<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
    <!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM/DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.2 20120330//EN" "http://jats.nlm.nih.gov/publishing/1.2/JATS-journalpublishing1.dtd">
    <!--<?xml-stylesheet type="text/xsl" href="article.xsl">-->
<article xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" article-type="research-article" dtd-version="1.2" xml:lang="en">
	<front>
		<journal-meta>
			<journal-id journal-id-type="issn">2303-9868</journal-id>
			<journal-id journal-id-type="eissn">2227-6017</journal-id>
			<journal-title-group>
				<journal-title>Международный научно-исследовательский журнал</journal-title>
			</journal-title-group>
			<issn pub-type="epub">2303-9868</issn>
			<publisher>
				<publisher-name>ООО Цифра</publisher-name>
			</publisher>
		</journal-meta>
		<article-meta>
			<article-id pub-id-type="doi">10.60797/IRJ.2025.159.37</article-id>
			<article-categories>
				<subj-group>
					<subject>Brief communication</subject>
				</subj-group>
			</article-categories>
			<title-group>
				<article-title>Эволюция представлений о «зверстве» в общественном и художественном сознании: историко-культурный анализ</article-title>
			</title-group>
			<contrib-group>
				<contrib contrib-type="author" corresp="yes">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-3894-3306</contrib-id>
					<contrib-id contrib-id-type="rinc">https://elibrary.ru/author_profile.asp?id=192965</contrib-id>
					<contrib-id contrib-id-type="rid">https://publons.com/researcher/OCK-6930-2025</contrib-id>
					<name>
						<surname>Васильева</surname>
						<given-names>Марина Геннадьевна</given-names>
					</name>
					<email>vasmse@yandex.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-2">2</xref>
				</contrib>
				<contrib contrib-type="author">
					<contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0009-0004-0560-3916</contrib-id>
					<name>
						<surname>Гайдышев</surname>
						<given-names>Александр Григорьевич</given-names>
					</name>
					<email>s.giraf@mail.ru</email>
					<xref ref-type="aff" rid="aff-1">1</xref>
				</contrib>
			</contrib-group>
			<aff id="aff-1">
				<label>1</label>
				<institution>Центр современной литературы и книги</institution>
			</aff>
			<aff id="aff-2">
				<label>2</label>
				<institution>Санкт-Петербургский государственный университет промышленных технологий и дизайна</institution>
			</aff>
			<pub-date publication-format="electronic" date-type="pub" iso-8601-date="2025-09-17">
				<day>17</day>
				<month>09</month>
				<year>2025</year>
			</pub-date>
			<pub-date pub-type="collection">
				<year>2025</year>
			</pub-date>
			<volume>4</volume>
			<issue>159</issue>
			<fpage>1</fpage>
			<lpage>4</lpage>
			<history>
				<date date-type="received" iso-8601-date="2025-08-13">
					<day>13</day>
					<month>08</month>
					<year>2025</year>
				</date>
				<date date-type="accepted" iso-8601-date="2025-09-09">
					<day>09</day>
					<month>09</month>
					<year>2025</year>
				</date>
			</history>
			<permissions>
				<copyright-statement>Copyright: &amp;#x00A9; 2022 The Author(s)</copyright-statement>
				<copyright-year>2022</copyright-year>
				<license license-type="open-access" xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">
					<license-p>
						This is an open-access article distributed under the terms of the Creative Commons Attribution 4.0 International License (CC-BY 4.0), which permits unrestricted use, distribution, and reproduction in any medium, provided the original author and source are credited. See 
						<uri xlink:href="http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/">http://creativecommons.org/licenses/by/4.0/</uri>
					</license-p>
					.
				</license>
			</permissions>
			<self-uri xlink:href="https://research-journal.org/archive/9-159-2025-september/10.60797/IRJ.2025.159.37"/>
			<abstract>
				<p>Статья посвящена комплексному анализу эволюции представлений о «зверстве» в общественном и художественном сознании человека на протяжении различных исторических эпох. Исследование прослеживает, как менялось восприятие жестокости, начиная с первобытных обществ, где агрессия могла рассматриваться как инструмент выживания, и заканчивая современностью, где феномен «зверства» осмысляется через призму психологических, социальных и биологических факторов. Анализируются ключевые концепции, такие как «эффект Люцифера» Филипа Зимбардо и «банальность зла» Ханны Арендт, которые изменили понимание природы жестокости, сместив акцент с патологической злобы на роль ситуационных факторов и конформизма. В статье подчеркивается, что представления о жестокости не являются статичными, а динамично развиваются, отражая культурные, научные и социальные изменения.</p>
			</abstract>
			<kwd-group>
				<kwd>зверство</kwd>
				<kwd> жестокость</kwd>
				<kwd> насилие</kwd>
				<kwd> общественное сознание</kwd>
				<kwd> художественное сознание</kwd>
				<kwd> психология зла</kwd>
				<kwd> дегуманизация</kwd>
			</kwd-group>
		</article-meta>
	</front>
	<body>
		<sec>
			<title>HTML-content</title>
			<p>1. Введение</p>
			<p>Понимание природы человеческой жестокости — одна из вечных тем, волнующих философов, психологов, социологов и художников. На протяжении веков представления о том, что такое «зверство», как оно возникает и проявляется, претерпевали значительные изменения, которые отражали трансформацию в общественном сознании, научном знании и художественном осмыслении мира. Исследования таких ученых, как Филип Зимбардо, Ханна Арендт, Стивен Пинкер, Норберт Элиас, Дэвид Басс, а также работы по социальной истории и культурологии, позволяют проследить эту эволюцию. Актуальность данного исследования обусловлена непрекращающимся интересом к феномену насилия и его роли в человеческой истории и современности. Новизна работы заключается в комплексном подходе, интегрирующем общественное и художественное сознание для анализа эволюции понятия «зверство». Теоретическая значимость работы состоит в систематизации представлений о жестокости в различные эпохи, а практическая — в возможности лучшего понимания современных проявлений насилия.</p>
			<p>2. Методы и принципы исследования</p>
			<p>Данное исследование базируется на междисциплинарном подходе, интегрирующем методы социальной истории, культурологии, психологии и литературоведения, включая:</p>
			<p>- историко-культурный анализ — изучение представлений о «зверстве» в контексте конкретных исторических эпох и культурных формаций;</p>
			<p>- сравнительный анализ — сопоставление общественных и художественных моделей жестокости в разные периоды;</p>
			<p>- психологический анализ — привлечение концепций из психологии агрессии, социальной психологии и психологии зла для объяснения механизмов возникновения жестокости.</p>
			<p>Исследование проводилось путем анализа вторичных источников, включая научные монографии, статьи (работы Элиаса, Зимбардо, Арендт, Пинкера, Басса), а также классические и современные литературные произведения, которые служат индикаторами общественного восприятия жестокости. В качестве выборки использовались репрезентативные произведения и концепции, отражающие ключевые этапы эволюции представлений о «зверстве» от древности до современности.</p>
			<p>3. Основные результаты</p>
			<p>Исследование позволило выявить следующие ключевые этапы и закономерности в эволюции представлений о «зверстве»:</p>
			<p>1. Первобытный период, где жестокость выступала как естественный инструмент выживания, отраженный в художественных реконструкциях, подчеркивающих прямую связь между силой, агрессией и выживанием.</p>
			<p>2. Древние цивилизации и Средневековье. Здесь происходит смещение акцента на организованное насилие (государственное, военное, религиозное). Художественное сознание отражает как героизацию насилия в контексте защиты, так и осуждение тирании, а также осмысление страданий через религиозные образы.</p>
			<p>3. Эпоха Возрождения и Просвещения. Гуманистические идеи ставят человека в центр, открывая новые грани его страстей и амбиций, ведущих к жестокости. Появление первых попыток психологического анализа насилия.</p>
			<p>4. XIX–XX века. Художественное творчество углубляется в психологические мотивы, социальные причины и последствия жестокости, писатели исследуют темы социального неравенства, колониальной политики, последствий индустриализации и тоталитарных режимов. В науке появляются концепции «банальности зла» и «эффекта Люцифера», которые меняют общественное понимание природы жестокости, смещая фокус на ситуационные факторы и конформизм.</p>
			<p>5. Современность. Комплексное понимание «зверства» как результата взаимодействия биологических, психологических и социокультурных факторов.</p>
			<p>4. Обсуждение</p>
			<p>На заре человеческой истории, в условиях борьбы за выживание, агрессия и жестокость могли восприниматься как естественные, даже необходимые инструменты для достижения успеха и защиты. В первобытных обществах, как предполагает эволюционный психолог Дэвид Басс </p>
			<p>[2]</p>
