Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217, 16+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2020.99.9.054

Скачать PDF ( ) Страницы: 89-93 Выпуск: № 9 (99) Часть 2 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Хефни Халфалла. Абдельхафиз. ЭМОТИВНЫЕ ЗООМОРФИЗМЫ КАК СРЕДСТВО ОТРИЦАТЕЛЬНОГО ОПИСАНИЯ ЧЕЛОВЕКА В РУССКОМ И АРАБСКОМ ЯЗЫКАХ / Халфалла. Абдельхафиз. Хефни // Международный научно-исследовательский журнал. — 2020. — № 9 (99) Часть 2. — С. 89—93. — URL: https://research-journal.org/languages/emotivnye-zoomorfizmy-kak-sredstvo-otricatelnogo-opisaniya-cheloveka-v-russkom-i-arabskom-yazykax/ (дата обращения: 27.10.2020. ). doi: 10.23670/IRJ.2020.99.9.054
Хефни Халфалла. Абдельхафиз. ЭМОТИВНЫЕ ЗООМОРФИЗМЫ КАК СРЕДСТВО ОТРИЦАТЕЛЬНОГО ОПИСАНИЯ ЧЕЛОВЕКА В РУССКОМ И АРАБСКОМ ЯЗЫКАХ / Халфалла. Абдельхафиз. Хефни // Международный научно-исследовательский журнал. — 2020. — № 9 (99) Часть 2. — С. 89—93. doi: 10.23670/IRJ.2020.99.9.054

Импортировать


ЭМОТИВНЫЕ ЗООМОРФИЗМЫ КАК СРЕДСТВО ОТРИЦАТЕЛЬНОГО ОПИСАНИЯ ЧЕЛОВЕКА В РУССКОМ И АРАБСКОМ ЯЗЫКАХ

ЭМОТИВНЫЕ ЗООМОРФИЗМЫ КАК СРЕДСТВО ОТРИЦАТЕЛЬНОГО ОПИСАНИЯ ЧЕЛОВЕКА
В РУССКОМ И АРАБСКОМ ЯЗЫКАХ

Научная статья

Хефни Халфалла Абдельхафиз Хафиз *

Санкт-Петербургский государственный университет, Санкт-Петербург, Россия

* Корреспондирующий автор (khalafhefny2015[at]gmail.com)

Аннотация

Цель исследования изучить эмотивные зооморфизмы в сравнительно-сопоставительном плане на материале русского и арабского языков. Научная новизна работы обусловлена тем, что, описание отрицательных эталонов как элементов иерархии ценностей культуры не получило необходимого комплексного освещения в научной литературе, исследователи не изучали комплексно эти аспекты на материале функционирования зооморфизмов в современных речевых продуктах. Настоящее исследование призвано заполнить эту нишу, предложив систематическое описание особенностей функционирования эмотивных зооморфизмов в современных русском и арабском языках. В статье наглядно показано, что эмотивные зооморфизмы в обоих языках выступают средством передачи информации о состоянии субъекта речи, об его отношении к окружающему миру. Наблюдения за зооморфизмами в сопоставительном аспекте свидетельствуют о том, что национальные стереотипы демонстрируют национальные расхождения, они различаются в сопоставляемых культурах, а потому при коммуникации на разных языках при использовании зооморфизмов для выражения различных эмоциональных оттенков следует учитывать национальные особенности их употребления.

Ключевые слова и фразы: эмотивные зооморфизмы, отрицательная оценка, арабский язык, русский язык.

