Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217

Скачать PDF ( ) Страницы: 116-118 Выпуск: № 7 (14) Часть 3 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Мошкович Ю. И. МОРАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ СУРРОГАТНОГО МАТЕРИНСТВА / Ю. И. Мошкович // Международный научно-исследовательский журнал. — 2013. — № 7 (14) Часть 3. — С. 116—118. — URL: https://research-journal.org/law/moralno-eticheskie-voprosy-pravoprimeneniya-surrogatnogo-materinstva/ (дата обращения: 29.07.2017. ).
Мошкович Ю. И. МОРАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ СУРРОГАТНОГО МАТЕРИНСТВА / Ю. И. Мошкович // Международный научно-исследовательский журнал. — 2013. — № 7 (14) Часть 3. — С. 116—118.

Импортировать


МОРАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ СУРРОГАТНОГО МАТЕРИНСТВА

Мошкович Ю.И.

Магистрант, Южный институт менеджмента (г. Краснодар).

Под научной редакцией канд. юр. наук Ламейкиной Е.Ю., доцента кафедры гражданского права  СКФ ФГБОУВПО, Российская академия правосудия.

МОРАЛЬНО-ЭТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ СУРРОГАТНОГО МАТЕРИНСТВА

Аннотация

В статье рассматривается нравственный аспект правоприменения суррогатного материнства, дается анализ различным точкам зрения по поводу проблем применения данного вида ВРТ, приводятся примеры возможных путей преодоления опасностей, заключенных в применении суррогатного материнства.

Ключевые слова: вспомогательные репродуктивные технологии, суррогатное материнство, правовое регулирование.

 

Moshkovich Yu.I.

Undergraduate, Southern institute of management (Krasnodar).

Under scientific edition Candidate of Juridical Sciences Lameykina E.Yu., associate professor of civil law of SKF FGBOUVPO, Russian Academy of Justice.

MORAL AND ETHICAL ISSUES LAW ENFORCEMENT OF SURROGATE PARENTHOOD

Abstract

The article consideres the moral aspect of enforcement of surrogacy, analyzes different points of view on the problems of using this type of IVF, are examples of possible ways to overcome the dangers of prisoners in the application of surrogate parenthood.

Keywords: in vitro fertilisation, surrogacy, legal regulation.

 

На протяжении всей истории существования человечества одной из главных целей брака считаются дети. Именно с их рождением и воспитанием связаны наши мечты, заботы и надежды. Но не всем дано ощутить радость отцовства и материнства, так как в соответствии с медицинской статистикой 20% всех супружеских пар не обладают естественной способностью к рождению детей [7].

С медицинской точки зрения суррогатное материнство является одним из наиболее эффективных способов преодоления неспособности к деторождению. Вместе с тем, это самый спорный в юридическом и этическом плане метод вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ). И в разных государствах по-разному решается вопрос, связанный с применением этого метода.

Несмотря на широкое распространение суррогатного материнства, согласно опросу, от 18 до 28% населения (в зависимости от возраста и региона) считают этот метод неприемлемым и аморальным, а 24% не имеют по этому вопросу собственного мнения из-за того, что мало осведомлены о сути проблемы [5].

Вообще, современные репродуктивные технологии – это уравнение с несколькими неизвестными. С одной стороны, репродуктивные технологии позволяют преодолеть проблему бесплодия, и пренебрегать ими было бы абсурдно. С другой стороны, развитие современных биомедицинских технологий идет такими семимильными шагами, что общество не успевает осмыслить, к каким духовно-нравственным и социальным последствиям может привести их распространение. Потому, на сегодня суррогатное материнство, как и новые репродуктивные технологии в целом, – это клубок проблем: правовых, религиозных, морально-этических.

Большинство споров возникает вокруг применения суррогатного (заменяющего) материнства, сущность которого заключается в том, что женщина с помощью искусственного оплодотворения соглашается выносить и родить ребенка для супружеской пары, не могущей по состоянию здоровья иметь детей.

