Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217, 16+

Скачать PDF ( ) Страницы: 88-90 Выпуск: № 8 (27) Часть 1 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Гауч О. Н. ОСОБЕННОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПРЕДМЕТНО-БЫТОВОЙ ЛЕКСИКИ ПРИТОБОЛЬЯ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЕЕ ПРОИСХОЖДЕНИЯ (НА МАТЕРИАЛЕ ТФГАТО) / О. Н. Гауч // Международный научно-исследовательский журнал. — 2020. — № 8 (27) Часть 1. — С. 88—90. — URL: https://research-journal.org/languages/osobennosti-funkcionirovaniya-predmetno-bytovoj-leksiki-pritobolya-s-tochki-zreniya-ee-proisxozhdeniya-na-materiale-tfgato/ (дата обращения: 12.08.2020. ).
Гауч О. Н. ОСОБЕННОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПРЕДМЕТНО-БЫТОВОЙ ЛЕКСИКИ ПРИТОБОЛЬЯ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЕЕ ПРОИСХОЖДЕНИЯ (НА МАТЕРИАЛЕ ТФГАТО) / О. Н. Гауч // Международный научно-исследовательский журнал. — 2020. — № 8 (27) Часть 1. — С. 88—90.

Импортировать


ОСОБЕННОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПРЕДМЕТНО-БЫТОВОЙ ЛЕКСИКИ ПРИТОБОЛЬЯ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЕЕ ПРОИСХОЖДЕНИЯ (НА МАТЕРИАЛЕ ТФГАТО)

Гауч О.Н.

Кандидат филологических наук, доцент, Тобольская социально-педагогическая академия им. Д.И.Менделеева

ОСОБЕННОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПРЕДМЕТНО-БЫТОВОЙ ЛЕКСИКИ  ПРИТОБОЛЬЯ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ЕЕ ПРОИСХОЖДЕНИЯ (НА МАТЕРИАЛЕ ТФГАТО)

Аннотация

В статье проанализированы особенности функционирования предметно-бытовой лексики с точки зрения ее происхождения. Приведены примеры исконно русской и заимствованной лексики. Рассмотрены вопросы, связанные с особенностями определения языка-источника.

Ключевые слова: предметно-бытовая, лексика, заимствованные слова, исконно-русские слова.

Gauch O.N.

Candidate of Philology, Associate Professor, Tobolsk socio-pedagogical academy D.I. Mendeleev

FUNCTIONING FEATURES SUBJECT-HOUSEHOLD LEXICON TOBOL REGION IN TERMS OF ITS ORIGIN (ON THE BASIS TFGATO)

Abstract

The paper analyzes the features of object-functioning household lexicon in terms of its origin. The examples of traditional Russian and loanwords. The questions connected with the peculiarities of the language definition source.

Keywords: object-home, vocabulary, borrowed words, native-Russian words.

Лексика современного русского языка формировалась на протяжении столетий. В лексическом фонде современного русского языка нашли отражение как исконно русские слова, так и заимствованные. Основу лексики составляют исконно русские слова. Исконным считается слово, возникшее в русском языке по существующим в нем моделям или перешедшее в него из более древнего языка-предшественника – древнерусского, праславянского или индоевропейского. В состав исконно русской лексики включены слова индоевропейские, общеславянские, восточнославянские и собственно русские по происхождению.

Термин «заимствование» неоднозначен. В отечественном языкознании сложилось несколько точек зрения на процессы заимствования в русском языке. С одной стороны, заимствование рассматривалось как перемещение слов из одного языка в другой, происходящий в неразрывной связи с общественной жизнью и различными культурными явлениями [2, 23]. Например, С.О. Карцевский, О.С. Ахманова считали, что процесс заимствования включает не только перемещение слова из одного языка в другой, но и «проникновение слов из какого-нибудь специального языка (технического, жаргопа или говора какой-нибудь социальной группы, областного языка и т. д.) в язык общий» [3, 18].

С другой стороны, термин «заимствование» определяется как иноязычное слово, не только перешедшее, но и полностью освоенное заимствующим языком. Ю.С. Сорокин указывал, что процесс заимствования иноязычных слов есть процесс двусторонний. Это не только простая передача готовых элементов одним языком во владение другого языка. Это вместе с тем процесс их ограниченного освоения системой данного языка, их приспособления к его собственным нуждам, их преобразования – формального и семантического – в условиях иной системы [2, 24].

Лексический фонд предметно-бытовой лексики, зафиксированной в 156 фонде, отражает примеры исконно русской и заимствованной по происхождению лексики, а также слова с пометой «устаревший».  Соотношение исконно русской и заимствованной лексики позволяет выявить следующие закономерности. Исконно русская лексика в количественном отношении преобладает над словами заимствованными. Исконно русская лексика составляет 64% от общего числа зафиксированных лексем, заимствованная –  32,8%, а слова с пометой «устаревший» – 3%. Несмотря на количественное преобладание исконно русских по происхождению лексем, частотность их фиксации составляет 40,9% (1475 употр.) от общего числа употреблений лексем предметно-бытовой системы (3394 употр.). На первый план по количеству упоминаний выходит заимствованная лексика – 51,1 % (1717 употр.).

Исконно русская лексика представлена общеславянскими, восточнославянскими и собственно русскими образованиями. В количественном отношении преобладает общеславянская лексика: в картотеке отмечено 84 лексемы, что составляет 43,1 % от общего числа лексем, являющихся исконно русскими по происхождению (195 лекс. ед.). Общеславянские по происхождению слова называют, в основном, предметы быта, облегчающие деятельность человека по хозяйству: инструменты (гвоздь, клюка, спица, скоба); предметы, предназначенные для передвижения (роспуски, сани, скаты). Следующая группа по количественному составу – собственно русская лексика, которая представлена 83 лексическими единицами, что составляет 42,6 % от общего числа исконно русских по происхождению слов. Собственно русские слова называют кузнечные и столярные снасти (паяльник, жигало, жильник, пазник); посуду и сосуды, предназначенные для хранения съестных припасов и подачи съестных припасов на стол (молочница, сальница, солонка, чайница); одежду (рукавица, подклад, наколенник). Восточнославянская лексика насчитывает около 28 лексем (скатерть, косяк, тупица, багор, воронка, коромысло).

Заимствованная лексика многообразна по составу. Она отражает примеры заимствований из старославянского языка (зафиксировано 6 лекс. ед.),  славянских (8 лекс. ед.), восточных (7 лекс. ед.), тюркских (31 лекс. ед.), романо-германских языков (34 лекс. ед.), а также латинских и греческих калек (14 лекс. ед.). Лексемы, заимствованные из тюркского языка появлялись в лексиконе тоболяков на протяжении всего становления русского национального языка, т.к. происходили постоянные языковые контакты между переселенцами из южных областей страны и коренными народами Сибири. Большая часть романо-германских и восточных заимствований в языке сибиряков появилась лишь в XVIII в., чему способствовали культурно-исторические предпосылки развития региона: становление промышленности и открытие новых водных путей перемежения, которые позволили вести торговлю со странами Запада и Востока.

Романизмы и восточные заимствования, в основном, называют виды тканей, применяемых в текстильной промышленности (бархат, холст, штоф), предметы декора (бахрома, мишура, позумент), а также посуду и сосуды, предназначенные для сервировки стола (сервиз, рюмка, бутыль). Тюркские заимствования представлены лексемами, называющими украшения (жемчуг, серьга); одежду (сюртук, тулуп, халат); посуду и сосуды, предназначенные для приготовления пищи (корчага, котел, чугун); предметы, предназначенные для хранения (казна, жестянка, сундук). Устаревшие и древнерусские по происхождению слова называют наименования текстиля и одежды (пелена, покров, одеяние).

В языке Притоболья к концу XVIII в. отмечено упоминание слов, устаревших по происхождению: зафиксировано 170 употреблений (5,7%). Устаревшие слова, отмеченные в документах письменности, называют, в основном, наименования текстиля (грезет, одеяние, оплечье, пелена, покров, убрус). В количественном отношении эта группа слов немногочисленна по составу (зафиксировано около 10 лексем), но частотность употребления лексем позволяет выделить их в самостоятельную группу (зафиксировано 170 употреблений, что составляет 5,1 % от общего числа употреблений лексем с предметным значением).

Латинские и греческие по происхождению слова характеризуют, в основном, наименования одежды служителей церкви (орлец, мантия, епитрахель) и поэтому в словарях зафиксированы с пометой «церковный». Употребление этих слов составило около 209 лексических единиц (15,5 %).

Частотность употребления заимствованной лексики превышает фиксации исконно русской, возможно, это связано с тем, что во второй половине XVIII в. Тобольск становится крупным административным и культурным центром Западной Сибири. Через город в центральную часть России шли караваны иноземного товара, завозимого из южных стран Востока, поэтому часть товара во время естественных остановок не могла не оседать на территории Притоболья.

В ходе лингвистического анализа материалов 156 фонда Тобольского государственного архива – «Тобольской духовной консистории» нами был выявлен ряд заимствованных слов, первоисточник которых составители этимологических и толковых словарей определяют по-разному. К данной группе слов относятся такие лексемы как: салфетка (нем. или итал. заимствование), жемчуг (кит. или тюркск.), серебро (герм. или восточн.), шелк (кит. или сканд.), туфля (итал. или голланд., или нем.).

В «Рапорте настоятелей монастырей Тобольской епархии с приложением описей церковной утвари» было зафиксировано слово «котεлъ»: “котεлъ болшεй здугой жεςεноъ” [оп. 3. № 12: 25], “мεталичεской котεлъ” [оп. 3. № 12: 18]. Н.М. Шанский в этимологическом словаре русского языка отмечает, что слово котел является “общеславянским заимствованием из германского (готского) языка” [7, 216], где katils или katilus, в свою очередь заимствовано из латинского, в котором лексема katinus имела значение “миска, чашка”. В след за Н.М. Шанским П.Я. Черных также отмечает, что первоисточник слова котел латинское katillus, которое перешло в русский язык из готского [6, I, 435]. В словаре М. Фасмера отсутствует значение слова котел, хотя зафиксирована лексема казан. Автор словаря, на наш взгляд, рассматривает эти слова как синонимы: “казан – котел, укр. казан, заимств. из тур., тат. kazan”. Из словарной статьи следует, что слово котел была заимствовано в русский язык из тюркских языков. Н.М. Шанский, определяя источник заимствования слова котел как готские языки, в частности германский, по-видимому, опирался на фонетическое сходство лексем katils и котел. М. Фасмер, возможно, основываясь на ряде фонетических признаков (например, наличие начального к-), свойственных тюркским языка, определяет слово котел как заимствование из турецкого или татарского языка.

Интересно, на наш взгляд, происхождение слова ермолка. Ермолка – “круглая шапочка плотно прилегающая к голове; маленькая шапочка, носимая под верхней шапкой евреями, соблюдающими национальные традиции” [5]. Д.Н. Ушаков сравнивает польское iarmulka с русским ермолка, тем самым предполагая, что слово ермолка было заимствовано из польского языка. В русском языке слово ермолка впервые было зафиксировано в памятниках письменности, относящихся к XVII в., но в широкое употребление вошло лишь во второй половине XIX в.. В описях «Тобольской духовной консистории», относящихся к середине XVIII в., выявлено около десяти употреблений формы ермоло и производной от нее ермолка: “εрмоло чεтветной вεтхой” [оп. 3. № 112: 53]. Возможно, в деловые документы данного периода слово ермоло перешло из польского языка, что объясняется культурно-историческим развитием Западно-Сибирского региона: в этот период в Тобольске отбывали ссылку поляки, попавшие в плен во время Северной войны. П.Я. Черных считает, что происхождение слова ермолка не вполне ясно, хотя утверждает, что “оно заимствовано с Востока … емурлук – “верхняя дождевая одежда” … слово тюркского происхождения”. Исследователь предполагает, что слово “могло попасть из турецкого языка в польский, а затем в русский язык” [6, I, 285–286]. Данной точки зрения придерживается и Н.М. Шанский, предполагая, что ермолка “является фонетическим и семантическим преобразованием более старого емурлук – одежда от дождя, плащ” [7, 139]. Возможно, фонетический облик слова ермолка мог измениться вследствие перестановки звуков “р” и “м” при переходе слова из языка источника в язык посредник.

Слово кафтан в русском языке употребляется примерно с XV в.. В документах встречаются различные формы написания данного слова: кофтан, кавтан. В деловых документах «Тобольской духовной консистории» нами зафиксировано около 10 употреблений формы каωтан, данная форма употребляется без контекста в списках описей имущества. Лексическое значение слова кафтан по-разному трактуется толковыми словарями, причем авторы словарей изначально закрепляют за лексическим значением слова его принадлежность к тому языку, из которого оно было заимствовано русским языком.

В этимологическом словаре П.Я. Черных слово кафтан имеет два значения: “старинная длиннополая верхняя мужская одежда” и “халат (восточная длинная одежда)” [6, I, 389]. В словарной статье употреблено словосочетание “восточная одежда”, можно предположить, что автор определяет первоисточник слова кафтан как восточные языки. Действительно, далее в словарной статье он пишет о том, что слово кафтан “в русском языке заимствовано с Востока. Первоисточник – персидский ” язык [6, I, 389]. В Этимологическом словаре русского языка» М. Фасмера и толковом словаре Д.Н. Ушакова данное слово определено как персидское заимствование:

– кафтан (перс.) – выходящая – в городах уже вышедшая – из употребления долгополая верхняя одежда [5];

– источником заимствования является персидское слово kaftan [9].

В словаре В.И. Даля лексическое значение слова кафтан определяется как “татарское верхнее долгополое платье разного покроя; запашное с косым воротом” [3]. Можно предположить, что автор, упоминая словосочетание “татарское платье”, тем самым акцентирует наше внимание на том, что слово кафтан – татарского происхождения или является заимствование из тюркских языков. Это предположение подтверждается анализом данных этимологического словаря, автором и составителем которого является Н.М. Шанский:

– кафтан – “Заимствовано из тюркских языков. В памятниках отмечается с XV века. Турецкое kaftan – “верхняя одежда, халат” [7, 191].

В ходе анализа было выявлено несколько случаев вариативного определения языка-посредника, т. е. по средствами какого языка заимствованное слово проникло из языка–источника в русский язык.

Во многих деловых документах второй половины XVIII в. встречается слово чайник: “чаиняца красной медя ” [оп. 1, № 188, с. 2], “чаяняца медя красной ветхой” [оп. 1, № 1289, с. 25]. Лексема чайник зафиксирована словарем Д. Н.Ушакова в значении “сосуд с ручкой и носиком для кипячения воды” [5], язык – источник словарем не зафиксирован. Слово чайник образовано от слова чай с помощью суффикса -ник-, где чай – это напиток, настоянный на листьях вечно зеленого тропического растения [5]. Первоисточник заимствования лексемы чай – китайский язык, где “ча – напиток, чае – чайный лист” [6]. Данный факт фиксируется многими этимологическими и толковыми словарями, авторами и составителями которых являются Д.Н. Ушаков, М. Фасмер, П.Я. Черных, Н.М. Шанский, но не все исследователи языка считают, что слово чай было заимствовано русским языком напрямую из китайского. Так С. Фасмер отмечает, что лексема чай попала в русский язык “через турецкое, крымско-татарское из северно-китайского” [оп. 3, № 12]. В этимологическом словаре Н.М. Шанского слово чай выступает как китайское заимствование, проникнувшее в русский язык из тюркских языков, где тюркское чай восходит к северно-китайкому cha. П.Я. Черных резко отрицает присутствие языка посредника при переходе данного слова в русский язык. Исследователь отмечает, что “посредничество тюркских язык совсем не обязательно” и “в русском языке слово чай употребляется с середины XVII в., причем на первых порах, может быть, как название лекарственного растения” [6, 373–374]. Такого же мнения придерживается и Д.Н. Ушаков.

В деловых документах Притоболья отмечено употребление региональной лексики, называющей предметы быта: кунган, трубница, клюка, подседелок, полубочье, полуведерье, полушорник, грезет и др.

В ходе анализа между структурными компонентами были выявлены явления полисемии (тесак – столярный инструмент и тесак – нож; тупица – нож и тупица – палка), синонимии и омонимии. Явления омонимии характерно для лексем с разными родовидовыми понятиями (палица – одежда и палица – инструмент; штоф – ткань и штоф – сосуд; косяк – вид транспорта и косяк – столярный инструмент).

Таким образом, в деловых документах Притоболья отражена как исконно русская, так и заимствованная лексика, причем частотность употребления заимствованной преобладает над исконно русской лексикой. Анализ источников показал, что в деловых документах XVIII в. употребляются слова, источник заимствования которых различные этимологические словари определяют по-разному. На наш взгляд, это связано с тем, что при определении языка-источника ученые учитывают разные причины заимствования: одни – фонетическое сходство между заимствованным словом и аналогичным словом в иностранном языке, другие – сопоставляют хронологические рамки заимствования: т. е. время заимствования и особенности функционирования иноязычной лексики, которая преобладала в тот или иной период.

Литература

  1. Гауч О.Н. Семантико-этимологическая интерпретация предметно-бытовой лексики второй половины XVIII века (на материале ТФГАТО): Автореферат дис. канд. фил. наук. – Тюмень, 2009. – 22 с.
  2. Геранина И.Н. Процесс заимствования и его употребления во второй половине XVIIIвека: дис. канд. … фил. наук. – М., 2002.
  3. Даль В.И. Толковый словарь русского языка [Электронный ресурс]. – Электрон. текстовые прогр. (720 КБ). – М., 2004.
  4. Крысин Л.П. Иноязычные слова в современном русском языке. – М., 1968.
  5. Толковый словарь русского языка [Электронный ресурс] / Д.Н. Ушаков. – Электр. Текстовые программы. (720 КБ). – М., 2004.
  6. Черных П.Я. Историко-этимологический словарь современного русского языка. – М., 2001.
  7. Шанский Н.М. Краткий этимологический словарь русского языка. – М., 1974.
  8. Шанский Н.М. Этимологический словарь русского языка. – М., Т. 1. – 1963-1965.
  9. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка [Электронный ресурс]. – Электр. Текстовые программы. (385 КБ). – М., 2004.
  10. ТФГАТО. – Ф. – 156, оп. 3, д. 188. – 15 л. – (Дело об ограблении дома Шоркальского священника Левина заказа Троицкого монастыря ссыльными каторжными людьми, 1761).
  11. ТФГАТО. – Ф. – 156, оп. 3, д. 12. – 142 л. – (Рапорты настоятелей монастырей Тобольской епархии с приложением описей церковной утвари, 1773).
  12. ТФГАТО. – Ф. – 156, оп. 3, д. 112. – 99 л. – (Дело о взыскании с лиц духовного звания долгов и имущества разным людям, 1773).

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.