1. Введение

Вопрос возникновения понятия числа и его категорий можно отнести к одним из фундаментальных проблем науки и научного познания, поскольку математика как формализированная система репрезентации характеристик количества и качества объектов окружающей действительности относится к артефактам общечеловеческой культуры, что, в свою очередь, приравнивает ее к понятию «универсалия».

При этом степень влияния основных положений математических концепций того или иного этноса на его когнитивно-перцептивные процессы является кросс-культурно вариативной. Изучение исторических и социокультурных предпосылок возникновения системы исчисления и арифметических операций относится к междисциплинарной области знаний и является предметом интереса не только математики, но и таких наук, как, например, лингвосемиотика, когнитивистика, в связи с многогранностью подходов к изучению данного явления.

С одной стороны, речь идет о «природной» предрасположенности индивида к обучению числовой грамотности в целом, с другой стороны, последние исследования в области этнолингвоматематики подтверждают прямую корреляцию между социально-историческим контекстом становления отдельной этнической группы и средним уровнем сформированности числового интеллекта как способности индивида под воздействием эволюционных процессов отказываться от конкретных чисел в пользу абстрактных при построении комплексной числовой системы.

Таким образом, целью нашей обзорной статьи становится рассмотрение процесса формирования числового кода как языковой единицы реализации математического мышления в ретроспективе.

Необходимость определения роли числа как лингвосемиотической универсалии в рамках формирования социокультурной парадигмы научного познания в условиях информатизации и цифровизации общества определяет постановку следующих задач:

1) лингвокультурный анализ исторических предпосылок возникновения числовых систем;

2) изучение типа взаимосвязи между понятиями «числовой код» и «культурная универсалия» в рамках функционирования когнитивных процессов;

3) проведение сравнительно-сопоставительного анализа принципов использования числовых матриц в контексте разных культур с целью выявлений общих лингвосемиотических паттернов;

4) уточнить роль этнолингвоматематики при построении комплексной числовой системы.

2. Методы исследования

Механизмы взаимодействия между языковыми средствами с числовым элементом, лингвистическими универсалиями и знаками-символами пока недостаточно изучены, поэтому в рамках проведения анализа степени изменчивости когнитивных и социальных систем, лежащих в основе современного языкознания, необходимо прибегнуть к использованию методов сравнительно-сопоставительного и лингвосемиотического анализа.

Материалами исследования послужили работы Алефиренко Н.Ф.[1], Выготского Л.С., Лурии А.Р. [3], Жировой И.Г. [4], [5], [6], Масловой В.А. [7], Парсонса Т. [8], Фомашина В.С. [10], Crawfurd J [12], Greenberg J.H. [13], и др.

3. Обсуждение

Существование современного социума невозможно вне процессов глобализации, которые способствовали формированию информационного общества, где доступность информации становится решающим фактором, определяющим любую деятельности индивида.

Стремительное распространение информационных и цифровых технологий было вызвано соответствующим «социальным заказом», который в первую очередь отражал специфику реализации социокультурных процессов, отличавшихся особой подвижностью и комплексностью. Смысловое наполнение подобного типа информации обуславливается главенствующими культурными паттернами, где сама культура рассматривается как функциональная модель социального взаимодействия, реализуемая при условии соблюдения следующих факторов:

1) межпоколенная трансляция культурных ценностей и традиций;

2) инкультурация индивида в рамках социализации;

3) общепринятый характер культурных норм [8, С. 253].

Помимо этого, необходимо отметить, что для коммуникативных актов, протекающих в подобном информационном пространстве, характерно наличие качественно новой знаковой системы, которая отражает актуальные лигвокультурные реалии и является предметом изучения таких отраслей языкознания, как лингвокультурология, лингвокогнитивистика и лингвосемиотика, где лингвокультурология рассматривается как находящаяся на стыке лингвистики и культурологии отрасль языкознания, которая изучает язык как естественный «накопитель данных», хранящий закодированную посредством языковых знаков и культурных кодов информацию об основополагающих явлениях и реалиях национально-культурной картины мира [7, С. 30].

Когнитивная лингвистика или лингвокогнитология занимается исследованием взаимосвязи между мышлением как психофизиологическим процессом и языковым сознанием, воспринимающим окружающую действительность сквозь призму культурных артефактов – семиотических знаков, понятийное наполнение которых напрямую зависит от культурно-исторического и научно-познавательного опыта отдельного этноса [1, С. 76].

Лингвосемиотика, в свою очередь, рассматривает язык как сложную знаковую систему, необходимую для выстраивания успешной коммуникации как между носителями одного языка, так и представителями отличных языковых групп. Содержание каждого отдельного семиотического кода будет разниться в зависимости от актуального социокультурного контекста и также будет определяться набором параллельно используемых вербальных и невербальных элементов перлокутивного акта [2]. Коррелирующие и/или совпадающие языковые закономерности и явления, характерные для семиотических ресурсов нескольких лингвокультур, принято относить к лингвосемиотическим универсалиям, к которым относится математическая модель передачи информации, используемая для передачи числового кода с помощью привлечения гибридных каналов восприятия.

Истоки возникновения числовых систем и их категорий относятся к одному из фундаментальных вопросов как философии, так и филологии, который с древних времен волновал лучшие умы человечества. Первые попытки использования конкретных чисел датируются еще Ⅲтысячелетием до н.э., когда первобытные люди только начинали разрабатывать примитивные механизмы регулирования жизнедеятельности «индивида» в социуме.

