Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217, 16+

() Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Лунева Е. В. РУССКАЯ НАРОДНАЯ СЕМЕЙНАЯ ПЕСНЯ БЕЛГОРОДСКОГО КРАЯ В СОВРЕМЕННОМ БЫТОВАНИИ / Е. В. Лунева // Международный научно-исследовательский журнал. — 2014. — №. — С. . — URL: https://research-journal.org/languages/russkaya-narodnaya-semejnaya-pesnya-belgorodskogo-kraya-v-sovremennom-bytovanii/ (дата обращения: 20.07.2019. ).

Импортировать


РУССКАЯ НАРОДНАЯ СЕМЕЙНАЯ ПЕСНЯ БЕЛГОРОДСКОГО КРАЯ В СОВРЕМЕННОМ БЫТОВАНИИ

Лунева Е.В.

Доцент, кандидат филологических наук,

Белгородский государственный университет

РУССКАЯ НАРОДНАЯ СЕМЕЙНАЯ ПЕСНЯ БЕЛГОРОДСКОГО КРАЯ В СОВРЕМЕННОМ БЫТОВАНИИ

Аннотация

Различные по своему назначению, идейному содержанию и художественным средствам народные произведения складывались и жили веками, подвергались на своем пути тем изменениям, которые были неизбежны в ходе исторического процесса. Анализ сюжетных песенных групп, которые охватывают весь основной репертуар семейных песен, дошедших до нас, позволил выявить следующие их изменения: сохранение основы песни, связанной с ее сюжетом; варьирование песни исполнителем в пределах данного сюжета, зависящее от творческой индивидуальности певцов; частичные замены в тексте, которые объясняются влиянием времени. Традиционны семейные  песни, живя в веках, представляют интерес и в наши дни, устанавливают связи с современной действительностью, поскольку  разрабатывают  вечные темы.

Ключевые слова: фольклор, семейная песня, сюжет, тематическая группа.

Luneva  E. V.

Аssosiate professor, сandidat of philological science,

Belgorod State University

RUSSIAN FOLK FAMILY SONG OF BELGOROD REGION IN THE MODERN LIFE

Abstract

Different by their function, content and artistic means folk compositions were being produced and lived for centuries. On their way folk works were undergone changes which were inevitable in the course of historical process. Analysis of the plot song groups, covering all principal repertory of saved up to the present family songs, alloved to discover some of their changes. Firstly, it is the preservation of a song’s basis connected with its plot. Secondly, it is a variation, dependent on a creative individuality of the singers, of a song by a performer within the given plot. One more change is the partial substitutions in the text which are explained by the influence of time. Living through the ages, traditional family songs attract interest until novadays and establish relations with the present- day reality, because they develop the eternal themes.

Keywords: folklore, family song, plot, feature  group.

Проблемы состояния традиционного песенного фольклора необходимо решать исторически на всем доступном материале, однако исходя из того, что материал для суждений доступен благодаря современным записям, автор в настоящем исследовании опирался преимущественно на устно-поэтические произведения, собранные в последнее десятилетие в селах Белгородской и близлежащих областей. Что  касается  традиционных  песен, то, живя в веках, многие из них представляют  интерес и  в наши  дни.

Возникновение семейных песен имеет глубокие исторические причины. Если в своих былинах русский народ воспел мужество и отвагу богатырей, в исторических песнях прославил героев и полководцев, в похоронных плачах передал всю горечь утраты любимого человека,  то семейная песня нужна была народу для того, чтобы выразить его глубокие переживания, связанные с бытом патриархальной крестьянской семьи в крепостную эпоху.

Изучение истории России дает возможность глубже понять разнообразие причин возникновения и развития семейных песен. Русская женщина-крестьянка, создательница большинства семейных песен, испытывала на себе двойной гнет: крепостничества и деспотических оков патриархальной семьи, ее домостроевского уклада, неравенства и суровой власти мужа. Об этом особенно выразительно говорит такой памятник литературы этого времени,  как «Домострой»,  который  очень  подробно  определяет  отношения внутри семьи, какими они сложились к XVI веку. Это, во-первых, полное и безоговорочное подчинение детей родителям – последним рекомендуется физически наказывать детей. Так, мы читаем: «Казни сына своего от юности его, и покоит тя на старость твою» [2, с. 34]. В патриархальной семье женили и выдавали замуж по воле родителей: это было естественным явлением в жизни феодальной Руси не только в крестьянской среде, но и в великокняжеской. Дети, подчиненные воле родителей, не смели выходить из повиновения: за это им грозило вечное проклятие и «гнев Божий». О непослушных детях в «Домострое» сказано: «Не поживут дней своих, иже прогневают отца и досаждают матери…» [3, с. 7].

