Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2017.57.060

Скачать PDF ( ) Страницы: 6-8 Выпуск: № 03 (57) Часть 2 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Вахитова Т. Ф. КАЗАХСКО-РУССКИЕ ЛЕКСИЧЕСКИЕ ЛАКУНЫ: ФАКТОРЫ ФОРМИРОВАНИЯ И КУЛЬТУРНЫЙ СМЫСЛ / Т. Ф. Вахитова // Международный научно-исследовательский журнал. — 2017. — № 03 (57) Часть 2. — С. 6—8. — URL: https://research-journal.org/languages/kazaxsko-russkie-leksicheskie-lakuny-faktory-formirovaniya-i-kulturnyj-smysl/ (дата обращения: 27.07.2017. ). doi: 10.23670/IRJ.2017.57.060
Вахитова Т. Ф. КАЗАХСКО-РУССКИЕ ЛЕКСИЧЕСКИЕ ЛАКУНЫ: ФАКТОРЫ ФОРМИРОВАНИЯ И КУЛЬТУРНЫЙ СМЫСЛ / Т. Ф. Вахитова // Международный научно-исследовательский журнал. — 2017. — № 03 (57) Часть 2. — С. 6—8. doi: 10.23670/IRJ.2017.57.060

Импортировать


КАЗАХСКО-РУССКИЕ ЛЕКСИЧЕСКИЕ ЛАКУНЫ: ФАКТОРЫ ФОРМИРОВАНИЯ И КУЛЬТУРНЫЙ СМЫСЛ

Вахитова Т.Ф.

ORCID: 0000-0002-7473-4336, Аспирант,

Башкирский государственный педагогический университет им. М.Акмуллы

КАЗАХСКО-РУССКИЕ ЛЕКСИЧЕСКИЕ ЛАКУНЫ: ФАКТОРЫ ФОРМИРОВАНИЯ И КУЛЬТУРНЫЙ СМЫСЛ

Аннотация

Данное исследование посвящено выявлению и специфике лакун в казахском и русском языках. Источником лакун являются смысловые различия, выявляемые в ходе коммуникации представителей различных культур, картин мира, мировоззрений, ценностей. Лакуны являются сопутствующим фактором процесса культурной идентификации и ее обратной стороной. Анализируя национально-культурную семантику языковых единиц, можно получить информацию об истории развития этноса, об обычаях, традициях, взглядах, вкусах и менталитете, свойственных представителям данного языкового сообщества. Различия между языками, обусловленные различием культур, особенно ярко выявляются на уровне лексики, поскольку она наиболее тесно связана с внеязыковой действительностью. В этом плане особый интерес представляет исследование различных по своим генетическим корням языков – казахского и русского.

Ключевые слова: лакуна, культура, язык, межкультурная коммуникация, понимание, картина мира, этнос.

Vakhitova T.F.

ORCID: 0000-0002-7473-4336, Postgraduate student,

M.Akmullah Bashkir State Pedagogical University

KAZAKH-RUSSIAN LEXICAL GAPS: FACTORS OF FORMATION AND CULTURAL MEANING

Abstract

This research involves to the identification and the specific gaps in the Kazakh and Russian languages. The source of the gaps is the semantic differences, which is revealed during the communication of different cultures, world views, ideologies, values. Analyzing national-cultural semantics of the language units, we can get information about the history development of the ethnos, customs, traditions, attitudes, tastes and mentality, characteristic of the representatives of the linguistic community. The differences between the languages, which is caused by the difference of the cultures, especially clearly identified at the level of vocabulary, because it is most closely linked with extra-linguistic reality. In this regard, a particular interest is the study of different in their genetic roots of languages – Kazakh and Russian.

Keywords: gap, culture, language, intercultural communication, comprehension, world view, ethnos.

В настоящее время одним из активно развивающихся направлений в современном языкознании является сопоставительная лингвистика. Проблематика диалога и взаимопонимания культур становится всё более актуальной. Каждый участник межкультурной коммуникации понимает, что для полного взаимопонимания человека другой национальности необходимо знать не только его язык, но и историю, культуру, психологию – все, что составляет национальную картину мира. «Национальная картина мира складывается под влиянием образа жизни народа, географических и климатических условий проживания, традиций и обычаев, поскольку человек осмысливает образы мира, лежащие в основе его жизнедеятельности и, прежде всего, его практической деятельности», – отмечает Р.Х. Хайруллина [1, С. 103]. Одним из важных факторов формирования лексических лакун являются, несомненно, различия в образе жизни народов, особенности их культурно-исторического развития.

Для обозначения лингвистических единиц, характеризующих национально-культурную специфику языка, исследователи предлагают разные наименования: лакуны (Ж.П. Вине и Ж.Дарбельне, В.Л.Муравьев), «безэквивалентная лексика» (В.Г.Костомаров, Е.М.Верещагин), «нулевая лексема» (И.А.Стернин), культуронимы (С.И.Влахов), экзотизмы (О.А.Беляева, Л.П. Ефремова), непереводимые слова, пробелы, белые пятна в языке и др.

Несмотря на терминологическое разнообразие для обозначения несовпадения, каждый из рассмотренных терминов используется для описания расхождений между языками и культурами лишь в определенном аспекте. Понятие лакуна, используемое многими учеными, оказалось наиболее подходящим для обозначения различий в национальной языковой картине мира.

Обобщая подходы исследователей, мы сформулировали собственное понимание данного феномена. Лакуна – это языковая единица, выявленная при сопоставлении языков, не имеющая эквивалента, характеризующая национальную языковую картину мира того или иного народа.

Ряд авторов связывают причины возникновения лакун с проблемой универсалий в мировоззрении, культуре, языке. Человек осваивает культуру, ее ценности как этническое целое. Это дает возможность говорить об этнокультурной специфике речевой коммуникации. Когнитивная лингвистика объясняет феномен лакун как результат несопоставимости, уникальности картин мира. По мнению Г.Г. Почепцова, важным тогда является то, что отражение мира построено на «принципе пиков», т.е. отражению подвергаются те составляющие мира, которые представляются наиболее существенными. Картина мира изменчива, вариативна, индивидуально-личностна, но, с другой стороны, в ней отражены социально типичные представления большой социальной группы носителей языка, нации [2, С. 115]. Следовательно, мы можем говорить о национально-культурной специфике языкового отражения картины мира языковой личности, которая обладает национально-специфическим видением мира и  языковым мышлением. Именно эта специфика лежит в основе концепции о «лакунизированном характере» интерлингвокультурной коммуникации, так как различия кроются в языковых картинах мира контактирующих культур.

На основе множества подходов ученых к изучению сложной природы лакун (В.Л. Муравьев, И.А. Стернин, О.А. Огурцова, Б.Т. Кульбаева и мн.др.) Ю.А. Сорокин и И.Ю. Марковина определили такие признаки лакун, как непонятность, экзотичность, чуждость, неточность [3, С. 39].

Характерным для современной лингвистики, как было написано ранее,  является исследование языка в его соотношениях и связях с культурой, историей и менталитетом народа. Лингвокультурологический подход при сопоставлении языков позволяет выявить их неповторимость, уникальность и коренные различия, лежащие в основе каждого языка и языковой картины мира.

Рассмотрим лакуны двух разных по происхождению языков – казахского и русского на примере тематической группы «Система родства», поскольку она занимает важное место в жизни каждого народа, а из традиционных ценностей большое значение имеют ценности семейные: почитание и послушание старших, воспитание младших, забота о ближнем и др. Сравнительный анализ языков в данном случае показывает, что именно от типа культуры зависит дифференцированность в обозначении степени родства.

Лексика, обозначающая родственные отношения в исследуемых нами языках, представлена единицами, которые традиционно относят к наиболее древнему и относительно устойчивому тематическому пласту лексики. Изучение терминов родства представлено в монографиях «Коренное значение родства у славян» П.Лавровского, «Мир казахов. Этнокультурологическое переосмысление» А. Сейдимбека и др.

Система обозначения родства у разных народов, в том числе у славянских и тюркских, представляет собой ценнейший источник для изучения форм родовых и брачно-семейных отношений и их отражения в языковой картине мира. Для лингвистического исследования терминов родства особенно интересным нам представляется ее семантический аспект, т.е. отражение значения в словарных дефинициях, и культурологический аспект, позволяющий выявить особенности образа жизни и уклада семьи разных народов.

Общение представителей старшего поколения с младшими по возрасту у казахов характеризуется большей дифференциацией, чем у русских. Такое различие говорит о том, что младшие и старшие занимают разные «позиции» в казахском социуме, у них разный социальный и внутрисемейный статус и соответственно разные права и обязанности в семейно-родственных отношениях. Такие различные названия имеются для обозначения всех родственных связей у казахов. Сравним, например, у русских – муж сестры (старшей или младшей) – зять, а у казахов муж младшей сестры  –  это куйеу бала, а муж старшей сестры – жезде. У русского народа сестру жены называют свояченица, а брата жены – шурин. У казахского этноса термин балдыз служит для обозначения младших братьев и сестер жены. Обращаясь же к старшему брату и старшей сестре жены, употребляют слова қайын аға и қайынбике.

В казахском языке имеются две лексемы для обозначения сестры: сіңлім и карындас – так называют младших сестер в семье, но первое наименование используют старшие сестры, а второе – старшие братья [4, С. 56]. В русском языке всем этим понятиям соответствует одно слово сестра. Для казахского языка в данном случае релевантными оказываются, во-первых, дифференциация по возрасту, во-вторых, пол лица соотнесения.

Носители русского языка часто используют наименования родства в сочетании с именем соответствующего родственника. В казахской культуре не принято использовать имя родственника в этих случаях, поэтому, видимо, и существует такое количество специальных наименований, в семантической структуре которых есть одновременно признаки, передающие информацию о поколении, к которому принадлежит родственник, указание на линию родства (прямую или боковую, отцовскую или материнскую), на половую принадлежность родственника, на старшинство в роду или семье.

В ходе проведения сопоставления терминов родства в казахском и русском языках мы выяснили также, что для русского мировидения их гендерное различие является важным, например: внук – внучка, правнук – правнучка, тогда как в казахском языке данные наименования могут быть обозначены одним словом «немере», «шөбере».

Многочисленные лексемы-наименования степеней родства в казахском языке, на наш взгляд, могут свидетельствовать, во-первых, о сохранении традиционных терминов родства в современном казахском языке и о более тесных и близких отношениях внутри казахского рода и семьи.

Подводя общие итоги по проблемам взаимоотношения языка и культуры, функционирования лакуны как специфической единицы, необходимо подчеркнуть важность глубокого исследования отдельных тематических групп лакун в сопоставительном аспекте с целью выявления особенностей национального миропонимания. Дальнейшие исследования в области лингвокультурологии, этнолингвистики призваны показать возможные пути познания механизмов формирования культурно-специфичных явлений (лакун) в национальной картине мира и найти способы взаимодействия в условиях мультикультурной коммуникации.

Список литературы / References

  1. Хайруллина Р. Х. Языковая картина мира в русской и башкирской фразеологии / Р. Х. Хайруллина // Язык и культура. – Уфа, 1995. – С.97-123.
  2. Почепцов Г. Г. Языковая ментальность: способ представления мира / Г. Г. Почепцов // Вопросы языкознания. – 1990. – № 6. – С.115-120.
  3. Сорокин Ю. А., Марковина И. Ю. Проблема понимания “чужой” культуры и способы устранения лакун в тексте / Ю. А. Сорокин, И. Ю. Марковина // Русское слово в лингвострановедческом аспекте. – Воронеж, 2007. – С. 37-42.
  4. Кенжеахметулы С. Быт и культура казахского народа. / С. Кенжеахметулы. – Алматы: Туран, 2012. – 110 с.

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Hajrullina R. K. Jazykovaja kartina mira v russkoj i bashkirskoj frazeologii [Linguistic picture of the world in Russian and Bashkir phraseology] / R. K. Hajrullina // Jazyk i kul’tura [Language and Culture]. – Ufa, 1995. – 97-123. [in Russian]
  2. Pocheptsov G. G. Jazykovaja mental’nost’: sposob predstavlenija mira [Language mentality: a way of the world representing] / G. G. Pocheptsov // Voprosy jazykoznanija [Questions of Linguistics]. – 1990. – № 6. – P. 115-120. [in Russian]
  3. Sorokin Ju. A., Markovina I. Ju. Problema ponimanija “chuzhoj” kul’tury i sposoby ustranenija lakun v tekste [The problem of the understanding the “foreign” culture and ways to eliminate the gaps in the text] / Ju. A. Sorokin, I. Ju. Markovina // Russkoe slovo v lingvostranovedcheskom aspekte [Russian word linguocultural aspect]. – Voronezh, 2007. – P. 37-42. [in Russian]
  4. Kenzheahmetuly S. Byt i kul’tura kazahskogo naroda [Life and culture of the Kazakh people] / S. Kenzheahmetuly. – Almaty: Turan, 2012. – 110 P. [in Russian]

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.