1. Введение

С начала 1990-х годов XX века радикальные реформы, затронувшие экономическую систему России, оказали значительное влияние на ее пространственную структуру. Эти преобразования стали отражением глубинных внутренних изменений, сопровождающихся новыми дисбалансами в территориальной организации, как отмечается в исследовании П.А. Минакир [1]. Они проявляются в различиях уровня социально-экономического развития регионов, размещения производительных сил, расселения населения и миграционных потоков.

Особенно уязвимыми оказались те регионы, где разрыв в достигнутых уровнях социально-экономического развития стал наиболее заметным. В таких условиях актуализировалась задача разработки стратегии пространственного развития, которая была утверждена в феврале 2019 года, считает О.В. Кузнецова [2]. В этом документе были сформулированы новые подходы к организации расселения и размещению экономических ресурсов, нацеленные на сокращение территориальных диспропорций и обеспечение устойчивого социально-экономического роста.

Стратегия пространственного развития подчеркивает взаимосвязь между территориальной устойчивостью и гармоничным развитием регионов, как отмечает Н.В. Зубаревич [3]. Это, по мнению А.И. Татаркина, нашло отражение в предложенной модели реализации мер по выравниванию условий для эффективного функционирования всех территорий Российской Федерации [4].

Пространственная трансформация экономики приграничных регионов приобретает особую актуальность в условиях глобализации, регионализации и усиления взаимозависимости стран, как отмечает В.Н. Лаженцев [5]. Южный Урал и Северный Казахстан являются яркими примерами территорий, где сложная динамика экономического, социального и институционального взаимодействия формирует уникальные вызовы и возможности. Рассмотрение данных регионов позволяет выявить ключевые аспекты методологии оценки и разработать эффективные механизмы управления асимметрией развития.

2. Обзор литературы

Российскими научными школами и экспертами в области региональной политики выделены пять ключевых вызовов, влияющих на пространственное развитие. Централизация социально-экономической активности актуальная для исследований С.Ю. Глазьева

[6]Д.А. Гусевой [7], [8][9][10][11]

Существенная несбалансированность в развитии российских регионов требует длительного времени и эффективных инструментов для сглаживания этих различий, как считает Е.М. Бухвальд

[12][13]

Неблагоприятное международное положение России, усиленное санкциями и внешним давлением, оказывает значительное влияние на экономику приграничных и депрессивных территорий, как отмечает В.И. Меденников, С.Д. Бодрунов [14], [15]. [16]

Слабая инфраструктурная обеспеченность остается одной из ключевых проблем пространственного развития России. Несоответствие транспортной и цифровой доступности удаленных территорий особенностям их географического положения значительно затрудняет их интеграцию в общую экономическую систему. Решение этого вопроса требует адресного финансирования из федерального бюджета и стратегического подхода к развитию инфраструктуры, как считает В.А. Агафонов

[17]

Еще одна важная проблема – институциональные ограничения. Избыточная унификация стандартов пространственного и инфраструктурного развития препятствует учету уникальных природных, социальных и экономических особенностей различных регионов. Для арктических, северных территорий, средней полосы и других районов требуется адаптация федеральных норм, позволяющая учитывать их специфику. Такая правовая дифференциация не только обоснована, но и необходима для снижения социально-экономических дисбалансов. Реализация этого подхода предполагает усиление федерализма через адаптацию законодательства под региональные условия, стимулирование инициативности местных властей и тиражирование успешных практик территориального управления, как считает В.А. Агафонов

[17]

Поднятые проблемы пространственного развития России, хотя и известны, остаются актуальными, поскольку требуют нестандартных подходов. Масштаб и глубина этих вызовов делают невозможным их решение с помощью шаблонных инструментов. Это, с позиции Н.И. Лапина, диктует необходимость поиска инновационных механизмов, учитывающих как внутренние, так и внешние условия

[18]

Внутренние аспекты включают: социально-демографическое и экономическое распределение ресурсов; природные и промышленные особенности, транспортные и энергетические возможности; вопросы межрегионального и международного сотрудничества; распределение научного, институционального и инвестиционного потенциала в долгосрочной перспективе, считает В.В. Окрепилов

[19]

На пространственное развитие значительное влияние оказывают международные отношения, глобальные экономические тенденции и динамика финансовых рынков, по мнению Н.М. Розановой

[20]

Географическое положение и обширные ресурсы России обеспечивают ей стратегическое конкурентное преимущество, как отмечает Л.И. Якобсон

[21]

Пространственное развитие характеризуется сложной динамикой и требует целенаправленных действий. Рациональное использование природных и человеческих ресурсов, адаптация законодательных норм к региональным особенностям и развитие инфраструктуры – это ключевые элементы, которые позволят выравнивать диспропорции и укреплять экономическую устойчивость страны.

Пространственная трансформация экономики требует системного подхода, направленного на преодоление накопившихся проблем и сокращение территориальных диспропорций. Комплекс мер, включающий развитие инфраструктуры, поддержку мобильности населения и бизнеса, а также интеграцию периферийных территорий в общую систему социально-экономического развития, может создать основу для устойчивого роста регионов и страны в целом.

3. Методология

Для оценки пространственной трансформации экономики приграничных регионов необходимо учитывать многомерный характер данного процесса. Он включает социально-экономические, инфраструктурные, экологические и культурные аспекты. Методологическая основа анализа должна быть системной и междисциплинарной, объединяя элементы экономической географии, региональной экономики, социологии и политологии.

Одним из ключевых инструментов является анализ пространственной асимметрии, который базируется на сравнении социально-экономических показателей. Для Южного Урала и Северного Казахстана такие параметры, как валовый региональный продукт (ВРП), уровень занятости, доходы населения, инвестиционная активность и развитие инфраструктуры, становятся отправной точкой исследования. Например, Южный Урал обладает более развитой промышленной базой, что создает значительные различия в экономической структуре по сравнению с преимущественно аграрным Северным Казахстаном.

Показатель асимметрии в данном контексте можно определить как количественное выражение различий между социально-экономическими характеристиками двух территорий. Коэффициент пространственной асимметрии рассчитывается по формуле:

где

Этот коэффициент выражает разницу между двумя регионами в относительных единицах, показывая, насколько значимы различия.

Для комплексного анализа можно рассчитать интегральный показатель, объединяющий данные о различиях по всем ключевым параметрам с использованием взвешенной суммы или метода главных компонент. Этот подход позволяет объективно измерить и интерпретировать уровень асимметрии, что способствует дальнейшему планированию сближения регионов.

Интегральный показатель рассчитывается как сводная величина, объединяющая несколько социально-экономических параметров для сравнения регионов. Ниже представлен алгоритм расчета.

Сначала необходимо осуществить выбор показателей для анализа – определить, какие социально-экономические параметры будут включены в анализ (например, ВРП на душу населения, уровень занятости, доходы населения, инвестиции, плотность инфраструктуры).

Следующий этап – нормализация показателей. Поскольку различные показатели имеют разные единицы измерения, их необходимо нормализовать, чтобы привести к сопоставимому виду.

В качестве метода нормализации используется ллинейная нормализация (приведение к диапазону [0; 1]):

где XijMissing Mark : sub — значение j-го показателя для i-го региона, XjminMissing Mark : sub и XjmaxMissing Mark : sub — минимальное и максимальное значения j-го показателя среди всех регионов.

Если все параметры считаются равнозначными, каждому из них присваивается одинаковый вес wjMissing Mark : sub=1/n, где n — число показателей. Если значимость показателей различна, веса wjMissing Mark : sub определяются экспертным путем или с использованием статистических методов (например, метода анализа иерархий, PCA).

Расчет интегрального показателя осуществляется на основе суммирования нормализованных значений показателей для каждого региона с учетом их весов:

где Ii Missing Mark : sub– интегральный показатель для i-го региона, wjMissing Mark : sub – вес j-го показателя, ZijMissing Mark : sub – нормализованное значение j-го показателя для i-го региона.

Интерпретация результатов основана на сравнении значения интегрального показателя для Южного Урала и Северного Казахстана. Чем больше разница I1Missing Mark : sub-I2Missing Mark : sub, тем выше пространственная асимметрия между регионами.

4. Результаты исследования

Асимметрия в развитии приграничных регионов обусловлена как историко-географическими, так и экономическими причинами. Южный Урал, будучи частью России, обладает более интегрированным рынком, доступом к ресурсам и развитой транспортной инфраструктурой. В то же время Северный Казахстан сталкивается с проблемами недостаточного финансирования, низкой плотности населения и оттока трудовых ресурсов.

Разница в институциональных системах также играет важную роль. Российское законодательство, регулирующее приграничное сотрудничество, отличается от казахстанского. Это создает барьеры для трансграничных проектов, таких как совместное развитие инфраструктуры, промышленности и торговли.

Одна из наиболее значимых проблем – неравномерное распределение инвестиций. В Южном Урале активное промышленное производство привлекает больше капитала, тогда как Северный Казахстан сталкивается с трудностями в создании конкурентоспособных условий для инвесторов. Это приводит к миграции рабочей силы и усиливает экономическую диспропорцию.

Интегральный показатель асимметрии между Казахстаном и Южным Уралом представляет собой новый подход к оценке дисбалансов в социально-экономическом развитии сопредельных территорий. Его новизна заключается в использовании комплексного индекса, который учитывает различные аспекты экономической и социальной активности регионов. В отличие от традиционных методов анализа, которые, как правило, сосредотачиваются на отдельных показателях, предлагаемый показатель позволяет синтезировать разнородные параметры в единый индекс, что значительно упрощает интерпретацию и сравнительный анализ. Такой подход способствует более глубокому пониманию факторов, определяющих степень и природу асимметрии, а также выявлению приоритетных направлений для снижения дисбалансов.

Выбор параметров для расчета интегрального показателя основан на их репрезентативности и значимости в контексте социально-экономического развития. Во-первых, валовой региональный продукт (ВРП) отражает общий объем экономической активности региона, служит ключевым индикатором уровня его экономического развития и производительности. Сравнение ВРП позволяет оценить различия в масштабах и эффективности экономических систем Казахстана и Южного Урала.

Во-вторых, уровень регистрируемой безработицы является важным показателем социального благополучия. Он демонстрирует доступность рабочих мест и эффективность функционирования регионального рынка труда. Высокий уровень безработицы указывает на структурные проблемы экономики, в то время как низкий уровень свидетельствует о стабильности и достаточной диверсификации.

Наконец, объем инвестиций в основной капитал отражает степень экономической активности, уровень доверия инвесторов и потенциал для будущего роста. Инвестиции являются ключевым фактором модернизации экономики, создания новых рабочих мест и обеспечения устойчивого развития. Сравнение объемов инвестиций между регионами позволяет оценить их привлекательность и перспективы экономического роста.

Использование этих трех параметров в рамках единого индекса обеспечивает комплексный подход к оценке межрегиональных асимметрий. Это позволяет не только выявить текущие дисбалансы, но и проанализировать их природу с учетом экономических, социальных и инвестиционных факторов, что, в свою очередь, создает основу для разработки эффективных стратегий сближения уровней развития сопредельных территорий.

Для расчета интегрального показателя асимметрии между Казахстаном и Южным Уралом используем три параметра:ВРП (млрд руб.), уровень регистрируемой безработицы (%), инвестиции (млрд руб.). Данные для расчета представлены в таблице ниже.

Результаты расчета интегрального показателя и асимметрии на основе указанных выше формул представлены в таблице 2.

Анализируя представленные в таблице 2 данные, следует отметить, что в 2019–2020 гг. Южный Урал демонстрирует меньшие значения интегрального показателя, что отражает сильное преимущество Казахстана в соотношении нормализованных показателей. В 2021 г. Впервые Южный Урал обгоняет Казахстан по интегральному показателю, что говорит о частичном улучшении ситуации в Южном Урале. В период 2022–2023 гг. Казахстан вновь существенно увеличивает асимметрию, преимущественно из-за более высокого вклада в нормализованные показатели ВРП и инвестиций. Эти данные подтверждают, что пространственная асимметрия остается значительной и варьируется в зависимости от экономической динамики регионов.