			<p>Художественное осмысление данного периода отражает эту непосредственную связь между силой, агрессией и выживанием. Писатели более поздних эпох, такие как Герберт Уэллс («На заре человечества»), Джек Лондон («До Адама»), Жозеф Рони-старший («Борьба за огонь»), Сергей Покровский («Охотники на мамонтов»), в своих произведениях пытались реконструировать и осмыслить эти древние формы существования, где зверство было ключевым фактором выживания.</p>
			<p>С развитием первых цивилизаций и формированием более сложных социальных структур, включая ранние формы государственности, начали появляться первые попытки регулирования насилия. Однако, как показывает в своих исследованиях Норберт Элиас </p>
			<p>[11]</p>
			<p>В художественном сознании этого времени появлялись героические образы воинов, чья жестокость оправдывалась защитой отечества или веры, а также образы тиранов, чья жестокость осуждалась как отклонение от божественного или естественного порядка. Так «Илиада» Гомера стала монументальным свидетельством жестоких реалий войны. Эпос ярко изображает физическую бойню и глубокое горе от потерь близких. Описание гнева Ахилла и его разрушительных последствий, судьбы павших героев, таких как Гектор, демонстрируют беспощадность насилия. Древнегреческие трагедии, «Царь Эдип» Софокла и «Медея» Еврипида, углубляются в психологические и физические проявления жестокости, мести и разрушительных последствий человеческих поступков. Убийство детей Медеей, движимой жаждой мести супругу, также является ярким примером литературного исследования крайней жестокости.</p>
			<p>Период Средневековья и раннего Нового времени в Европе, как отмечает Элиас, характеризовался постепенным формированием более строгих нравов и развитием «внутреннего контроля» </p>
			<p>[11]</p>
			<p>В этот период художественное сознание, особенно в литературе и живописи, начало активно осмыслять ужасы насилия, хотя часто и в рамках религиозной морали. Образы мучеников, демонов, сцены Страстей Христовых служили не только религиозным наставлением, но и художественным выражением страданий и жестокости. Детальные описания мучений в «Житиях святых» демонстрировали не только стойкость веры, но и масштаб жестокости, с которой приходилось сталкиваться. Эпические поэмы, такие как «Песнь о Роланде», изображают героические битвы и жестокость войны, подчеркивая суровые реалии средневековой жизни. А сборники, подобные «Декамерону» Джованни Боккаччо и «Кентерберийским рассказам» Джеффри Чосера, хотя и использовали юмор и иронию, также содержали нарративы насилия, обмана, жестокосердия человеческого взаимодействия в средневековом обществе. То же встречаем в сборнике ближневосточных сказок «Тысяча и одна ночь», который включает множество историй, связанных с насилием, жестокой местью и темной стороной человеческой натуры.</p>
			<p>Эпоха Ренессанса ознаменовалась сдвигом литературного фокуса в сторону гуманизма, что отмечает в своем эссе «Дегуманизация искусства» Хосе Ортега-и-Гассет </p>
			<p>[10]</p>
			<p>Переломным моментом в осмыслении природы зверства стало Просвещение и последующие эпохи. Развитие гуманистических идей, а также научный прогресс, включая появление таких наук, как психология и социология, начали предлагать новые объяснения жестокости. Филип Зимбардо, исследуя «эффект Люцифера», показал, что даже «хорошие люди» могут совершать зло под влиянием ситуационных факторов и системного давления, что было продемонстрировано в его Стэнфордском тюремном эксперименте, где участники, игравшие заключенных и охранников, быстро приняли свои роли, и «охранники» начали проявлять садистское поведение </p>
			<p>[5][1]</p>
			<p>В художественном сознании этот сдвиг отразился в появлении произведений, исследующих психологические мотивы насилия, влияние среды на формирование личности и феномен «обычного человека», совершающего ужасные поступки. Литература и следом кинематограф стали исследовать не только внешние проявления жестокости, но и ее внутренние корни, показывая, как социальные условия, идеология и личные травмы могут привести к дегуманизации и насилию. Произведения таких авторов, как В. Гюго («Отверженные»), Э. Золя («Жерминаль»), Дж. Конрад («Сердце тьмы»), М. Шелли («Франкенштейн»), а также русских писателей, Ф. Достоевский («Преступление и наказание»), Л. Толстой («Власть тьмы») </p>
			<p>[4][7][3]</p>
			<p>Стивен Пинкер, анализируя исторические данные, утверждает, что, несмотря на ужасающие примеры зверств в XX веке (мировые войны, Холокост, тоталитарные режимы), уровень насилия в мире снизился </p>
			<p>[9]</p>
			<p>Современные представления о зверстве стремятся к комплексному пониманию феномена, включают биологические, психологические и социокультурные факторы. Жестокость рассматривается не как монолитное явление, а как спектр поведенческих реакций, зависящих от множества причин: от генетических предрасположенностей и нейробиологических особенностей конкретного человека до влияния семьи, общества, культуры и политических систем. Художественное сознание продолжает изучать эту сложную природу, создавая произведения, которые заставляют задуматься о границах человеческой жестокости, о роли каждого из нас в предотвращении насилия и о том, как важно сохранять эмпатию и критическое мышление в мире, где «банальность зла» остается реальной угрозой. Современные исследователи продолжают изучать, как новые формы жестокости, такие как кибербуллинг или дегуманизация в онлайн-пространстве, влияют на наше восприятие и как они могут быть осмыслены в контексте продолжающейся эволюции человеческого сознания [6], [10].</p>
