Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217

DOI: https://doi.org/10.18454/IRJ.2016.45.039

Скачать PDF ( ) Страницы: 93-95 Выпуск: № 3 (45) Часть 1 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Кулицкая Л. И. К ВОПРОСУ О ПРАВОВОМ РЕГУЛИРОВАНИИ ПОГРЕБЕНИЯ И ПОХОРОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КАК СЕГМЕНТА РЫНКА СОЦИАЛЬНЫХ УСЛУГ / Л. И. Кулицкая // Международный научно-исследовательский журнал. — 2016. — № 3 (45) Часть 1. — С. 93—95. — URL: https://research-journal.org/law/k-voprosu-o-pravovom-regulirovanii-pogrebeniya-i-poxoronnoj-deyatelnosti-kak-segmenta-rynka-socialnyx-uslug/ (дата обращения: 23.06.2017. ). doi: 10.18454/IRJ.2016.45.039
Кулицкая Л. И. К ВОПРОСУ О ПРАВОВОМ РЕГУЛИРОВАНИИ ПОГРЕБЕНИЯ И ПОХОРОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КАК СЕГМЕНТА РЫНКА СОЦИАЛЬНЫХ УСЛУГ / Л. И. Кулицкая // Международный научно-исследовательский журнал. — 2016. — № 3 (45) Часть 1. — С. 93—95. doi: 10.18454/IRJ.2016.45.039

Импортировать


К ВОПРОСУ О ПРАВОВОМ РЕГУЛИРОВАНИИ ПОГРЕБЕНИЯ И ПОХОРОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КАК СЕГМЕНТА РЫНКА СОЦИАЛЬНЫХ УСЛУГ

Кулицкая Л.И.

Кандидат юридических наук, Владивостокский филиал Дальневосточного юридического института МВД России

К ВОПРОСУ О ПРАВОВОМ РЕГУЛИРОВАНИИ ПОГРЕБЕНИЯ И ПОХОРОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ КАК СЕГМЕНТА РЫНКА СОЦИАЛЬНЫХ УСЛУГ

Аннотация

В статье рассматриваются вопросы правового регулирования погребения и похоронной деятельности с позиций определения (дефиниции) «трудная жизненная ситуация» и «нуждаемость в социальном обслуживании», как основания для предоставления услуг по погребению и ритуальных услуг, являющихся сегментом рынка социальных услуг.

Ключевые слова: погребение, социальные услуги, трудная жизненная ситуация, нуждаемость в социальном обслуживании.

Kulitskaya L.I.

PhD in Jurisprudence, Vladivostok Branch of Far Eastern Law Institute of MIA of Russia

TO THE QUESTION OF THE LEGAL REGULATION BURIAL AND FUNERAL ACTIVITIES AS A SEGMENT OF THE MARKET OF SOCIAL SERVICES

Abstract

The article deals with the issues of legal regulation of burial and funeral activities from the point of definition (definition) “difficult life situation” and “needs in social services,” as the base for the provision of funeral services and burial, is a segment of the market of social services.

Keywords: burial, social services, difficult life situation, needs in social services.

Одним из наиболее дискуссионных и мало изученных в цивилистической литературе вопросов является вопрос, связанный с правовым регулированием вопросов погребения и похоронной деятельности, ритуальных услуг, являющихся сегментом рынка социальных услуг, что обусловливает актуальность рассмотрения данного вопроса. Наиболее перспективным изучение данного вопроса представляется в направлении творческого развития идей Р.Г. Набиева [6], А.В. Баркова, Р.Ю.Грачева, внесших значительный вклад в учение о проблемах гражданско-правового регулирования рынка ритуальных услуг, как одной из социально значимых отраслей экономики в сфере предоставления социальных услуг [2], Я.С. Гришиной, разработавшей концептуальную модель правового обеспечения социального предпринимательства [4]. При этом, рассмотрение обозначенных вопросов указанными авторами характеризуется тем, что, по их мнению, оказание социальных услуг возможно лишь потребителям, относящихся к категории граждан, находящихся «в трудной жизненной ситуации», с целью удовлетворения социально-имущественных потребностей граждан [4]. Следует отметить, что указанные научные труды разрабатывались на основе норм права, часть из которых утратила силу, поэтому некоторые теоретические положения ученых нуждаются в доработке и переосмыслении. Под «трудной жизненной ситуацией» А.В. Барков, Р.Ю.Грачев [2] понимают ситуацию, которой было дано легальное определение в п. 4 ст. 3 “Федерального закона от 10.12.1995 № 195-ФЗ «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации» (далее Федеральный закон от 10.12.1995 № 195 ФЗ). Это ситуация, «объективно нарушающая жизнедеятельность гражданина (инвалидность, неспособность к самообслуживанию в связи с преклонным возрастом, болезнью, сиротство, безнадзорность, малообеспеченность, безработица, отсутствие определенного места жительства, конфликты и жестокое обращение в семье, одиночество и тому подобное), которую он не может преодолеть самостоятельно» [7]. Поскольку вышеназванный закон утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 28.12.2013 № 442-ФЗ (ред. от 21.07.2014) “Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации” (далее Федеральный закон  от 28.12.2013 № 442-ФЗ) легальное определение понятия «трудная жизненная ситуация» из закона исчезло, в новом законе появился термин «нуждаемость в социальном обслуживании», как основание для установления обстоятельств, которые ухудшают или могут ухудшить условия жизнедеятельности гражданина. Согласно ст. 3 Федерального закона от 28.12.2013 № 442-ФЗ «получатель социальных услуг – гражданин, который признан нуждающимся в социальном обслуживании и которому предоставляются социальная услуга или социальные услуги». Предыдущий закон (Федеральный закон от 10.12.1995 № 195-ФЗ) содержал понятие «клиент социальной службы», под которым понимался «гражданин, находящийся в трудной жизненной ситуации», которому в связи с этим предоставляются социальные услуги.

Очевидно, что вступивший в силу с 1 января 2015 года Федеральный закон от 28.12.2013 № 442-ФЗ рассмотрение возможности получения потребителем социальной услуги ставит в зависимость от его нуждаемости в данной услуге. Понятию «нуждаемость» соответствуют термины «нужда», «потребность». В толковом словаре Владимира Даля сказано, что под словом «нужда» понимается «надобность, потребность, необходимость». «Нуждаться» в чём-либо – иметь надобность; терпеть нужду, недостаток; быть без необходимого, чувствовать потребность» [5, С.559]. Таким образом, «нуждаемость» и «потребность» – слова-синонимы.

Следует согласиться с существующим мнением о том, что потребности человека выступают неким базисом, на котором строится весь механизм оказания услуг населению [3, с.33], а понятие «потребности» является лишь частью общей категории «услуга». Если говорить о формировании рынка социальных услуг, которые являются лишь частью общего рынка услуг, то должны существовать критерии разграничения социальных услуг и иных видов услуг, регулируемых гражданским правом, поскольку человек может иметь потребность в предоставлении любой услуги, не обязательно социальной.

Критерии отличий ритуальных услуг от социальных услуг были предложены А.В. Барковым, Р.Ю. Грачевым, одним из которых был назван критерий «неизбежной необходимости потребления ритуальной услуги для каждого человека» [1, с.26]. Действительно, при потреблении услуг по погребению, хотим мы этого или нет, нам неизбежно приходиться хоронить родных, близких, знакомых. И это неизбежно до тех пор, пока человек смертен.

В федеральном законодательстве признание гражданина «нуждающимся в социальном обслуживании» раскрывается не через определение (дефиницию), а путем перечисления существующих обстоятельств, которые ухудшают или могут ухудшить условия его жизнедеятельности. Так, в ст. 15 Федерального закона от 28.12.2013 № 442-ФЗ содержится следующий перечень таких обстоятельств: полная или частичная утрата способности либо возможности осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, обеспечивать основные жизненные потребности в силу заболевания, травмы, возраста или наличия инвалидности; наличие в семье инвалида или инвалидов, в том числе ребенка-инвалида или детей-инвалидов, нуждающихся в постоянном постороннем уходе; наличие ребенка или детей (в том числе находящихся под опекой, попечительством), испытывающих трудности в социальной адаптации; отсутствие возможности обеспечения ухода (в том числе временного) за инвалидом, ребенком, детьми, а также отсутствие попечения над ними; наличие внутрисемейного конфликта, в том числе с лицами с наркотической или алкогольной зависимостью, лицами, имеющими пристрастие к азартным играм, лицами, страдающими психическими расстройствами, наличие насилия в семье; отсутствие определенного места жительства, в том числе у лица, не достигшего возраста двадцати трех лет и завершившего пребывание в организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей; отсутствие работы и средств к существованию; наличие иных обстоятельств, которые нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации признаны ухудшающими или способными ухудшить условия жизнедеятельности граждан.

Очевидно, что применить к потребителю услуг по погребению указанные в законе обстоятельства не представляется возможным, так как обстоятельства, в которые попадает лицо, потерявшее близкого человека, не сопоставимы с перечисленными в ст. 15 вышеназванного закона. А вот под понятие «иные обстоятельства», которые нормативными правовыми актами субъекта Российской Федерации признаны ухудшающими или способными ухудшить условия жизнедеятельности граждан» (п.8 ст.15 Федерального закона от 28.12.2013 № 442-ФЗ) могли бы подпадать под понятия «ритуальные услуги» и «услуги по погребению», при условии, что в законах субъектов Российской Федерации имеются указания на критерий «нуждаемости» у потребителей этих услуг ввиду наличия определенных обстоятельств, то есть смерти близкого человека.

Следует отметить, что ни в ст. 20 Федерального закона от 28.12.2013 № 442-ФЗ, раскрывающей перечень видов социальных услуг, ни в Постановлении Правительства Российской Федерации от 24 ноября 2014 г. № 1236 «Об утверждении примерного перечня социальных услуг по видам социальных услуг» [8] не содержится такого вида социальной услуги, как «ритуальная услуга» или «услуга по погребению», что, по меньшей мере, вызывает недоумение, поскольку Федеральный закон от 12.01.1996 № 8-ФЗ (ред. от 28.11.2015, с изм. от 14.12.2015) “О погребении и похоронном деле” [9] в ст.1 говорит о гарантиях предоставления материальной и иной помощи для погребения умершего, о гарантированном перечне услуг, предоставляемых на безвозмездной основе, о качестве предоставляемых услуг (ст.9 закона), что указывает на гарантированность предоставления ритуальных услуг и услуг по погребению лицам, остро нуждающимся в указанных услугах и находящихся в период их потребления в трудной жизненной ситуации, которая порой характеризуется невозможностью самостоятельно решать вопросы погребения близкого человека. Правы А.В. Барков, Р.Ю. Грачёв, которые считают, что «полезный эффект ритуальной услуги выражается в социальном содействии лицу в том, чтобы справиться с трудной жизненной ситуацией» [1, с.24]. Если, как указано в законе, «нуждаемость в социальном обслуживании» ‑ это существующие обстоятельства, которые ухудшают или могут ухудшить условия жизнедеятельности гражданина, то это и есть «трудная жизненная ситуация», с которой человек не может справиться самостоятельно. Смерть человека, который являлся родственником или близким лицу (потребителю ритуальной услуги) это, безусловно, обстоятельство, ухудшающее условия жизнедеятельности потребителей похоронных услуг и услуг по погребению в связи с возникшей трудной жизненной ситуацией.

Таким образом, несмотря на то, что в Федеральном законе от 28.12.2013 № 442-ФЗ (ред. от 21.07.2014) “Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации” понятие «гражданин, находящийся в трудной жизненной ситуации», которое существовало в предыдущем законе поменялось на «гражданин, который признан нуждающимся в социальном обслуживании» суть социальной услуги не изменилась. Тем более, что в Федеральном законе от 28.12.2013 № 442-ФЗ законодатель не отказывается полностью от термина «нуждаемость» и раскрывая понятие «срочные социальные услуги» ст. 21 декларирует, что «предоставление срочных социальных услуг в целях оказания неотложной помощи осуществляется в сроки, обусловленные нуждаемостью (выделено автором) получателя социальных услуг, и одним из оснований для предоставления срочных социальных услуг является информация о гражданах, нуждающихся (выделено автором) в предоставлении срочных социальных услуг.

Литература

  1. Барков А.В., Грачев Р.Ю. Ритуальные услуги как объекты рынка социальных услуг // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2014.·№ 3 (98).
  2. Барков А.В., Грачёв Р.Ю. Рынок ритуальных услуг: проблемы гражданско-правового регулирования. – М.: Издательство “Юрлитинформ”, 2013. – 176 с.
  3. Бутко А. А. Феномен услуги в отечественном праве на современном этапе развития общества // Вестник Волгоградской академии МВД России. 2015. № 2(33). С.31-35.
  4. Гришина Я.С. Концептуальная модель правового обеспечения социального предпринимательства: дис. … д-ра. юр. наук. М, 2016. 505 с. [Электронный ресурс] URL: http://www.mael.ru/UserFiles/File/dissert_grishina.pdf (дата обращения 27.02.2016).
  1. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. Том второй. М., Русский язык. 1989. 779 с.
  2. Набиев Р.Г. Возмездное оказание ритуальных услуг в Российской Федерации: автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2007. С. 6.
  3. Собрание законодательства РФ. 1995. № 50. Ст. 4872.
  4. Собрание законодательства РФ”, 01.12.2014, N 48, ст. 6872.
  5. [Электронный ресурс] URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/onlin (дата обращения 27.02.2016).

References

  1. Barkov A. V., Grachev R. Y. Funeral services as objects of the social services market // Bulletin of the Saratov state Academy of law. 2014.•№ 3 (98).
  2. Barkov A. V., Grachev R. Y. The market for funeral services: problems of civil law regulation. – M.: Publishing House “Yurlitinform”, 2013. – 176 p.
  3. Butko A. A. The phenomenon of services in the domestic law at the present stage of development of society// Bulletin of the Volgograd Academy of the MIA of Russia. 2015. No. 2(33). S. 31-35.
  4. Grishina Y. C. Conceptual model of legal support of social entrepreneurship: dis. … d-RA. Jur. Sciences. M, 2016. 505 S. [Jelektronnyj resurs] URL: http://www.mael.ru/UserFiles/File/dissert_grishina.pdf (data obrashhenija 27.02.2016).
  1. Dal V. Explanatory dictionary of the living great Russian language. Volume two. M., Russian language. 1989. 779 S.
  2. Nabiev R. G. Compensated providing of funeral services in the Russian Federation: author. dis. … candidate the faculty of law. Sciences. Volgograd, 2007. P.6.
  3. The meeting of legislation RF. 1995. 50. PT. 4872.
  4. The collection of RF legislation”, 01.12.2014, N 48, art 6872.
  5. [Jelektronnyj resurs] URL: http://base.consultant.ru/cons/cgi/onlin (data obrashhenija 27.02.2016).

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.