1. Введение

Конец XX — начала XXI столетия на фоне сворачивания индустриального и формирования постиндустриального общества стран — лидеров экономики укрепил на мировой художественной сцене новое направление современного искусства, получившее название "Science Art" или в другом, укороченном, варианте —  "sci-art", в дословном переводе — «Научное искусство». Sci-art возник как художественная практика в середине ХХ века. Его философию и принципы провозгласил в манифесте 1969 года американский физик и художник Берн Портер (1911–2004 гг.). Портер писал: «Конечные миры бесконечной реальности и красоты, появившиеся благодаря инструментам и открытиям науки, требуют эстетического развития»

[11, С. 42]

Но в России для обозначения этого направления в искусстве укоренился термин «сайнс-арт», который в русскоязычном пространстве появился благодаря Дмитрию Булатову. Он сам художник и один из первых теоретиков искусства в России, кто обратился к сайнс-арт как к объекту исследований и стал автором наиболее значимых текстов, публикаций и лекций по проблематике этого художественного направления. В каталоге выставки «Наука как предчувствие», которая проводилась в 2009 году на Винзаводе в Москве, Булатов дал определение сайнс-арт. «Это направление современного искусства, представители которого используют новейшие технологии, исследовательские методики и концептуальные основания для создания своих работ»

[1, С. 12]

Сайнс-арт использует достижения науки и технологии. Произведения «научного искусства» имеют под собой исследовательскую базу, опираясь на достижения учёных, но также обращаются к эмоциям, позволяя не только осмыслить, но и прочувствовать науку. Можно сказать, что это художественный способ презентации научных данных и изобретений, которые приобретают в презентации эстетическую ценность.

Сегодня это направление современного искусства набирает популярность и получает очень значимые выставочные площадки во всем мире. Все крупные мировые музеи современного искусства, а в силу двойственности природы сайнс-арт и многие политехнические музеи, имеют в своей выставочной программе инсталляции и экспозиции произведений сайнс-арт. В рамках этих программ проводятся конкурсы, устраиваются фестивали, наиболее интересным заявкам присуждаются гранты различных научных организаций, фондов и меценатов. По объёму финансирования и по медийному освещению, по количеству зрителей мероприятия сайнс-арт играют все более значимую роль в мире современного искусства. Можно сказать, что сайнс-арт — один из его наиболее перспективных видов.

2. Методы и принципы исследования

Относительная новизна явления не привела пока к строгой классификации основных существующих подходов авторов сайнс-арт к творческой и исследовательской деятельности. Художественный контекст в произведениях сайнс-арт, по большей части, связан не с исполнительским уровнем и мастерством художника, а, скорее, с философским замыслом, раскрываемым инструментами научного исследования. Интерес к техническому прогрессу, построение образа будущего, рефлексия человечества, самопознание и размышления о своем месте и назначении в этом будущем — густо замешанные темы произведений сайнс-арт, а научные методы исследований и технологии эксперимента — это те же холст, краски, мрамор, присущие традиционному искусству.

Интерес к этому направлению искусства велик. Авторы сайнс-арт приходят в него разными путями и с различными идеями и задачами. Опыт эмпирических исследований и сравнительного анализа различных подходов к работе в сайнс-арт позволяет обобщить три основные и самые массовые группы творческих проектов художников.

3. Основные результаты

Первая группа — непосредственно учёные, которые в процессе своих исследований фиксируют научные результаты экспериментов и обращают внимание на высокие эстетические качества этих результатов. В заслугу им можно поставить то, что они сумели преодолеть свою цеховую изолированность, увидеть в визуализации исследований не только сугубо научное содержание, но и особую художественную ценность, а зачастую, намеренно производят те действия, используют те технологии, которые ведут именно к усиленному художественному впечатлению.

В этой группе много начинающих молодых ученых. Такой характер творчества не является специфически художественным. Всё происходит почти само собой, не требует больших ресурсов и специальных вложений собственно в произведение. Художественный результат является побочным результатом научных исследований. Но произведения такого рода редко находят своего зрителя, а чаще занимают место на стенах лабораторий. Почти у каждого исследователя имеется целый архив таких артефактов, которые услаждают самого автора и его ближайших коллег.