EMOTIVE ZOOMORPHISMS AS THE MEANS OF A NEGATIVE DESCRIPTION OF A PERSON
IN RUSSIAN AND ARABIC LANGUAGES

Research article

Khefni Khalfalla Abdelkhafiz Khafiz*

Saint Petersburg State University, Saint Petersburg, Russia

* Corresponding author (khalafhefny2015[at]gmail.com)

Abstract

The purpose of the research is to study emotional zoomorphisms in the comparative and collative aspects based on the material of Russian and Arabic languages. The academic novelty of the work is due to the fact that the description of the negative standards as the elements of cultural values hierarchy did not receive the necessary comprehensive coverage in the scientific literature, researchers have not studied these aspects comprehensively on the material of zoomorphisms functioning in modern speech products. This paper aims to fill this niche by proposing a systematic description of the emotive zoomorphisms functioning in modern Russian and Arabic languages. The article demonstrates that emotive zoomorphisms in both languages act as a means of transmitting information on the state of the subject’s speech, on their attitude to the environment. Observing zoomorphisms in the comparative aspect indicate that national stereotypes demonstrate national differences, they differ in the cultures compared, and therefore when communicating in different languages, when using zoomorphisms to express various shades of emotions, national peculiarities of their use should be taken into account.

Keywords: emotive zoomorphisms, negative evaluation, Arabic, Russian.

Актуальность данного исследования основывается на отрицательно-эмоциональном признаке, реализуемом при помощи зооморфизма. Эмоция – это универсальное явление и узнаваемое во всех культурах, а потому эмоции, безусловно, сопряжены с когнитивным процессом и мышлением. Многие аспекты жизнедеятельности человека выражаются эмоциями, так как язык беднее действительности не в состоянии покрыть все семантическое пространство [11, С.8] в любом языке. В эмоциях находит отражение не предмет или явление, но отношение к ним, накопленное в течении исторического развития, определенного лингвосообщества в сознании носителей определенной лингвокультуры. По этой причине рассмотрение отрицательных эмотивных концептов как важной категории лингвистики (в словах, словосочетаниях и фразеологических единицах) обобщает виды национальных опытов русского и арабского народов и является формой отражения в соответствующем языке способа восприятия окружающей действительности. Данное исследование также обращается к проблемам формирования и изучения ментальных представлений представителей русско- и арабскоязычной лингвокульур об объектах окружающего мира. Подробное сопоставительное исследование помогает раскрыть конкретные схемы категоризации и концептуализации, а использование методики когнитивной интерпретации лингвистических данных позволяет вписать содержание в общую языковую картину мира, поскольку в исследовании делается попытка объединить слово и мышление.

Для достижения указанной цели исследования необходимо решить следующие задачи: во-первых, рассмотреть структуру отрицательных эмотивных зооморфных фразеологических единиц русского и арабского языков как коннотативного содержания; во-вторых, проанализировать их семантическую специфику и особенности формирования зооморфизмов при выражении эмоций и состояния человека; в-третьих, определить национально-культурную специфику выражения эмоций с отрицательной оценкой в обеих культурах – русской и арабской.

Основными методами исследования являются фундаментальные методы лингвистического анализа, такие как: описательный метод, метод дистрибутивного анализа, прием сплошной выборки материала из лексикографических справочников и источников русского и арабского языков и Национального корпуса русского языка, метод словообразовательного анализа.

Теоретической базой исследования выступили современные тексты (в Национальном корпусе русского языка (ruscorpora.ru) и зооморфные единицы, указанные в арабских словарях, особенно фразеологических словарях, словарях пословиц и поговорок и связанных арабских текстах публицистического и художественного типов.

Практическая значимость работы состоит в возможности использования её результатов в педагогических целях при преподавании русского языка как иностранного, особенно в группах арабских обучающихся; в спецкурсах по лингвокультурологии, когнитивной лингвистике, методам лингвистических исследований и при написании курсовых и дипломных работ по проблемам, исследуемых в данной работе.

В настоящее время исследование эмоций является объектом многих наук, в частности, они находятся в фокусе внимания социологии, психологии, философии, этики, биохимии, физиологии, лингвистики и др. Эмоции охватывают все стороны коммуникативного пространства в повседневной жизни индивида как языковой личности.

Каждая языковая личность в процессе коммуникации отражает в своем общем содержании эмотивную коммуникативную ситуацию, определяет форму её выражения и параметры её использования. Еще Ф. Гумбольдт писал о том, что «нельзя изучать человека без языка» [11, С.47].

Эмоции как оценочное отношение носителя языка к окружающему его миру неизбежно отражаются в эмотивных лексических единицах, которые фиксируют и воспроизводят это взаимоотношение. В данном аспекте эмотивные средства выступают также как важные языковые средства.