Противники суррогатного материнства считают, что оно превращает детей в подобие товара, создавая ситуацию, в которой богатые люди смогут нанимать женщин для вынашивания своих потомков; они утверждают также, что материнство становится при этом договорной работой, поэтому стремление к выгоде может возобладать здесь над соображениями пользы для договаривающихся сторон. Кроме того, многие феминистки думают, что такая практика будет способствовать эксплуатации женщин, а некоторые церковные группы усматривают в ней дегуманизирующую, безнравственную тенденцию, подрывающую святость брака и семьи.

Существуют также опасения, что некоторых суррогатных матерей может психологически травмировать необходимость отдать “своего” ребенка после установления той связи с ним, которая создалась во время 9-месячной беременности и родов (даже если вначале женщине казалось, что она сможет расстаться с таким ребенком без особых переживаний).

В первую очередь, к противникам суррогатного материнства относится церковь, которая считает, что его реализация влечет за собой пренебрежение глубочайшей эмоциональной связью, которая устанавливается между матерью и младенцем во время беременности [3]. Кроме этого, представители церкви, признавая важность деторождения, не считают его единственной целью брака. Определяя брак как “таинство любви”, они видят этическую ценность сексуальных отношений супругов в полной и взаимной самоотдаче, где душа и тело становятся едины. При этом такое единение не сводится только к воспроизводству человеческого рода. Православная церковь, принимая идею синергии, т.е. сотворчество Бога и человека в преображении мира, вместе с тем отвергает всякую претензию последнего заменить собой Творца мироздания. Поэтому, если муж бесплоден, и медицина не в состоянии ему помочь, жена должна принять его таким, каков он есть, не пытаясь в той или иной форме найти ему подмену.

Нравственные вопросы суррогатного материнства не могут оставить равнодушными духовных лидеров. Юбилейный Архиерейский Собор, проходивший в Москве в августе 2000 года, однозначно определяет отношение православной церкви к суррогатному материнству: “Манипуляции, связанные с донорством половых клеток, нарушают целостность личности и исключительность брачных отношений, допуская вторжение в них третьей стороны. “Суррогатное материнство”, то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка “заказчикам”, противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейся между матерью и младенцем уже во время беременности. “Суррогатное материнство” травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания” [5].

Несколько по иному к решению проблемы суррогатного материнства подходит мусульманская религия. Так как в странах, исповедующих ислам, разрешена полигамия, то суррогатной матерью может быть другая жена мужа.

Практика заменяющего материнства подвергается критике и за возможность коммерциализации. Она заключается в том, что данный метод может быть использован как средство эксплуатации женщин в роли платных инкубаторов, производящих детей для богатых заказчиков. И таких фактов немало. Недавно в Молдове была разоблачена преступная организация, занимающаяся переправкой детей за рубеж. Матери “доноры” уже в период беременности знали, куда будут отправлены младенцы. В Венгрии было возбуждено уголовное дело против врача-генетика Эндре Цейзеля, который вместе со своей партнершей, находящейся в Америке, также занимался аналогичным “бизнесом” [2].

О запрещении использования суррогатного материнства в коммерческих целях говорится в Брюссельской декларации Всемирной медицинской ассоциации (1985 г.). Кроме того, данный метод может применяться только в учреждениях государственной и муниципальной системы здравоохранения и лишь в случаях, когда заказчица по состоянию здоровья не может самостоятельно выносить и родить ребенка.

Уменьшению риска коммерциализации суррогатного материнства может способствовать и то, что в качестве заменяющих матерей могут выступать родственники бесплодной пары, которые будут относиться к ребенку с неподдельной любовью. Например, в Австралии в 1994 году был снят ряд ограничений с закона об использовании суррогатного материнства, что позволило сестрам и кузинам генетических родителей стать заменяющими матерями. В штате Северная Каролина (США) сестра женщины, которая сама не в состоянии была выносить ребенка, была оплодотворена спермой ее мужа и в мае 1994 года родила ребенка. Прежде чем принять такое решение, супруги шесть лет лечились от бесплодия. Англичанке Эдит Джонс был пересажен эмбрион, созданный путем слияния яйцеклетки ее дочери 22летней Сюзанны и спермы ее мужа 23летнего Крича Ленгстона. Первый же случай вынашивания ребенка матерью вместо бесплодной дочери зарегистрирован в ЮАР в 1987 году. Первый случай суррогатного материнства был зарегистрирован в 1985 году в Америке. Пожилая женщина выносила ребенка своей дочери, так как у последней была неоперабельная непроходимость труб [6]. А в России первый ребенок появился в 1991 году в Харькове, под наблюдением проффесовров В.И. Грищенко и Ф.В. Дахно. В данном случае мама родила ребенка собственной дочке, у которой было врожденное отсутствие матки [4].

Сторонники использования суррогатных матерей, конечно, смотрят на эту практику совсем по-иному. Они указывают на то, что для семьи, бездетной из-за неспособности жены зачать или выносить плод, это единственный способ получить ребенка, который будет генетически “своим” для мужа. Они отмечают также, что подобная процедура, позволяющая произвести на свет желанное дитя, по сути дела не так уж сильно отличается от усыновления.

По их мнению, это не коммерциализация деторождения, а глубоко человечный акт любви и сотрудничества. Этот акт связан, конечно, с потенциальными опасностями для суррогатной матери, но она способна их оценить и может сознательно пойти на риск; таким образом, решение о заключении контракта не будет для нее более рискованным, чем для многих других женщин, выбирающих себе не совсем безопасные занятия.

Сторонники суррогатного материнства не считают его формой эксплуатации женщин; они утверждают, что женщина, добровольно решившая стать суррогатной матерью, получает за выполнение этой роли достаточную материальную компенсацию, а также моральное удовлетворение от приносимой обществу пользы [5].

Как отмечает одна из суррогатных матерей в северной Калифорнии, «я не могу накормить голодающих, я не могу остановить войну, но я могу немного изменить мир, помогая супругам стать полноценной семьей» [8].

Исследование, проведенное доктором Betsy H. Aigen, показало, что более 40% из 200 опрошенных суррогатных матерей при заключении договора исходили не из материального интереса, а прежде всего хотели помочь бездетным парам обрести «своего» ребенка [1].Кроме того, как отмечает судья Сорков (Австралия), есть два аргумента, в пользу того, что договоры суррогатного материнства не являются договорами о продаже детей.

Во-первых, стороны, заключая договор уже пришли к согласию, что ребенок будет передан супругам-заказчикам (нареченным родителям), во-вторых, нареченные родители могут установить генетическое родство с ребенком и тем самым доказать свои родительские права на него. Конечно, нельзя не согласиться с данными выводами, но необходимо также учитывать, что при применении суррогатного материнства могут быть использованы генетические материалы как самой суррогатной матери, так и анонимных доноров[5].

Зарубежная практика имеет значительный опыт в применении этого института, хотя и не может характеризоваться как однозначная. И в настоящее время вопрос о суррогатном материнстве имеет большую актуальность за рубежом.

Первый судебный иск, связанный со спором между суррогатной матерью и супругами имел место в США в 1988 году. Дело, известное как In re Baby M, было связано с решением суда о передачи ребенка суррогатной матери, которая отказалась от вознаграждения в размере 10 000 долларов и решила оставить ребенка себе [8]. После этого случая судебная практика не была столь единогласна в своих решениях, несмотря на господство судебного прецедента в системе англо-саксонского права.

В некоторых государствах суррогатное материнство полностью запрещено (Франция, Германия).

Суррогатное материнство во Франции противозаконно, и Верховный апелляционный суд (Cour de Cassation) постановил, что оно противоречит законодательству об усыновлении и нарушает положение о не отчуждаемости человеческого тела. Преступлением считается любая попытка осуществить искусственное оплодотворение женщины, готовой отказаться от своего ребенка после его рождения (суррогатной матери), или имплантировать ей человеческий эмбрион. Наказание несет врач, но не несут предполагаемые родители или суррогатная мать.

В других государствах запрещены лишь коммерческие соглашения о суррогатном материнстве и не допускается рассмотрение судебных исков по таким соглашениям. К таким государствам относятся: Канада, Израиль, Великобритания, штат Виктория (Австралия), штаты Нью Гемпшир и Вирджиния (США).

Наконец, третьи государства ограничивают использование репродуктивных технологий в связи с суррогатным материнством (Дания, Норвегия, Швеция) [5].

По утверждению медиков, в России не существует никакого банка суррогатных матерей. Если супруги хотят иметь ребенка и готовы пройти через суррогатное материнство, то они вынуждены сами искать женщину, готовую им помочь.

По-иному поставлено дело в США. Сайт http://www.eggbank.com/ – это огромная база данных, предлагающая данные о 300 донорах яйцеклеток. База позволяет выбирать донора, руководствуясь специфическими критериями, такими как этническое происхождение, вероисповедание, цвет глаз и волос, рост, вес, место жительства и т.п. Также можно узнать о требованиях, предъявляемых к суррогатным матерям. Здесь приводятся 12 вопросов, которые помогут Вам выбрать клинику или программу. Например, время существования клиники, количество достигнутых беременностей, число врачей в штате, программы, предлагаемые клиникой, психологическое и медицинское тестирование суррогатных матерей, наличие трастового счета. Здесь также можно узнать, что делать, если суррогатная мать потребует дополнительного финансирования, какое тестирование проходит суррогатная мать, эмоциональная поддержка донора и получателя, стоимость услуг.

Сравнительно мало было сказано о ребенке в таких ситуациях. Ребенок может унаследовать от суррогатной матери генетические дефекты (за исключением довольно редких случаев, когда в ее матку имплантируют оплодотворенную «in vitro» яйцеклетку от той самой женщины, вместо которой для вынашивания плода пришлось нанять другую). Некоторые из таких дефектов, к сожалению, не могут быть выявлены современными методами. Возможно, также повреждение плода в результате неосторожности суррогатной матери – например, если она будет во время беременности употреблять наркотики или недостаточно хорошо питаться. Столь же важны, но остаются пока без ответа вопросы психологической адаптации ребенка. Если ребенку объяснят (или он случайно узнает), что его родила не мать, а другая женщина, не станет ли это для него источником проблем или тягостных переживаний? А если контакты ребенка с этой женщиной будут продолжаться и после его рождения (так бывает, когда суррогатная мать – родственница или близкий семье человек), то как это может сказаться на ребенке в дальнейшем?

Неудивительно, что при таком множестве вопросов специальная комиссия Американского общества по борьбе с бесплодием выразила по поводу суррогатного материнства серьезные сомнения этического характера, которые не могут быть сняты, пока не будет получено достаточных данных для оценки опасности и возможных преимуществ обсуждаемой процедуры [5].

Ввиду этих сомнений упомянутое общество рекомендует использовать суррогатное материнство только в порядке клинического эксперимента при соблюдении следующих условий:

  1. Необходимо собрать достаточные сведения о психологическом воздействии всей процедуры на суррогатных матерей, на использующие их супружеские пары и на рождающихся детей.
  2. Особое внимание следует уделить тому, чтобы супруги и суррогатная мать дали добровольное согласие на процедуру, располагая всей необходимой информацией.
  3. Отец и суррогатная мать должны быть тщательно проверены в отношении инфекционных заболеваний и генетических дефектов.
  4. Оплата услуг специалистов – врачей, адвокатов и др. – должна ограничиваться обычными для них гонорарами; они не должны получать комиссионные за подбор участников и организацию всей процедуры [5].

Несмотря на такие рекомендации, в ряде случаев суррогатное материнство будет, несомненно, организовано на менее строгих условиях (и менее профессионально). Сейчас уже очевидно, что для некоторых женщин, предлагающих свои услуги в качестве суррогатных матерей, главным стимулом служат деньги, и это может толкать их на предоставление ложных сведений о состоянии здоровья или обстоятельствах жизни. Известны случаи, когда бесплодные супружеские пары, подыскивая подходящую для такой роли женщину, пытались склонить к согласию на это кого-либо из родственниц. С другой стороны, беспринципные или недостаточно серьезно относящиеся к делу адвокаты и врачи, иногда так увлекаются перспективой хорошо заработать на подборе суррогатных матерей, что не в состоянии действовать только в интересах своих клиентов. И все же, как могут засвидетельствовать сотни ранее бездетных супругов, польза от такого способа преодоления бесплодия неоценима.

Несмотря на наличие противоречивых мнений по поводу суррогатного материнства, это метод будет активно развиваться и дальше. Главной причиной этого является то, что, несмотря на дороговизну и сложности с морально-этической и юридической стороны, он остается востребованным. Для многих бездетных пар рождение генетически своего ребенка, пусть и выношенного другой женщиной, является более желанным, нежели усыновление совершенно чужого малыша. И хотя последний способ планирования семьи является более гуманным и единственно приемлемым с точки зрения церкви, вряд ли можно однозначно осуждать супругов, решивших прибегнуть к услугам суррогатной матери. Что же касается самих суррогатных матерей, то причин, толкающих их к такому решению, может быть немало. Но наибольшую психологическую нагрузку при этом несут они сами, и получают немалые деньги не только за затраченные на чужого ребенка силы и здоровье, но и за полученную моральную травму, которая останется с ними на всю жизнь.

Нельзя не согласиться с мнением И.Ф. Александрова, что дальнейшее развитие семейного и гражданского права должно идти по пути опережающей координации и взаимодействия, совместного восполнения пробелов и еще не урегулированных отношениях на стыке двух отраслей права, совместного разрешения возникающих более глобальных проблем в регулировании общественных отношений. Такой областью в ХХI веке может стать область репродукции человека, где пересекаются вопросы общетеоретические, семейно-правовые, гражданско-правовые, нравственные и вопросы правовой этики и прав человека, а также других сфер деятельности человека [5]. На сегодняшний день возникла острая необходимость правового регулирования таких отношений.

Литература

  1. Афанасьева А.И. Суррогатное материнство // Семейное право. – 2009. -№8. – С 23-29
  2. Воеводин Л.Д. Юридический статус личности. – М.: Издательство МГУ, Издательская группа ИНФРА • М–НОРМА, 1997. – 304 с.
  3. Майфат А.В. “Суррогатное материнство” и иные формы репродуктивной деятельности в новом Семейном кодексе РФ // Юридический мир. – 2000.-  № 2. С. 32-37
  4. Свитнев К.Н. Вспомогательные репродуктивные технологии: Правовые коллизии. // Правовые вопросы в здравоохранении. – 2011. – № 5. – С. 52-61
  5. Пестрикова А.А. Суррогатное материнство в России: монография. – Самара: Самар. Гуманит. Акад., 2008. – 180 с.
  6. Свитнев К.Н. Обзор правоприменительной практики по делам, связанным с оспариванием отказов органов ЗАГСа в регистрации детей, рожденных в результате реализации программ суррогатного материнства // Семейное и жилищное право. – 2012. – № 1. – С.12-15
  7. Хритинин Д.Ф., Гарданова Ж.Р., Кулакова Е.В. Пограничные психические расстройства у женщин с бесплодием в программе “суррогатного материнства” в рамках лечения методом экстракорпорального оплодотворения // Психические расстройства в общей медицине. – 2008. –  №4. – С. 6-8
  8. Шевчук С.С. Некоторые проблемы правового регулирования применения искусственных методов репродукции»// Юрист. – №9. – 2002. – С.18-25

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.