			<p>5. Заключение</p>
			<p>В ходе проведенного исследования мы проследили эволюцию представлений о «зверстве» в общественном и художественном сознании от первобытных времен до современности. Было установлено, что восприятие «зверства» трансформировалось от естественного инструмента выживания к объекту морального осуждения и предмета глубокого научного и художественного анализа. Ключевыми факторами этой трансформации стали развитие цивилизации, появление государственности, научный прогресс и гуманистические идеи. Концепции «эффекта Люцифера» и «банальности зла» кардинально изменили понимание природы жестокости, показав ее зависимость от социальных и ситуационных факторов. Художественное сознание играло и продолжает играть важную роль в осмыслении и формировании общественного восприятия насилия. Перспективы для дальнейших исследований включают более глубокий анализ влияния современных технологий и массовой культуры на восприятие и проявления жестокости, а также разработку более эффективных стратегий по ее предотвращению.</p>
		</sec>
		<sec sec-type="supplementary-material">
			<title>Additional File</title>
			<p>The additional file for this article can be found as follows:</p>
			<supplementary-material xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" id="S1" xlink:href="https://doi.org/10.5334/cpsy.78.s1">
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/21031.docx">21031.docx</inline-supplementary-material>]-->
				<!--[<inline-supplementary-material xlink:title="local_file" xlink:href="https://research-journal.org/media/articles/21031.pdf">21031.pdf</inline-supplementary-material>]-->
				<label>Online Supplementary Material</label>
				<caption>
					<p>
						Further description of analytic pipeline and patient demographic information. DOI:
						<italic>
							<uri>https://doi.org/10.60797/IRJ.2025.159.37</uri>
						</italic>
					</p>
				</caption>
			</supplementary-material>
		</sec>
	</body>
	<back>
		<ack>
			<title>Acknowledgements</title>
			<p/>
		</ack>
		<sec>
			<title>Competing Interests</title>
			<p/>
		</sec>
		<ref-list>
			<ref id="B1">
				<label>1</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Арендт Х. Банальность зла: Эйхман в Иерусалиме / Х. Арендт — Москва: Европа, 2008. — 424 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B2">
				<label>2</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Buss D. M. The Evolution of Aggression / D. M. Buss, J. D. Duntley — Austin: Psychosocial Press, 2006. — 285 с. — URL: https://www.researchgate.net/publication/232584104_The_Evolution_of_Aggression (дата обращения: 13.08.2025) [in English]</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B3">
				<label>3</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Брусиловская Я.В. Идентификация лирического субъекта в поэзии Н. Романовой (диптих «Зверство» и «Людоедство») / Я.В. Брусиловская // Вестник Вологодского государственного университета. — 2023. — № 2. — с. 59–63.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B4">
				<label>4</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Заварницына Н.М. Разрушение традиционных ценностей в осмыслении Л.Н. Толстого (на примере пьесы «Власть тьмы») / Н.М. Заварницына // Модернизация культуры: пространство, границы, переходы. — Самара: СГУ, 2024. — С. 244–246.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B5">
				<label>5</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Зимбардо Ф. Эффект Люцифера. Почему хорошие люди превращаются в злодеев / Ф. Зимбардо — Москва: Альпина, 2018. — 768 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B6">
				<label>6</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Костоломова М.В. Социальная реальность и процесс дегуманизации: новые смыслы / М.В. Костоломова // Вестник НГУЭУ. — 2020. — № 3. — с. 241–250.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B7">
				<label>7</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Михайлова М.В. Трагедия русского мира в осмыслении Е.Н. Чирикова / М.В. Михайлова, А.В. Назарова // Русский язык и литература в славянском мире: История и современность. — 2020. — № 1. — с. 51–56.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B8">
				<label>8</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Ортега-и-Гасет Х. Дегуманизация искусства / Х. Ортега-и-Гасет — Москва: АСТ, 2008. — 192 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B9">
				<label>9</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Стивен П. Лучшее в нас. Почему насилия в мире стало меньше / П. Стивен — Москва: Альпина, 2011. — 952 с.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B10">
				<label>10</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Склярова А.М. Неофрейдизм, гуманистическая философия и психология о дегуманизации личности / А.М. Склярова // Информация–Коммуникация–Общество. — Санкт-Петербург: СПбГЭТУ «ЛЭТИ», 2021. — Вып. 1. — С. 97–104.</mixed-citation>
			</ref>
			<ref id="B11">
				<label>11</label>
				<mixed-citation publication-type="confproc">Элиас Н. О процессе цивилизации. Исследования по психогенетике и социогенетике культурного развития / Н. Элиас. — Москва: Центр гуманитарных инициатив, 2024. — 382 с.</mixed-citation>
			</ref>
		</ref-list>
	</back>
	<fundings/>
</article>