<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
    <!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM/DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.2 20120330//EN" "http://jats.nlm.nih.gov/publishing/1.2/JATS-journalpublishing1.dtd">
    <!--<?xml-stylesheet type="text/xsl" href="article.xsl">-->
<article xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" article-type="research-article" dtd-version="1.2" xml:lang="en">
	<front>
		<journal-meta>
			<journal-id journal-id-type="issn">2303-9868</journal-id>
			<journal-id journal-id-type="eissn">2227-6017</journal-id>
			<journal-title-group>
				<journal-title>Международный научно-исследовательский журнал</journal-title>
			</journal-title-group>
			<issn pub-type="epub">2303-9868</issn>
			<publisher>
				<publisher-name>ООО Цифра</publisher-name>
			</publisher>
		</journal-meta>
		<article-meta>
			<article-id pub-id-type="doi">10.60797/IRJ.2026.164.69</article-id>
			<article-categories>
				<subj-group>
					<subject>Brief communication</subject>
				</subj-group>
			</article-categories>
			<title-group>
				<article-title>АНАЛИЗ РАСПРОСТРАНЕННОСТИ ФАКТОРОВ РИСКА РАЗВИТИЯ ХРОНИЧЕСКИХ НЕИНФЕКЦИОННЫХ ЗАБОЛЕВАНИЙ В АСТРАХАНСКОЙ ОБЛАСТИ</article-title>
			</title-group>
			<contrib-group>
				<contrib contrib-type="author" corresp="yes">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-1354-1175</contrib-id>
					<name>
						<surname>Набережная</surname>
						<given-names>Инна Борисовна</given-names>
					</name>
					<email>innanab1975@gmail.com</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-1">1</xref>
				</contrib>
				<contrib contrib-type="author">
					<name>
						<surname>Герасимов</surname>
						<given-names>Борис Александрович</given-names>
					</name>
					<email>doctorbakterio@yandex.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-1">1</xref>
				</contrib>
				<contrib contrib-type="author">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-2199-1192</contrib-id>
					<name>
						<surname>Захарова</surname>
						<given-names>Ульяна Дмитриевна</given-names>
					</name>
					<email>diin@yandex.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-1">1</xref>
				</contrib>
				<contrib contrib-type="author">
					<name>
						<surname>Яблокова</surname>
						<given-names>Юлия Анатольевна</given-names>
					</name>
					<email>julija.smirnova_75@mail.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-2">2</xref>
				</contrib>
				<contrib contrib-type="author">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-5849-9364</contrib-id>
					<contrib-id contrib-id-type="rinc">https://elibrary.ru/author_profile.asp?id=837281</contrib-id>
					<name>
						<surname>Набережная</surname>
						<given-names>Жанна Борисовна</given-names>
					</name>
					<email>jnaber@mail.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-3">3</xref>
				</contrib>
				<contrib contrib-type="author">
					<name>
						<surname>Селина</surname>
						<given-names>Елена Григорьевна</given-names>
					</name>
					<email>salii1972sel@mail.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-2">2</xref>
				</contrib>
			</contrib-group>
			<aff id="aff-1">
				<label>1</label>
				<institution>Астраханский государственный медицинский университет</institution>
			</aff>
			<aff id="aff-2">
				<label>2</label>
				<institution>Областной центр общественного здоровья и медицинской профилактики</institution>
			</aff>
			<aff id="aff-3">
				<label>3</label>
				<institution>ФГБОУ ВО Астраханский ГМУ Минздрава России</institution>
			</aff>
			<pub-date publication-format="electronic" date-type="pub" iso-8601-date="2026-02-17">
				<day>17</day>
				<month>02</month>
				<year>2026</year>
			</pub-date>
			<pub-date pub-type="collection">
				<year>2026</year>
			</pub-date>
			<volume>8</volume>
			<issue>164</issue>
			<fpage>1</fpage>
			<lpage>8</lpage>
			<history>
				<date date-type="received" iso-8601-date="2025-09-09">
					<day>09</day>
					<month>09</month>
					<year>2025</year>
				</date>
				<date date-type="accepted" iso-8601-date="2025-12-30">
					<day>30</day>
					<month>12</month>
					<year>2025</year>
				</date>
			</history>
			<permissions>
				<copyright-statement>Copyright: &amp;#x00A9; 2022 The Author(s)</copyright-statement>
				<copyright-year>2022</copyright-year>
				<license license-type="open-access" xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">
					<license-p>
						This is an open-access article distributed under the terms of the Creative Commons Attribution 4.0 International License (CC-BY 4.0), which permits unrestricted use, distribution, and reproduction in any medium, provided the original author and source are credited. See 
						<uri xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/</uri>
					</license-p>
					.
				</license>
			</permissions>
			<self-uri xlink:href="https://research-journal.org/archive/2-164-2026-february/10.60797/IRJ.2026.164.69"/>
			<abstract>
				<p>Основой системы факторной профилактики неинфекционных заболеваний в регионе является определение и оценка наиболее существенных факторов риска, их целенаправленная коррекция, мониторинг и контроль. На основании этого целью настоящего исследования стало изучение динамики распространенности основных модифицированных факторов риска развития хронических неинфекционных заболеваний в Астраханской области за период 2020–2024 гг.Результаты проведенного исследования показали, что ежегодно отмечается увеличение числа лиц, подлежащих и прошедших профилактический медицинский осмотр и диспансеризацию. Охват населения профилактическими мероприятиями увеличился с 41,7% до 84,2%. Выявлено, что доля лиц, не нуждающихся в диспансерном наблюдении, имеет стойкую тенденцию к снижению. Статистически значимо возросла доля модифицированных факторов риска с 55,7% до 62,8% (p&lt;0,01). В структуре прошедших медицинский осмотр и диспансеризацию отмечалось преобладание женщин, но при этом распространенность факторов риска среди лиц мужского пола была статистически значимо выше (p&lt;0,01). За весь исследуемый период распространение нерационального питания в абсолютных величинах имело самые высокие значения. Среди мужчин пенсионного возраста отмечалось наиболее значительное увеличение выявления избыточной массы тела. Распространение низкой физической активности прослеживалось среди всех групп населения, независимо от возрастно-полового состава.Возросла распространенность курения табака, особенно среди лиц пенсионного возраста. На каждую курящую женщину приходилось пять курящих мужчин. Риск пагубного потребления алкоголя в 2024 году несколько снизился, при этом данный фактор риска в 2/3 случаев имели лица мужского пола.Результаты проведённого исследования позволили отметить отрицательную динамику, связанную с увеличением распространенности поведенческих факторов риска, играющих значительную роль в развитии хронических неинфекционных заболеваний. Анализ полученных данных лег в основу разработки региональной программы по укреплению общественного здоровья.</p>
			</abstract>
			<kwd-group>
				<kwd>профилактический медицинский осмотр</kwd>
				<kwd> диспансеризация</kwd>
				<kwd> факторы риска</kwd>
				<kwd> хронические неинфекционные заболевания</kwd>
				<kwd> здоровый образ жизни</kwd>
			</kwd-group>
		</article-meta>
	</front>
	<body>
		<sec>
			<title>HTML-content</title>
			<p>1. Введение</p>
			<p>В настоящее время научно обосновано влияние факторов риска на частоту возникновения важнейших хронических неинфекционных заболеваний (ХНИЗ) </p>
			<p>[6][7]</p>
			<p>Понятие «фактор риска» подразумевает под собой внутренние или внешние воздействия на человека, которые усиливают риск развития различной патологии </p>
			<p>[3][5]</p>
			<p>Модифицируемые факторы риска занимают особое положение в системе наблюдения, так как именно их устранение позволяет уменьшить возможность возникновения ХНИЗ </p>
			<p>[9][4][1][8][10]</p>
			<p>В системе регионального здравоохранения в последнее время сложился комплекс медицинской профилактики и укрепления общественного здоровья, который включает распространенность, коррекцию и контроль факторов риска </p>
			<p>[2][8]</p>
			<p>2. Методы и принципы исследования</p>
			<p>Достижение поставленной цели осуществлялось путем выкопировки релевантной информации из статистической формы № 131/о «Сведения о проведении профилактического медицинского осмотра и диспансеризации определенных групп взрослого населения». Объектом исследования явились лица, прошедшие профилактический медицинский осмотр и диспансеризацию.</p>
			<p>В ходе исследования была проанализирована динамика охвата населения профилактическими мероприятиями и распространенность основных модифицированных факторов риска (избыточная масса тела, нерациональное питание, низкая физическая активность, курение, потребление алкоголя), которые в большей степени способствуют развитию хронических неинфекционных заболеваний.</p>
			<p>В работе применялись методы построения динамических рядов, и при необходимости выравнивание уровней путем расчета скользящих средних значений с использованием формулы Урбаха. В ходе анализа динамического ряда рассчитывались: абсолютный прирост, темп прироста, темп роста и абсолютное значение 1% прироста. Оценка достоверности различий относительных величин осуществлялась по критерию – t (Стьюдента). Форматом представления количественных данных явились интенсивные и экстенсивные показатели.</p>
			<p>На этапе обработки собранная информация обобщалась и систематизировалась. Статистическая обработка результатов исследования проводилась на персональном компьютере с использованием прикладных программ MicrosoftExcel. В основу заключительного этапа исследования — обобщения и интерпретации полученных результатов, а также формулировки заключения, был положен системный подход — от анализа отдельных аспектов и частей к анализу в целом.</p>
			<p>3. Основные результаты</p>
			<p>За исследуемый период число лиц, подлежащих профилактическому медицинскому осмотру (ПМО) и диспансеризации определенных групп взрослого населения (ДОГВН) увеличилось в 2,5 раза, а лиц, прошедших их, в 5 раз. При этом охват населения ПМОи ДОГВН увеличился в 2 раза, а полнота охвата населения диспансерным наблюдением в 7 раз (табл. 1).</p>
			<table-wrap id="T1">
				<label>Table 1</label>
				<caption>
					<p>Динамика лиц, прошедших профилактический медицинский осмотр и диспансеризацию среди взрослого населения</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Период</td>
						<td>2020</td>
						<td>2021</td>
						<td>2022</td>
						<td>2023</td>
						<td>2024</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>взрослого населения, чел.</td>
						<td>587138</td>
						<td>778270</td>
						<td>770717</td>
						<td>763427</td>
						<td>727777</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>и ДОГВН, чел.</td>
						<td>174597</td>
						<td>216224</td>
						<td>284652</td>
						<td>270215</td>
						<td>432528</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>из них:</td>
						<td>72857</td>
						<td>131461</td>
						<td>192038</td>
						<td>285496</td>
						<td>364394</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>ПМО и ДОГВН,%</td>
						<td>41,7</td>
						<td>60,8</td>
						<td>67,5</td>
						<td>105,7</td>
						<td>84,2</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>«Д» наблюдение, чел.</td>
						<td>21750</td>
						<td>44015</td>
						<td>62930</td>
						<td>137194</td>
						<td>192918</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Полнота охвата населения «Д» наблюдением, %</td>
						<td>3,7</td>
						<td>5,7</td>
						<td>8,2</td>
						<td>18,0</td>
						<td>26,5</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>Наибольший охват населения профилактическим медицинским осмотром и диспансеризацией отмечался в 2023 году и составил 105,7%. Базисный темп роста в 2024 году по отношению к 2020 году составил 201,9%. Данный показатель позволяет оценить степень достижения целевых показателей и при необходимости усилить информационную кампанию и увеличить охват населения профилактическими мероприятиями.</p>
			<p>При анализе динамики полноты охвата населения диспансерным наблюдением в 2023 году отмечались самые высокие показатели, как абсолютного прироста, так и темпа роста, но при этом абсолютное значение 1% прироста было выше в 2024 году (табл. 2). </p>
			<p> </p>
			<table-wrap id="T2">
				<label>Table 2</label>
				<caption>
					<p>Анализ динамического ряда полноты охвата населения диспансерным наблюдением</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Период</td>
						<td>Показатель, %</td>
						<td>Абсолютный прирост, %</td>
						<td>Темп прироста, %</td>
						<td>Темп роста, %</td>
						<td>Абсолютное значение 1% прироста</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2020</td>
						<td>3,7</td>
						<td>-</td>
						<td>-</td>
						<td>-</td>
						<td>-</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2021</td>
						<td>5,7</td>
						<td>2,0</td>
						<td>54,1</td>
						<td>154,1</td>
						<td>0,04</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2022</td>
						<td>8,2</td>
						<td>2,5</td>
						<td>43,9</td>
						<td>143,9</td>
						<td>0,1</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2023</td>
						<td>18,0</td>
						<td>9,8</td>
						<td>119,5</td>
						<td>219,5</td>
						<td>0,1</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2024</td>
						<td>26,5</td>
						<td>8,5</td>
						<td>47,2</td>
						<td>147,2</td>
						<td>0,2</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>В ходе проведения МО и ДОГВН все лица были распределены по группам здоровья. Следует отметить, что доля лиц первой группы, не нуждающихся в диспансерном наблюдении, имела стойкую тенденцию к снижению, что подтверждается вычислением средних скользящих значений (табл. 3).</p>
			<table-wrap id="T3">
				<label>Table 3</label>
				<caption>
					<p>Структура лиц, прошедших профилактический медицинский осмотр и диспансеризацию,по группам здоровья</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td> </td>
						<td>2020</td>
						<td>2021</td>
						<td>2022</td>
						<td>2023</td>
						<td>2024</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>1 группа</td>
						<td>16000</td>
						<td>22,0</td>
						<td>26347</td>
						<td>19,7</td>
						<td>39356</td>
						<td>20,3</td>
						<td>53922</td>
						<td>18,8</td>
						<td>56479</td>
						<td>15,4</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2 группа</td>
						<td>10991</td>
						<td>15,1</td>
						<td>22776</td>
						<td>17,1</td>
						<td>36078</td>
						<td>18,6</td>
						<td>46476</td>
						<td>16,2</td>
						<td>67308</td>
						<td>18,4</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>3а группа</td>
						<td>36154</td>
						<td>49,6</td>
						<td>66689</td>
						<td>50,0</td>
						<td>97092</td>
						<td>50,0</td>
						<td>165184</td>
						<td>57,5</td>
						<td>209581</td>
						<td>57,2</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>3б группа</td>
						<td>9712</td>
						<td>13,3</td>
						<td>15649</td>
						<td>11,7</td>
						<td>19512</td>
						<td>10,1</td>
						<td>19914</td>
						<td>6,9</td>
						<td>31026</td>
						<td>8,5</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Итого</td>
						<td>72857</td>
						<td>100</td>
						<td>133482</td>
						<td>100</td>
						<td>194060</td>
						<td>100</td>
						<td>287519</td>
						<td>100</td>
						<td>366418</td>
						<td>100</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>При увеличении числа лиц, прошедших МОи ДОГВНв 5 раз, число выявленных факторов риска выросло в 7 раз. При этом статистически значимо возросла доля модифицированных факторов риска с 55,7% до 62,8% (p&lt;0,01) (табл. 4).</p>
			<table-wrap id="T4">
				<label>Table 4</label>
				<caption>
					<p>Распространенность и доля выявленных факторов риска ХНИЗ</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Период</td>
						<td>2020</td>
						<td>2021</td>
						<td>2022</td>
						<td>2023</td>
						<td>2024</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>и ДОГВН</td>
						<td>72857</td>
						<td>100</td>
						<td>131461</td>
						<td>100</td>
						<td>192038</td>
						<td>100</td>
						<td>285496</td>
						<td>100</td>
						<td>364394</td>
						<td>100</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Лица с ФР</td>
						<td>56957</td>
						<td>78,2</td>
						<td>102557</td>
						<td>78,0</td>
						<td>113696</td>
						<td>59,2</td>
						<td>129111</td>
						<td>45,2</td>
						<td>252328</td>
						<td>69,2</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>в т.ч.:</td>
						<td>50611</td>
						<td>100</td>
						<td>111625</td>
						<td>100</td>
						<td>146209</td>
						<td>100</td>
						<td>184803</td>
						<td>100</td>
						<td>355608</td>
						<td>100</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>масса тела</td>
						<td>6147</td>
						<td>12,1</td>
						<td>16209</td>
						<td>14,5</td>
						<td>19023</td>
						<td>13,0</td>
						<td>28644</td>
						<td>15,5</td>
						<td>53819</td>
						<td>15,1</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Нерациональное питание</td>
						<td>10212</td>
						<td>20,2</td>
						<td>25884</td>
						<td>23,2</td>
						<td>28811</td>
						<td>19,7</td>
						<td>41806</td>
						<td>22,6</td>
						<td>83411</td>
						<td>23,5</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Низкая физическая активность</td>
						<td>8060</td>
						<td>15,9</td>
						<td>13103</td>
						<td>11,7</td>
						<td>19858</td>
						<td>13,6</td>
						<td>29872</td>
						<td>16,2</td>
						<td>63692</td>
						<td>17,9</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Курение табака</td>
						<td>3393</td>
						<td>6,7</td>
						<td>6853</td>
						<td>6,1</td>
						<td>8225</td>
						<td>5,6</td>
						<td>10735</td>
						<td>5,8</td>
						<td>20537</td>
						<td>5,8</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Риск пагубного потребления алкоголя</td>
						<td>390</td>
						<td>0,8</td>
						<td>710</td>
						<td>0,6</td>
						<td>518</td>
						<td>0,4</td>
						<td>403</td>
						<td>0,2</td>
						<td>1768</td>
						<td>0,5</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Прочие ФР</td>
						<td>22409</td>
						<td>44,3</td>
						<td>48866</td>
						<td>43,8</td>
						<td>69774</td>
						<td>47,7</td>
						<td>73343</td>
						<td>39,7</td>
						<td>132381</td>
						<td>37,2</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>Анализ структуры прошедших ПМО и ДОГВН по гендерному признаку, выявил преобладание женщин, на протяжение всего периода исследования. При этом распространенность факторов риска среди лиц мужского пола была статистически значимо выше (p&lt;0,01) Это демонстрирует, на какие целевые аудитории следует сделать акцент при организации информационной кампании (табл. 5).</p>
			<table-wrap id="T5">
				<label>Table 5</label>
				<caption>
					<p>Распространенность факторов риска по гендерному признаку</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Период</td>
						<td>2020</td>
						<td>2021</td>
						<td>2022</td>
						<td>2023</td>
						<td>2024</td>
					</tr>
					<tr>
						<td> Пол</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
						<td>абс.</td>
						<td>%</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Мужчины</td>
						<td>30022</td>
						<td>41,2</td>
						<td>53464</td>
						<td>40,7</td>
						<td>77882</td>
						<td>40,6</td>
						<td>112981</td>
						<td>39,6</td>
						<td>146795</td>
						<td>40,3</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>ФР</td>
						<td>27106</td>
						<td>90,3</td>
						<td>50651</td>
						<td>94,7</td>
						<td>69200</td>
						<td>88,9</td>
						<td>90133</td>
						<td>79,8</td>
						<td>175338</td>
						<td>119,4</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Женщины</td>
						<td>42835</td>
						<td>58,8</td>
						<td>77997</td>
						<td>59,3</td>
						<td>114156</td>
						<td>59,4</td>
						<td>172515</td>
						<td>60,4</td>
						<td>217599</td>
						<td>59,7</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>ФР</td>
						<td>23505</td>
						<td>59,5</td>
						<td>60974</td>
						<td>78,2</td>
						<td>77009</td>
						<td>67,5</td>
						<td>94670</td>
						<td>54,9</td>
						<td>180270</td>
						<td>82,8</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>В 2024 г. распространенность избыточной массы тела увеличилась в 1,8 раза (с 84,4‰ до 147,7‰). В 2020 г. данный фактор был выявлен у каждого двенадцатого из обследованных, а в 2024 г. у каждого седьмого. Среди мужчин пенсионного возраста было отмечено наибольшее выявление данного фактора (табл. 6).</p>
			<table-wrap id="T6">
				<label>Table 6</label>
				<caption>
					<p>Динамика распространения избыточной массы тела</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Год</td>
						<td>Оба пола</td>
						<td>Мужчины</td>
						<td>Женщины</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Всего</td>
						<td>‰</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2020</td>
						<td>6147</td>
						<td>84,4</td>
						<td>3923</td>
						<td>2224</td>
						<td>2836</td>
						<td>1838</td>
						<td>998</td>
						<td>3311</td>
						<td>2085</td>
						<td>1226</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2021</td>
						<td>16209</td>
						<td>123,3</td>
						<td>8760</td>
						<td>7449</td>
						<td>6699</td>
						<td>3960</td>
						<td>2739</td>
						<td>9510</td>
						<td>4800</td>
						<td>4710</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2022</td>
						<td>19023</td>
						<td>99,1</td>
						<td>9862</td>
						<td>9161</td>
						<td>8007</td>
						<td>4605</td>
						<td>3402</td>
						<td>11016</td>
						<td>5257</td>
						<td>5759</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2023</td>
						<td>28644</td>
						<td>100,3</td>
						<td>13226</td>
						<td>15418</td>
						<td>14003</td>
						<td>6679</td>
						<td>7324</td>
						<td>14641</td>
						<td>6547</td>
						<td>8094</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2024</td>
						<td>53819</td>
						<td>147,7</td>
						<td>29315</td>
						<td>24504</td>
						<td>26660</td>
						<td>15367</td>
						<td>11293</td>
						<td>27159</td>
						<td>13948</td>
						<td>13211</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>Далее по кратности частоты выявления шло нерациональное питание, увеличение которой за пятилетний период составило 1,6 раза(с 140,2 до 228,9). Так, в 2020 г. каждый седьмой из обследованных имел данный фактор риска, а в 2024 г. каждый четвертый (табл. 7). Также следует отметить, что нерациональное питание в абсолютных величинах имело самое высокие значения за весь исследуемый период (табл. 4).</p>
			<table-wrap id="T7">
				<label>Table 7</label>
				<caption>
					<p>Динамика распространения нерационального питания</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Год</td>
						<td>Оба пола</td>
						<td>Мужчины</td>
						<td>Женщины</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Всего</td>
						<td>‰</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2020</td>
						<td>10212</td>
						<td>140,2</td>
						<td>6544</td>
						<td>3668</td>
						<td>4474</td>
						<td>2979</td>
						<td>1495</td>
						<td>5738</td>
						<td>3565</td>
						<td>2173</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2021</td>
						<td>25884</td>
						<td>196,9</td>
						<td>14561</td>
						<td>11323</td>
						<td>10523</td>
						<td>6089</td>
						<td>4434</td>
						<td>15361</td>
						<td>8472</td>
						<td>6889</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2022</td>
						<td>28811</td>
						<td>150,0</td>
						<td>16509</td>
						<td>12302</td>
						<td>12547</td>
						<td>8006</td>
						<td>4541</td>
						<td>16264</td>
						<td>8503</td>
						<td>7761</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2023</td>
						<td>41806</td>
						<td>146,4</td>
						<td>24809</td>
						<td>16997</td>
						<td>18493</td>
						<td>10898</td>
						<td>7595</td>
						<td>23313</td>
						<td>13911</td>
						<td>9402</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2024</td>
						<td>83411</td>
						<td>228,9</td>
						<td>51472</td>
						<td>31939</td>
						<td>39004</td>
						<td>25100</td>
						<td>13904</td>
						<td>44407</td>
						<td>26372</td>
						<td>18035</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>На третьем месте стояла распространенность низкой физической активности, увеличение выявления которой составило 1,6 раза (с 110,6‰ до 174,8‰). Данный фактор в 2020 г. был выявлен у каждого девятого обследуемого, а в 2024 г. у каждого шестого. При этом распространенность данного фактора прослеживалась среди всех групп населения, независимо от пола и возраста (табл. 8).</p>
			<table-wrap id="T8">
				<label>Table 8</label>
				<caption>
					<p> Динамика распространения низкой физической активности</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Год</td>
						<td>Оба пола</td>
						<td>Мужчины</td>
						<td>Женщины</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Всего</td>
						<td>‰</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2020</td>
						<td>8060</td>
						<td>110,6</td>
						<td>4640</td>
						<td>3420</td>
						<td>3474</td>
						<td>2108</td>
						<td>1366</td>
						<td>4586</td>
						<td>2532</td>
						<td>2054</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2021</td>
						<td>13103</td>
						<td>99,7</td>
						<td>6820</td>
						<td>6283</td>
						<td>5464</td>
						<td>2884</td>
						<td>2580</td>
						<td>7639</td>
						<td>3936</td>
						<td>3703</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2022</td>
						<td>19858</td>
						<td>103,4</td>
						<td>11014</td>
						<td>8844</td>
						<td>9401</td>
						<td>5706</td>
						<td>3695</td>
						<td>10457</td>
						<td>5308</td>
						<td>5149</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2023</td>
						<td>29872</td>
						<td>104,6</td>
						<td>14482</td>
						<td>15390</td>
						<td>13993</td>
						<td>7158</td>
						<td>6835</td>
						<td>15879</td>
						<td>7324</td>
						<td>8555</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2024</td>
						<td>63692</td>
						<td>174,8</td>
						<td>34666</td>
						<td>29026</td>
						<td>28987</td>
						<td>17169</td>
						<td>11818</td>
						<td>34705</td>
						<td>17497</td>
						<td>17208</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>Особого внимания заслуживает распространенность курения табака, как одного из ведущих факторов в развитии ряда заболеваний. Следует отметить, что за весь исследуемый период среди обследованных на каждую курящую женщину приходилось пять курящих мужчин. При этом наибольшее распространение было среди лиц пенсионного возраста (табл. 9).</p>
			<table-wrap id="T9">
				<label>Table 9</label>
				<caption>
					<p>Динамика распространения курения табака</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Год</td>
						<td>Оба пола</td>
						<td>Мужчины</td>
						<td>Женщины</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Всего</td>
						<td>‰</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2020</td>
						<td>3393</td>
						<td>46,6</td>
						<td>2841</td>
						<td>552</td>
						<td>2598</td>
						<td>2133</td>
						<td>465</td>
						<td>795</td>
						<td>708</td>
						<td>87</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2021</td>
						<td>6853</td>
						<td>52,1</td>
						<td>4671</td>
						<td>2182</td>
						<td>4917</td>
						<td>3271</td>
						<td>1646</td>
						<td>1936</td>
						<td>1400</td>
						<td>536</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2022</td>
						<td>8225</td>
						<td>42,8</td>
						<td>5691</td>
						<td>2534</td>
						<td>6483</td>
						<td>4514</td>
						<td>1969</td>
						<td>1742</td>
						<td>1177</td>
						<td>565</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2023</td>
						<td>10735</td>
						<td>37,6</td>
						<td>7552</td>
						<td>3183</td>
						<td>8660</td>
						<td>6057</td>
						<td>2603</td>
						<td>2075</td>
						<td>1495</td>
						<td>580</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2024</td>
						<td>20537</td>
						<td>56,4</td>
						<td>14431</td>
						<td>6106</td>
						<td>15895</td>
						<td>11106</td>
						<td>4789</td>
						<td>4642</td>
						<td>3325</td>
						<td>1317</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>Распространенность риска пагубного потребления алкоголя в 2024 году (4,9‰) снизилась в 1,1 раза по сравнению с 2020 годом (5,4‰) (табл. 10). Следует отметить, что если среди мужчин отмечалось снижение в 1,3 раза распространенности данного фактора, то среди женщин произошло его увеличение в 1,3 раза.</p>
			<table-wrap id="T10">
				<label>Table 10</label>
				<caption>
					<p> Динамика распространения риска пагубного потребления алкоголя</p>
				</caption>
				<table>
					<tr>
						<td>Год</td>
						<td>Оба пола</td>
						<td>Мужчины</td>
						<td>Женщины</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>Всего</td>
						<td>‰</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
						<td>Всего</td>
						<td>Труд.</td>
						<td>Пенс.</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2020</td>
						<td>390</td>
						<td>5,4</td>
						<td>329</td>
						<td>61</td>
						<td>278</td>
						<td>232</td>
						<td>46</td>
						<td>112</td>
						<td>97</td>
						<td>15</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2021</td>
						<td>710</td>
						<td>5,4</td>
						<td>430</td>
						<td>280</td>
						<td>548</td>
						<td>328</td>
						<td>220</td>
						<td>162</td>
						<td>102</td>
						<td>60</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2022</td>
						<td>518</td>
						<td>2,7</td>
						<td>327</td>
						<td>191</td>
						<td>326</td>
						<td>231</td>
						<td>95</td>
						<td>192</td>
						<td>96</td>
						<td>96</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2023</td>
						<td>403</td>
						<td>1,4</td>
						<td>277</td>
						<td>126</td>
						<td>256</td>
						<td>185</td>
						<td>71</td>
						<td>147</td>
						<td>92</td>
						<td>55</td>
					</tr>
					<tr>
						<td>2024</td>
						<td>1768</td>
						<td>4,9</td>
						<td>1200</td>
						<td>568</td>
						<td>1003</td>
						<td>726</td>
						<td>277</td>
						<td>765</td>
						<td>474</td>
						<td>291</td>
					</tr>
				</table>
			</table-wrap>
			<p>4. Заключение</p>
			<p>Таким образом, в Астраханской области отмечается отрицательная динамика, связанная с увеличением распространенности поведенческих факторов риска, играющих значительную роль в развитии ХНИЗ, таких как нерациональное питание, избыточная масса тела, низкая физическая активность и табакокурение. Причем эти факторы являются общими для большинства классов болезней, составляющих группу ХНИЗ, и широко распространены среди населения как в целом, так и в отдельных группах.</p>
			<p>Анализ полученных сведений лег в основу разработки региональной программы по укреплению общественного здоровья. В связи с увеличением числа лиц имеющих различного рода факторы риска, намечено проведение более продуктивной работы по профилактике ХНИЗ и ведению здорового образа жизни. На ряду с уже имеющимися формами борьбы с распространением и профилактикой факторов риска, таких как работа школ здоровья для пациентов онкологического, эндокринологического профиля, страдающих болезнями системы кровообращения, органов пищеварения и органов дыхания, созданием корпоративных программ «Укрепление здоровья работников», осуществляется поиск новых способов. Одним из таких инструментов в работе с населением призвано привлечение волонтеров, которые могут оказать помощь в проведении скрининговых обследований населения, в выездном формате на предприятиях и в организациях для рабочих коллективов, в торговых центрах, на открытых уличных площадках. При этом в Астраханской области активно развивается и функционирует движение «Волонтеры-медики», а областной Центр общественного здоровья и медицинской профилактики обеспечивает их методической поддержкой в виде буклетов, листовок, флаеров и видеороликов.</p>
			<p>Реализация программ укрепления общественного здоровья при активном внедрении добровольчества в медико-социальную сферу будет способствовать более полному охвату целевой аудитории Астраханской области и позволит повысить осведомленность граждан о принципах здорового образа жизни.</p>
		</sec>
		<sec sec-type="supplementary-material">
			<title>Additional File</title>
			<p>The additional file for this article can be found as follows:</p>
			<supplementary-material xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" id="S1" xlink:href="https://doi.org/10.5334/cpsy.78.s1">
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/21383.docx">21383.docx</inline-supplementary-material>]-->
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/21383.pdf">21383.pdf</inline-supplementary-material>]-->
				<label>Online Supplementary Material</label>
				<caption>
					<p>
						Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI:
						<italic>
							<uri>https://doi.org/10.60797/IRJ.2026.164.69</uri>
						</italic>
					</p>
				</caption>
			</supplementary-material>
		</sec>
	</body>
	<back>
		<ack>
			<title>Acknowledgements</title>
			<p/>
		</ack>
		<sec>
			<title>Competing Interests</title>
			<p/>
		</sec>
		<ref-list>
			<ref id="B1">
				<label>1</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Артемьев Г.Б. Управление факторами риска: возможность или необходимость? / Г.Б. Артемьев, Р.Е. Калинин, Е.В. Филиппов [и др.] // Национальное здравоохранение. — 2022. — Т. 3. — № 3. — С. 12–19. — DOI: 10.47093/2713-069X.2022.3.3.12-19.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B2">
				<label>2</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Викторова И.А. Распространенность традиционных факторов риска сердечно-сосудистых заболеваний в Омском регионе по результатам исследования ЭССЕ-РФ2 / И.А. Викторова, Н.Г. Ширлина, В.Л. Стасенко [и др.] // Российский кардиологический журнал. — 2020. — Т. 25. — № 6. — С. 39–46. — DOI: 10.15829/1560-4071-2020-3815.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B3">
				<label>3</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Иванов А.Г. Факторы риска и основные принципы формирования целевых программ снижения заболеваемости хроническим генерализованным пародонтитом на региональном уровне / А.Г. Иванов, И.В. Березовский // Тверской медицинский журнал. — 2023. — № 3. — С. 1–3. — URL: https://tmj.tvgmu.ru/upload/iblock/55c/xq3vh7cfcz7gv04uss69htxyux23i1lq.pdf (дата обращения: 09.09.2025).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B4">
				<label>4</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Иванова А.Ю. Формирование риска смертности в зависимости от поведенческих факторов (курение, потребление алкоголя) по результатам 27-летнего проспективного исследования / А.Ю. Иванова, И.В. Долгалев // Кардиоваскулярная терапия и профилактика. — 2017. — Т. 16. — № 5. — С. 40–45. — DOI: 10.15829/1728-8800-2017-5-40-45.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B5">
				<label>5</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Кобякова О.С. Хронические неинфекционные заболевания: эффекты сочетанного влияния факторов риска / О.С. Кобякова, И.А. Деев, Е.С. Куликов [и др.] // Профилактическая медицина. — 2019. — Т. 22. — № 2. — С. 45–50. — DOI: 10.17116/profmed20192202145.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B6">
				<label>6</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Кобякова О.С. Вклад комбинации факторов риска в развитие хронических неинфекционных заболеваний / О.С. Кобякова, Е.А. Старовойтова, И.В. Толмачев [и др.] // Социальные аспекты здоровья населения. — 2020. — Т. 66. — № 5. — 17 с. — DOI: 10.21045/2071-5021-2020-66-5-1.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B7">
				<label>7</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Новиков В.С. Степень воздействия факторов риска неинфекционных заболеваний на состояние здоровья населения / В.С. Новиков, В.Н. Бортновский, И.Н. Колвада // Вестник образования и развития науки Российской академии естественных наук. — 2021. — Т. 25. — № 2. — С. 112–118.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B8">
				<label>8</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Петров А.Г. Роль факторов риска в развитии инфаркта миокарда у населения Кузбасса / А.Г. Петров, Н.В. Абрамов, С.Н. Филимонов [и др.] // Медицина в Кузбассе. — 2021. — Т. 20. — № 2. — С. 13–19. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/rol-faktorov-riska-v-razvitii-infarkta-miokarda-u-naseleniya-kuzbassa (дата обращения: 09.09.2025).</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B9">
				<label>9</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Сачек М.М. Выявление распространенности факторов риска неинфекционных заболеваний в Республике Беларусь: STEPS-исследование / М.М. Сачек, И.И. Новик, В.М. Писарик // Современные аспекты здоровьесбережения : сборник материалов юбилейной научно-практической конференции с международным участием, посвященной 55-летию медико-профилактического факультета УО «БГМУ». — 2019. — С. 277–281.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B10">
				<label>10</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Филипов Е.В. Неблагоприятные сердечно-сосудистые исходы и их связь с факторами риска по данным проспективного исследования МЕРИДИАН-РО / Е.В. Филипов, А.Н. Воробьев, Н.В. Добрынина [и др.] // Российский кардиологический журнал. — 2019. — Т. 24. — № 6. — С. 42–48. — DOI: 10.15829/1560-4071-2019-6-42-48.</mixed-citation>
			</ref>
		</ref-list>
	</back>
	<fundings/>
</article>