Анализ данных, представленных в таблице 2, позволяет выявить ключевые тренды и динамику изменений в пространственной трансформации экономики Казахстана и Южного Урала в период с 2019 по 2023 гг. Прежде всего, отмечается значительная изменчивость значений интегрального показателя и асимметрии, что свидетельствует о нестабильности социально-экономических процессов в рассматриваемых регионах. В 2019–2020 гг. Казахстан демонстрировал заметное преимущество по интегральному показателю, что обусловлено более высокими нормализованными значениями показателей ВРП и уровня инвестиций. Однако в 2021 г. Южный Урал впервые опередил Казахстан, что указывает на улучшение социально-экономической ситуации, в частности, на устойчивое снижение уровня регистрируемой безработицы и рост объемов инвестиций.

Период 2022–2023 гг. характеризуется возвращением Казахстана к лидерству по интегральному показателю, что связано с резким увеличением нормализованных значений ВРП и инвестиций. Особенно это проявилось в 2022 г., когда асимметрия достигла максимального значения (-0,509), что указывает на усиление экономических диспропорций между регионами. Южный Урал, несмотря на стабильный рост показателей ВРП и инвестиций, демонстрировал относительное снижение интегрального показателя из-за более низкого уровня безработицы, который, как ни парадоксально, ограничивает возможности его дальнейшего снижения.

Динамика асимметрии развития регионов отражает существенные различия в их экономических структурах и приоритетах развития. Казахстан характеризуется более высокой волатильностью экономических показателей, что обусловлено значительной зависимостью от внешних инвестиций и сырьевых рынков. Южный Урал, напротив, демонстрирует стабильность за счет диверсифицированной промышленной базы, однако темпы роста здесь менее выражены.

Для управления асимметрией развития регионов требуется разработка механизмов, направленных на снижение дисбалансов и укрепление взаимодополняемости экономик. Во-первых, необходимо стимулировать инвестиционное сотрудничество между Казахстаном и Южным Уралом, что позволит использовать их взаимные преимущества. Для этого важно создать условия для привлечения трансграничных инвестиций, включая разработку совместных инфраструктурных проектов. Во-вторых, следует активизировать обмен опытом и технологиями в области диверсификации экономики, что особенно актуально для Казахстана. В-третьих, особое внимание следует уделить улучшению человеческого капитала и занятости через внедрение образовательных программ, ориентированных на потребности ключевых отраслей обоих регионов.

Эти меры создадут основу для формирования сбалансированной пространственной структуры экономики и снижения межрегиональной асимметрии в долгосрочной перспективе.

5. Заключение

Для минимизации асимметрии развития приграничных регионов необходимо разработать комплексные механизмы управления. Важным элементом является создание межгосударственных программ и стратегий, ориентированных на синхронизацию экономического роста. Такие программы должны учитывать специфику каждого региона, стимулируя их конкурентные преимущества.

Одним из приоритетных направлений является развитие транспортной и логистической инфраструктуры. Создание новых коридоров и модернизация существующих путей, таких как автомобильные и железнодорожные магистрали, способствуют интенсификации торговли и снижению барьеров для перемещения товаров и услуг.

Научная новизна сформированного в статье методологического подхода заключается в комплексном объединении ключевых социально-экономических показателей (валовой региональный продукт, уровень регистрируемой безработицы и инвестиции) для расчета интегрального показателя асимметрии. Это позволяет количественно оценивать степень дисбалансов между регионами на основе многомерного анализа. В отличие от уже разработанных методологий, которые зачастую фокусируются на узком наборе показателей (например, только на экономическом росте или уровне занятости), предложенный подход охватывает как экономические, так и социальные аспекты. Новизна также заключается в использовании нормализованных показателей, что минимизирует влияние абсолютных величин и позволяет проводить корректное сравнение регионов с разными масштабами экономики.

Кроме того, методология отличается адаптивностью и возможностью применения для различных территориальных и временных контекстов. Она позволяет не только выявлять пространственную асимметрию, но и анализировать вклад каждого из нормализованных показателей в общий дисбаланс, что способствует более глубокому пониманию структурных особенностей регионов.

Пятилетний временной период (2019–2023 гг.) позволяет оценить изменения в условиях сравнительно краткосрочной экономической динамики, включая влияние внешних факторов, таких как глобальные кризисы или локальные экономические реформы. В текущих условиях предложенный временной интервал является адекватным для целей исследования, ориентированного на анализ текущих диспропорций и краткосрочных изменений.

The additional file for this article can be found as follows: