Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217, 16+

() Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.

Импортировать


О СВЯЗИ И РАЗГРАНИЧЕНИИ ТЕРМИНОВ «ПОНЯТИЕ», «ЗНАЧЕНИЕ», «СМЫСЛ», «АППЕРЦЕПЦИЯ», «КОНЦЕПТ»

Лаврова Н.А.

Доцент, кандидат филологических наук,

ФГБОУ ВПО «Московский педагогический государственный университет»

О СВЯЗИ И РАЗГРАНИЧЕНИИ ТЕРМИНОВ «ПОНЯТИЕ», «ЗНАЧЕНИЕ», «СМЫСЛ», «АППЕРЦЕПЦИЯ», «КОНЦЕПТ»

   Аннотация

Цель настоящей статьи – сопоставительный анализ лингвистических терминов «понятие», «значение», «смысл», «апперцепция» и «концепт». Необходимость экспликации  tertium comparationis данных терминов, а также выявления их отличий обусловлены рядом факторов: во-первых, нередко наблюдаемым недифференцированным употреблением этих терминов, что приводит не только к терминологической путанице, но и нередко искажает суть и результаты проводимых исследований; во-вторых, необходимостью противопоставления термина «концепт», введённого в терминологический аппарат лингвистики и других дисциплин относительно недавно, остальным терминам. В задачи исследования входит подробное семантическое описание каждого из сопоставляемых терминов при посредстве семного и частично когнитивного анализа. Практическая ценность исследования заключается в возможности применения его результатов при написании научных работ, предметом рассмотрения которых являются как непосредственно данные термины, так и другие языковые явления, научное изучение и описание которых невозможно без грамотного оперирования соответствующими понятиями.

Ключевые слова: понятие, значение, смысл, апперцепция, концепт.

Lavrova N.A.

Associate Professor, PhD in Linguistics,

Moscow State Pedagogical University

TOWARDS THE COMMON GROUND AND DISCRIMINATION BETWEEN THE TERMS ‘NOTION’, ‘MEANING’, ‘SENSE’, ‘APPERCEPTION’, ‘CONCEPT’

Abstract

The aim of the article is a comparative analysis of the linguistic terms ‘notion’, ‘meaning’, ‘sense’, ‘apperception’ and ‘concept’. The necessity to explicate the common ground of these terms as well as their notional and semantic differences is down to several factors: first, more often than not, a lack of discrimination can be observed in the usage of some of these terms, which results in a terminological confusion and may significantly skew research results; second, it is indispensable to differentiate between the somewhat isolated term ‘concept’, which was introduced into linguistics and some other fields of human activity relatively recently, and the rest of the terms. The objective of the undertaken research is a detailed semantic and partially cognitive description of the terms. Results of the research can be of practical value in that they can be  tapped into  when writing different types of scientific works, whose subject is either these very terms – notion, meaning, sense, apperception, concept – or some other linguistic phenomena, whose rigorous and credible scientific description cannot be implemented without correct usage of each of the terms considered in the present article.

Keywords: notion, meaning, sense, apperception, concept.

Образование понятия напрямую связано с возникновением мысли о предмете или явлении, причем мысль эта должна быть релевантной и рекуррентной для определенной общности людей: «Только посредством объективирования мысли в слове может из низших форм мысли образоваться понятие» – перевод наш Н.А. [Humboldt, 1841-1852, Bd. 6:53]. Поскольку понятие представляет собой «исключительно человеческую форму мысли» [Потебня, 2007:58],  многочисленные попытки некоторых исследователей (психологов, биологов, зоологов, лингвистов)  обучить  так называемых высших животных речи, счету, общению с человеком, то есть, в сущности, формированию понятий, увенчались очень скромным, если не сказать весьма сомнительным успехом. Это обстоятельство обусловлено принципиальной невозможностью формирования понятий у животных.  Некоторые «успехи» по обучению животных объясняются теми же механизмами, которые задействованы в процессе дрессировки – образованием условного рефлекса по принципу «стимул-реакция». Так, попытки научить животных считать ограничиваются небольшим набором простых чисел и основаны на умении животного замечать визуально объективируемые различия в количестве предметов, однако неправомерно было бы говорить о том, что животное научается именно «считать»,   в частности, «складывать», «вычитать» и т.п., так как для успешного выполнения этих математических операций должны быть сформированы соответствующие понятия о счете, сложении, вычитании и т.д., что для животного принципиально невозможно. Так, в одном  эксперименте, проведенном еще в XIX веке математиком В. Фон Остеном,  якобы удалось научить  лошадь различать простые математические числа. В. Фон Остен выступал с представлениями,  собирая толпы  изумленных зрителей, среди которых были и психологи. Однако впоследствии психологи доказали, что лошадь при попытки произвести требуемую математическую операцию следила за «подсказками» своего хозяина (в виде едва уловимых кивков, наклонов и поворотов головы), так что по сути процесс «обучения» был следствием адекватной дрессировки животного (см. J.P. Davidson, 2011). Таким образом, формирование понятие без слова и без абстрактного мышления, доступных только и исключительно человеку, невозможно.

При попытке ответить на вопрос, что такое понятие, нередко проводится его сопоставление с таким терминами, как «значение» и «смысл».  Несмотря на то, что обозначаемые этими терминами явления лежат в разных плоскостях, их сопоставление оправдано и вот почему: слово называет предмет, выражает понятие и имеет значение. Обозначив понятие как «мыслимое человеком о предмете», получаем следующую область пересечения значения и понятия: значение слова представляет собой инвариант его понятийного содержания, по-другому, формирование понятия о предмете или явлении невозможно без знания значения соответствующего слова, называющего этот предмет или это явление. Значение и понятие представляют собой более или менее объективные, то есть разделяемые всеми представителями данной группы категории, хотя значение обладает наибольшей степенью объективируемости (что и допускает его фиксирование словарем), если только речь не идет о заблуждении носителя языка относительно значения того или иного слова. Иногда говорят (в частности, представители генеративной грамматики) о том, что понятия – универсальны, являются общими для всех людей, однако данное утверждение представляет собой довольно грубое обобщение; более правдоподобной представляется мысль о том, что понятие об определенном предмете или явлении разделяется представителями той или иной социальной, территориальной, расовой, то есть, так или иначе ограниченной группы, поскольку его формирование обусловлено многими факторами: начиная от морфологического строения тела человека и заканчивая особенностями климата, географического расположения, экономического, политического, социального устройства, а также культурно-исторического наследия. Учитывая это, не удивительно, что для представителей большинства племен  не существует понятия, скажем, о ластике или линейке, поскольку процесс обучения, а также каждодневной деятельности представителей  большинства  племен никак не связан с этими предметами (а также со многими другими, используемыми в практической деятельности европейцами). Таким образом, понятие, являясь инвариантом для некоторой группы людей, может либо отсутствовать вовсе, либо обнаруживать бóльшие или меньшие специфические особенности в зависимости от многочисленных характеристик групп людей, которые им пользуются.

К сказанному выше можно добавить, что не все слова в языке имеют значения, соответственно не может быть и понятия, связанного с ними, так как они не называют конкретный предмет или явление. В частности, это относится к междометиям, которые вообще не всегда рассматриваются как членораздельные звуки, но, скорее, как звуки физиологические, так как они выражают нередко плохо контролируемую эмоциональную реакцию человека на что-либо. Сущность междометий в свое время была тонко подмечена А.А. Потебней, писавшем о том, что «как часовая и минутная стрелки на двенадцати не значат двенадцать часов, а только указывают на известное время, как озноб или жар, скорость и медленность пульса не означают болезни, а только служат ее признаками для врача, так и в междометиях наблюдатель видит бессмысленные сами по себе признаки состояний души, тогда как в слове он имеет дело с готовою уже мыслью» [Потебня, 2007:84].

Смысл, который как и понятие присущ исключительно слову, еще более субъективен и конкретен. С одной стороны, в прототипическом случае смысл также обнаруживает область пересечения со значением. Так, область пересечения смысла и значения слова «любовь» можно определить как некоторое чувство расположения по отношению к предмету, объекту или явлению. Сложность, а также путаница, возникающие при попытке разграничить эти понятия, заключается в следующем: слово «смысл» (также, впрочем, как и слово «значение») многозначно, поэтому в повседневной речи оно едва ли не чаще употребляется в не строго терминологическом значении: так, можно говорить о смысле поступка, о смысле художественного произведения, о смысле жизни и т.д. В первом случае имеется ввиду мотивация, обоснование поступка; во втором – назначение художественного произведения, что хотел сказать автор, его мнение; в третьем –  глобальное предназначение человека, цель его пребывания на земле. Можно обнаружить еще немало употреблений слова «смысл» в различного рода производных, метафорических и метонимических значениях, однако мы не ставим цели останавливаться на этих значениях в рамках настоящей статьи. В своем терминологическом значении слово «смысл» предполагает следующее: во-первых, он в значительной степени субъективен, то есть смысл слова, при известной общей части, обнаруживаемой им со значением того же слова, будет разниться от человека к человеку. Рассмотрим то же слово «любовь». Для одного человека его смысл заключается в альтруизме и самопожертвовании, то есть в принципиальной направленности любви на внешний предмет; для другого, напротив, смысл слова «любовь»  заключается в направленности прежде всего на себя, в удовлетворении своих потребностей, в заботе, ласке, в повышении своей самооценки и т.д. Это лишь  некоторые из возможных смыслов слова «любовь», теоретически  их количество  ограничено количеством людей на планете Земля. Таким образом, в этом своем аспекте смысл слова – это его толкование субъектом, обусловленное целым рядом факторов: физическими особенностями, воспитанием, опытом, образованием, ценностями, потребностями, характером, темпераментом и т.д. Можно видеть, что смысл слова отчасти обусловлен теми же факторами, что и понятие о предмете. Однако это не совсем так. Смысл слова в гораздо большей степени обусловлен индивидуальным опытом и особенностями жизни конкретного человека, в то время как понятие разделяется большей группой людей ввиду их общего культурно-исторического прошлого, которое инвариантно для всех представителей данной группы.

В своем терминологическом значении «смысл» может быть применим не  только к слову, но и к предложению, причем принято четко разделять значение предложения и его смысл. Значение предложения – это его пропозиция, то есть совокупность необходимых условий, при котором оно оказывается истинным. Это значение складывается посредством операций анализа и синтеза, то есть непосредственно возводится к прямому значению составляющих его частей. Значение предложение также складывается из его коммуникативного типа: так, прямое значение предложения, оформленного вопросом, будет запрос информации, оформленного как повествовательное – передача фактического положения вещей, как побудительное – побуждение к действию или запрет. Можно видеть, что значение предложения   ограничивает его коммуникативный потенциал и  полностью совпадает со смыслом только в предложениях, выражающих неоспоримые истины, как, например, природные и физико-математические законы. Так, предложение «Земля вращается вокруг солнца» обладает исключительно денотативным значением, которое полностью совпадает с его смыслом. По-другому, можно сказать, что в данном случае смысл предложения исчерпывается его значением.  Иначе обстоит дело с большим количеством предложений, создаваемых в процессе ежедневного общения, а также с предложениями художественно-поэтическими: наряду с определенным значением, они обладают еще и не равным ему смыслом, формирующимся за счет 4-х факторов – контекста (ситуации), прагматики, лингвистических и экстралингвистических знаний. Контекстуально-ситуативный смысл предложения отнюдь не всегда выводится из его значения, а в ряде случаев может и противоречить ему. Сюда относятся, например, различного рода иронические высказывания, когда говорящий имеет в виду прямо противоположное, метафорические конструкции, а также коммуникативные типы предложения, которые М.Я. Блох называет промежуточными (М.Я. Блох, 2000). Это, например, вопросительное грамматическое и интонационное оформление коммуникативно побудительных или повествовательных предложений, как, например, классическое предложение «Сколько раз тебе можно повторять?», которое в зависимости от контекста ситуации может подразумевать побуждение делать или не делать что-либо или представлять собой имплицитное утверждение какого-либо факта. Прагматический смысл предложения также формируется в контексте, однако на него накладываются интенции говорящего и то, что в свое время П. Грайс обозначил термином «импликатуры» (П. Грайс, 1975). Допустим, говорящий спрашивает собеседника: «Ты пойдешь со мной сегодня вечером в кино?», на что собеседник отвечает: «Сегодня вечером  я до поздна готовлюсь к завтрашнему экзамену по физике». Перефразируем второе предложение, вскрывая его семный состав: «Сегодня в позднее время суток, предшествующее ночи и совпадающее с днем данного диалога, я, то есть отвечающий на только что заданный вопрос, планирую дольше, чем обычно учить теоретический и/или практический материал по научной дисциплине «физика» с тем, чтобы на следующий день, то есть день, следующий непосредственно за вечером подготовки, получить как минимум удовлетворительную оценку по указанной дисциплине». Несмотря на некоторую громоздкость перифразы, данный компонентный анализ семантической структуры предложения соответствует требованиям формальной семантики, поскольку указанные атомарные семантические компоненты более или менее исчерпывают значение второго предложения диалога, из чего явствует, что теоретически, а также исходя из законов логики посторонний наблюдатель, а также первый участник диалога не должен получить информативного ответа на поставленный вопрос: остается неясным, идет ли второй собеседник в кино.  Более того, исходя из значения второго предложения, создается впечатление, что коммуникация не состоялась. В данном случае исключительно смысл предложения, образуемый интенцией говорящего и импликатурами релевантности и качества, способствуют успешной коммуникации. Интенция говорящего заключается в смягчении своего ответа, в стремлении к кооперации и к вежливости, что побуждает его, прежде всего, вербализировать причину своего посещения или не посещения кино, что особенно важно, если речь идет об отказе, о невозможности пойти туда. Нет сомнения в том, что простой ответ «нет», который абсолютно и исчерпывающе соответствует запрашиваемой информации, прозвучит грубо, равно как и ответ «да», произнесенной с  неуместной интонацией. Так, высокое падение и низкий подъем при кратком утвердительном ответе наиболее уместны, так как выражают энтузиазм и заинтересованность соответственно, в то время как низкое падение звучит несколько невежливо, резко.

С понятием и смыслом может быть связано и чисто психологическое понятие апперцепции, буквально означающей «к тому, что воспринимаю». Апперцепция есть обусловленность восприятия предметов и явлений как особенностью человеческой психики в общем, как и различного рода качествами конкретной личности.   Если восприятие предмета предполагает его классификацию, отнесение к определенной категории, то апперцепция добавляет к этому интерпретацию, объяснение предмета или явления, а также формирование ценностного к ним отношения. По этой причине апперцепция одного и того же предмета может значительным образом разниться от личности к личности. Так, получение в подарок букета желтых роз человеком, для которого язык цветов является значимой счастью формульно-этикетного общения, будет восприниматься как символ печали, расставания, возможно, ушедшей любви. Напротив, для человека, в когнитивной системе которого язык цветов не занимает определенного места и который, например, любит пастельно-приглушенные тона, получение таких же роз в подарок будет воспринято с радостью. То же относится и к различного рода приметам: для суеверного человека перебежавшая дорогу черная кошка (кроме англичан) или встретившаяся женщина с пустыми ведрами будут знаками-предвестниками неудачи, несчастья. Человек же несуеверный не придаст им абсолютно никакого значения.

Связь понятия и апперцепции заключается в том, что у них также есть зона пересечения: апперцепция зависит от сформировавшегося понятия, однако не полностью им определяется, апперцепция в большей степени зависит от контекста и может меняться в зависимости от того, в какую ситуации помещен предмет, понятие о котором уже сформировано. Так, апперцепция времени меняется в зависимости от занятий субъекта, а также от его психологического и физического состояния. Например, если имеющееся в распоряжении время ничем не заполнено, то будет казаться, что оно тянется бесконечно. Напротив, при активном времяпрепровождении его восприятие будет иным: кажется, что оно проходит быстрее[1]. При данных переменных условиях, понятие времени у одного и того же субъекта, помещенного в разные обстоятельства, может оставаться неизменным. Сказанное, конечно, отнюдь не означает, что понятие неизменно и стабильно: оно претерпевает бóльшие или меньшие изменения на протяжении всей жизни человека, становится более глубоким, детальным, или, напротив, более схематичным.

С тех пор, как зародилась когнитивная научная парадигма гуманитарных исследований, возникла необходимость сопоставления нового термина – «концепт» – с традиционным термином «понятие», являющимся калькой с первого в его латинском варианте. Существует мнение, что понятие и концепт суть не принципиально разные сущности, что их можно рассматривать как синонимы (Ю.С. Степанов). Однако поскольку термином «концепт» все чаще пользуются современные исследователи, большинство ученых признают наличие некоторых различий между ними. Представляется, что отношения между ними можно представить следующим образом: концепт – это способ организации понятия, который может быть представлен в виде фрейма, домена, скрипта, сценария и т.д. Последние термины, кстати, также нередко рассматривают как синонимичные, хотя некоторые усматривают в них различия (В. Эванс, М. Грин, 2011), заключающееся в степени детализированности: в частности, считается, что домены более абстракты и схематичны, чем, например, фреймы, а скрипт и сценарий отличаются от прочих терминов тем, что применимы к динамической ситуации, предполагающей последовательность действий и ролевые отношения между субъектами. Так, например, можно говорить о скрипте или о сценарии «посещение ресторана», «поход к парикмахеру» и т.д. Очевидно, что данные термины не уместны в отношении, скажем, машины, для структурирования понятия которой в большей степени подойдет термин «фрейм», который, в частности, использует Ч. Филлмор. Принято также говорить о том, что концепт более динамичен, детализирован, эмергентен и в большей степени применим к культурно значимым явлениям, таким, например, как «война», «мир», «дружба». Не будет ошибкой сказать, что инвариантной частью концепта является понятие, на что справедливо указывают З.Д. Попова и И.А. Стернин (2011).

В настоящей статье была предпринята попытка сопоставления ключевых гуманитарных научных терминов «значение», «понятие», «смысл», «апперцепция», «концепт».  Поскольку получившееся сопоставление не претендует на исчерпывающий характер, мы не беремся строить схем, которые наглядно показывали бы отношения между рассмотренными понятиями. По-видимому, указанные термины все еще нуждаются в уточнении, исходя из того, какие данные мы получаем от исследований в области лингвистики, психологии, когнитивистики, физиологии и философии.

Литература

  1. Попова З.Д., Стернин И.А. Лексическая система языка: Внутренняя организация, категориальный аппарат и приемы описания: Учебное пособие. – М.: Книжный дом «Либроком», 2011. – 176 с.
  2. Потебня А.А. Мысль и язык. – М.: Лабиринт, 2007. – 256 с.
  3. Davidson J.P. Planet Word. – London: Penguin Books, 2011. – 445 p.
  4. Evans V., Green M. Cognitive Linguistics. An Introduction. – Edinburgh: Edinburgh University Press, 2011. – 830 c.
  5. Humboldt W. von Gesammelte Werke. – Berlin, 1841-1852. Bd. 6. – 639 S.
  6. Grice H.P. Logic and Conversation // Syntax and Semantics. Vol. 3: Speech Acts. – New York: Academic Press, 1975. – P. 43-58

[1] Любопытно, что при последующем воспоминании проведенного времени человеку может казаться, что в целом время, наполненное происшествиями, событиями и занятиями, длилось дольше, чем время, проведенное в бездействии.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.