Поступательное развитие когнитивных способностей кроманьонцев позволяет говорить о синкретичности их мышления, при которой накопленные знания, полученные эмпирическим путем сначала «хранились» в форме тотемических кодов, которые впоследствии приобрели символическое выражение, став «прелогической» формой языкового знака [10, С. 179, 181].

Созданный в результате мыслительный аппарат отражал особенности развития речи и мышления первобытного человека — примитивная языковая матрица, с одной стороны, и богатый «словарный запас», обусловленный необходимостью создания большого объема терминов для обозначения множественных объектов действительности, с другой. В связи с неумением «выражаться абстрактно и условно» языковое сознание на первых этапах изобилует пикторальными элементами, к которым также относятся символы натуральной арифметики [3, С. 100].

Однако несмотря на все эволюционные изменения, которым впоследствии подверглись когнитивные функции индивида, сегодня человечество снова отдает предпочтение информации, поступающей в рамках визуальной модальности, что делает вопрос об онтологии чисел предметом интереса современной лингвистики.

Исследование именно числового кода как потенциальной кросс-лингвистической универсалии началось только во второй половине ХХ века, когда были представлены положения генеративной грамматики Н. Хомского (1957), этноматематики (Ubiratan D'Ambrosio, 1977) а также исследования лингвистических универсалий Дж. Гринберга, Ч. Осгуда и Дж. Дженкинса (1962, 1970), в работах которых впервые подчеркивалась важность числовых нотаций для развития языковой способности индивида.

Однако нельзя не отметить заслуги шотландского востоковеда и этнографа Дж. Кроуферду, который в своей научной работе «On the Numerals as Evidence of the Progress of Civilization» еще в 1863 году, утверждал, что социальное положение этической группы или общества находится в прямой зависимости от степени сформированности числового интеллекта его членов, так как предполагается, что термины для выражения категории числа и числительного «появляются» на последней стадии формирования лексико-грамматической и логико-семантической системы любого языка и, следовательно, развиваются параллельно с ростом культурного сознания.

Проведенный в ходе исследования анализ цифр как сформированных под влиянием прогрессивного развития человеческой цивилизации числовых знаков определил важность изучения влияния таких историко-экономических аспектов становления этноса, как основные направления сельскохозяйственной деятельности, формирование торговых маршрутов, политические кампании, развитие научной мысли и других сфер деятельности на комплексирование математических практик — появление позиционной системы счисления совместно с концептом «нуля», проникновение арабских цифр в европейскую математическую традицию, предпосылки создания единой метрической системы [12].

В своем исследовании 1978 года «Generalizations about numeral systems» Джон Гринберг отдельно выделяет такое языковое явление, как «универсалий нумерации» и указывает следующие свойственные ему характеристики: 

1) объем набора числовых слов и понятий каждого отдельного языка обратно пропорционален степени развития общества;

2) грамматическая система языка формируется совместно с развитием числовой матрицы языка, так, например, в языке не наблюдается грамматическая категория тройственного числа, если:

а) в языке отсутствует двойственное число;

б) отсутствует понятие абстрактного числа и все числовые вычисления происходят в рамках правил примитивно-рекурсивной арифметики, в связи с чем можно сделать вывод о взаимозависимой коэволюции числовых кодов и культурных универсалий.

Интересно, что автор относит развитие психомоторных функций индивида, а именно появление пальцевого счета, к одному из основополагающих факторов эволюционного развития математического мышления [13].

Все вышеперечисленные положения нашли свое отражение в концепции «этноматематики», предложенной Убиратаном Д’Амброзио, который впервые предложил выделять возникающие в рамках изучения положений математической науки эпистемологические проблемы в отдельную область знания, которая бы прицельно занималась изучением вариативности математического познания, вызванного расхождением в мировосприятии представителей различных культур [11, С. 22]. Особенно подобные различия видны при сравнении математических практик в языках развитых и развивающихся стран, с разной степенью адаптации положений традиционной академической математики, что только подчеркивает многообразие контекстуально обусловленных когнитивных процессов в целом, и числового мышления в частности.

4. Заключение

Проведенное нами исследование выявило ключевую роль числа как лингвосемиотической универсалии в формировании культурных и когнитивных паттернов представителей каждого отдельного этноса, а также непосредственную взаимосвязь между механизмом формирования числовых матриц и социокультурным контекстом.

При этом вариативность содержания числовой системы объясняется когерентностью культурных паттернов, отражающих основные положения национально-культурной картины мира индивида, что, в свою очередь, влияет на понимание общественно-сформированных «культурных кодов» и невозможна вне рамок функционирования рабочей оппозиции «интеллектуальный потенциал индивида — социокультурные модели поведения» [9, С. 79–80].

Таким образом, числовой код выступает не только как инструмент передачи количественной информации, но и как важный элемент межкультурной коммуникации, отражающий особенности национально-культурной картины мира. Исследование подтвердило важность рассмотрения механизмов функционирования числового мышления, что особенно актуально в условиях глобализации и цифровой трансформации общества, когда механизмы формирования кросс-культурных универсалий, соответствующих актуальным моделям поведения индивида в поликультурной среде, становятся предметом интереса современных лингвистов, что обуславливается внутренней изменчивостью самого общества, с одной стороны, а также необходимостью выработки единого принципа отбора релевантной количественной информации, часто представляемой с использованием числового кода, с другой.

The additional file for this article can be found as follows: