Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217

Скачать PDF ( ) Страницы: 49-51 Выпуск: № 1 (32) Часть 3 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Жуковская Л. И. СИНТАГМАТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ЯЗЫКОВОЙ ЭКСПЛИКАЦИИ КОНЦЕПТА «МЕНТАЛИТЕТ / МЕНТАЛЬНОСТЬ» / Л. И. Жуковская // Международный научно-исследовательский журнал. — 2015. — № 1 (32) Часть 3. — С. 49—51. — URL: https://research-journal.org/languages/sintagmaticheskie-osobennosti-yazykovoj-eksplikacii-koncepta-mentalitet-mentalnost/ (дата обращения: 28.06.2017. ).
Жуковская Л. И. СИНТАГМАТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ЯЗЫКОВОЙ ЭКСПЛИКАЦИИ КОНЦЕПТА «МЕНТАЛИТЕТ / МЕНТАЛЬНОСТЬ» / Л. И. Жуковская // Международный научно-исследовательский журнал. — 2015. — № 1 (32) Часть 3. — С. 49—51.

Импортировать


СИНТАГМАТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ЯЗЫКОВОЙ ЭКСПЛИКАЦИИ КОНЦЕПТА «МЕНТАЛИТЕТ / МЕНТАЛЬНОСТЬ»

Жуковская Л.И.

Аспирант, Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского

СИНТАГМАТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ЯЗЫКОВОЙ ЭКСПЛИКАЦИИ КОНЦЕПТА «МЕНТАЛИТЕТ / МЕНТАЛЬНОСТЬ»

Аннотация

В статье рассматриваются синтагматические особенности языковой экспликации концепта «менталитет / ментальность» в современной русской речи, которые выражаются в моделях типовой и нестандартной сочетаемости лексем «менталитет» и «ментальность» в научном гуманитарном дискурсе.  

Ключевые слова: менталитет / ментальность, концепт, синтагматика

 Zhukovskaya L.I.

Postgraduate student, The N.I. Lobachevsky State University of  Nizhni Novgorod

SYNTAGMATIC FEATURES OF LANGUAGE EXPLICATION OF THE CONCEPT “MENTALITET / MENTAL’NOST’” (“MENTALITY”)

Abstract

The article considers syntagmatic features of the language explication of the concept “mentality” in the modern Russian speech which are represented in models of typical and non-standard combinatory  of the lexemes “mentalitet” and “mental’nost’” in scientific humanitarian discourse.

Keywords: mentalitet / mental’nost’, concept, syntagmatics

Анализ концептов культуры в наши дни является одним из магистральных направлений в отечественной лингвокультурологии [4]. Современный концептуальный анализ предполагает комплексное описание концепта посредством анализа парадигматических, синтагматических и деривационных связей и отношений слов –– репрезентантов концепта.

В наших предыдущих исследованиях были описаны парадигматические особенности языковой экспликации концепта менталитет / ментальность. В настоящей работе анализируются  синтагматические особенности языковой экспликации концепта менталитет / ментальность, которые выражаются в его стандартной глагольной, субстантивной и атрибутивной сочетаемости, а также в его возможности занимать определенные синтаксические позиции (например, быть в функции предиката) и др.

Типовая сочетаемость данного концепта берется нами по иллюстративному материалу энциклопедических изданий, толковых словарей и словарей иностранных слов, а также по наиболее типичным случаям употреблений терминов менталитет и ментальность в научных работах.

Наиболее частотны примеры с моделями атрибутивной адъективной сочетаемости (прил. / прич. /мест.-прил. + М) и атрибутивной субстантивной (генитивной) сочетаемости (М + сущ. род.пад.).

Менталитет /ментальность в моделях атрибутивной адъективной сочетаемости выражает следующие признаки:

  • национальная (субэтническая, геополитическая, расовая) принадлежность: славянский менталитет, африканский         менталитет (примеры Н.Ф. Алефиренко); национальный менталитет, русский, немецкий, английский менталитет;
  • принадлежность социальной группы: армейский менталитет, женский менталитет (пример Т.Б. Радбиля);
  • принадлежность отдельной личности: менталитет индивидуальный (пример Т.Б. Радбиля).

В случае атрибуции притяжательным местоимением менталитет становится принадлежностью референциально неопределенной группы: наш менталитет.

Менталитет мыслится как сущность, развивающаяся во времени: развивающаяся ментальность (пример В.В. Колесова).

Признак глубинного, подсознательного бытования менталитета отражен в сочетании глубинная ментальность (пример В.В. Колесова).

Также выражается и признак иррациональности, выраженный атрибутивной сочетаемостью с прилагательным, ср., например: «Менталитет не обязательно только положи­тельное явление, но менталитет без активной работы языка или мысли предста­ет как полностью иррациональный» [1, с. 9].

 Атрибуция прилагательным может указывать на сферу бытования менталитета: языковой менталитет (пример Т.Б. Радбиля), этнокультурная ментальность (пример Н.Ф. Алефиренко), политический менталитет, юридический менталитет.

Менталитет /ментальность в моделях атрибутивной субстантивной (генитивной) сочетаемости выражает следующие признаки:

  • национальная принадлежность: менталитет русских, менталитет европейцев (примеры Н.Ф. Алефиренко), ментальность народа;
  • принадлежность социальной группы: менталитет интеллигенции, менталитет военных, менталитет юристов, менталитет правительства, менталитет «новых русских» (пример Н.Ф. Алефиренко);
  • принадлежность отдельной личности: менталитет Льва Толстого (пример Н.Ф. Алефиренко), менталитет иждивенца.

Также в обследованном материале активна модель со словами менталитет / ментальность в роли зависимой словоформы в родительном падеже (сущ. + М род.пад.), которая отражает уже другие аспекты содержания концепта.

Прежде всего это случаи, где в роли опорного слова выступает отглагольное существительное или слово с семантикой действия, состояния, изменения и пр. –– данные контексты выражают то, что случается с менталитетом / ментальностью, то, в чем принимает участие менталитет / ментальность и пр.: ориентация менталитета, бытование менталитета, эволюция менталитета (примеры Т.Б. Радбиля), выражение менталитета, проявления менталитета (пример В.В. колесова), изменение / развитие менталитета, становление менталитета, направленность менталитета (пример В.В. Колесова), сфера действия менталитета (пример Т.Б. Радбиля), состояние менталитета, существование менталитета, средоточие менталитета (пример Н.Ф. Алефиренко). Ср. также –– феномен менталитета (пример Т.Б. Радбиля).

Другая группа примеров выражает:

  • природу и сущность менталитета / ментальности, его основу: природа ментальности (пример Н.Ф. Алефиренко), сущность менталитета, существо менталитета, основа менталитета (пример Н.Ф. Алефиренко), инвариант ментальности (пример А.В. Бастрикова и Е.М. Бастриковой), первосущность ментальности (пример Н.Ф. Алефиренко), операционная среда менталитета, дух ментальности  (примеры Т.Б. Радбиля);
  • источник и происхождение менталитета / ментальности: источник  ментальности, исторические корни менталитета (примеры Н.Ф. Алефиренко), генезис менталитета;

Большое число примеров указывает на структурное устройство менталитета / ментальности: строение менталитета, устройство менталитета, структура менталитета, модель менталитета;

  • его членение на части / аспекты: грани менталитета, сторона менталитета (примеры В.В. Колесова), части менталитета, аспекты менталитета;
  • его иерархическое устройство: уровни, пласты, страты менталитета (примеры Т.Б. Радбиля), временной срез менталитета (пример А.А. Григорьевой);
  • его элементы: единица менталитета (пример В.В Колесова), компоненты менталитета (пример А.А. Григорьевой), содержательные блоки менталитета (пример Т.Б. Радбиля);
  • его полевую организацию по модели ‘центр –– периферия’: центр ментальности (пример В.В. Колесова), эпицентр ментальности (пример Н.Ф. Алефиренко), ядро менталитета (пример Т.Б. Радбиля);
  • отличительные особенности, признаки менталитета / ментальности: особенности менталитета, специфика менталитета, признаки менталитета, характеристики менталитета, знак ментальности (пример Н.Ф. Алефиренко), нюансы и тонкости менталитета (пример  А.А. Григорьевой).

В глагольных словосочетаниях в позиции зависимого объекта менталитет / ментальность выступает в роли объекта действия, состояния, прежде всего интеллектуального:  изучать, исследовать, анализировать, понимать, постигать менталитетисчислить менталитет (пример Т.Б. Радбиля), воздействовать на менталитет.

В позиции субъекта высказывания менталитет / ментальность также проявляет несколько значимых когнитивных признаков:

  • связь менталитета / ментальности с деятельностью разума, интеллекта, рассудка: «Менталитет предстает как всего лишь логически обоснованная сторона деятельности, которая связана с рассуд­ком» [1, с. 6];
  • менталитет / ментальность как духовная деятельность народа: «Менталитет понимается как психофизическая или социальная энергия, почти брутально сосредоточенная в совокупном организме народа» [1, с.: 11].

Последний признак, отождествляющий менталитет / ментальность и духовность проявляется и в аппозитивных словосочетаниях с приложением: «Понятно, что многие черты характера, духовности-ментальности, описан­ные здесь как русские, в разной степени интенсивности и в различном сочета­нии встречаются и у других народов» [1, с. 6].

В целом особенности сочетаемости слов менталитет / ментальность позволяют получить комплексное, целостное представление о концепте менталитет / ментальность.

МЕНТАЛИТЕТ / МЕНТАЛЬНОСТЬ:

  • функционирует как изменчивое во времени, но достаточно стабильное явление духовной сферы, которое имеет источник происхождения и отличается сложной структурной организацией: он представлен разными частями (аспектами), состоит из элементов (единиц, компонентов, блоков), имеет поуровневую иерархическую организацию, полевую структуру (центр и периферия), совокупность отличительных признаков и отчетливые внешние проявления;
  • представляется как активно действующая сила, обладает духовной энергией, и, с другой стороны, сам подвергается воздействиям со стороны внешних факторов;
  • в плане родо-видовой категоризации можно утверждать, что существует менталитет вообще (пример А.А. Григорьевой) и его разновидности, вычленяемые по национальным, социальным, индивидуальным признакам.

Очевидно, что указанная семантика в норме не может быть свойственна абстрактной лексеме терминологического характера. Семантические явления такого рода в теории языковой аномальности Т.Б. Радбиля справедливо расцениваются как семантические аномалии [2; 3]. Однако, с другой стороны, подобные модели «овеществления абстракции» являются обычным способом языковой концептуализации абстрактных понятий в «наивной» языковой картине мира.

Литература

  1. Колесов В.В. Русская ментальность в языке и тексте. СПб.: Петербургское Востоковедение, 2006. 624 c.
  2. Радбиль Т.Б. Норма и аномальность в парадигме «реальность –– текст» // Филологические науки. –– 2005. –– №1. –– С.53-63.
  3. Радбиль Т.Б. Языковая аномальность в русской речи: к проблеме типологии // Русский язык в научном освещении. –– 2006. –– №1 (11). –– С. 77-100.
  4. Ручина Л.И. Место лингвокультурологии в ряду лингвистических дисциплин // Вестник ННГУ. –– 2000. –– № 1. –– C. 183-186.

 References

  1. Kolesov V.V. Russkaja mental’nost’ v jazyke i tekste. : Peterburgskoe Vostokovedenie, 2006. 624 c.
  2. Radbil’ T.B. Norma i anomal’nost’ v paradigme «real’nost’ –– tekst» // Filologicheskie nauki. –– 2005. –– №1. –– S.53-63.
  3. Radbil’ T.B. Jazykovaja anomal’nost’ v russkoj rechi: k probleme tipologii // Russkij jazyk v nauchnom osveshhenii. –– 2006. –– №1 (11). –– S. 77-100.
  4. Ruchina L.I. Mesto lingvokul’turologii v rjadu lingvisticheskih disciplin // Vestnik NNGU. –– 2000. –– № 1. –– C. 183-186.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.