Устои патриархальной русской семьи видны также из отношений главы семейства к домочадцам, в особенности к жене. Домострой советует мужу свою жену «побить не перед людьми, наедине». Правда, автор здесь оговаривается: «ни по уху, ни по виданью не бити, ни под сердце кулаком, ни пинком; ни посохом не колоть; никаким железным или деревянным не бить: кто из сердца или с кручины так бьет, – многи притчи от того бывают…а плетью, с наказанием, бережно бити; и разумно, и больно, и страшно, и здорово». Такой  уклад считался естественным. Муж,  который «жену и домочадцев учит, милость от Бога приемлет» [2, с. 12].

Если нельзя точно указать столетия возникновения семейных песен, то совершенно ясно, что они возникли гораздо раньше первых записей лирических народных песен в XVП веке. В записи же семейные песни впервые появляются в рукописных и печатных сборниках XVШ века, но ни в одном из них они не выделены в особую группу – первым в истории русской фольклористики это сделал И.Сахаров в своем сборнике русских народных песен [9, с. 89].

Сюжетность большинства семейных песен такова:

  1. Краткая лаконичная картинка действительности, обуславливающая то или иное настроение героя.
  2. Чувства героя вступают в конфликт с жизненной ситуацией или вызываются ею.
  3. Главным в песне становится лирическое выражение внутреннего отношения героя к данному жизненному моменту или событию.

Именно на внутреннем движении переживаний героя и основано построение сюжета, как составной части песенной композиции. Взаимоотношение тематики и сюжета в любой из семейных песен – закономерное явление, имеющее чрезвычайно важное принципиальное значение.

Определение темы песни зависит: от действующего лица; от жизненной ситуации, в которую оно поставлено. Сюжет же динамичен, поэтому в одной тематической группе имеется несколько различных сюжетов. Такая систематизация дает возможность выявить тематическое и сюжетное богатство семейных песен, отграничить их от смежных песенных групп, выявить художественные особенности жанра.

В первую тематическую группу песен (так называемую переходную), входит досвадебная лирика, в которой раскрывается внутренний мир чувств и представлений девушки о будущем замужестве. Эта группа содержит множество сюжетов, дающих полное представление о чувствах лирических героев песни («Вы раздайтесь, расступитесь, добрые люди» [12, с.  47], «Ах, на реке, на речушке» [10, с.  106], «Во чистом поле береза…» [10, с.  310], «Ах ты, Волга, Волга-матушка» [4, с.  115]).

Ко второй группе песен мы относим те, главным содержанием которых являются жалобы на замужество и воспоминания молодушки о родной семье, о ее родных, о редких встречах с ними; в этих песнях слышится скорбная жалоба девушки на несчастливое замужество. Героиня всей этой песенной группы молодая крестьянка, замужняя женщина, находится в чужой, постылой семье. Внутри этого песенного цикла содержится большое разнообразие сюжетов, каждый из которых по-своему передает все богатство душевных переживаний молодушки.

В первой песенной группе сюжеты строились на психологическом конфликте: девушка лишь воображала себе несчастливое замужество. Во второй же группе этот конфликт не воображаемый, а реальный: девушка уже попала в чужую, постылую, «несогласную» семью, почувствовала на себе нелюбовь ее членов («Не давай меня, батюшка, замуж» [14, с.  191], «Ходила младехонька по чистому полю» [5, с.  90],  «Из-за лесу, лесу темного» [10, с.  17],  «Мимо моего садика» [5, с.  112]).

К третьей группе – относятся песни молодушки о старом, ревнивом, неудалом муже, а также о муже-недоростке, т.е. о муже нелюбимом, постылом («Ах конь ли, конь мой, лошадь добрая» [14, с.  149],  «Ах, почто было, ах, к чему было…» [14, с.  47], «Ах, я палася-перепалася…» [14, с.  456]).

Семейные песни, которые содержат жалобы доброго молодца на постылую жену – четвертая тематическая группа («У душечки, у красной девицы» [14, с.  443], «Ах, матушка, горе…» [10, с.  94],   «Ах ты, молодость, моя молодость» [14, с.  156]).

Пятая сюжетная группа – песни, в которых изображены глубокие семейные противоречия, толкающие супругов на мысль о преступлении. На основе того или иного социального или морального конфликта возникали песни о семейной драме. Результатом несчастливых браков была взаимная нелюбовь супругов, нарушение супружеской верности («Как не пава свет по двору ходит» [14, с.  373], «На улице воробушек» [10, с.  314],  «Лучинушка» [5, с.  155]).