Зооморфная лексика играет важную роль в обогащении любого естественного языка. Лексические единицы с компонентом-зоонимом имеют не только определённое прямое значение, но и переносное, а также обладают потенциалом в выражении эмоциональной оценки. Зооморфизмы раскрывают красоту языков, что можно проследить благодаря различным контекстам их употребления. Поскольку зооморфизм соотносится с определенным языковым источником, имеющим основу в соответствующей культуре, каждая зооморфная единица обладает своей определенной лингвокультурной интерпретацией и чётко выражает отношение человека к окружающему миру, потому они дают представление о том, как реализуется экспрессивно-национальная оценка человека в процессе коммуникации на определенном языке.

При сравнении человека с животным, как правило, на первый план выводятся его самые непривлекательные, отрицательно оцениваемые качества. Из всего домашнего скота только бык имеет в русском языке положительную коннотацию: здоров как бык, можно сказать о человеке крепкого здоровья. В связи с этим обстоятельством основное внимание будет уделено эмотивным зооморфизмам, которые передают отрицательную оценку.

Рассмотрим зооморфные единицы, которые позволяют носителям русского и арабского языков передать свои эмоции в достаточной для эффективной коммуникации степени. В данном исследовании остановимся более подобно на тех зооморфизмах, которые способны выражать негативное отношение к объекту оценки.

Собака – домашнее животное и одно из наиболее распространенных (наряду с кошкой) животных-компаньонов, первый и наиболее искренний друг человека, принимающий участие в охоте, его сторож и проводник.

Образ собаки в интересующем нас аспекте многозначный, обладающий множеством смыслов: он может выражать как положительную, так и отрицательную оценку.

Собака олицетворяет такие добродетели человека, как верность, бдительность, привязанность, искренность и послушание. В то же время собака может называться псом, тем самым подчеркивается, что животное может проявить злость (собачиться), жестокость, мстительность, похоть, то есть выделяются дикие, звериные качества своего предка волка [5, С. 279].

В «Словаре русской ментальности» приводятся следующие переносные значения лексемы собака: современное ‘о грубом и злом человеке’; диалектные ‘о бранчливом человеке’, ‘курок ружья’; жаргонное ‘бутерброд с сосиской’; арго ‘пальто’, ‘милиционер’, ‘большой висячий замок’, ‘обручальное кольцо’, ‘сторублевка’ [5, С. 279].

В арабском языке лексема الكلب ‘собака’ в переносном значении – «бранное слово, используемое с намерением унизить того, кто ведет себя неподобающим образом» [13, С. 302]. Еще более эмоциональную негативную окраску имеет переносное значение русской лексемы щенокالكلب الصغير: «пёс паршивый, негодяй, подлец» [12, С. 19].

С образом собаки связаны русские паремии, аналогичные арабским. Например, пословица собака лает, но не кусает [3, С. 1116], которая является эквивалентом арабской пословицы – كلب ينبح لكنه لا يعض [13, С. 282]. Арабский же вариант пословицы – собака лает, а караван идёт [Мокиенко, 2010, С. 630] – الكلاب تنبح والقافلة تسير. Данная пословица употребляется для указания на поведение трусливой или просто необученной собаки, слишком уверенной в себе и имеющей привычку отпугивать чужих лаем, не переходя в наступление. Здесь уместно вспомнить образ Моськи, которая лает на слона (басня И. Крылова) – и черты образа собаки, указанные в значительной «Книге о животных» известного арабского писателя аль-Джахиза [6, С. 152].

Обезьяна – четверорукое млекопитающее, наиболее близкое к человеку по строению тела. Образ обезьяны в русском языке, как и в арабском языке, имеет отрицательную оценку, но реализуется негативное отношение в сопоставляемых языках по-разному.

В «Толковом словаре русского языка» приводятся следующие значения лексемы обезьяна: человек, склонный к подражанию другим или передразниванию других (разг. презрит.), ‘очень некрасивый человек’, ‘бранное слово (разг. фам.). – Ах ты, обезьяна! Ты у кого спросился-то? А. Островский. ’ [8, С. 279].

В арабском языке лексема القرد ‘обезьяна’ в переносном значении –«бранное слово, используемое с намерением унизить того, кто имеет неприятную внешность и слабый интеллект» [13, С. 302]. В арабской лингвокультуре, например, имеется пословица, которая утверждает этот смысл «هيسخطوك يا قرد غزال», что означает «букв. обезьяна считает своего собственного малыша прекраснейшей газелью. Еще более эмоциональную негативную окраску имеет переносное значение в арабском языке лексемы обезьяна – трусливый человек, это явно отражается, когда речь идёт о трусливом человеке в выражении «он как обезьяна боится тени» [12, С. 19]. Интересно, что с эмотивным значением лексема обезьяна употребляется в арабской пословице для обозначения некрасивой невесты, на которой можно жениться только с целью получения её богатства «لا ينفع القرد كثرة ماله», что означает «букв. Он женился на обезьяне за ее деньги, деньги ушли, и обезьяна осталась обезьяной» [14, С. 482].

Славяне часто связывали поведение свиней с приближением урагана или, шире, несчастья, используя наблюдение за животными в качестве своеобразного предсказания. Однако стойкая неприязнь к данному домашнему животному у представителей русскоязычной лингвокультуры связана с его нечистоплотностью, обжорством, жадностью, глупостью и упрямостью [Славянская культура: [электронный источник [15].

 В «Словаре русской ментальности слово» свинья отсутствует, тогда как характер этого зооморфного образа косвенно отражается в лексеме «свинство»: Свинство – низость поведения как отражение грязи внутренней и внешней жизни человека. Свинья, как животное, известное своей нечистоплотностью («свинья грязь всегда найдёт») и прожорливостью, воплощает в своём образе окончательную победу плоти над духом. Человек, описываемый зоонимом «свинья», часто является невежей или даже варваром; он может занимать высокое положение в обществе, будучи тем временем безнравственным и способным на подлое поведение. [5, С. 217].

Словарь В. И. Даля не фиксирует переносных значений у существительного свинья. В других же толковых словарях такие значения представлены: «грязный, неопрятный человек, неряха» (разг. презрит) [Ушаков, 2005:912]; «о том, кто поступает низко, подло, а также (грубо) о грязном человеке, неряхе» [9, С.703].

В арабском языке представлены фразеологизмы с единицей свинья, характеризующие поведение человека, например, пословица: يأكل مثل الخنزير (букв.: «ест как свинья») – означающая «есть быстро») [13, С. 622].

سمينة مثل الخنزير(букв.: «толстый, как свинья») – это выражение используется для описания некрасивого, неприятного телосложения, особенно для характеристики женщины; يهمهم مثل الخنزير (букв.: хмыкнул, как свинья) [13, С. 627].;

يشخر مثل الخنزير (букв.: «сильно раздувается, как свинья», что означает слабость человека и отсутствие энтузиазма) [13, С. 625].

Образ барана всегда имел особое значение для человека. Начиная с божества барана у древнеегипетских фараонов, это животное обладает религиозно-социальной спецификой. Такое «положительное» понимание в настоящее время превращается резко в «отрицательную» оценку в рассматриваемых в исследовании культурах, русской и арабской. В целом, при сравнении человека с бараном выражается мысль о его глупости. При сравнении женщины с овцой, она характеризуется как застенчивая, глупая и напуганная.

В русскоязычном фразеологическом фонде представлено выражение «уставился, как баран, на новые ворота» [7] для характеристики человека, который отличается глупостью или медлительностью в понимании. Следовательно, в русском языковом сознании баран ассоциируется с такой характеристикой, как глупость. Важно отметить, образы «баран» и «овца» в русскоязычной лингвокультуре обладают общим ассоциативным значением, дифференцируясь только по гендерному признаку.

Баран также имеет важное значение жизни арабского народа, что находит свое отражение в языке. Отношение арабов к образу барана сформировалось по причине пустынной окружающей среды, в то же время пастух – это важнейшее занятие для традиционных арабов. Арабы относятся к барану не совсем так, как русские. В русской пословице «Куда один баран, туда и всё стадо» баран представляет человека, который бездумно следует за мнением других. Предоставление о баране в арабском менталитете отражено в выражении «يتبعها مثل الخروف» (букв.: «без воли ведёт себя как баран», что означает слабость человека и отсутствие энтузиазма) [14, С. 256], которое используется в тех случаях, когда мужчина очень сильно и безумно любит женщину и он за ней идёт везде и поддерживает ее во всем.

Итак, человек всегда стремится соизмерять объекты окружающей действительности с собой, а номинация человеческих качеств с помощью этих объектов свидетельствует об антропоцентрической направленности человеческого мышления в целом. При этом употребление зооморфизмов способствует реализации широкого спектра самых разнообразных эмоций, особенно при трансляции отрицательной оценки.

Эмотивные зооморфизмы имеют ярко выраженную национально-культурную окраску, которая предопределяет их ассоциативные связи и при их использовании в отношении к людям придает определенное значение и передает определенное внутреннее состояние у участников коммуникации.

Таким образом, изучение эмоций с компонентом-зоонимом очень важно для понимания различных языков, так как именно в их единицах отражается специфика быта, культуры, история народов.

Эмотивные зооморфизмы представляют особый слой языковых средств, которые характеризуются ярко выраженной эмотивной функцией и способностью выражать эмотивное отношение к объекту оценки. Обладая всеми лексико-семантическими характеристиками эмотивных зооморфизмов, рассматриваемые единицы отличаются явной экспрессивно-оценочной окраской, которая обусловлена денотативным, сигнификативным и коннотативным аспектами значения лексических единиц зооморфизмов.

Полагаем, что назначение эмотивных зооморфизмов в языке состоит главным образом в том, чтобы назвать признак действия и отразить состояние субъекта речи, который косвенно включен в коммуникацию. Единицы с компонентом-зоонимом аккумулируют экспрессивный оттенок сообщения говорящего и отражают его позицию благодаря вербализации эмоциональной оценки.

Эмоциональная сторона зооморфизмов как внутреннее состояние углубит понимание национальной языковой картины мира и поможет строить отношения в рамках взаимопонимания между представителями разных лингвокультур, особенно потому, что большинство зооморфных единиц по происхождению выражаются в пословицах и поговорках и отражают в определенной степени факты жизни и быта, характеризуют человека.

Таким образом, были с формулированы основные выводы. Зооморфизмы придают речи особую выразительность в коммуникации, а также несут информацию о традициях, сложившихся у разных народов мира, о характерных способах отражения действительности в их языке. Лексико-семантическая группа эмотивных зооморфизмов достаточно обширна и представлена единицами с различной степенью выраженности оценок и большой гаммой эмоций.

По степени активности в образовании эмоциональной энергии наибольшую группу составляют зооморфизмы, передающие отрицательную оценку, что видно и при сопоставлении двух языковых картин мира, русской и арабской. В русском и арабском языках имеются паремии, совпадающие по значению, однако различные по лексическому составу (отличающиеся единицей-зоонимом), например: «жить как кошка с собакой» = “علاقتهما مثل القط والفار “Курице не быть петухом, а бабе мужиком” = لا تنتظر من الغراب أن يكون صقرا Важно отметить, что в русском варианте пословицы применяется слово «собака», а в арабском – «мышь». Также возможно совпадение в употребляемых зоонимах при отличии в других составных частях фразеологизма (числительных, глаголов и т. д.), например, «кошка имеет девять жизней», и “ له سبع ارواح مثل القطط”(букв.: подобен кошке, имеющей семь жизней). Также существуют арабские паремии, не имеющие русских аналогов: أجسام الجمال و عقول العصافير (букв. тела верблюдов в умах пташек) «Тело верблюда, а ум пташки». [10, С.83]

Таким образом, в эмотивных зооморфизмах представлены устойчивые значения, которые репрезентируют национально-культурные представления народов. Все это важно для эффективного и успешного общения с учетом используемого эмоционального кода. С помощью эмотивных зооморфизмов передается информация о состоянии говорящего, о его отношении к окружающему миру. Наблюдения за зооморфизмами в сопоставительном аспекте свидетельствуют о том, что национальные стереотипы демонстрируют национальные расхождения, они различаются в сопоставляемых культурах, а потому при коммуникации на разных языках при использовании зооморфизмов для выражения различных эмоциональных оттенков следует учитывать национальные особенности их употребления.

Конфликт интересов

Не указан.

Conflict of Interest

None declared.

Список литературы / References

  1. Бирих А. К. Русская фразеология. Историко-этимологический словарь / А. К. Бирих, В. М. Мокиенко, Л. И. Степанова / Под ред. В. М. Мокиенко. 3-е изд., испр. и доп. М., 2005. — 712 c.
  2. Вольская Н. П. Русское культурное пространство: лингвокультурологический словарь // И. С. Брилева, Н. П. Вольская, Д. Б. Гудков, И. В Захаренко, В. В. Красных. М.: Гнозис, 2004. — 315 c.
  3. Даль В. И. Пословицы русского народа: в 2 т / В. И. Даль. СПб.; М.: Тип. М. О. Вольфа, 1879. — 654 c.
  4. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4-х тт / В. И. Даль.. М.: Русский язык, 1999. Т. 1. — 699 c.
  5. Колесов В. В. Словарь русской ментальности. В 2 т. Т. 1 / В. В. Колесов, Д. В. Колесова, А. А. Харитонов. А – О. С.Петербург: Златоуст, 2014. — 592 с.
  6. Крачковский И. Ю., Арабская географическая литература / И. Ю. Крачковский, Избр. соч., т. 4, М. — Л., 1957. — 965 c.
  7. 7.Мокиенко В. М. Большой словарь русских пословиц / В. М. Мокиенко. М., ОЛМА Медиа Групп, 2010. — 1024 c.
  8. Толковый словарь русского языка / Под ред. Д. Н. Ушакова. — М.: Гос. ин-т “Сов. энцикл.”; ОГИЗ; Гос. изд-во иностр. и нац. слов., 1935-1940. (4 т.). —88405 с.
  9. Толковый словарь русского языка / Под. ред. С. И. Ожегова, Н. Ю. Шведовой. – М.: Азбуковник, 1997. – 940 с.
  10. Хефни А.Х. Зооморфизмы в языковой картине мира (на фоне арабского языка): дис. … магистра / А.Х. Хефни. СПб.: СПбГУ. 2019. 106 c.
  11. Шаховский В.И. Голос эмоций в языковом круге homo sentiens / В.И. Шаховский. Изд. стереотип. М., URSS. 2015. 144 с.
  12. Ясюкевич Е. Н. Паремия как феномен языка: образно-смысловой и модально-синтаксический уровни организации (на материале русских и английских пословиц и поговорок): автореф. дис. … канд. филол. Наук / Е. Н. Ясюкевич. Минск, 2003. —21 c.
  13. الميدان احمد بن محمد، معجم الأمثال في جزئيين، بيروت، دار الفكر، 1972، 908 ص. [Аль Майдани, Ахмад Ибн Мухаммад. Словарь пословиц. в 2-х. т. Бейрут: Дар аль-фикр, 1972. 908 с. (на араб. языке)]
  14. تيمور ا. الأمثــــال الشـــعبية، القاهرة، م,هنداوي، 2009، 491 ص [Таимурпаша А. Словарь народных пословиц. Каир: Хиндави, 2009. 491 с. (на араб. языке)]
  15. История и культура славянских народов: достижения, уроки, перспективы [Электронный ресурс] URL: http://www.slavyanskaya- kultura.ru/slavic/folk/obraz-sobaki-v-ruskom-folklore.html (дата обращения 21/04/2020 г.).

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Birikh A. K. Russkaja frazeologija. Istoriko-jetimologicheskij slovar’ [Russian phraseology. Historical and etymological dictionary] / A. K. Birich, V. M. Mokienko, L. I. Stepanova / Edited by V. M. Mokienko. 3rd ed., ISPR. and add. M., 2005 — – 712 p. [in Russian]
  2. Volskaya N. P. Russkoe kul’turnoe prostranstvo: lingvokul’turologicheskij slovar’ [Russian cultural space: linguoculturological dictionary] // I. S. brileva, N. P. Volskaya, D. B. Gudkov, I. V. Zakharenko, V. V. Krasnykh. M.: Gnosis, 2004 — – 315 p. [in Russian]
  3. Dal V. I. Poslovicy russkogo naroda [Proverbs of the Russian people]: in 2 vols / V. I. Dal. SPb.; M.: Tip. M. O. wolf, 1879. – 654 p. [in Russian]
  4. Dal V. I. Tolkovyj slovar’ zhivogo velikorusskogo jazyka [Explanatory dictionary of the living great Russian language]: in 4 TT / V. I. Dal.. M.: Russian language, 1999. Vol. 1 — – 699 p. [in Russian]
  5. Kolesov V. V. Slovar’ russkoj mental’nosti [Dictionary of Russian mentality]. In 2 vols. Vol. 1 / V. V. Kolesov, D. V. Kolesova, A. A. Kharitonov. A-O. S. Petersburg: Zlatoust, 2014. – 592 p. [in Russian]
  6. Krachkovsky I. Yu., Arabskaja geograficheskaja literatura [Arab geographical literature] / I. Yu. Krachkovsky, Izbr. soch., vol. 4, M.-L., 1957 — – 965 p. [in Russian]
  7. Mokienko V. M. Bol’shoj slovar’ russkih poslovic [Big dictionary of Russian Proverbs] / V. M. Mokienko. M., OLMA Media Group, 2010. – 1024 p. [in Russian]
  8. Tolkovyj slovar’ russkogo jazyka [Explanatory dictionary of the Russian language] / ed. By D. N. Ushakov. – M.: State. in-t ” Sov. encycl.”; ogiz; State publishing house in foreign languages. and NAT. words., 1935-1940. (4 vol.). -88405 p. [in Russian]
  9. Tolkovyj slovar’ russkogo jazyka [Explanatory dictionary of the Russian language] / ed. by S. I. Ozhegov, N. Yu. Shvedova. – M.: Azbukovnik, 1997. – 940 p. [in Russian]
  10. Hefni A. H. Zoomorfizmy v jazykovoj kartine mira (na fone arabskogo jazyka): dis. … magistra [Zoomorphisms in the language picture of the world (against the background of the Arabic language): master’s thesis] / A. H. Hefni. 2019. 106 p. [in Russian]
  11. Shakhovsky V. I. Golos jemocij v jazykovom kruge homo sentiens [Voice of emotions in the language circle of homo sentiens] / V. I. Shakhovsky. ed. stereotype. M., URSS. 2015. 144 p. [in Russian]
  12. Yasyukevich E. N. Paremija kak fenomen jazyka: obrazno-smyslovoj i modal’no-sintaksicheskij urovni organizacii (na materiale russkih i anglijskih poslovic i pogovorok): avtoref. dis. … kand. filol. Nauk [Paremia as a phenomenon of language: figurative-semantic and modal-syntactic levels of organization (based on Russian and English Proverbs and sayings): author’s abstract. … Cand. Philol. Sciences] / E. N. Yasyukevich. Minsk, 2003. -21 p. [in Russian]
  13. Al-Maydani, Ahmad Ibn Muhammad. Slovar’ poslovic [Dictionary of Proverbs]. in 2-H. T. Beirut: Dar al-Fikr, 1972. 908 p. [in Arabic]
  14. Taimurasad A. Slovar’ narodnyh poslovic [Dictionary of popular Proverbs]. Cairo: Hindawi, 2009. 491 p. [in Arabic]
  15. Istorija i kul’tura slavjanskih narodov: dostizhenija, uroki, perspektivy [History and culture of the Slavic peoples: achievements, lessons, prospects] [Electronic resource] URL: http://www.slavyanskaya – kultura.ru/slavic/folk/obraz-sobaki-v-ruskom-folklore.html (accessed 21/04/2020). [in Russian]

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.