Однако

,

Проводят конкурсы профессиональные общества ученых определенной специализации или проблематики: Международное общество вычислительной биологии и биоинформатики (ISCB), Вирджиния, США; Общество по исследованию материалов (MRS), Пенсильвания, США.

Лучшие и наиболее значимые результаты с точки зрения искусства, конечно, имеют арт-проекты, которые разработаны и созданы пусть и средствами научных исследований, но заведомо как проекты художественные. Наиболее показателен, как пример такого подхода, проект ученого Майкла Дэвидсона (Michael Davidson) из Флоридского государственного университета.

В 1990-х годах он впервые применил новые методы фотографирования жидкостей. Работа была продолжением его опыта в кристаллизации и микроскопии. Особенно выразительной оказалась серия фотографий алкогольных напитков, которые в процессе исследования подвергались кристаллизации с последующей фотосъёмкой в поляризованном свете. Основная сложность в создании этих замечательных образов заключается в том, чтобы заставить напиток кристаллизоваться, что требует, как научного понимания процесса, так и интуиции. Полученные изображения представили красочные абстрактные визуализации, которые успешно экспонировалась как художественная выставка и вызвали достаточно широкий медийный интерес.

Почти десятилетие спустя предприниматель Лестер Хатт случайно познакомился с впечатляющей коллекцией изображений Дэвидсона, что стало импульсом для создания торговой марки "BevShots". Таким образом, ему удалось донести этот уникальный синтез искусства и науки до масс

Существование второй группы авторов сайнс-арт обусловлено относительной новизной явления и неточным пониманием его природы и содержания. Как правило, представители этого подхода не являются учеными и не имеют возможности опираться на уникальные результаты собственных исследований. Среди них могут быть художники, а могут быть люди, которые называют себя художниками. Побудительные мотивы таких авторов могут быть самыми различными: от искреннего интереса к научным результатам до прагматического расчета в поисках успеха. Это не существенно для искусства. Принципиально то, что подобные произведения представляют собой либо визуальную научную репродукцию, либо наукоподобный симулякр, не имеющий к научным процессам и методам никакого отношения, либо неправильно позиционируемый образец цифрового искусства, либо, в самом тривиальном случае, произведение, посвящённое науке и учёным. Зачастую, не очень компетентные кураторы и сами искренне полагают, что это и есть сайнс-арт, забывая, что если в произведении не происходит научного исследования, эксперимента, то нет и сайнс-арта.

Образцом подобного подхода служат эффектные и визуально привлекательные работы Фабиана Офнера (Fabian Oefner) в серии «Разлив масла».

Для этой серии Офнер использовал студийную фотосъемку широко известного эффекта — произвольного растекания масляной жидкости по поверхности воды. При контакте с водой масло начало расширяться и формировать эффектные зрелищные структуры. Некоторые из них были похожи на взорвавшиеся звёзды, другие выглядели, как фотография радужной оболочки глаза

Художник так описывает работу над проектом: «…Мне нравится в серии то, что это довольно простое явление, но поразительно волшебное и прекрасное. Это пришло мне в голову, когда я сидел у своей студии под дождем и заметил тонкую пленку бензина на лужице воды. Поэтому я начал воссоздавать установку в более контролируемой среде. Наконец, после многих различных настроек и сотни изображений, исследование привело к этим десяти фотографиям…»

[9]

Несмотря на то, что сам автор называет свою работу исследованием, считать эту серию примером настоящего сайнс-арта было бы неправильно. Офнер не проводил никаких научных исследований, не использовал научных методов для достижения художественного образа, он последовательно и методично добивался технического совершенства при художественной фиксации всем известного явления общепринятым способом макросъемки.