Шестая сюжетная группа – песни, темой которых является судьба крестьянки,  потерявшей  мужа («Как на дубчике  два голубчика» [14, с.  194],  «На горе, на гороньке, не дуб шумел…» [11, с.  75]).

Яркими символическими и реальными образами, богатством народного языка, глубиной содержания привлекает песня «Калину с малиной вода поняла». Через все ее варианты, широко известные в ХIХ веке, проходит основная мысль: упрек молодушки матери за ее несчастливое замужество. В других моментах варианты могут быть не только схожи, но и отличаться один от другого, распадаясь при этом на две группы.

В одних молодушка рассказывает о четырех  тяжелых заботушках в семье мужа, в других – через три года она летит пташкой в родной дом, садится на яблоньку и слезами горькими, причетами будит мать, всю родную семью.

Первый вариант, записанный в белгородской среде, мало чем отличается  от общерусских, то есть в основе своей остается неизменным. Другой белгородский вариант несколько иначе звучит в концовке. В нем уже присутствуют, в отличие от предыдущего, новые лица: соловушки, а также братья, которые ведут себя по отношению к сестре по-разному. Свекровь же вообще не упоминается.

В третьем варианте «Калины с малиной…» также фигурирует символический образ горькой обездоленной кукушечки. Однако в нем более конкретны причины горя героини. Во-первых, матушка отдала дочь «за неровнюшку во лиху семью», во-вторых, ее посылают «в полночь по воду», этой реальной картины также нет в предыдущих вариантах, по-прежнему матушка отдает дочь «замуж, не собравшись с разумом». Дочь обещает прилететь кукушечкой, но не через три года, а через шесть лет, так как «сударыня-матушка воля не моя».

Во всех этих вариантах, несмотря на некоторые различия, сохранен образ-символ горькой кукушечки. Присутствует он и  в четвертом варианте. В нем замужество представлено уже тремя заботами: первая – «деверь да золовушка», вторая – «свекор и свекровушка», третья – «муж – роскошна голова».

Элементы и мотивы песни «Калину с малиной вода поняла» были использованы русским народом в песнях о солдатчине. Яркий тому пример- песня «Калина с малиной рано в поле расцвела». В белгородской записи ее тема получает определенное социальное развитие. Младший брат рассказывает прилетевшей сестре-кукушке о той тяжкой участи, которая постигла их семью. Женщина с особым лиризмом сравнивает свою жизнь дома и в чужой семье. Если в родной стороне молодая  девушка оставила «три зазнобушки», то в чужой семье ее ждут «три кручинушки».

В других песнях, оплакивая свою судьбу, молодая женщина  обращается к родителям с просьбой посетить дочь, выданную замуж. Не только отец  и мать  держат молодушку в страхе и покорности. Даже от мужа, с которым придется крестьянке «век вековать», она не видела почета. В песнях показан его жестокий нрав.

В одном из белгородских вариантов после того, как грозный жених заявил о своем присутствии, невеста побежала по сеням, обращаясь ко всем домашним: «Берите замки, открывайте сундуки, вынимайте сукно, шейте милому сюртук…». В другом же девушка пугается громового голоса Иванушки, хочет спрятаться от него. Она обращается к подружкам с просьбой «схоронить», т. е.  спрятать ее. Мать не может приехать в гости к дочери, в преобладающем большинстве случаев она не имеет прав на ее защиту. То же относится и к отцу. В этой песне налицо свадебные мотивы, связь необрядной песни с лирическими, с причитаниями невесты. Как и в причитаниях, дом мужа показан чужим, родители неласковыми, способными только «журить-бранить» сноху и заставлять ее работать. Свой родной дом молодушка горячо любит, родителей называет ласковыми словами, одновременно укоряет их в том, что они  не могут навестить ее. Поэтому она в общении с родной природой вверяет  свои мысли именно ей, чтобы та передала весть о ее «тяжелой судьбинушке» на родную сторону.

Девушка в доме родителей полностью подчинена воле своего батюшки, который выдает дочь за того, за кого ему выгодно. Этого требовала сама жизнь патриархальной семьи.

Исходя из наблюдений  семейной жизни русской деревни, можно сделать вывод, что чем ближе к концу ХIХ века, тем чаще лирическая семейная песня отражает новое явление: жена находит в лице мужа поддержку и защиту от патриархального уклада. Большой слой в бытовых лирических песнях составляют те произведения, в которых отражаются противоречия и конфликты между родителями и детьми, между мужем и другими членами семьи – конфликты, которые порождались тесными рамками патриархального уклада семейной жизни.

В белгородской записи песни «Заковали в кандалы мои руки» жена, выступающая в роли няньки и кормилицы своего малолетнего супруга, протестует против укоренившихся порядков неравного брака, пытается избавиться от мужа-недоростка. Героиня песни предстает как женщина сильная, волевая, решившаяся на протест и борьбу за свои права.

Одна из наиболее печальных и лирических песен – «Я хожу, да хожу, млада, по лесу». Варианты ее встречаются в сборниках ХVIII века и первой половины ХIХ-го. Наилучшую сохранность имеют варианты ХVIII века, что подтверждает старинный характер песни и то, что она бытовала в более ранние века, а в ХIХ веке начала забываться. Об этом можно судить по белгородскому варианту: песня значительно сократилась в объеме, но сохранила присущую ей лиричность и силу выражаемого чувства в изложении основы содержания жалобы молодушки, ее сожаления о своей  девичьей жизни.

В песне «Из-за леса, леса темного» молодушка через соловья посылает привет родным и жалуется на тяжелое житье «в чужих людях». Обращение молодушки к соловью сохраняется  во всех вариантах. Вариации же в отдельных деталях способствуют поэтическому обогащению песни.

 В современном белгородском варианте больших отклонений от темы песни нет. Но в описании жизни молодушки «в чужих людях» содержится оттенок, который не встречается в общерусских вариантах: молодушка жалуется на то, что ей приходится вставать очень рано, вместе с семьей мужа, чтобы богу молиться. В ее словах отразился один из элементов быта села, в котором был значительный слой староверов с их аскетическим образом жизни. Но при этом белгородский вариант песни является общерусским.

Анализ шести сюжетных песенных групп, которые охватывают весь основной репертуар семейных песен, дошедших до нас, позволил выявить следующие их изменения: сохранение основы песни, связанной с ее сюжетом; варьирование песни исполнителем в пределах данного сюжета, зависящее от творческой индивидуальности певцов; частичные замены в тексте, которые объясняются влиянием времени.

Подводя итог вышеизложенного можно сделать вывод о том, что при всей разнице в силе и сохранности песенных традиций мы имеем все основания говорить об общих тенденциях, характеризующих современный фольклорный процесс и состояние традиционного народного поэтического творчества, являющегося органической частью нашей культуры. Широкое бытование традиционных произведений песенной лирики объясняется главным образом тем, что многие из них характеризуются художественным совершенством. Этим самым они отвечают духовным запросам современного человека. Вместе с тем в процессе трансформации многочисленные традиционные песни переосмысливаются и воспринимаются по-новому: они отвечают высокому культурному уровню народа.

Литература

  1. Будде Е. Положение русской женщины по бытовым песням. – Воронеж, 1883. – 174 с.
  2. Домострой. – СПб.: Типография Глазунова, 1911. – № 38. – 42с.
  3. Домострой. – СПб.; Типография Глазунова, 1911. – № 17. – 54с.
  4. Драчук Е. Традиционная русская народная семейная песня Белгородского края в современном бытовании: дис…канд. филол. наук. – М., 2003. – 222с.
  5. Песни собранные П. Киреевским. – М.: Изд-во Общества любителей Российской словесности при Московском ун-те. Песни необрядовые, 1917.-  Нов.сер.: Вып.2. Ч.1. – 286 с.
  6. Песни собранные П. Киреевским. – М.: Изд-во Общества любителей  Российской словесности при Московском ун-те. Песни необрядовые, 1929.-   Нов.сер.: Вып.2. Ч.2. – 312 с.
  7. Костомаров Н. Великорусская народная песенная поэзия // Вестник Европы, 1872. – Вып.7. – С. 9-16.
  8. Лучинин А. Женщина  древней  Руси  в  отдельных  заметках  и характеристиках. – Вятка, 1895. – 186с.
  9. Песни русского народа. / Сост. И.Сахаров. – СПб., 1838.  – Т.3. – 462с.
  10. Великорусские народные песни, изд.  А. Соболевским. – СПб., 1895– 1907.  – Т.3. – 388с.
  11. Собрание русских народных песен. / Сост. М. Стахович. – М., 1854. –
  12. Собрание русских простых песен с нотами. / Сост. В.Трутовский. – М.: Муз.гос.изд., 1953.
  13. Фомин Д. Семейные великорусские песни: Филологические записки.– Воронеж, 1913.
  14. Чулков М. Собрание разных песен. – СПб.,1913. – Ч.1.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.