1. Введение

Общепризнанным является тот факт, что диалектные признаки, принадлежащие к разным уровням языковой системы, имеют различную значимость в плане определения диалектных границ. Традиционная диалектология в этой связи отводит грамматическим признакам промежуточное место между фонетическими и лексическими [1, С. 10]. Правда, в последние десятилетия эта точка зрения подверглась пересмотру. Так, например, английские диалектологи Дж. Чеймберс и П. Традгилл на основе данных исследований диалектов англоязычного континуума Британских островов предложили другую последовательность диалектных признаков (в плане определения границ распространения того или иного диалекта). В их интерпретации градация признаков, находящих свое выражение в соответствующих изоглоссах, выглядит следующим образом:

Изоглоссы:

1) лексические;

2) произносительные (pronunciation) (примером произносительных различий могут служить варианты [hwat] и [wat] английского what);

3) фонетические;

4) фонологические;

5) морфологические;

6) синтаксические;

7) семантические (последняя разновидность изоглосс снабжена у авторов знаком вопроса, как требующая выявления дополнительных критериев для их выделения в самостоятельный тип) [5, С. 115].

2. Методы и принципы исследования

Таким образом, грамматические диалектные признаки, подразделяющиеся на два подтипа (морфологические и синтаксические) по своей значимости оказываются в конце списка. Чеймберс и Традгилл определяют сферу морфологических признаков исключительно областью флективного формообразования и словообразования, практически умалчивая о сущности синтаксических, что, очевидно, следует понимать как необходимость отнесения к синтаксису всего, что не входит в раздел морфологии. Как указывают упомянутые авторы, «...оба типа грамматических изоглосс достаточно редки и, в действительности, их количество даже в самых значительных по объему диалектологических обзорах, все равно, настолько мало, и сведения о них так отрывочны, что они редко подвергались специальному углубленному исследованию. По этой причине отсутствует даже представление о том, как оба эти типа признаков соотносятся друг с другом и с другими типами признаков» [5, С. 114-115].

3. Основные результаты

Определяющая роль фонетических и лексических признаков обусловила первостепенную важность их изучения для диалектологии, что, естественно, отодвинуло грамматику и особенно синтаксис на второй план. Кроме того, работа с материалом различных языковых уровней ставит перед исследователями неодинаковые по трудности задачи. В этой связи показательным является замечание М.Ф. Уэйклина о том, что «синтаксис – это громоздкий предмет исследования, работы с которым диалектологи до сих пор избегают» [18, С. 125]. Тем не менее, несмотря на различного рода трудности, на протяжении всей традиции изучения английских и шотландских диалектов рядом авторов предпринимались достаточно многочисленные попытки создания как описаний грамматических систем отдельных диалектов, так и осуществления учета и картографирования грамматических особенностей целых диалектных зон (в том числе и в общенациональных масштабах). Сведения грамматического характера представлены в работах преимущественно трех типов. К первому из них относятся общие описания, в которых рассматриваются все уровни системы того или иного диалекта, или группы близких диалектов. Некоторые такие работы появились еще на заре существования английской диалектологии и выполнены преимущественно в классическом духе. Примерами таких работ являются: «The Somersetshire Dialect» Т.С. Бейнса [2]; «Northern English» Б.Дж. Ллойда [14]; «The Dialect of the Southern Counties of Scotland» Дж. Марри [17]; «The Anglo-Irish Dialect» У. Берка [4] и многие другие.

Данные, собранные членами Английского диалектологического общества (English Dialect Society), в рамках которого и написана большая часть упомянутых выше работ, были обобщены Дж. Райтом и составили фундаментальный пятитомный «Английский диалектный словарь» («English Dialect Dictionary») и «Английскую диалектную грамматику» («English Dialect Grammar») [19], [20]. Последняя содержит преимущественно сведения о фонологических особенностях диалектов всех регионов Британских островов и в значительно меньшей степени о грамматических. В разделе, посвященном глаголу, приводятся в основном данные флективной морфологии и достаточно скудно представлены глагольные сочетания (в частности, аналитические). Так, Дж. Райт упоминает некоторые формальные особенности прогрессива, перфекта, футурума и сослагательного наклонения, объединяя иногда по таким признакам различные диалекты, относящиеся к весьма далеким друг от друга группам (например, по признаку употребления перфекта с вспомогательным глаголом BE объединяются шетландский диалект и некоторые диалекты центральной и восточной Англии). В целом, грамматика Дж. Райта завершает в определенном смысле начальный этап изучения английских диалектов вообще и их грамматики в частности и является первым опытом обобщения разноуровневых диалектных данных в общенациональных масштабах. К сожалению, избранная автором методика подачи материала (в том числе и грамматического) обусловила ряд серьезных недостатков, сделавших почти невозможным использование «Грамматики» в качестве основы для дальнейших исследований. Одним из таких недостатков является отсутствие указаний на то, какие из приведенных фактов отражают живую на момент составления «Словаря» и «Грамматики» речь, а какие относятся к более раннему периоду, поскольку материал, представленный Дж.Райтом, охватывал временной промежуток протяженностью в 200 лет.

Традиция описания отдельных диалектных систем, берущая начало во второй половине XIX века, не прерывается до сих пор, пройдя за последние несколько десятилетий этапы, отмеченные преимущественным влиянием таких подходов, как структурный, трансформационно-порождающий и, наконец, социолингвистический. Сохраняется традиционная схема описания: фонология, грамматика (морфология и синтаксис) и лексика, допускающая, правда, различные варианты очередности освещения перечисленных разноуровневых диалектных признаков (см., напр., выше). Следует отметать, что и до сего дня авторы таких работ по-прежнему уделяют большее внимание фонологии и меньшее, например, синтаксису. Примерами таких работ являются: «A Grammar of the Dialect of Lorton (Cumberland)» Б. Брилиота [3]; «A Grammar of the Buchan Dialect (Aberdeenshire)» С. Дита [8]; «A Grammar of the Dialect of Heywood» Дж. Ханта [11]; «The Phonology and Grammar of the Dialect of South Zeal, Devonshire» М. Харриса [10]; «Suffolk Dialect» А. Клэкстона [7] и ряд других.

В 50-е годы начались основные этапы работы над английским и шотландским лингвогеографическими проектами, в результате осуществления которых появились такие публикации, как «Обзор английских диалектов» («Survey of English Dialects» (SED)) [21], «Лингвистический атлас Шотландии» («Linguistic Atlas of Scotland» (LAS)) [15] и ряд других диалектологических работ. С самого начала в рамках этих проектов наряду со сбором лексических и фонетических данных планировалось также и исследование диалектной грамматики [12, С. 130]. Однако, хотя вопросник (а в шотландском проекте и почтовые анкеты) содержал и вопросы, нацеленные на получение информации о морфологических и синтаксических особенностях исследуемых диалектов, в первую очередь эти проекты были предназначены для получения максимально подробной информации о лексике и фонетике. Сравнительно небольшой объем морфологического и синтаксического материала, который планировалось получить в ходе осуществления этих проектов, был обусловлен не в последнюю очередь осознанием специфических трудностей, с которыми предстояло столкнуться полевым исследователям. Изучение синтаксиса в этой связи, как уже отмечалось, представляет собой одну из наиболее сложных проблем, с которыми сталкивается лингвогеограф и диалектолог отчасти из-за трудоемкости выбора адекватных фиксированных эталонов, из наличия которых можно исходить, отчасти из-за трудоемкости выделения примеров конкретных синтаксических явлений существующими методами, и, наконец, из-за отсутствия уверенности в том, что то, что было зафиксировано 1, 2 или 3 раза, действительно является обычной для речи данного информанта конструкцией [16, С. 104]. В 50-х – 60-х годах ХХ в. для проведения лингвогеографических исследований в области синтаксиса еще не существовало достаточной теоретической и технической базы. Проведению теоретических исследований в этой же области препятствовала нехватка фактических данных. Применение в послевоенный период магнитной записи для сбора материала о грамматической вариативности значительно расширило возможности полевых исследований в этой области и сделало изучение, например, синтаксиса, одним из наиболее перспективных направлений в диалектологии [9, С. 41].

Несмотря на то, что в «Обзор английских диалектов» все же вошел определенный материал о грамматических диалектных особенностях [21], авторы работ по грамматике английских диалектов, выходивших впоследствии, преимущественно игнорировали его как источник данных. Дж. Керк, в частности, указывает, что, например, «...синтаксический раздел «Обзора» слишком ограничен, чтобы оказаться полезным для каких-либо достоверных обобщений, и исследования синтаксического языкового уровня в целом должны быть существенно расширены в будущем» [12, С. 143]. Изучение грамматики оказалось такой проблемой, меры по решению которой диалектология довольно долго откладывала, отдавая предпочтение другим языковым уровням. Однако, как уже говорилось, сознание важности этой темы всегда присутствовало и, такие диалектологи, как например, процитированный выше А. Макинтош [16], указывали, что именно от грамматического материала и особенно от синтаксического можно ожидать наиболее интересных результатов в области изучения языковой вариативности.

Наибольшее количество специальных работ по грамматической проблематике появилось во второй половине ХХ в. С тех пор как был опубликован «Обзор английских диалектов» (SED) [21], одни исследователи стремились либо ограничить диапазон своих работ грамматикой говора определенного населенного пункта или района, чтобы достичь наиболее полного описания местных особенностей, другие прибегали к новым методам изучения грамматики, отличающимся зачастую теоретически-изощренным подходом, следующим социолингвистической или вариативностной методологии.

4. Обсуждение

Обобщающий характер имеет статья Дж. Керка «Linguistic Atlases and Grammar» (1985) [12], которая в определенном смысле подытожила результаты многочисленных работ, различающихся как в методологическом плане, так и в плане географического охвата диалектного материала. Автор статьи отмечает, что, несмотря на определенные типологические расхождения, все вместе вышеупомянутые работы создают достаточно целостную картину региональных грамматических особенностей по всей Британии и Ирландии, что в свое время оказалось не по силам, например, «Обзору английских диалектов». На основе имеющегося теперь системного материала можно провести некоторые практические сопоставления и сделать соответствующие выводы. Дж. Керк указывает также, что прогрессу в изучении региональной грамматики может способствовать и применение методики, основанной на использовании корпуса живой речи, хорошо зарекомендовавшей себя при исследовании разговорного литературного английского. Кроме того, наиболее целесообразным представляется изучение грамматики непосредственно в различных типах коммуникативных актов, а не в виде изолированных, выхваченных из речи примеров [12, С. 131]. Выводы Керка свидетельствуют о возможности устранения барьера, с которым исследователи сталкивались ранее. Эту ситуацию охарактеризовал в свое время А. Макинтош, подчеркивавший в своей книге «Introduction to a Survey of Scottish Dialects» (1952), что «...в области изучения синтаксиса, возможно, как ни в одной другой очевидна необходимость тщательного и всестороннего исследования конкретного употребления в определенном районе. Если бы лингвогеограф был обеспечен такими материалами, он мог бы начать отбор проблем и постановку конкретных задач своего исследования. Пока же он вынужден довольствоваться рассмотрением лишь отдельных случаев, в которых упомянутые трудности не столь непреодолимы, и надеяться на то, чтобы постепенно накопить возможно больше данных для будущих исследований» [16, С. 104].

Охват грамматических работ расширяется как за счет углубления знаний о явлениях, давно, так или иначе, затрагивавшихся в диалектологической литературе, так и за счет освоения новых тем. Об этом можно судить, например, по вышедшей на рубеже 1990-х гг. коллективной монографии, «Dialects of English (Studies in Grammatical Variation)» под ред. Дж. Чеймберса и П. Традгилла, полностью посвященной проблемам диалектных морфологии и синтаксиса [6]. Особое место в книге занимают главы, посвященные особенностям аспектуальной системы некоторых английских диалектов и средствам выражения соответствующих значений – теме до сих пор мало раскрытой и способной дать пищу не только для чисто диалектологических исследований, но и для исследований в области теоретической лингвистики.

5. Заключение

В последние десятилетия наметился своего рода переход количества в качество, связанный с накоплением в частных исследованиях материала, достаточно обширного для того, чтобы ситуация, о которой писал в 1952 г. А. Макинтош (см. выше), была преодолена в недалеком будущем. Интенсификации исследований в области диалектной грамматики требует и то обстоятельство, что традиционные диалекты все сильнее вытесняются из обиходной речи, и все труднее рассчитывать на получение достоверного материала при устных опросах информантов.

В целом, диалектная грамматика как часть британской англо-шотландской диалектологии представляет обширное поле деятельности для исследователей. Огромное количество территориальных вариантов и сложный характер их распространения и взаимодействия делают данную проблематику практически неисчерпаемой. При этом в области изучения грамматики все еще велика потребность в проведении частных исследований, результаты которых позволили бы сделать новые обобщения.

The additional file for this article can be found as follows: