Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2021.103.1.028

Скачать PDF ( ) Страницы: 17-26 Выпуск: № 1 (103) Часть 2 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Потапенко Ю. Я. АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР СХЕМ СТРАТИГРАФИИ ДОВЕРХНЕПАЛЕОЗОЙСКИХ МЕТАМОРФИЧЕСКИХ КОМПЛЕКСОВ БОЛЬШОГО КАВКАЗА / Ю. Я. Потапенко // Международный научно-исследовательский журнал. — 2021. — № 1 (103) Часть 2. — С. 17—26. — URL: https://research-journal.org/geology/analiticheskij-obzor-sxem-stratigrafii-doverxnepaleozojskix-metamorficheskix-kompleksov-bolshogo-kavkaza/ (дата обращения: 19.04.2021. ). doi: 10.23670/IRJ.2021.103.1.028
Потапенко Ю. Я. АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР СХЕМ СТРАТИГРАФИИ ДОВЕРХНЕПАЛЕОЗОЙСКИХ МЕТАМОРФИЧЕСКИХ КОМПЛЕКСОВ БОЛЬШОГО КАВКАЗА / Ю. Я. Потапенко // Международный научно-исследовательский журнал. — 2021. — № 1 (103) Часть 2. — С. 17—26. doi: 10.23670/IRJ.2021.103.1.028

Импортировать


АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР СХЕМ СТРАТИГРАФИИ ДОВЕРХНЕПАЛЕОЗОЙСКИХ МЕТАМОРФИЧЕСКИХ КОМПЛЕКСОВ БОЛЬШОГО КАВКАЗА

АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОБЗОР СХЕМ СТРАТИГРАФИИ ДОВЕРХНЕПАЛЕОЗОЙСКИХ МЕТАМОРФИЧЕСКИХ КОМПЛЕКСОВ БОЛЬШОГО КАВКАЗА

Научная статья

Потапенко Ю.Я.*

* Корреспондирующий автор (kipkeeva62[at]mail.ru)

Аннотация

Проанализировано развитие представлений о стратиграфии метаморфических комплексов Большого Кавказа за период с 1908 по 2013 г. Детализации геологических карт и стратиграфических схем способствовали разработки Межведомственного стратиграфического комитета в областях классификации и номенклатуры стратиграфических подразделений. Оценено влияние геосинклинальной и мобилистской теоретических концепций на выделение и интерпретацию стратифицированных геологических тел. К 1968 г. было обосновано выделение на Кавказе двух доальпийских геосинклинальных циклов – байкальского и герцинского. После 1975 г. ряд серий и свит был отнесен к тектоническим покровам. Публикация в 1995 г. Петрографического кодекса превратила термин «комплекс» в омоним, использование которого привело к терминологической путанице и искажению стратиграфических схем метаморфических образований.

Ключевые слова: стратиграфическая схема, метаморфический комплекс, геосинклинальный цикл, концепция тектоники свит.

AN ANALYTICAL REVIEW OF STRATIGRAPHY SCHEMES OF PRE-PALEOZOIC
METAMORPHIC COMPLEXES OF THE GREATER CAUCASUS

Research article

Potapenko Yu.Ya.*

* Corresponding author (kipkeeva62[at]mail.ru)

Abstract

The article analyzes the development of research on the stratigraphy of metamorphic complexes of the Greater Caucasus for the period from 1908 to 2013. The development of the Interagency Stratigraphic Committee in the areas of classification and nomenclature of stratigraphic units contributed to the detailing of geological maps and stratigraphic schemes. The study estimates the influence of geosynclinal and mobilist theoretical concepts on the selection and interpretation of stratified geological bodies. By 1968, the identification of two pre-alpine geosyncline cycles in the Caucasus, the Baikal and the Hercynian, was substantiated. After 1975, a number of series and suites were classified as thrust sheets. Published in 1995, the petrographic code turned the term “complex” (kompleks) into a homonym, the use of which led to a terminological confusion and the distortion of stratigraphic schemes of metamorphic formations.

Keywords: stratigraphic scheme, metamorphic complex, geosynclinal cycle, the concept of formation tectonics.

Автор статьи с 1956 г. участвовал в геологической съемке Большого Кавказа, тематических стратиграфических, петрологических и структурных исследованиях метаморфических толщ, составлении сводных легенд, издании карт [19-26], руководил (1995-2010 гг.) Северо-Кавказской региональной межведомственной стратиграфической комиссией (СК РМСК). После политических событий 1990-1993 гг. финансирование геологической отрасли в России постоянно сокращалось, к 2018 г. на Северном Кавказе прекратило существование большинство геологических организаций, в том числе занимавшихся региональными исследованиями. Достигнутый уровень знаний, очевидно, останется неизменным на долгие годы. Объем журнальной статьи позволяет оценить лишь основные результаты, тенденции изменения методики исследования стратиграфии и тектоники метаморфических толщ, а также привести некоторые факты, противоречащие плито-тектоническим построениям. Выделяется четыре этапа стратиграфических исследований.

На первом этапе (1908-1947 гг.) ведущая роль принадлежала коллективу Кавказской секции Геологического Комитета России (Геолкома, впоследствии ЦНИГРИ-ВСЕГЕИ), созданной А.П. Герасимовым. Итоги этих исследований подытожены в IX томе Геологии СССР [5]. На основе нескольких пересечений складчатого сооружения были установлены общие черты его строения, выделены глубоко метаморфизованные толщи условно докембрийского возраста и менее измененные образования палеозоя, в которых установлено присутствие среднего кембрия, силура, девона и раннего карбона. Для простоты изложения будем пользоваться названиями домезозойских структурно-формационных зон, предложенными в 1970-е годы (с юга на север): Главного хребта, Передового хребта и Бечасынская (синоним – Карачаево-Черкесская).

Условно докембрийские образования И.Г. Кузнецов [5] с использованием материалов А.П. Герасимова и личных исследований разделил на два комплекса, различающихся степенью метаморфизма. Нижний комплекс (А1) представлен глубоко метаморфизованными сланцами и гнейсами, среди которых преобладают двуслюдяные, биотитовые, гранатсодержащие и роговообманковые разности. Этот комплекс развит исключительно в тектонической зоне Главного хребта, где вмещает крупные тела гранитов. Верхний комплекс (А2) сложен слабо метамофизованными породами Бечасынской зоны, расположенной севернее палеозойских толщ Передового хребта. К кембрийской системе была отнесена толща слабо метаморфизованных пород зоны Передового хребта, состоящая из трех частей – нижней и верхней сланцевых и средней известняковой. К готландской (силурийской) системе были отнесены известняки, чередующиеся с филлитами, обнаруженные А.П. Герасимовым в Бечасынской зоне в бассейне р. Малки в 25 км к югу от Кисловодска. Здесь же на площади развития силурийских отложений А.П. Герасимов нашел в 1918 г. «свободно лежащую» глыбу известняков с трилобитами среднего кембрия [5].

Девонские отложения, широко распространенные в западной части Передового хребта, благодаря многолетним исследованиям В.Н. Робинсона [5], были расчленены на четыре свиты общей мощностью около 3 км. Нижняя свита – вулканогенная, вторая – грубообломочная, третья – карбонатная, четвертая – мелкообломочная терригенная осадками. Палеонтологически (франский ярус) охарактеризована только третья свита. Последним элементом метаморфических толщ Передового хребта [5] являлся нижний карбон. Наиболее полный разрез его, развитый в междуречье Теберды и Кяфара, начинается горизонтом известняков с фауной этреньских слоев. Выше следуют серые и зеленоватые хлорит-кварцевые сланцы с прослоями белого мрамора и эффузивные разности порфиритов, прорванные интрузиями габбро-диоритов.

Первым опытом межрегиональной корреляции явилось сопоставление вулканогенно-осадочных толщ девона-нижнего карбона Передового хребта и Южного Урала [5]. По аналогии с разрезами палеозоя Средней Европы на Кавказе была выделена герцинская тектоническая фаза, выразившаяся в складкообразовании, метаморфизме, внедрении разных по составу интрузий и смене морских условий осадконакопления на континентальные.

На первом этапе исследований при расчленении метаморфических образований главными диагностическими признаками были состав и степень метаморфизма пород. Употреблялись термины комплекс, серия, свита, но. как правило, без географических названий.

Второй этап включает 1955-1975 годы, когда вся горная часть Большого Кавказа, в том числе все выходы метаморфических пород, была покрыта государственной геологической съемкой масштаба 1:50 000. В этот период происходит переход к картированию свит как основного ранга местных стратиграфических подразделений. Всесоюзный геологический институт (ВСЕГЕИ), начиная с 1945 г., регулярно публиковал работы, посвященные проблемам стратиграфии, классификации и номенклатуры стратиграфических подразделений (СП). Сначала это были статьи ведущих стратиграфов (Б.М. Келлер, А.Н. Криштофович, Л.С. Либрович, В.В. Меннер и др.); затем (1955-1975 гг.) – сборники по стратиграфической классификации подготавливали коллективы авторов ВСЕГЕИ и созданного в 1955 г. Межведомственного стратиграфического комитета (МСК). В 1977 г. публикуется 1-е издание Стратиграфического кодекса (СК) СССР [31], в котором в качестве местных СП предлагается выделять комплексы, серии и свиты. На Северном Кавказе переход к выделению перечисленных СП начался еще в 1955 г., когда в Северо-Кавказском геологическом управлении (СКГУ) была организована Центральная геолого-съемочная экспедиция (ЦГСЭ) и начала работать Кавказская экспедиция МГУ. Задачами этих двух организаций была государственная геологическая съемка масштаба 1:50 000. В этой сфере на Северном Кавказе лидерами были московские геологи. В экспедиции МГУ геологическими партиями руководили состоявшиеся опытные геологи Г.Д. Ажгирей, Д.С. Кизевальтер, М.В. Муратов и др. Они ориентировали молодых исполнителей на узкую специализацию, что не замедлило сказаться уже через 2-3 года. Каждую осень москвичи информировали коллектив ЦГСЭ об основных результатах полевых работ – демонстрировали карты, послойные стратиграфические колонки, фациальные профили. В 1960-1963 гг. были опубликованы несколько сборников статей, в которых подведены итоги работ Кавказской экспедиции МГУ за 1955-1962 годы [1], [10], [13].

В Бечасынской зоне метаморфический комплекс обнажен в полосе шириной до 15 км и протяженностью около 90 км. Выходы этих пород при съемке попадали небольшими участками к разным исполнителям, которые, естественно, не могли предложить общую схему стратиграфии. Ее разработали три геолога – Д.С. Кизевальтер, И.С. Красивская и Ю.Я. Потапенко, получившие возможность изучать бечасынский комплекс в течение многих лет во всех его естественных выходах. В междуречье Кубань-Чегем Д.С. Кизевальтер [10] разделил метамофический комплекс на две свиты – чегемскую и хасаутскую и толщи баксанскую и шаукольскую. Чегемская свита, залегающая в основании разреза, имеет мощность более 2 км. Она сложена кварц-хлорит-мусковитовыми, кварц-серицитовыми и другими сланцами. На чегемской свите без видимого несогласия залегает хасаутская свита мощностью около 3,6 км. В этой свите помимо сланцев первично осадочного происхождения значительную роль играют эффузивные породы. Развитые севернее метаморфического комплекса неметаморфизованные осадочные толщи Д.С. Кизевальтер расчленил на две свиты – нижнюю урлешкую (песчаники) и верхнюю лахранскую (известняки и аргиллиты с фауной верхнего силура).

В 1965 г. И.С. Красивская защищает кандидатскую диссертацию, в которой подводит итоги детальных геологических [11] и петрографических [12] исследований чегемской и хасаутской свит междуречья Малки и Чегема. Наиболее важными результатами ее исследований явилось установление погружения зеркала складчатости к северу и увеличение степени регионального метаморфизма к югу, то есть вниз по разрезу. Верхняя часть хасаутской свиты (полимиктовые конгломераты) была выделена в качестве самостоятельной малкинской свиты; в основании урлешской свиты прослежены базальные конгломераты, с размывом залегающие на метаморфическом комплексе.

В 1963-1965 гг. в ЦГСЭ выполняется тематическая работа по стратиграфии досилурийских толщ Бечасынской зоны бассейна р. Малки (ответственный исполнитель Ю.Я. Потапенко). В отчете предложено перевести хасаутскую свиту в ранг серии с разделением её на свиты (снизу вверх) муштинскую, малкинскую и шиджатмазскую. Детальным картированием было установлено, что конгломераты малкинской свиты являются не базальными, как считала И.С. Красивская, а внутриформационными, тесно связанными с проявлениями вулканизма. По этой причине для малкинской свиты был предложен неостратотип, расширяющий её объем за счет включения вулканитов, подстилающих полимиктовые конгломераты.

1967 г. Ю.Я. Потапенко в кандидатской диссертации детализирует расчленение метаморфических пород Кубани на 8 толщ. В долине р. Малки ему удается обнаружить «свободно лежащую» глыбу известняков среднего кембрия, впервые найденную А.П. Герасимовым в 1918 г. При этом установлено [24], что глыба не является клиппеном, как предполагал Г.Д. Ажгирей [4], а происходит из внутриформационного конгломерата, залегающего под самым верхним горизонтом силурийских известняков. В конгломерате присутствуют галька и глыбы только кварцевых песчаников и кварцитов урлешской свиты.

В 1968 г. в 1Х томе Геологии СССР [6] геологи СКГУ излагают свой вариант стратиграфического расчленения метаморфических толщ Северного Кавказа. В центральном секторе зоны Главного хребта Е.А. Снежко выделяет центрально-кавказский комплекс, в котором различает две серии – зеленчукскую и лабинскую. Зеленчукская серия состоит из нижней (буульгенской) свиты гнейсов и амфиболитов и верхней (макерской) свиты слюдяных сланцев и гнейсов. В восточной части Главного хребта выделены уллучиранская, безенгийская и лабарданская свиты, а в западной части Е.А. Снежко [6] и М.Л. Сомин [28] выделили лабинскую серию, объединяющую мамхурцевскую, дамхурцевскую и лаштракскую свиты.

Средний палеозой зоны Передового хребта (средний девон-нижний карбон) Е.А. Снежко и И.И. Греков [6] расчленяют на несколько свит: бахмуткинскую филлитовую, кызылкольскую эффузивную с четырьмя типами разрезов (джентинским, кенделярским, худесским и урупским), картджюртскую туфогенно-осадочную и пастуховскую карбонатно-терригенную. Вышележащие толщи (турнейский ярус) выделены в качестве кольтюбинской свиты. В заключительных главах IX тома В.Е. Хаин обосновывает представления о доальпийском развитии Большого Кавказа в течении двух геотектонических циклов – байкальского и герцинского.

В 1970-1976 г. в ЦГСЭ функционировала Стратиграфическая партия, возглавляемая Ю.Я. Потапенко. В 1971 г. Ю.Я. Потапенко обнаружил в мраморизованных известняках лабинской серии остатки криноидей [25], что явилось доказательством среднепалеозойского возраста серии, которая ранее относилась к докембрию на основании высокой степени метаморфизма.

 В 1971-1973 гг. Ю.Я. Потапенко, Н.И. Пруцкий и В.А. Снежко выполнили исследования по корреляции додевонских метаморфических толщ различных структурно-формационных зон Северного Кавказа. В Бечасынской зоне на всем ее протяжении чегемская серия была расчленена на две свиты – шаукольскую (порфиробластовых сланцев) и таллыкольскую (кварцитов). Вышележащая часть бечасынского комплекса в бассейне Баксана, соответствующая по стратиграфическому положению хасаутской серии опорного разреза по р. Малке, была расчленена на 5 свит (снизу вверх): камыкскую, сукошскую, перюкольскую, кестантинскую и гижгитскую. В Бечасынском комплексе впервые был выявлен и откартирован новый тип тектонических нарушений – надвиги: Гижгитский на Баксане, Штымбашинский и Ташлыкольский на Кубани. Эти небольшие по амплитуде пологие дизъюнктивы, являющиеся послескладчатыми и послеметаморфическими, не повлияли на представления о стратиграфии метаморфического комплекса. Задачами Стратиграфической партии также являлись: 1) обновление сводной и унифицированной легенд для карт разного масштаба; 2) составление геологической карты Северного Кавказа и сбойка ее с картами Грузии и Азербайджана. Ю.Я. Потапенко, Г. А. Михеев и Л.В. Пшеничный были включены в авторский коллектив карты Кавказа масштаба 1:500 000, составляемой во ВСЕГЕИ. В.И. Яркин, ответственный редактор карты, неоднократно посещал Северный Кавказ, где Г.А. Михеев и Ю.Я. Потапенко знакомили его с геологическими объектами, являвшимися предметами дискуссий.

В 1976 г. в отделе геологических карт ВСЕГЕИ было завершено составление и выполнено издание геологической карты всего Кавказа масштаба 1:500 000 (главный редактор академик Д.В. Наливкин, ответственный редактор В.И. Яркин). Она не сопровождалась объяснительной запиской, поскольку взгляды авторского коллектива совпадали с итогами работы геологов СКГУ и Кавказской экспедиции МГУ [4], [6], придерживавшихся геосинклинальной концепции.

Здесь важно подчеркнуть, что в формационном ряду палеозоя Передового хребта было выявлено много общих черт в структурном и формационном отношениях с герцинидами Средней Европы. Так же, как в Германии [7], на Северном Кавказе девон начинался с накопления глинистых осадков, далее в среднем-позднем девоне проявился мощный подводный вулканизм, завершившийся в раннем карбоне.

Третий этап исследований (1975-1995 гг.) характеризовался постепенным снижением уровня финансирования геологической отрасли и уменьшением объемов полевых работ. С середины 70-х годов на Кавказе начался пересмотр тектонических и стратиграфических схем с позиций тектоники плит. В короткий срок (1975-1982 гг.) было опубликовано несколько вариантов геодинамических моделей Кавказа. Обстоятельный обзор этих моделей и их слабые стороны объективно оценены в монографии С.Б. Ящинина [36]. В данной статье мы ограничиваемся сферой стратиграфии и сопряженных с ней пликативных и дизъюнктивных структур.

В 1974 г. на совещании по тектонике срединных массивов В.Е. Хаин охарактеризовал понятие «срединный массив» геосинклинальных поясов как глыбу континентальной коры, «подобную микроконтинентам современных океанов». А.А. Белов и др. [2] предложили различать в диагностике срединных массивов два аспекта: палеотектонический и структурный. В структурном отношении все выступы метаморфических комплексов Альпийского пояса. По их мнению, не являются срединными массивами (за исключением глыбы Лут, Иран). Данное важное уточнение (ограничение объема понятия) впоследствии не учитывалось, что привело к выделению множества террейнов на территории Северного Кавказа.

1976 г. издается сборник статей «Геология Большого Кавказа» под редакцией Г.Д. Ажгирея [4]. Раздел, посвященный стратиграфии и тектонике докембрия и палеозоя, написан Г.И. Барановым и С.М. Кропачевым [1]. Если С.М. Кропачев в целом подтвердил результаты своих детальных и многолетних исследований среднего палеозоя Передового хребта в составе Кавказской экспедиции МГУ, то сотрудник СКГУ Г.И. Баранов представил принципиально новую – покровную трактовку структуры метаморфических толщ Главного хребта и Бечасынской зоны. Она базировалась в основном на его личных наблюдениях, сделанных при составлении карты магматизма и метаморфизма масштаба 1:200 000 (1970-1971 гг.). Полевые маршруты в силу масштаба карты и охвата всех тектонических зон, носили рекогносцировочный характер. Предложенная схема демонстрировала полный отказ от представлений предшественников, считавших соотношения большинства серий и свит стратиграфическими. Это означало, что в 1955-1975 гг. при проведении детальной государственной съемки и специальных тематических исследований по петрографии, петрологии и металлогении метаморфических комплексов геологи СКГУ, вузов Москвы, Ростова на Дону и Новочеркасска не увидели многочисленных покровных структур.

Оценка достоверности новых покровов была включена начальником СКГУ А.В. Нетребой в число задач Стратиграфической партии ЦГСЭ. Приведем результаты экспертной проверки (1970-1976 гг.) наиболее значимых покровов.

В Бечасынской зоне к таким структурам относятся Шаукольский, Хасаутский и Урлешский покровы. При описании зоны Г.И. Баранов [1] предложил свой вариант расчленения метаморфитов на фемический и сиалический слои. При этом в нижний (фемический) слой попали породы хасаутской серии, по представлениям Д.С. Кизевальтера [10] и И.С. Красивской [12] принадлежащие к верхней части бечасынского комплекса, а в верхний (сиалический) слой – преимущественно породы чегемской (нижней) серии упомянутых московских геологов.

 К Шаукольскому покрову были отнесены сланцы шаукольской свиты, в которых постоянно присутствуют порфиробласты альбита. Там, где на контакте с развитыми севернее породами хасаутской серии указывались зоны «рассланцованных пород» и «лейкократовых милонитов», Ю.Я. Потапенко была обнаружена согласно залегающая пачка кварцитов (таллыкольская свита). Эти кварциты он ввел в сводную легенду карт масштаба 1:50 000 еще в 1970 г., когда проследил их на контакте чегемской и хасаутской серий от р. Чегема до р. Малки. Казалось бы, после этого гипотетический покров следовало убрать с карт. Но этого не произошло. Забегая вперед, укажем, что Шаукольский покров фигурирует на геологической карте листа К-38-I , составленной в 2004 и переизданной в электронном варианте в 2013 г. [18].

Хасаутский покров явился результатом гипотетической [1] и не подтвердившейся параллелизации вулканогенной части разреза хасаутской серии с девоном Передового хребта.

Урлешский покров – продукт поспешной экстраполяции [1] частного тектонического контакта между урлешской свитой и хасаутской серией (известного А.П. Герасимову еще в начале ХХ века) на весь объем урлешской свиты. Заметим, что эта трактовка появилась, несмотря на наличие детального описания, опубликованного в ДАН СССР [11] стратиграфических соотношений урлешской свиты с подстилающими метаморфическими толщами. Сразу после публикации о покрове [1] академик В. Е. Хаин (МГУ) специально приезжал в СКГУ для осмотра нового тектонического объекта. В долину р. Хасаут его сопровождал Ю.Я. Потапенко, где в нескольких обнажениях продемонстрировал залегание песчаников урлешской свиты с базальным кварцевым конгломератом в основании на сланцах хасаутской серии.

Зона Передового хребта к началу 1990-х годов представлялась сторонникам тектоники плит как пакет тектонических покровов – границы практически всех свит были объявлены тектоническими. Наиболее известным и геологически значимым поныне остается офиолитовый покров [3], [33], выделенный первоначально в 1974 г. под названием Марухского [8]. В офиолитовый покров были включены подушечные лавы базальтов (касаевская и карабекская свиты), интрузивные породы архызского комплекса (габбро, диабазы) и массивы серпентинитов. Но концепт «офиолиты» у его авторов [15] имеет определенный генетический смысл – как ассоциация магматических пород, образующаяся при кристаллизационной дифференциации мощных подводных трещинных извержений магмы основного (базальтового) состава. К сожалению, на Северном Кавказе «жизнь» концепта «офиолиты» происходила преимущественно в ментальном пространстве энтузиастов покровной тектоники. Для того, чтобы эффузивные и интрузивные породы Передового хребта соответствовали последовательности залегания в классических офиолитах, изначально было допущено их опрокинутое залегание [3]. Такой вариант был принят, несмотря на то, что ему противоречили факты, убедительно описанные квалифицированными петрографами ленинградских институтов. В наиболее крупном Архызском массиве габбро откартированы [34] зоны лейко-, мезо- и меланократового габбро, возникшие при кристаллизационной дифференциации и находящиеся в нормальном, а не опрокинутом залегании.

Таким образом, суждение о присутствии в зоне Передового хребта опрокинутого покрова офиолитов изначально не было детерминировано фактическими данными. Не взирая на это и другие факты, свидетельствующие о нормльном залегании [21], [22], [23], офиолиты были и остались на многие годы доказательством существования на Большом Кавказе палеозойской океанической коры. Между тем классические офиолиты Западной Европы и Северной Африки не отождествляются с океанической корой. Здесь необходимо подчеркнуть и принципиальное различие между гипотезами возникновения покровов офиолитов Альп и Передового хребта. Образование первых убедительно объясняется гравитационным скольжением под влиянием силы тяжести внутри эвгеосинклинальных прогибов (например, Пиндского), развивающихся на континентальной коре. Офиолиты Передового хребта должны были выдвинуться из предполагаемого океанического бассейна и практически согласно лечь на среднепалеозойские вулканогенные и осадочные формации, причем в перевернутом виде. Механизм такого процесса пока не предложен.

В научном познания признано заметное влияние на получаемые выводы теоретических воззрений познающего субъекта. Примером глубокого воздействия теоретических представлений и используемой терминосистемы на создаваемую модель изучаемого объекта является монография Е.В. Хаина (Хаина младшего) [33]. В ней широко применяются термины покровной тектоники (покров, пластина, чешуя и т.д.), но спорный постулат об опрокинутом залегании офиолитов не упоминается и не обсуждается. Тело Марухского покрова Е.В. Хаин называет «мегапластиной офиолитов», различая в ней два покрова (снизу вверх): кремнисто-терригенный и, собственно, офиолитовый. Силурийский возраст породам нижнего покрова был придан путем включения в их состав двух местонахождений силурийских фтанитов, известных с 1970 г. (на правобережье р. Маруха и в балке Гидам на левобережье р. Теберда). Автор статьи [19] имеет опыт экспертизы подобных находок вдоль северной границы зоны Передового хребта; все они оказались происходящими из олистолитов силурийских кремнистых сланцев, включенных в терригенный субстрат (полянская и тоханская свиты) послесилурийского возраста.

В 1977 г. было опубликовано подробное описанием олистостромов, обнаруженных в Гарце Восточной Германии [36]. Там они залегают выше известняков верхнего девона и содержат олистолиты пород силура, девона и раннего карбона. Их образование относится к динанту (турне, визе), то-есть к тому же отрезку времени, что и тоханская свита Передового хребта, содержащая олистолиты силурийских, девонских и раннекаменноугольных пород. Упомянутые выше одиночные находки силурийской фауны по Гидаму и Марухе в свете данных по Германии логично также относить к олистолитам. Но тогда офиолитовый покров Передового хребта лишается главного аргумента его выделения.

На конференциях по геологии и полезным ископаемым Северного Кавказа (1991,1995) фигурировали, как и в 70-е годы, две принципиально различные точки зрения о происхождении метаморфических комплексов Большого Кавказа. Москвичи М.Л. Сомин, И.С. Красивская и др. считали гранитно-метаморфическое основание Большого Кавказа по составу энсиматическим, а по возрасту герцинским. Северокавказский идеолог тектоники плит Г.И. Баранов излагал другую модель формирования метаморфического ядра: в раннем карбоне произошло столкновение «догерцинских микроплит-террейнов – фрагментов раздробленного по сдвигам древнего микроконтинента» Тогда же образовались покровы: в Главном хребте – Дамхурцевский и Лаштракский, в Передовом хребте – Шаукольский, Тоханский, Кизилкольский, Марухский и Ацгаринский, в Хасаутской синформе – Хасаутский, Урлешский и Лахранский. В этот период при выделении покровов часто использовалась степень метаморфизма – смена минеральных парагенезисов, обусловленная первичным составом пород, выдавалась за скачок метаморфизма, обусловленных тектоническими причинами.

К началу 1990-х годов относится серия петрологических работ, посвященных метаморфическим комплексам Кавказа. В целом метаморфизм в пределах Большого Кавказа соответствует модели термально-флюидных куполов с явным максимумом в герцинском цикле, тогда как глубиинный метаморфизм субдукционных зон не проявлен [17]. Протолиты слюдяных сланцев и гнейсов зон Главного хребта и Бечасынской по химическому составу соответствуют алеврито-псаммитовым и пелитовым отложениям [32], амфиболитов буульгенской серии – базальт-андезито-базальтовой формация предорогенной стадии развития геосинклинали, а ортоамфиболиты макерской серии – базальт-трахибазальтовой формации зон тектоно-магматической активизации [9].

Четвертый этап. Этот этап мы условно начинаем с 1995 г., в котором произошло событие, примечательное для геологов Северного Кавказа – организация в г. Ессентуки Северо-Кавказской Региональной межведомственной стратиграфичекой комиссии (СК РМСК). В этом же году ВСЕГЕИ издает первый в мире Петрографический кодекс [16]. Оба события происходят после развала СССР, который стал также окончанием золотого века отечественной геологии. Геологическая служба в регионах стремительно сворачивалась, но ведущие геологические институты РФ по инерции еще продолжали свои теоретические разработки. В Ессентуках геологи-съемщики осуществляли переход картосоставительских работ на компьютерные технологии, продолжали готовить к изданию геологические карты среднего масштаба второго поколения. В 1991-2010 годы происходит сокращение полевых исследований и ликвидация разветвленной сети производственных геологических организаций Северного Кавказа.

Из новых фактических данных следует привести результаты, подтверждающие докембрийский возраст пород бечасынского комплекса. В долине р. Кубань в филлитовидных сланцах тубаллыкулакской свиты установлены [29] микрофоссилии, среди которых редкие колониальные (cf. Palaeoanacystis vulgaris Schopf) и нитевидные (Siphonophocus) формы, а также единичные мелкие сфероморфные окритархи (Margominuscula rugosa (Naum) Jank), характерные для отложений раннего-среднего рифея. По пробам, отобранным В.А. Семкиным и С.Г. Корсаковым в бассейне р. Кубань, А.Б. Котов (Институт геологии и геохронологии докембрия РАН) провел Sm-Nd и U-Pb изотопные исследования [27]. Полученные цифры модельного возраста (от 830до 1324 млн. лет), по мнению геологов [27], подтверждают наличие на Кубани трех тектонических пластин, выделенных [1]. Однако эти цифры также хорошо согласуются и с нашей структурно-стратиграфической схемой [22], согласно которой шаукольская, мораллыкольская, тубаллыкулакская и ташлыкольская свиты в кубанском пересечении находятся в опрокинутом залегании, а не образуют тектонические покровы.

На фоне сокращения финансирования геологической отрасли схемы стратиграфии метаморфических толщ Северного Кавказа испытали воздействие двух методических новшеств – составления региональных стратиграфических схем (РСС) и внедрения указаний Петрографического кодекса [16].

Составление региональных стратиграфических схем

Категория региональных СП является отличительной особенностью стратиграфических кодексов СССР и России. В Международном стратиграфическом справочнике [14] и в большинстве зарубежных кодексов такая категория СП отсутствует. Основной единицей региональных СП России является горизонт с географическим названием. Последовательность горизонтов образует унифицированные шкалы РСС. В условиях Кавказа выделение региональных СП оказалось реальным для тех отложений, которые достаточно детально охарактеризованы палеонтологически.

В феврале 1995 г. по предложению МСК при Департаменте природных ресурсов по Северо-Кавказскому региону (бывшее СКГУ) была учреждена Северо-Кавказская региональная межведомственная стратиграфическая комиссия (СК РМСК). Департамент определил следующий круг работ комиссии: «Апробация, утверждение в СК РМСК и МСК, публикация стратиграфических схем по отложениям, представленным в легендах Скифской и Кавказской серий листов Госгеолкарты-200». Возглавить комиссию в качестве председателя предложили Ю.Я. Потапенко. Я принял это предложение, так как во ФГУП «Кавказгеолсъемка» имелись квалифицированные геологи с многолетним опытом картирования разных отделов палеозоя и мезо-кайнозоя. Однако, когда я занялся комплектованием комиссии, выяснилось, что почти все эти специалисты в 1994 г. были уволены как достигшие пенсионного возраста. Кроме того, целевое назначение комиссии было сформулировано Департаментом неточно – основной задачей комиссии была разработка РСС, т.е. корреляция местных СП – обоснование группирования их в горизонты.

С большим трудом удалось получить согласие нескольких специалистов, только что переживших неожиданное увольнение, на составление РСС силурийских и девонских (Л.Д. Чегодаев), меловых (А.Н. Губкина) и палеогеновых (Е.И. Коваленко) отложений. Финансирование работ осуществлялось через общественную организацию «Ветеран-геологоразведчик» с длительными перерывами. Составление РСС силура [35] и девона оказалось возможным лишь потому, что ко времени создания СК РМСК Л.Д. Чегодаев завершил многолетние палеонтологические исследования палеозойских толщ Северного Кавказа. Итог этих работ, начатых в 1972 г. – увеличение числа точек местонахождений фауны и микрофауны в зоне Передового хребта с 40 до 400. Благодаря этому была разработаны детальные биостратиграфические шкалы и выделены 2 силурийских и 9 девонских региональных горизонтов.

Составление РСС докембрийских метаморфических образований Бечасынской зоны взяла на себя Кавказгеолсъемка, где с 1993 г. выполнялась соответствующая тематическая работа. Необычно длительный срок исполнения темы (1993-2001 гг.) был обусловлен неоднократными перерывами в финансировании и сменой состава исполнителей. В 2001 г. отчет по теме был рассмотрен СК РМСК, но не получил одобрения. Мотивация отрицательного заключения, сформулированная председателем СК РМСК Ю.Я. Потапенко, принята к сведению и опубликована МСК [26]. Однако ответственный исполнитель счел возможным опубликовать схему РСС в юбилейном сборнике экспедиции [30].

Кратко изложим главные недостатки РСС, предложенной ответственным исполнителем [30]. Назвав четыре блока принятой тектонической схемы [1] структурно-фациальными зонами (СФЗ), он совершил логическую ошибку, поскольку эти блоки включают заведомо разновозрастные части разреза бечасынского комплекса. В результате подмены понятия «тектонический блок» на понятие «СФЗ», составитель РСС занялся решением абсурдной задачи – корреляцией между собой разных по стратиграфическому положению и составу частей единой стратиграфической колонки. Упразднив бечасынский комплекс, чегемскую и хасаутскую серии предшественников, он предложил выделять 4 горизонта (снизу вверх) кестантинский, гижгитский, малкинский и шиджатмазский. В кестантинский горизонт оказались включены свиты чегемской и (отчасти) хасаутской серий, разные по составу и стратиграфическому положению. В основание разреза помещен впервые выделенный «харбазский комплекс» условно раннепротерозойского (?) возраста, к которому ошибочно отнесен фрагмент средней части разреза хасаутской серии. В целом выделенные горизонты не соответствуют содержанию понятия «региональное стратиграфическое подразделение» [26].

Петрографический кодекс и его влияние на состояние стратиграфических схем метаморфических образований

Публикация в 1995 г. Петрографического кодекса (ПК-95) [16] имела весьма существенные последствия для стратиграфических схем метаморфического основания Большого Кавказа. Напомним, что Стратиграфический кодекс издания 1977, 1992, 2006 годов допускал возможность выделения комплексов, серий и свит в метаморфических образованиях. В этом отношении СК-92 близок Международному стратиграфическому справочнику (МСС) [14,
С. 44]: «Литостратиграфическое подразделение может состоять из осадочных, изверженных или метаморфических пород или из их ассоциации». ПК-95 явился первым в мире опытом «составления петрографического кодекса, по праву равнозначного национальным стратиграфическим кодексам» [16, С.8]. Если в СК-92 основным региональным стратиграфическим подразделением (СП) принят «горизонт», то в ПК-95 в качестве регионального петрографического подразделения предложен «метаморфический комплекс». Он стал омонимом комплекса СК-92, являющегося наиболее крупным рангом в категории местных СП. К чему привело следование рекомендациям ПК-95, рассмотрим на примере Карачаево-Черкесской (или Бечасынской) зоны.

Большая часть этой зоны находится в пределах геологической карты листа К-38-I, второе издание которой выполнено в 2004 г., а электронное [18] – в 2013 г. Если до публикации ПК-95 в этой зоне выделялся один комплекс (бечасынский) и две серии (чегемская и хасаутская), подразделявшаяся на свиты, то в объяснительной записке к листу К-38-1 [18] в качестве свит сохранены лишь три самые верхние (слабо метаморфизованные), а остальные 15 свит переведены в метаморфические комплексы с теми же географическими названиями. Тем самым геологические тела, относившиеся к третьему рангу категории местных СП (к свитам), переведены в категорию региональных петрографических подразделений. Такая операция в теории познания и в лингвистике относится к логическим ошибкам, так как нарушает законы семиотики – правила отношений между объектами отражения (в данном случае – геологическими телами) и обозначающими их знаками.

В ПК-95 явно недостает рангов петрографических тел, более мелких и более крупных, чем комплекс. Так, составители объяснительной записки к карте [18] использовали термины «подкомплекс» и «серия», отсутствующие в ПК-95. Они сохранили одну из «старых» (стратиграфических) серий, разделив её на две («хасаутская серия метаморфизованная» и «хасаутская серия метаморфическая») и выделили 6 новых серий, объединив в них метаморфические комплексы в пределах тектонических блоков. Но разломы, разделяющие блоки, являются постседиметационными, послескладчатыми и постметаморфическими, т.е. случайными по отношению к вещественному составу СП. В итоге описание ранее единого бечасынского стратиграфического комплекса оказалось в двух разделах. В раздел «Стратиграфия» помещены три самые верхние свиты протерозоя. Все более древние свиты, переведенные в метаморфические комплексы, описываются в разделе «Метаморфические образования» и не по их последовательности в разрезе, а по тектоническим блокам. Причем последним в тексте охарактеризован блок с комплексами, соответствующими самым древним свитам бывшего бечасынского комплекса. Но это знает лишь автор данной статьи, который когда-то все эти свиты (комплексы) откартировал [20], [22], [24]. Стороннему читателю могут также помочь разобраться в обсуждаемом эклектическом описании метаморфитов [20] публикации Д.С Кизевальтера [10] и И.С. Красивской [11], [12].

Таким образом, одна и та же организация одновременно представила два описания одного и того же объекта (метаморфического основания Большого Кавказа) в двух вариантах. Термины «комплекс» и «серия» превратились в омонимы: в СК-92 комплекс делится на серии, а в объяснительной записке к листу К-38-1 комплексы объединены в серии.

Вызывает вопросы и проблема возрастной индексации метаморфических комплексов. ПК-95 призывает четко различать возраст исходных пород (протолита) и возраст метаморфизма [16, Статья IV.3]. Пока геолог расчленял метаморфические образования Карачаево-Черкесской зоны на СП (свиты), он индексировал их протерозоем (PR) независимо от степени и времени метаморфизма, потому что все они залегают ниже свиты с кембрийской фауной. Но когда протерозойскую свиту (например, шаукольскую) переводят в категорию метаморфических комплексов, возникает вопрос об индексации: известно, что шаукольский комплекс (в виде сланцев с порфиробластами альбита) возник в раннем карбоне, а в протерозое таких пород и такого комплекса не существовало.

Заключение

  1. Введение Стратиграфическим кодексом СССР (1977 г.) иерархической системы местных стратонов (комплекс, серия, свита) сыграло положительную роль: геологи перешли к картированию свит; при детализации исследований многие свиты переводились в серии, что позволяло сохранять преемственность в исследованиях и облегчало пользование работами предшественников. Важное значение имела и воможность использовать иерархию стратонов в метаморфических породах.
  2. До 1970 годов в полевых исследованиях на Кавказе преобладал тщательный описательно-индуктивный подход, позволивший создать детальные стратиграфические схемы, и выделить два самостоятельных тектонических геосинклинальных цикла. Байкальский цикл обнаруживает формационное сходство с рифеем-вендом Урала, а палеозойский – с герцинидами Урала и Средней Европы. Только среднепалеозойские метаморфические толщи оказались достаточно палеонтологически охарактеризованными для составления полноценных региональных стратиграфических схем.
  3. На разных этапах изучения метаморфических толщ Северного Кавказа отчетливо проявилось влияние теоретических воззрений исследователей на сбор и интерпретацию фактического материала.

После 1970 г. произошел коренной пересмотр стратиграфии и структуры метаморфитов Кавказа с позиций тектоники плит. В этом процессе наиболее активно проявили себя геологи СКГУ и Грузии, пришедшие к выводу, что доальпийское основание Кавказа представляет собой скопление микроплит-террейнов и пакетов покровов. Московская геологическая школа заняла более осторожную позицию, опираясь на результаты своих детальных исследований структурной эволюции метаморфических комплексов.

  1. Самостоятельную проблему представляют тектонические покровы, выделенные во множестве в 70-е годы. Наиболее известные из них не подтвердились полевыми наблюдениями (Шаукольский, Урлешский) и игнорируют факты кристаллизационной дифференциации (Офиолитовый), но продолжают фигурировать на картах и в публикациях.
  2. Издание в 1995 г. Петрографического кодекса, наделенного равными правами со Стратиграфическим кодексом, привело к возникновению омонима «комплекс», искажению традиционных местных стратиграфических схем и совмещению двух этапов изучения геологических объектов – понятийного и модельного.
Конфликт интересов

Не указан.

Conflict of Interest

None declared.

Список литературы / References

  1. Баранов Г.И. Стратиграфия, магматизм и тектоника Большого Кавказа на докембрийском и палеозойском этапах развития / Г.И. Баранов, С.М. Кропачев // Геология Большого Кавказа. – М.: Недра, – 1976. – С. 45-153.
  2. Белов А.А. Историко-тектоническая интерпретация гранито-гнейсовых массивов Альпийской складчатой области / А.А. Белов, А.Л. Книппер, С.Б. Руженцев // Тектоника срединных массивов. Тез. Докладов. – М.:МГУ, 1974. – С. 28-29.
  3. Белов А.А. Офиолитовый аллохтон Передового хребта. Геодинамика Кавказа /А.А. Белов, В.Л. Омельченко // – М.: Наука,1989. – С. 69-72.
  4. Геология Большого Кавказа / Ред. Г.Д. Ажгирей. /Г.Д. Ажгирей и др.// – М.: Недра, 1976. – 263 с.
  5. Геология СССР. Т. IX. Северный Кавказ. Часть 1. М.-Л. ,1947. – 600 с.
  6. Геология СССР. Т. IX. Северный Кавказ. Часть 1.М.: Недра, 1968. – 759 с.
  7. Гертнер Г.-Р. Среднеевропейские герциниды. / Г.-Р. Гертнер, А Ватцнауер // Тектоника Европы. Объяснительная записка к международной тектонической карте Европы масштаба 1:2 500000 // – М.:Недра., 1964. – С.161-179.
  8. Греков И.И. Марухский покров в палеозое Северного Кавказа / И.И. Греков и др.// – Сов. геология, 1974, №1. – С. 77-85.
  9. Закруткин В.В. О необходимости поисков нетрадиционных метолов стратиграфической корреляции толщ докембрийских метапород Северного Кавказа /В.В. Закруткин // Проблемы геологии докембрия Юга России //. – Новочеркасск: ЮРГТУ, 2003. – С.6-14.
  10. Кизевальтер Д.С. Стратиграфическое расчленение метаморфических толщ Центрального Кавказа. / Д.С. Кизевальтер// – Труды Кавк. экспедиции ВАГТ и МГУ, 1960, т.2. – С. 67-116.
  11. Красивская И.С. О соотношении силурийских и подстилающих мх отложений на Северном Кавказе /И.С. Красивская// – ДАН СССР, т. 138, № 3.1961.
  12. Красивская И.С, Новые данные по стратиграфии метаморфических сланцев среднего течения р. Малки / И.С. Красивская// – -ДАН СССР, 1961,т. 138,№ 4. – С.906-909.
  13. Кропачев С.М. К стратиграфии среднего палеозоя зоны Передового хребта между реками Даут и Малая Лаба / С.М. Кропачев// – Труды Кавк. экспедиции МГУ, 1963. Т. 3.- С.253-274.
  14. Международный стратиграфический справочник. М.: Мир. 1978, 226 с.
  15. Обуэн Ж. Геосинклинали. Проблемы происхождения и развития /Ж. Обуэн // – М.: Мир. 1967. – 302 с.
  16. Петрографический кодекс. Магматические и метаморфические образования. СПб: ВСЕГЕИ, 1995. – 128 с.
  17. Петрология метаморфических комплексов Большого Кавказа / Д.М. Шенгелиа и др.// – М.:Наука, 1991. – 232 с.
  18. Письменный А.Н. Государственная геологическая карта Российской Федерации масштаба 1:200 000. Издание второе. Серия Кавказская. Лист К-38-I,VII (Кисловодск). Объяснительная записка /А.Н. Письменный и др.//, 2013. – 365 с.
  19. Потапенко Ю.Я. Об олистолитах силурийских фтанитов и северном офиолитовом шве зоны Передового хребта Северного Кавказа /Ю.Я. Потапенко// – ДАН СССР, 1980, том 253, № 5. – С. 1189-11-91.
  20. Потапенко Ю.Я. Стратиграфия и структура додевонских комплексов Северного Кавказа / Ю.Я. Потапенко//. Тбилиси: Мецниереба, 1982. – 169 с.
  21. Потапенко Ю.Я. Соотношение складчатых и покровных структур Большого Кавказа. Тектоника и геодинамика континентальной литосферы. Материалы ХХХVI Тектонического совещания. Том 2./Ю.Я. Потапенко//. – М.: ГЕОС. 2003.- С. 128-131.
  22. Потапенко Ю.Я. Геология Карачаево-Черкесии/ Ю.Я. Потапенко//. Карачаевск: КЧГУ, 2004. – 153 с.
  23. Потапенко Ю.Я. Офиолиты Передового хребта Северного Кавказа: аллохтон или автохтон? Геодинамика Кавказа / Ю.Я. Потапенко, Г.А. Михеев// – М.: Наука,1989. – С. 63-69.
  24. Потапенко Ю.Я. Новые данные о кембрийских отложениях Северного Кавказа /Ю.Я. Потапенко, С.П. Момот// – ДАН СССР,165, т.164, № 3. – С.648-650.
  25. Потапенко Ю.Я. О первой находке органических остатков в метаморфическом комплексе Главного Кавказского хребта / Ю.Я Потапенко, Г.А. Стукалина// – ДАН СССР. 1971.Т.198, №5. – С.1161-1162.
  26. Потапенко Ю.Я. Северо-Кавказская региональная межведомственная стратиграфическая комиссия / Ю.Я. Потапенко, Н.Л. Энна// Результаты деятельности региональных межведомственных стратиграфических комиссий. Выпуск 39.. СПб: МСК, 2010. – С. 18-28.
  27. Семкин В.А. Результаты самарий-неодимовых и уран-свинцовых изотопных исследоваемй пород Бечасынской зоны Центрального Кавказа. Проблемы геологии и геоэкологии Юга России и Кавказа. Том 3. / В.А. Семкин и др.// – Новочеркасск:НГТУ, 1997. –С. 42-44.
  28. Сомин М.Л. Доюрское основание Главного хребта и южного склона Большого Кавказа /М.Л. Сомин// М.:Наука, 1971.- 246 с.
  29. Снежко В.А. Первая находка органических остатков в метаморфитах Бечасынской зоны /В.А. Снежко, М.Ю. Белова//. Проблемы геологии докембрия Юга России. Новочеркасск: ЮРГТУ, 2003. – С.84-86.
  30. Снежко В.А. Рифейские стратифицированные образования Карачаево-Черкесской зоны Центрального Кавказа /В.А. Снежко// Региональная геология и металлогения. № 25, СПб: ВСЕГЕИ. 2005. – С. 87-98.
  31. Стратиграфический кодекс. Издание второе, дополненное. Санкт-Петербург: МСК. 1992. – 120 с.
  32. Усик В.И. Кристаллические сланцы и гнейсы макерской серии Главного Кавказского хребта /В.И. Усик, Ю.Я. Потапенко // Российская АН. Серия геологическая, № 2, 1992. – С. 39-53.
  33. Хаин Е.В. Офиолиты и герцинская покровная структура Передового хребта Северного Кавказа / Е.В. Хаин//. М.: Наука, 1984. – 95 с.
  34. Хильтов Ю.Н. Геология и петрология Архызского интрузивного комплекса (Северный Кавказ) /Ю.Н. Хильтов//. Л.:АН СССР, 1959.
  35. Чегодаев Л.Д. Региональная стратиграфическая схема силурийских отложений Северного Кавказа. Утверждена МСК 2 февраля 2001 г./Л.Д. Чегодаев и др.// Ессентуки: ФГУГП Кавказгеолсьемка, СК РМСК, 2001. – 32 с.
  36. Шваб М. Строение и тектоническое развитие Гарца /М. Шваб//. Тектоника варисцид Средней Европы и СССР. М.: Наука, 1977. – С. 7-52.
  37. Ящинин С.Б. Геология, металлогения, минеральные ресурсы Северного Кавказа в начале ХХI века /С.Б. Ящинин//. Минеральные Воды: ОАО «КАВКАЗГЕОЛОГИЯ», 2008. -197 с.

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Baranov G. I. Stratigrafija, magmatizm i tektonika Bol’shogo Kavkaza na dokembrijskom i paleozojskom jetapah razvitija [Stratigraphy, magmatism and tectonics of the greater Caucasus in the Precambrian and Paleozoic stages of development] /G. I. Baranov, S. M. Kropachev // Geologija Bol’shogo Kavkaza [Geology of the greater Caucasus] // – M.: Nedra, in 1976. – Pp. 45-153. [in Russian]
  2. Belov A. A. Istoriko-tektonicheskaja interpretacija granito-gnejsovyh massivov Al’pijskoj skladchatoj oblasti [Historical and tectonic interpretation of granite-gneiss massifs of the Alpine orogen. Tectonics of the middle massifs. TEZ. Reports] / A. A. Belov, A. L. Knipper, S. B. Ruzhentsev/ / Moscow: MSU, 1974. – Pp. 28-29. [in Russian]
  3. Belov A. A. Ofiolitovyj allohton Peredovogo hrebta. Geodinamika Kavkaza [Ophiolite allochthon of the Forward ridge. Geodynamics of the Caucasus] / A. A. Belov, V. L. Omelchenko / / – Moscow: Nauka, 1989. – Pp. 69-72. [in Russian]
  4. Geologija Bol’shogo Kavkaza [Geology of the Greater Caucasus] / Ed. G.D. Azhgirej. /G.D. Azhgirej et al.// – M.: Nedra, 1976. – 263 p. [in Russian]
  5. Geologija SSSR. T. IX. Severnyj Kavkaz [Geology of the USSR, Vol. IX. North Caucasus]. Part 1. M.-L., 1947. – 600 p. [in Russian]
  6. Geologija SSSR. T. IX. Severnyj Kavkaz [Geology of the USSR, Vol. IX. North Caucasus]. Part 1. Moscow: Nedra, 1968. – 759 p. [in Russian]
  7. Gertner G.-R. Sredneevropejskie gercinidy [Central European hercynides]. / G.-R. Gertner, And Wittnauer // Tektonika Evropy. Ob#jasnitel’naja zapiska k mezhdunarodnoj tektonicheskoj karte Evropy masshtaba 1:2 500 000 [Tectonics Of Europe. Explanatory notes to the international tectonic map of Europe scale 1:2 500 000] // M.:Nedra., 1964. – P. 161-179. [in Russian]
  8. Grekov, I. I. Maruhskij pokrov v paleozoe Severnogo Kavkaza [Marukhi cover Paleozoic of the Northern Caucasus] / I. I. Grekov et al.// Owls. Geology, 1974, No. 1. – P. 77-85. [in Russian]
  9. Zakrutkin V. V. O neobhodimosti poiskov netradicionnyh metolov stratigraficheskoj korreljacii tolshh dokembrijskih metaporod Severnogo Kavkaza [on the need to search for unconventional metols of stratigraphic correlation of the thickness of Precambrian metapods of the North Caucasus. Problems of Precambrian Geology in the South of Russia] / V. V. Zakrutkin//. – Novocherkassk: yurstu, 2003. – P. 6-14. [in Russian]
  10. Kizevalter D. S. Stratigraficheskoe raschlenenie metamorficheskih tolshh Central’nogo Kavkaza. / D.S. Kizeval’ter [Stratigraphic dissection of metamorphic strata of the Central Caucasus]. / D. S. Kizevalter // Trudy Kavk. jekspedicii VAGT i MGU [Proceedings of the Kavk. expeditions of VAGT and MSU], 1960, vol. 2. – Pp. 67-116. [in Russian]
  11. Krasivskaya I. S. O sootnoshenii silurijskih i podstilajushhih mh otlozhenij na Severnom Kavkaze [On the ratio of Silurian and underlying moss deposits in the North Caucasus] /I. S. Krasivskaya // – DAN USSR, vol. 138, no. 3.1961. [in Russian]
  12. Krasivsky I. Novye dannye po stratigrafii metamorficheskih slancev srednego techenija r. Malki [New data on the stratigraphy of the metamorphic slates of the middle reaches of the river Malka] / I. S. Krasivsky// – -DAN SSSR, 1961,vol. 138, No. 4. – Pp. 906-909. [in Russian]
  13. Kropachev S. M. K stratigrafii srednego paleozoja zony Peredovogo hrebta mezhdu rekami Daut i Malaja Laba [To the stratigraphy of middle Paleozoic zone of Excellence-ridge between the rivers Daut and Malaya Laba] / S. M. Kropachev // Trudy Kavk. jekspedicii MGU [Works Kavko. Moscow state University expeditions], 1963. Vol. 3. – P. 253-274. [in Russian]
  14. Mezhdunarodnyj stratigraficheskij spravochnik [International stratigraphic Handbook]. Moscow: Mir. 1978, 226 p. [in Russian]
  15. Abuan J. Geosinklinali. Problemy proishozhdenija i razvitija [Geosynclines. The problem of the origin and development] /J. Obuen / / – Moscow: Mir. 1967. – 302 p. [in Russian]
  16. Petrograficheskij kodeks. Magmaticheskie i metamorficheskie obrazovanija [Petrographic code. Igneous and metamorphic formations]. Saint Petersburg: VSEGEI, 1995. – 128 p. [in Russian]
  17. Petrologija metamorficheskih kompleksov Bol’shogo Kavkaza [Petrology of metamorphic complexes of the Greater Caucasus (Shengelia D. M., Korikovsky S. P. Chichinadze G. L, etc.)] / D. M. Shengelia et al. // Moscow: Nauka, 1991. – 232 p [in Russian]
  18. Written A. N. Gosudarstvennaja geologicheskaja karta Rossijskoj Federacii masshtaba 1:200 000 [State geological map of the Russian Federation scale 1: 200 000]. Second edition. Caucasian Series. Sheet K-38-I, VII (Kislovodsk). Explanatory note / A. N. Written and others//, 2013. – 365 p. [in Russian]
  19. Potapenko Y. Ob olistolitah silurijskih ftanitov i severnom ofiolitovom shve zony Peredovogo hrebta Severnogo Kavkaza [About olistolith Silurian frantov and Northern ophiolitic suture zone of the Advanced ridge of the North Caucasus] /J. I. Potapenko// DAN SSSR, 1980, vol 253, No. 5. – P. 1189-1191. [in Russian]
  20. Potapenko, Yu. Ya. Stratigrafija i struktura dodevonskih kompleksov Severnogo Kavkaza [Stratigraphy and structure of pre-Devonian complexes of the North Caucasus] / J. I. Potapenko//. Tbilisi: Metsniereba, 1982. – 169 p. [in Russian]
  21. Potapenko Yu. Ya. Sootnoshenie skladchatyh i pokrovnyh struktur Bol’shogo Kavkaza. Tektonika i geodinamika kontinental’noj litosfery. Materialy HHHVI Tektonicheskogo soveshhanija [Correlation of folded and cover structures of the Greater Caucasus. Tectonics and geodynamics of the continental lithosphere. Materials of the XXXXI Tectonic meeting]. Volume 2. / Yu. ya. Potapenko // – Moscow: GEOS. 2003. – Pp. 128-131. [in Russian]
  22. Potapenko Yu. Ya. Geologija Karachaevo-Cherkesii [Geology Of Karachay-Cherkessia] / Yu. Ya. Potapenko//. Karachayevsk: KCHSU, 2004. – 153 p. [in Russian]
  23. Potapenko Yu. Ya. Ofiolity Peredovogo hrebta Severnogo Kavkaza: allohton ili avtohton? Geodinamika Kavkaza [Ophiolites of the Forward ridge of the North Caucasus: allochthon or autochthon? Geodynamics Of The Caucasus] / Y. Potapenko, G. A. Mikheev// – M.: Nauka,1989. – P. 63-69. [in Russian]
  24. Potapenko, Yu. Ya. Novye dannye o kembrijskih otlozhenijah Severnogo Kavkaza [New data on Cambrian deposits of the Northern Caucasus] /J. I. Potapenko, S. P. Momot// DAN SSSR,165, vol. 164, No. 3. – P. 648-650. [in Russian]
  25. Potapenko Yu. Ya. O pervoj nahodke organicheskih ostatkov v metamorficheskom komplekse Glavnogo Kavkazskogo hrebta [On the first finding of organic remains in the metamorphic complex of the Main Caucasian ridge] /Yu.Potapenko, G. A. stukalina // – DAN SSSR. 1971. Vol. 198, No. 5. – P. 1161-1162. [in Russian]
  26. Potapenko Yu. Ya. Severo-Kavkazskaja regional’naja mezhvedomstvennaja stratigraficheskaja komissija [North Caucasus regional interdepartmental stratigraphic Commission] / Yu. Ya. Potapenko, N. L. Enna// Rezul’taty dejatel’nosti regional’nyh mezhvedomstvennyh stratigraficheskih komissij [Results of activities of regional interdepartmental stratigraphic commissions]. Issue 39 .. SPb: Moscow time, 2010. – P. 18-28. [in Russian]
  27. Semkin V. A. Rezul’taty samarij-neodimovyh i uran-svincovyh izotopnyh issledovaemj porod Bechasynskoj zony Central’nogo Kavkaza. Problemy geologii i geojekologii Juga Rossii i Kavkaza [Results of samarium-neodymium and uranium-lead isotope studies of rocks in the Bechasyn zone of the Central Caucasus. Problems of Geology and Geoecology of the South of Russia and the Caucasus]. Volume 3. / V. A. Semkin et al. // – Novocherkassk:NSTU, 1997. — Pp. 42-44. [in Russian]
  28. Somin M. L. Dojurskoe osnovanie Glavnogo hrebta i juzhnogo sklona Bol’shogo Kavkaza [Pre-Jurassic base of the Main ridge and southern slope of the Greater Caucasus] / M. L. Somin // Moscow: Nauka, 1971. – 246 p. [in Russian]
  29. Snezhko V. A. Pervaja nahodka organicheskih ostatkov v metamorfitah Bechasynskoj zony [First finding of organic remains in metamorphites of the Bechasyn zone] /V. A. Snezhko, M. Yu. Belova // Problemy geologii dokembrija Juga Rossii [Problems of Precambrian Geology in Southern Russia]. Novocherkassk: yurstu, 2003, Pp. 84-86. [in Russian]
  30. Snezhko V. A. Rifejskie stratificirovannye obrazovanija Karachaevo-Cherkesskoj zony Central’nogo Kavkaza [Riphean stratified formations of the Karachay-Cherkess zone of the Central Caucasus] /V. A. Snezhko // Regional’naja geologija i metallogenija [Regional Geology and metallogeny]. No. 25, Saint Petersburg: VSEGEI. 2005. – Pp. 87-98. [in Russian]
  31. Stratigraficheskij kodeks [Stratigraphic code]. Second edition, updated. Saint Petersburg: Moscow time, 1992. – 120 p. [in Russian]
  32. Usyk V. I. Kristallicheskie slancy i gnejsy makerskoj serii Glavnogo Kavkazskogo hrebta [Crystal shales and gneisses of the makerskaya series of the Main Caucasian ridge] /V. I. Usyk, Yu. Ya. Potapenko // Rossijskaja AN. Serija geologicheskaja [Russian Academy of Sciences. Geological series], No. 2, 1992, Pp. 39-53. [in Russian]
  33. Khain E. V. Ofiolity i gercinskaja pokrovnaja struktura Peredovogo hrebta Severnogo Kavkaza [Ophiolites and the Hercynian cover structure of the Forward ridge of the North Caucasus] / E. V. Khain // Moscow: Nauka, 1984. – 95 p. [in Russian]
  34. Khiltov Yu. N. Geologija i petrologija Arhyzskogo intruzivnogo kompleksa (Severnyj Kavkaz) [Geology and Petrology of the Arkhyz Intrusive complex (North Caucasus)] / Yu. N. Khiltov// L.:USSR Academy of Sciences, 1959. [in Russian]
  35. Chegodaev L. D. Regional’naja stratigraficheskaja shema silurijskih otlozhenij Severnogo Kavkaza. Utverzhdena MSK 2 fevralja 2001 g [Regional stratigraphic scheme of the Silurian deposits of the North Caucasus. Approved by the MSK on February 2, 2001] / L. D. Chegodaev et al. // Essentuki: FGUGP Kavkazgeolsemka, SK RMSK, 2001. – 32 p. [in Russian]
  36. Shvab M. Stroenie i tektonicheskoe razvitie Garca [Structure and tectonic development of the Harz] /M. Schwab // Tektonika variscid Srednej Evropy i SSSR [Tectonics of variscid Middle Europe and the USSR]. M.: Nauka, 1977. – Pp. 7-52. [in Russian]
  37. Yashchinin S. B. Geologija, metallogenija, mineral’nye resursy Severnogo Kavkaza v nachale HHI veka [Geology, metallogeny, mineral resources of the North Caucasus at the beginning of the XXI century] / S. B. Yashchinin//. Mineral Water: JSC “KAMCHATGEOLOGIA”, 2008. -197 P. [in Russian]

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.