1. Введение

Конверсия как способ словообразования является один из самых распространённых и продуктивных способов словообразования во многих языках, в том числе в английском и таджикском. В начале хотелось бы немножко остановиться на проблеме определения конверсии в современном языкознании, поскольку, по нашему мнению, этот вопрос остаётся открытым. Как отмечает О.Д. Мешков, конверсия – такой способ словообразования, по которому от одной части речи образуется другая без каких либо изменений во внешней форме слова [2, C. 120].

Похожее определение даёт другой русский учёный Е.С. Кубрякова: «Конверсия – способ словообразования без использования специальных словообразовательных аффиксов; разновидность транспозиции, при которой переход слова из одной части речи в другую происходит так, что назывная форма слова одной части речи (или его основа) используется без всякого материального изменения в качестве представителя другой части речи» [3, С. 5].

М.В. Никитин, рассматривая вопросы теории словообразования и определения конверсии, отмечает, что «употребление слова данной части речи во вторичных синтаксических функциях, являющихся основными синтаксическими функциями другой части речи, может быть названо синтаксическим варьированием слова, принадлежащего к иной части речи, и нет оснований относить явления синтаксического варьирования к словообразованию. Приделом синтаксического варьирования являются субстантивация, адъективация, вербализация и т.п.» [3, С. 13]. Так, по мнению М.В. Никитина, следует разграничить словообразование и синтаксическое варьирование, поскольку в первом случае действительно возникает новая словарная единица, а во втором случае этого еще не происходит.

Согласно А.И. Смирницкому, слова образованные путем конверсии, отличаются не только своими синтаксическими функциями, но и парадигмой, т.е. могут иметь формы лица, числа и т.п. Таким образом, так как конверсия связана с различиями в парадигме слова, его также можно назвать морфолого-синтаксическим типом словообразования, что и отмечается многими исследователями (например, в современной грамматике таджикского языка Ш. Рустамова). Подчеркивая другую характеристику конверсии, О.Д. Мешков отмечает, что при данном способом словообразовании, несомненно, имеют место семантические процессы и называет этот способ морфолого-синтаксико-семантическим [5], [6].

Исследуя структурно-семантические особенности цветообозначения в английском и таджикском языках, нами было выявлено, что и конверсия нередко участвует в их образовании, особенно в английском. Какое место имеет данный способ словообразования в английском и таджикском языках и является целью нашего дальнейшего исследования. В данной статье мы рассматриваем образование цветообозначений, точнее цветовых прилагательных, конверсионным способом и некоторые их структурно-семантические особенности в сопоставляемых языках.

2. Основные результаты и обсуждение

Состав цветовых прилагательных, указывающих в основном на цветовые оттенки в английском и таджикском языках часто пополняется за счет конверсии, в данном случае адъективации имен существительных. Наши исследования показали, что цветовые прилагательные в сопоставляемых языках могут образоваться от имен существительных, как простых, так и производных:

…the walls were a soft fawn color with a blush of in it; the wardrobe, the toilet-table, the chairs were of darkly polished old mahogany [10, C. 7]; …as pure hues of and as ever her humid gales and vapoury skies generated and screened, justified, in this instance, the term [10, C. 218].

Падид омад он пардаи ,

Баросуд гетӣ зи овои кӯс [4, C. 893].

… ба сар аз болои мӯи саллаи сафед баста буд [9, C. 53].

Этот способ словообразования дает возможность носителю языка более точно передать не только те оттенки цвета, которые он видит, но и те, которые играют в его сознании, способствуют в выражении экспрессивности.

В английском и таджикском языках часто наблюдается образование новых цветовых прилагательных от имен существительных, поскольку названия предметов используются как прототипы цветовых значений. В сопоставляемых языках, особенно часто в английском языке, встречаются такие цветообозначения, которые берут основу от существительного и прочно вошли и закрепились в язык как прилагательные. Такие прилагательные в основном выражают оттенки цветов. Например, в английском языке: pink – а) гвоздика, б) розовый; rose – а) роза, б) розовый; violet – а) фиалка, б) фиолетовый; hazel – а) лесной орех, б) карий. В таджикском языке: заъфарон – а) шафран, б) шафранный, оранжево-желтый; лаъл – а) рубин, красный драгоценный камень, б) рубиновый, сочный красный; обнус – черный; буквально, черное как эбеновое дерево; гулнор/гулинор – а) цветок граната, б) ярко-красный, цвета цветка граната; мошбиринҷ – а) название национального блюда, б) седой.

Следует отметить, что направления производных слов, образованных конверсионным способом, в нашем случае образование цветовых прилагательных от имен существительных, определяется по семантическим (иногда логическим) критериям и по данным словарей. По этому вопросу О.Д. Мешков, подчеркивая высказывание А.И. Смирницкого, выражает и свою точку зрения: «Слова, сопоставляющиеся по конверсии, связаны внутренней семантикой и морфологически не различаются как основное и производное, так как их основы одинаковы, и только определенная дифференциация их семантического строения может указывать на основное слово и его производное» [2].

Важнейшей причиной того, что в английском языке конверсия, и в нашем случае образование цветовых прилагательных от имен существительных, имеет особенно широкое распространение, можно считать ту особенность данного языка, которая состоит почти в полном отсутствии в нём морфологических показателей частей речи. Например: ivory throat – белая шея (буквально, белая как слоновая кость шея); ebony cliffs – черные скалы (буквально, черные как эбеновое дерево скалы); raspberry blouse – малиновая блузка; strawberry mole – красная родинка (буквально, красная как земляника родинка); ginger hair – рыжие волосы, имбирные волосы; violet eyes – фиолетовые глаза; hazel eyes – карие глаза (буквально, светло-коричневые как лесной орех глаза); rowan-berry lips – красные губы (буквально, красные как рябина губы): She looked wonderfully beautiful with her grand throat… [12].

В сопоставляемых языках цветовые прилагательные, образованные от имен существительных, в основном встречаются в художественной литературе и поэзии. В таджикской поэзии очень часто можно встретить ряд цветовых прилагательных, образованных конверсией, которые выражают оттенки определенного цвета и используются для экспрессивного описания и рифмы. Например, слова гулнор, лаъл, лол в таджикском языке выражают оттенки красного. Слово гулнор – сложносочиненное существительное от гули анор (цветок граната), в художественной литературе и поэзии встречается в значении «красный, т.е. красный как цветок граната» и может выражать как позитивные, так и отрицательные оттенки.

Ман бе ту зи хуни дида ,

Ту хандазанон ба саҳни гулзор [4, C. 285].

В данном примере слово гулнор в значении «красный» выражает отрицательный оттенок: гулнор – красный от горьких слёз лицо.

В следующем примере данное слово означает «красный, красивый», чеҳраи гулнор – красные, красивые щёки:

Чеҳраи дорад ёри мо,

Қасди сад бемор дорад ёри мо [4, C. 285].

Слова лаъл и лол в таджикском языке являются синонимами – драгоценный камень красного цвета. Эти слова в качестве прилагательных в основном используются в значениях «красный, красивый»:

маи лаъл – красное вино;

Эй дил, ту ба асрори муаммо нарасӣ,

Дар нуқтаи зиракони доно нарасӣ,

Ин ҷо ба и биҳиштӣ месоз,

К-ҷо ки биҳишт аст, расӣ ё нарасӣ [4, С. 97].

Слова обгина, мино, фирӯза выражают оттенки голубого и синего цветов: обгина санг = санги обгина – голубой камень; буквально, голубой как стекло камень; гунбади мино – голубое небо; буквально, голубое как стекло небо; гунбади фирӯза – голубое небо; буквально, голубое как бирюза небо.

Ҷуръаи ҷом бар ин тахти равон афшондам,

Ғулғулаи чанг дар ин фигандам. Ҳофиз [9, C. 90].

Дар ин афканад дуд,

Кунад чашми кавокиб гиряолуд. Ҷомӣ [4, C. 35].

Конверсионный способ образования новых слов дает большие возможности для всякого рода окказиональных цветообозначений, для авторских новаций. Например: dark woodland eyes [12] – темно-зеленые глаза, букв. как темный лес зеленые глаза; рӯймоли мағзиписта – зеленый, фисташковый платок; риши мошбиринҷ – седая борода [4].

3. Заключение

Итоги исследования показывают, что в сравниваемых языках полное соответствие, как в плане содержания, так и в плане выражения имеют всего небольшое количество цветообозначения, образованных от непроизводных существительных: лаъл – rube, заъфарон – saffron, пирўза (фирўза) – turquoise. Некоторым английским цветообозначениям, образованных от сложных имен существительных как сornsilk, seafoam и seashell не удалось найти соответствий в таджикском языке. В остальных случаях, соответствие в плане выражения цветообозначений в сравниваемых языках имеет отличительный характер. Так, английским цветообозначениям, образованных, как от простых, так и от производных существительных, в таджикском языке соответствуют в основном прилагательные, образованные суффиксальным путем, (например: amber – қаҳрабогун; rose – гулобӣ), словосложением (например: snow – сап-сафед, барфранг, pearl – марворидранг, садафмонанд) и прилагательные словосочетания (например: camel – қаҳваранги зардтоби паст, сornflower – кабуди равшан, кабуди кушод).

The additional file for this article can be found as follows: