td>Содержание в пробе №1</td>
						<td>Содержание в пробе №2</td>
						<td>Содержание в пробе №3</td>
						<td>в пробе №4</td>
						<td>Превышение ПДК</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>1</td>
						<td>Сульфаты</td>
						<td>3</td>
						<td>500</td>
						<td>28,90±2,89</td>
						<td>7,2±0,72</td>
						<td>4,60±0,92</td>
						<td>4,6±0,92</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2</td>
						<td>рН</td>
						<td>ед. рН</td>
						<td>от 6 до 9</td>
						<td>6,82±0,2</td>
						<td>7,2±0,2</td>
						<td>6,1±0,2</td>
						<td>6,6±0,2</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>3</td>
						<td>БПК5</td>
						<td>3</td>
						<td>4</td>
						<td>0,700±0,098</td>
						<td>1,2±0,168</td>
						<td>1,400±0,196</td>
						<td>0,50±0,07</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>4</td>
						<td>Общая минерализация (сухой остаток)</td>
						<td>3</td>
						<td>-</td>
						<td>140,0±26,6</td>
						<td>110±20,9</td>
						<td>130,0±24,7</td>
						<td>140±26,6</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>5</td>
						<td>ХПК (химическое потребление кислорода)</td>
						<td>3</td>
						<td>30</td>
						<td>23,20± 6,96</td>
						<td>93,2 ±27,92</td>
						<td>177,3± 53,19</td>
						<td>36,6±10,98</td>
						<td>да</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>6</td>
						<td>Нефтепродукты (суммарно)</td>
						<td>3</td>
						<td> 0,1</td>
						<td>&lt; 0,005</td>
						<td>&lt; 0,005</td>
						<td>&lt; 0,005</td>
						<td>&lt; 0,005</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>7</td>
						<td>Аммиак</td>
						<td>3</td>
						<td>1,5</td>
						<td>&lt; 0,5</td>
						<td>&lt; 0,5</td>
						<td>&lt; 0,5</td>
						<td>&lt; 0,5</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>8</td>
						<td>(по NO3)</td>
						<td>3</td>
						<td>45</td>
						<td>&lt; 0,5</td>
						<td>1,0±0,2</td>
						<td>0,5±0,1</td>
						<td>0,6±0,12</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>9</td>
						<td>Хлориды</td>
						<td>3</td>
						<td>350</td>
						<td>23,0±2,3</td>
						<td>2,1±0,504</td>
						<td>3,100± 0,744</td>
						<td>3,0±0,72</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>10</td>
						<td>ПАВ анионоактивные</td>
						<td>3</td>
						<td>0,5</td>
						<td>&lt; 0,01</td>
						<td>&lt; 0,01</td>
						<td>&lt; 0,01</td>
						<td>&lt; 0,01</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>11</td>
						<td>Фториды</td>
						<td>3</td>
						<td>1,2</td>
						<td>0,22±0,0396</td>
						<td>&lt; 0,5</td>
						<td>&lt; 0,5</td>
						<td>0,12±0,0216</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>12</td>
						<td>Кальций</td>
						<td>3</td>
						<td>-</td>
						<td>20,60±2,06</td>
						<td>17,8±1,78</td>
						<td>5,300±0,742</td>
						<td>26,1±2,61</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>13</td>
						<td>Марганец</td>
						<td>3</td>
						<td>0,1</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>14</td>
						<td>Молибден</td>
						<td>3</td>
						<td>0,07</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>15</td>
						<td>Никель</td>
						<td>3</td>
						<td>0,1</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>16</td>
						<td>Хром (6+)</td>
						<td>3</td>
						<td> 0,05</td>
						<td>0,004±0,0016</td>
						<td>0,004±0,0016</td>
						<td>0,002±0,0008</td>
						<td>0,002±0,0008</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>17</td>
						<td>Свинец</td>
						<td>3</td>
						<td>0,01</td>
						<td>&lt; 0,0001</td>
						<td>&lt; 0,0001</td>
						<td>&lt; 0,0001</td>
						<td>&lt; 0,0001</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>18</td>
						<td>Мышьяк</td>
						<td>3</td>
						<td>0,01</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>&lt; 0,001</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>19</td>
						<td>Кадмий</td>
						<td>3</td>
						<td>0,001</td>
						<td>&lt; 0,0001</td>
						<td>&lt; 0,0001</td>
						<td>&lt; 0,0001</td>
						<td>&lt; 0,0001</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>20</td>
						<td>Ртуть</td>
						<td>3</td>
						<td>0,0005</td>
						<td>&lt; 0,00005</td>
						<td>&lt; 0,00005</td>
						<td>&lt; 0,00005</td>
						<td>&lt; 0,00005</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>21</td>
						<td>Медь</td>
						<td>3</td>
						<td>1</td>
						<td>&lt; 0,0005</td>
						<td>&lt; 0,0005</td>
						<td>0,00235±0,00094</td>
						<td>&lt; 0,0005</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>22</td>
						<td>Цинк</td>
						<td>3</td>
						<td>5</td>
						<td>&lt; 0,0005</td>
						<td>&lt; 0,0005</td>
						<td>0,009430±0,002829</td>
						<td>&lt; 0,0005</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>23</td>
						<td>Железо</td>
						<td>3</td>
						<td>0,3</td>
						<td>&lt; 0,05</td>
						<td>&lt; 0,05</td>
						<td>&lt; 0,05</td>
						<td>&lt; 0,05</td>
						<td>нет</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>Из таблицы 2 видно, что по результатам количественного химического анализа поверхностных вод выявлено единственное превышение допустимых нормативов в трех пробах по показателю ХПК, разброс значений которого составляет от 36,6 до 177,3 мгО/дм3, что превышает ПДК в 1,2–5,9 раз. Остальные показатели не превышают допустимых значений.</p>
			<p>Химическое потребление кислорода — показатель содержания органических веществ в воде и является одним из основных показателей степени загрязнения водотоков [25]. Высокий показатель ХПК может быть связан как с природными особенностями высокогорья, так и с антропогенным воздействием. Так как территория исследования расположена на высоте около 4000 м и в данном районе на сегодняшний день отсутствуют туристические базы, то антропогенная нагрузка маловероятна.</p>
			<p>Таяние ледников само по себе напрямую не повышает ХПК, но может косвенно способствовать его росту через усиление эрозии, которая высвобождает органический материал из почвы.</p>
			<p>Природными источниками органических веществ являются разрушающиеся останки организмов растительного и животного происхождения, как живших в воде, так и попавших в водоем по воздуху, с берегов. Кроме того, существуют также техногенные источники органических веществ: транспортные предприятия (нефтепродукты), целлюлозно-бумажные и лесоперерабатывающие комбинаты (лигнины), мясокомбинаты (белковые соединения), сельскохозяйственные и фекальные стоки и т.д.</p>
			<p>Поскольку в данном районе нет никаких промышленных предприятий и мест сброса сточных вод, то антропогенное загрязнение водных объектов является маловероятным, поэтому можно говорить о природных источниках загрязнения природной воды органическими веществами.</p>
			<p>Повышенный уровень ХПК свидетельствует о загрязнении воды, истощении кислорода и может приводить к гибели водных организмов.</p>
			<p>4. Заключение</p>
			<p>Исследования, проведенные в данной работе, показали, что в период1961–2024 гг. скорость изменения температуры в высокогорной зоне Северного Кавказа (м/станция Терскол) в летний период составляла 0,34°С за 10 лет при (D=45%), в году в целом скорость роста составила 0,12°С/10 лет при D=11%. В остальные сезоны скорость роста была практически неизменной. С начала 2000-х годов наряду с летними температурами наблюдался рост зимних (0,9°С/год) и весенних (0,7°С/10 лет) температур и вследствие чего сформировался статистически значимый рост среднегодовой температуры (0,2°С/10 лет).</p>
			<p>За период 1961–2024 гг. по данным м/станции Терскол тренды в зимних суммах осадков отсутствовали, весенние и осенние суммы осадков незначительно увеличивались, а летние уменьшились. При выделении из суммарных осадков ряд с осадками в зимние месяцы (сезон аккумуляции) получено, что тенденция зимних осадков имеет слабо положительную направленность. С начала 2000-х гг. на фоне значимого роста сезонных температур изменение суммы осадков как сезонных (в том числе зимних), так и годовых, имели отрицательные статистически незначимые тенденции.</p>
			<p>Сложившийся термический режим и режим осадков в последние десятилетия ввысокогорной зоне является одним из основных факторов, приводящих к таянию ледников, что в свою очередь влияет на объем речного стока и, следовательно, на концентрацию загрязняющих веществ в поверхностных водах.Оценка загрязнения постоянных и временных водотоков показалопревышение ПДК по ХПК от 1,2 до 5,9 раз.</p>
		</sec>
		<sec sec-type="supplementary-material">
			<title>Additional File</title>
			<p>The additional file for this article can be found as follows:</p>
			<supplementary-material xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" id="S1" xlink:href="https://doi.org/10.5334/cpsy.78.s1">
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/21565.docx">21565.docx</inline-supplementary-material>]-->
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/21565.pdf">21565.pdf</inline-supplementary-material>]-->
				<label>Online Supplementary Material</label>
				<caption>
					<p>
						Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI:
						<italic>
							<uri>https://doi.org/10.60797/IRJ.2025.162.114</uri>
						</italic>
					</p>
				</caption>
			</supplementary-material>
		</sec>
	</body>
	<back>
		<ack>
			<title>Acknowledgements</title>
			<p/>
		</ack>
		<sec>
			<title>Competing Interests</title>
			<p/>
		</sec>
		<ref-list>
			<ref id="B1">
				<label>1</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">МГЭИК, 2019 г.: Резюме для политиков / под ред. H.-O. Пёртнер, Д.С. Робертс, В. Массон-Дельмотт [и др.] // Специальный отчет МГЭИК об океане и криосфере в условиях меняющегося климата. — 2019. — DOI: 10.1017/9781009157964.004.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B2">
				<label>2</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Dyurgerov M.B. Twentieth Century Climate Change: Evidence from Small Glaciers / M.B. Dyurgerov, M.F. Meier // Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America. — 2000. — 97. — P. 1406-1411. — DOI: 10.1073/pnas.97.4.1406.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B3">
				<label>3</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Хеберли В. Развитие и перспективы прикладных исследований ледниковых и мерзлотных опасностей в высокогорных регионах – пример Швейцарии / В. Хеберли, К. Хюггель А. Кяаб [и др.] // Материалы Международной конференции по предотвращению опасностей в горах. — Владикавказ/Москва, 2004. — С. 219–228.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B4">
				<label>4</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Solomina O.N. Holocene glacier fluctuations / O.N. Solomina, R.S. Bradley, D.A. Hodgson [et al.] // Quaternary Science Reviews. — 2015. — Vol. 111. — P. 9–34.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B5">
				<label>5</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Solomina O. Historical and Holocene glacier-climate variations: general concepts and overview / O. Solomina, W. Haeberli, C. Kull [et al.] // Global and Planetary Change. — 2008. — Vol. 60. — № 1-2. — P. 1–9.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B6">
				<label>6</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Hock R. GlacierMIP — A model intercomparison of global-scale glacier mass-balance models and projections / R. Hock, A. Bliss, B. Marzeion [et al.] // Journal of Glaciology. — 2019. — Vol. 65. — Р. 453–467. — DOI: 10.1017/jog.2019.22.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B7">
				<label>7</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Zemp M. Global glacier mass changes and their contributions to sea-level rise from 1961 to 2016 / M. Zemp, M. Huss, E. Thibert [et al.] // Nature. — 2019. — Vol. 568(7752). — Р. 382–386. — DOI: 10.1038/s41586-019-1071-0.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B8">
				<label>8</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Положенцев А.Г. Изучение динамики площади ледников в горах Северного Кавказа с помощью аэрокосмических технологий / А.Г. Положенцев, Э.А. Иноземцева // Инженерный вестник Дона. — 2023. — № 5. — С.1–13.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B9">
				<label>9</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Ташилова А.А. Уменьшение водных ресурсов региона как следствие деградации ледников Северного Кавказа под воздействием климатических изменений / А.А. Ташилова, Л.А. Кешева, Н.В. Теунова // Международный научно-исследовательский журнал. — 2023. — № 1(127). — С.1–5. — DOI: 10.23670/IRJ.2023.127.70.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B10">
				<label>10</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Toropov P.A.б Large-scale climatic factors driving glacier recession in the Greater Caucasus, 20th-21st century / P.A. Toropov, M.A. Aleshina, A.M. Grachev //  Int. J. Climatol. — 2019. — 39 (12). — P. 4703–4720. — DOI: 10.1002/joc.6101.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B11">
				<label>11</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Беккиев М.Ю. Современная деградация долинных ледников Центрального Кавказа / М.Ю. Беккиев, М.Д. Докукин, Р.Х. Калов [и др.] // Фундаментальная и прикладная климатология. — 2021. — T. 7, № 3. — C. 113–141. — DOI: 10.21513/2410-8758-2021-3-113-141. — EDN AUKUMQ.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B12">
				<label>12</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Kutuzov S. Volume Changes of Elbrus Glaciers From 1997 to 2017 / S. Kutuzov, I. Lavrentiev, A. Smirnov [et al.] // Frontiers in Earth Science. — Vol. 7. —  Article 153.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B13">
				<label>13</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Nosenko G.A. Response of glaciers of the Central Caucasus in 2001-2010 on changes in temperature and precipitation / G.A. Nosenko, T.E. Khromova, O.V. Rototayevа [et al.] // Ice and Snow. — 2019. — 1(121). — P. 26–33.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B14">
				<label>14</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Adzhiev A.Kh. The impact of climate change on glaciation of the Great Caucasus / A.Kh. Adzhiev, M.D. Dokukin, N.V. Kondratyeva [et al.] // International Scientific Conference “Modern Problems of Ecology”. — Vol. VIII. —  Batumi, 2022. — P. 22–24.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B15">
				<label>15</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Беккиев М.Ю. Деградация долинных ледников и селевая опасность / М.Ю. Беккиев, М.Д. Докукин, Р.Х. Калов [и др.] // Актуальные проблемы защиты экологии и климата : международная научно-практическая конференция, посвященная Всемирному дню ледников. — Душанбе, 2023. — С. 23–28. — EDN NSCMEB.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B16">
				<label>16</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Воробьева Т.И. Динамика содержания токсичных загрязняющих веществ в водах рек Баксан и Черек / Т.И. Воробьева, Л.З. Жинжакова, Е.А. Чередник [и др.] // Известия Кабардино-Балкарского научного центра РАН. — 2011. — № 5(43). — С. 49–56.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B17">
				<label>17</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Газаев М.А. Сравнительный анализ речных вод высокогорной зоны Баксанского и Черекского ущелий / М.А. Газаев, Э.А. Агоева, Л.З. Жинжакова // Вода: химия и экология. — 2014. — № 6 (72). — С. 3–7.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B18">
				<label>18</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Бортников Н.С. Результаты исследования воздействия захороненных промышленных отходов Тырныаузского вольфрамо-молибденового комбината на воду р. Баксан и ее притоков / Н.С. Бортников, О.А. Богатиков, Б.С. Карамурзов [и др.] // Вестник Владикавказского научного центра. — 2013. — Т. 13. — № 3. — С. 22–30.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B19">
				<label>19</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Реутова Т.В. Гидрохимические аномалии в водных объектах национального парка «Приэльбрусье» / Т.В. Реутова, Н.В. Реутова, Ф.Р. Дреева [и др.] // Известия Кабардино-Балкарского научного центра РАН. — 2022. — № 6(110). — С. 144–157.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B20">
				<label>20</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Керимов А.М. Сравнительный анализ концентраций тяжелых металлов в истоках реки Баксан и леднике Гарабаши (южный склон Эльбруса) / А.М. Керимов, О.А. Курашева // Известия Дагестанского государственного педагогического университета. Естественные и точные науки. — 2018. — Т. 12. — № 1. — С. 49–56.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B21">
				<label>21</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Татаренко Н.В. Концентрации тяжелых металлов в сезонных слоях ледника Гарабаши на южном склоне Эльбруса / Н.В. Татаренко // Успехи современного естествознания. — 2022. — № 1. — С. 49–55.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B22">
				<label>22</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">ГОСТ 31861-2012. Вода. Общие требования к отбору к отбору проб. — Москва: Стандартинформ, 2013. — 35 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B23">
				<label>23</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">ГН 2.1.5.2280-07. Предельно-допустимые концентрации (ПДК) химических веществ в воде водных объектов хозяйственно-питьевого и культурно-бытового водопользования. — Москва, 2008. — 13 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B24">
				<label>24</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Беккиев М.Ю. Катастрофические явления последних десятилетий, связанные с деградацией ледников и мерзлоты в горах (аналитический обзор) / М.Ю. Беккиев, М.Д. Докунин, Р.Х. Калов // Известия Российской академии наук. Серия географическая. — 2023. — Т. 87. — № 7. — С. 1065–1078. — DOI: 10.31857/S2587556623070051. — EDN HGTATM.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B25">
				<label>25</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Гусева Т.В. Гидрохимические показатели состояния окружающей среды / Т.В. Гусева, Я.П. Молчанова, Е.А. Заика [и др.]. — Москва: Эколайн, 2002. — 150 с.</mixed-citation>
			</ref>
		</ref-list>
	</back>
	<fundings/>
</article>