Такой подход к искусству заслуживает уважения, приносит значимые результаты. Среди авторов подобного отношения к творчеству

[8]

Даже сами эти обозначенные критерии подразумевают актуальность проектов, применение инновационных технологий, методов творческого выражения, технологичность мышления авторов, но в то же время и отсутствие как таковой научной исследовательской составляющей. Подобная ошибка довольно типична для отечественных деятелей сайнс-арт, и полученные в результате такого творчества произведения не являются подлинно «научным искусством».

Обратимся, наконец, к третьей, самой интересной для нас группе авторов. В этом случае художник или сам обладает компетенциями научных исследований, или работает в коллаборации с учёными. Для такого сотрудничества должны совпасть или быть тщательно сведены в единое целое многие и многие факторы:

– Прежде всего, наличие ресурсной и технологической базы для реализации совместного проекта.

– Совпадение интересов и направления поисков учёного и художника.

– Способность приходить к согласию по целям, задачам и методам реализации проекта.

– Наличие временных ресурсов. Невозможно быть уверенным в готовности проекта к установленной дате. В отличие от традиционного искусства, когда художник в общих чертах знает каждый свой следующий шаг и видит конечный результат, художник-сайентист приступает к работе, как и учёный, с гипотезой, которая может подтвердиться, а может быть опровергнута.

Хотелось бы обратиться к работам ведущих мировых художников сайнс-арта, исповедующих именно такой подход к творчеству.

Энцо Варриале (Enzo Varriale, в мире современного искусства известен как Lanvideosource) — итальянский медиахудожник и виджей. Варриале одним из первых стал работать с записями нейроволн человека в художественной практике. Он постоянный участник фестиваля электронной музыки Meetin Town в Риме, фестиваля Media Façade в Брюсселе, исследующего проблемы урбанизма и роль новых медиа в городской среде, а также Play With Fire в Нью-Йорке. В 2009 году Варриале участвовал с работой Really Simple Seeds, основанной на сравнительном анализе трех новостных сайтов (итальянского, общеевропейского и американского), на конкурсе Visual Music Award во Франкфурте, где был награжден главным призом.

Варриале обращается в своем творчестве к когнитивным технологиям, исследует электромагнитные волны, излучаемые человеческим мозгом. Его инструменты — устройства и программы, которые помогают исследователям эти волны видеть и фиксировать. А затем уже в качестве современного художника конвертировать в визуальный ряд и работать с ними далее. Он не просто интерпретирует простые сигналы мозга; он глубоко анализирует сложную электрическую активность, распознавая как базовые команды (движения вроде толкнуть, вращать или поднять), так и более тонкие эмоциональные реакции: моргание глазом, мимические движения при удивлении, гневе или улыбке.

Энцо Варриале мастерски применяет для реализации своих арт-проектов нейроинтерфейс Emotiv EPOC, которое штатно используется как периферическое устройство для игр на 

Windows.

Гай Бен-Ари (Guy Ben-Ari) — художник и исследователь из Австралии. Он известен по работе в Symbiotica, художественной лаборатории Университета Западной Австралии, занимающейся исследованиями в области наук о жизни и биотехнологическими экспериментами. Гай, получивший признание во всем мире как крупный художник и серьезный исследователь, работающий в области науки и медиаискусства, специализируется на концептуальных вопросах искусственной жизни, человеческого и кибернетического сознания, трансформации человеческой природы и культурной интерпретации современных биотехнологий.

Работы Гая выставлялись по всему миру на престижных площадках и фестивалях, от Пекинского национального художественного музея до Биеннале в Сан-Паулу и Московской биеннале. Его работы также можно увидеть в постоянной коллекции Музея современного искусства в Нью-Йорке. Его инсталляции "cellF" и «Безмолвный шквал» были отмечены наградами на Prix Ars Electronica (2017, 2009), а «Безмолвный шквал» также получил первую премию на VIDA, одном из самых престижных международных конкурсов в области цифрового искусства.

Наиболее наглядным примером философии художника является инсталляция «В потенции» ("In Potentia"), которая демонстрирует опыт сайнс-арт подхода в биотехнологических экспериментах. В основе сайнс-арт инсталляции автора лежат передовые биотехнологии. В 2008 году авторитетный журнал "Science" признал разработки, использованные Бен-Ари, главным научным прорывом 2008 года в области биологии. Технология перепрограммирования различных по происхождению клеток в определенный тип стволовых клеток не была на тот момент доступной большинству научных центров, но художник предложил проект, который заинтересовал исследователей и позволил создать художественное произведение, наглядно раскрывающее научный процесс для широкой публики.

В "In Potentia" Бен-Ари для процесса перепрограммирования выбрал клетки крайней плоти человека и трансформировал их в эмбрионально подобные стволовые клетки, из которых потом были получены нейроны. Таким образом, из клеток крайней плоти художник создал активно функционирующую нейронную сеть, аналог биологического мозга. Этот процесс Бен-Ари выносит на публику, ставит в центр своей художественной инсталляции.

Это своё произведение Гай Бен-Ари выполнял не в художественной мастерской, а в настоящей университетской лаборатории в составе научной группы, куда входили также соавторы учёные, дизайнеры, культурологи: 

– Стюарт Ходжеттс (SH) в настоящее время является директором Лаборатории восстановления спинного мозга в школе анатомии, физиологии и биологии человека Университета Западной Австралии (UWA). Он обладает обширными знаниями и опытом в клеточной трансплантационной терапии и был погружен в эти исследования с 1998 года.

– Марк Лоусон — имеет степень бакалавра с отличием в области трехмерного проектирования и степень магистра в области промышленного дизайна Университета Центральной Англии в Бирмингеме, Великобритания. Он практикующий дизайнер в области дизайна мебели и интерьера.

– Кирстен Хадсон — практикующий художник, писатель и ученый из Западной Австралии, где она работает преподавателем в школах дизайна, искусства, медиакультуры и креативных искусств Университета Кертин. Ее исследования сосредоточены на философии и истории тела, опираясь на гендерные исследования и французский постструктурализм.

«Я исповедую необходимость культурного подхода к науке. Роль искусства в исследовании биотехнологий — предлагать сценарии миров, которые мы формируем, и создавать конкурирующие варианты будущего. Ещё одна важная роль — это демистификация науки. Сейчас существует очень много научной информации о генах, тканевой инженерии, от которой люди бегут и не могут её переварить, потому что это представляется им слишком сложным. Задача искусства — сделать эту серьёзную информацию проще и понятнее»

[10]

4. Заключение

Выше рассмотрены лишь некоторые наиболее характерные примеры научного искусства. Но уже сейчас понятно, что практика сайнс-арта будет лишь неуклонно расширяться. Неизбежность и все большая значимость научно-технологического развития человеческой цивилизации вовлекает в орбиту интеллектуальных поисков и художников. Их миссия — осмысление происходящих процессов, определение места человека в грядущем мире и сохранение гуманитарной основы искусства в будущем.

Феномен «научного искусства» привлекает все большее число авторов, как правило, не имеющих профессионального художественного образования; организаций, ведущих публичную выставочную деятельность; специалистов и кураторов, охотно включающихся в процесс. Востребована концепция, некая мысль, выражающая какую-то идею и находящая воплощение в «художественном» высказывании в аудиовизуальном проявлении.

Публике трудно перестроиться от восприятия традиционного искусства и всерьёз относиться к инсталляциям сайнс-арта как к настоящему художественному произведению. Их восприятие и понимание требует научных знаний хотя бы базового уровня. Эмоционально трудно привязаться к творениям художников-сайентистов, коллекционирование осложнено большими трудностями воссоздания условий экспонирования. Пока, по большей части, это очередной аттракцион из области массовых зрелищ для публики. Когда сайнс-арт получит «своего» квалифицированного зрителя, увидим в ближайшие годы. Остается также надеяться, что появятся если и не великие, то хотя бы значимые произведения, о которых в свое время будут говорить «шедевр».

The additional file for this article can be found as follows: