Pages Navigation Menu
Submit scientific paper, scientific publications, International Research Journal | Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2020.92.2.049

Download PDF ( ) Pages: 67-73 Issue: № 2 (92) Part 2 () Search in Google Scholar
Cite

Cite


Copy the reference manually or choose one of the links to import the data to Bibliography manager
Fedotova V.A. , "HEALTH-SAVING BEHAVIOR MODEL IN DIFFERENT GENERATIONS OF RUSSIANS". Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal (International Research Journal) № 2 (92) Part 2, (2020): 67. Thu. 20. Feb. 2020.
Fedotova, V.A. (2020). MODELY ZDOROVYESBEREGAYUSCHEGO POVEDENIYA U RAZNYH POKOLENIY ROSSIYAN [HEALTH-SAVING BEHAVIOR MODEL IN DIFFERENT GENERATIONS OF RUSSIANS]. Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal, № 2 (92) Part 2, 67-73. http://dx.doi.org/10.23670/IRJ.2020.92.2.049
Fedotova V. A. HEALTH-SAVING BEHAVIOR MODEL IN DIFFERENT GENERATIONS OF RUSSIANS / V. A. Fedotova // Mezhdunarodnyj nauchno-issledovatel'skij zhurnal. — 2020. — № 2 (92) Part 2. — С. 67—73. doi: 10.23670/IRJ.2020.92.2.049

Import


HEALTH-SAVING BEHAVIOR MODEL IN DIFFERENT GENERATIONS OF RUSSIANS

МОДЕЛЬ ЗДОРОВЬЕСБЕРЕГАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ У РАЗНЫХ ПОКОЛЕНИЙ РОССИЯН

Научная статья

Федотова В.А. *

Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Пермь, Россия

* Корреспондирующий автор (vera_goldyreva[at]mail.ru)

Аннотация

Основная цель представленного исследования заключается в разработке модели здоровьесберегающего поведения разных поколений россиян. На формирование установок по отношению к здоровью оказывают влияние индивидуальные ценности индивида, факторы субъективного экономического благополучия и внутренняя мотивация сохранения и укрепления здоровья. В качестве респондентов выступили молодые россияне в возрасте от 18-25 лет (574 чел.); 293 чел. – представителей поколений X (1963-1984 гг. рождения) и 184 респондента 1943-1963 гг. рождения. В ходе реализации исследования были использованы: методика PVQ-R Ш. Шварца [12], методика «Ваш стиль жизни» [4] и методика «Субъективное экономическое благополучие» [11]. Установки молодежи относительно здоровья более позитивные, чем у представителей других поколений россиян. Ценность «Самостоятельность: мысли» является универсальной для всех поколений россиян в структуре формирования установок по отношению к здоровью. При этом наибольшую роль в формировании установок по отношению к здоровью у представителей поколения Y играют ценности индивидуализма, а у поколения «беби-бумеров», традиционные ценности. Факторы субъективного экономического благополучия и внутренняя мотивация сохранения здоровья также влияют на формирование установок относительно ЗОЖ, причем социальный и познавательный аспекты отношения к здоровью больше выражены в структуре здоровьесберегающего поведения у представителей поколения «беби-бумеров».

Ключевые слова: отношение к здоровью, компоненты отношения к ЗОЖ, поведенческий компонент культуры, ценности, экономические установки, субъективное экономическое благополучие, финансовая депривированность.

HEALTH-SAVING BEHAVIOR MODEL IN DIFFERENT GENERATIONS OF RUSSIANS

Research article

Fedotova V.A. *

National Research University, Higher School of Economics, Perm, Russia

* Corresponding author (vera_goldyreva[at]mail.ru)

Abstract

The main objective of the presented work is to develop a model of health-saving behavior of different generations of Russians. The formation of attitudes towards health is influenced by the individual values of an individual and the factors of subjective economic well-being and intrinsic motivation for maintaining and strengthening health. The respondents were young Russians of the age of 18-25 (574 people); 293 people were the representatives of generations X (born in 1963-1984) and 184 of the respondents were born in 1943-1963. The following methods were used in the study: S. Schwartz’s PVQ-R method [12], the “Your lifestyle” method [4] and the “Subjective economic well-being” method [11]. The attitudes of young people toward health are more positive than those of other generations of Russians. The value of “Autonomy: thoughts” is universal for all generations of Russians in the structure of the formation of attitudes towards health. At the same time, the values of individualism play the largest role in the formation of attitudes towards health among the representatives of generation Y, and the traditional values in the baby boomer generation. The factors of subjective economic well-being and intrinsic motivation for maintaining health also influence the formation of attitudes regarding healthy lifestyles, and the social and cognitive aspects of attitudes toward health are more pronounced in the structure of health-saving behavior among representatives of the baby boomer generation.

Keywords: attitude to health, components of attitude to healthy lifestyles, the behavioral component of culture, values, economic attitudes, subjective economic well-being, financial deprivation. 

Введение

Одной из областей социальной реальности, а также важнейшей сферой жизнедеятельности общества, подлежащей социальному конструированию, является общественное здоровье [5]. Общественное здоровье (здоровье населения) – это интегрированное выражение динамики индивидуальных уровней здоровья всех членов общества. С одной стороны, оно отражает степень вероятности для каждого человека достижения максимального уровня здоровья и творческой работоспособности на протяжении максимально продленной индивидуальной жизни. С другой стороны, характеризует жизнеспособность всего общества как социального организма и его возможности гармоничного роста и социально-экономического развития. Так, эксперты Всемирной организации здравоохранения считают, что общественное здоровье зависит на 20% от наследственности и биологических особенностей организма, а на 80% — от социально-экологических, социально-экономических и собственно социальных факторов [5]. В психологии понятие «здоровье» определяется в первую очередь через здоровое поведение и отсутствие стресса [3], [8]. Ориентируясь на это, мы будем рассматривать установки на здоровье в контексте, прежде всего, здоровьесберегающего поведения. Само понятие модели здоровьесберегающего поведения отражает взаимосвязь образа жизни и отношения к здоровью человека. Это понятие отражает многообразие индивидуальных связей личности с окружающим миром, которые могут как положительно сказаться на здоровье человека, так и иметь отрицательный характер. Отношение к здоровью является важным фактором формирования здоровьесберегающего поведения [7]. Деятельность человека, направленная на формирование здоровьесберегающего поведения, по мнению ученых, может рассматриваться на трех уровнях: когнитивном, эмоциональном и мотивационно-поведенческом [6]. Стоит отметить тот факт, что проблема формирования модели здоровьесберегающего поведения является мало изученной темой в российской науке, на данный момент нет единого подхода к определению уровней модели и предикторов здоровьесберегающего поведения.

Цель представленного исследования заключается в разработке модели здоровьесберегающего поведения разных поколений россиян. На формирование установок по отношению к здоровью влияют индивидуальные ценности, факторы субъективного экономического благополучия и внутренняя мотивация сохранения здоровья (см. рис. 1). Мотивация здорового образа жизни занимает центральное место в формировании и сохранении здоровья каждого человека. Под мотивацией такого поведения понимается осознание человеком личной ответственности и необходимости заботиться о здоровье как основе активной жизнедеятельности, гармоничного развития и успешной профессиональной самореализации. При отсутствии мотивации у человека любые мероприятия по сохранению здоровья будут слабо эффективны или вообще не результативны.

20-02-2020 18-13-30

Рис. 1 – Модель формирования установок по отношению к здоровью

 

Кроме внутренней мотивации на установки по отношению к здоровью влияют индивидуальные ценности. В настоящее время в психологии существует множество исследований, указывающих на то, что индивидуальные ценности в значительной степени влияет не только на экономическое развитие, но и на состояние физического и психического здоровья популяции, например, на продолжительность жизни или субъективное ощущение благополучия и счастья. Однако до сих пор остается недостаточно изученным, какие культурно-специфические и социально-психологические факторы лежат в основе этого влияния. Проблема здоровья каждой личности связана с формированием ее жизнестойкости и жизнеспособности всего населения. Жизнеспособность нации напрямую зависит от состояния здоровья населения. Оплата труда формирует эффективную трудовую мотивацию, и является важнейшим стимулом подъема жизнеспособности нации [2]. Стоит отметить тот факт, что на Западе активно развивается новое исследовательское направление – «салютогенез», занимающееся источниками физического, душевного и духовного здоровья. В России же пока зачастую лишь констатируется противоречие между прогрессирующим ухудшением здоровья населения, обусловленным в значительной степени преобладанием негативных аспектов самосохранительного поведения населения, и потребностью общества в изменении отношения к здоровью на уровне индивидуального и общественного сознания.

Результаты исследования

Цель представленного исследования заключается в разработке модели здоровьесберегающего поведения разных поколений россиян. В более ранних исследованиях, нами были выявлены межпоколенные различия в ценностях, факторах субъективного экономического благополучия и установках по отношению  к здоровью [8], [9]. Сбор данных представленного исследования осуществлялся в период с 2017 по 2018 гг. Всего было опрошено 574 молодых респондента  в возрасте от 18-25 лет – представителей поколения Y (дата рождения 1984-2000); 293 чел. – представителей поколений X (1963-1984) и 184 респондента 1943-1963 годов рождения, так называемых «беби-бумеров». В качестве основы классификации поколений, был выбран подход социологов Ю. А. Левады, В. В. Гаврилюка, Н. А. Трикозы и психологов Е. М. Шамис и А. Антипов [1]. Социально-демографические характеристики респондентов представлены в таблице, 1.

Таблица 1 – Характеристика выборки исследования

Респонденты Представители поколения Y Представители поколения X Представители поколения

«беби-бумеров»

Количество 574 293 184
Мужчины (чел.) 247 124 71
Женщины (чел.) 327 169 113
Средний возраст Макс – 34

Мин – 18

Ср. Возраст – 27

Макс – 55

Мин – 34

Ср. Возраст – 45

Макс – 75

Мин – 55

Ср. Возраст – 63

 

В качестве методического инструментария были использованы: методика PVQ-R Ш. Шварца [12], методика «Ваш стиль жизни» [4] и методика «Субъективное экономическое благополучие» [11].

Чтобы иметь представление о факторах, лежащих в основе здоровьесберегающего поведения разных поколений россиян, был проведен факторный анализ по методу главных компонент при обработке данных опросников вышеуказанных опросников. Стоит отметить тот факт, что ранее нами было проведено исследование [8], [9] в ходе которого были выявлены межпоколенные различия в ценностях, экономических установках и установках по отношению к здоровью. Переменные, по которым были выявлены различия и были включены в последующий анализ и обработку данных. В результате анализа данных настоящего исследования, было получено 3 фактора в структуре здоровьесберегающего поведения представителей поколения Y (см. табл. 2). Каждый фактор был проанализирован с точки зрения внутренней согласованности переменных, коэффициент α-Кронбаха выше 0,6 для каждого фактора.

 

Таблица 2 – Факторная структура здоровьесберегающего поведения представителей поколения Y

Фактор Компонента
1. Первый фактор (вес фактора – 7,8; дисперсия – 24 %) Ценность «Самостоятельность: мысли» (0,92)

Ценность «Достижение» (0,9)
Экономический оптимизм (0,68)

Ценность «Власть доминирование» (0,62)
Эмоциональная шкала отношения к здоровью (0,53)

2. Второй фактор (вес фактора – 6,4; дисперсия – 19 %) Социальная шкала отношения к здоровью (0,73)

Ценность «Гедонизм» (0,66)
Финансовая депривированность (0,58)

Ценность «Стимуляция» (0,54)

3. Третий фактор (вес фактора – 4,9; дисперсия – 10,5 %) Ценность «Безопасность: общественная» (0,81) Практическая шкала отношения к здоровью (0,75)

Ценность «конформизм: межличностный» (0,72)
Экономическая тревожность (0,59)

Ценность «Репутация» (0,54)

 

Результаты факторного анализа показывают, что структура здоровьесберегающего поведения молодых россиян представлена 3 факторами, которые в совокупности охватывают 53,5 % дисперсии ответов респондентов. Первый фактор в структуре здоровье-сберегающего поведения, на который приходится 24 % объяснимой дисперсии, включает в себя ценности «Самостоятельность: мысли», «Достижение», «Власть: доминирование», эмоциональную шкалу отношения к здоровью и фактор субъективного экономического благополучия «экономический пессимизм».  Второй фактор в структуре модели здоровьесберегающего поведения молодых россиян, на который приходится 19 % объяснимой дисперсии, представлен ценностями гедонизма, стимуляции, шкалой поступков и финансовой депривированностью. Третий фактор в модели, на который приходится 10,5% объяснимой дисперсии, представлен ценностями репутации, общественной безопасности, межличностным конформизмом, практической шкалой отношения к здоровью и экономической тревожностью.

Соответственно, в основе здоровьесберегающего поведения россиян лежат ценности самостоятельности мысли, достижения и доминирования во власти. Ценности индивидуализма формируют установки молодых россиян по отношению к здоровью. Эмоциональная шкала по отношению к здоровью превалирует в структуре здоровьесберегающего поведения, по сравнению с познавательной, практической и шкалой поступков. Ранее нами было выявлено, что у представителей поколения Y (респондентов в возрасте от 18 до 34 лет) наиболее выражена эмоциональная шкала. Молодые россияне способны наслаждаться своим здоровьем, своевременно реагировать на поступающие от него сигналы. Они свободны от отрицательных стереотипов, существующих в обществе по отношению к здоровому образу жизни. При этом они не стремятся узнавать что-то новое о ЗОЖ, культивировать эти знания среди родных и близких, и в меньшей степени, чем представители других поколений россиян склонны предпринимать попытки улучшить свое здоровье. У молодых респондентов, которые оценивают свое материальное положение лучше, чем другие поколения россиян, и надеются улучшить его в ближайшем будущем, фактор субъективного экономического благополучия «экономический оптимизм» лежит в основе формирования установок относительно ЗОЖ.

Далее представлена структура здоровьесберегающего поведения представителей поколения X. Каждый фактор также был проанализирован с точки зрения внутренней согласованности переменных, коэффициент α-Кронбаха выше 0,7 для каждого фактора.

 

Таблица 3 – Факторная структура здоровьесберегающего поведения представителей поколения X

Фактор Компонента
1. Первый фактор (вес фактора – 9,4; дисперсия – 22 %) Ценность «Самостоятельность: мысли» (0,87)

Ценность «Безопасность: общественная» (0,83)
Эмоциональная шкала отношения к здоровью (0,71)

Ценность: «Стимуляция» (0,66)
Шкала поступков (0,62)

Экономическая тревожность (0,53)

Субъективная адекватность дохода (0,48)

2. Второй фактор (вес фактора – 8,3; дисперсия – 18 %) Ценность «Достижение» (0,84)

Ценность «Власть доминирование» (0,72)

Ценность: «Благожелательность: чувство долга» (0,69)
Познавательная шкала отношения к здоровью (0,68)
Финансовая депривированность (0,58)

3. Третий фактор (вес фактора – 5,7; дисперсия – 13,7 %) Ценность «конформизм: межличностный» (0,78)

Ценность «Традиция» (0,73)

4. Четвертый фактор (вес фактора – 4,3; дисперсия – 11,2 %) Эмоциональная шкала отношения к здоровью (0,70)

Ценность «Гедонизм» (0,64)

 

Результаты факторного анализа показывают, что структура здоровье-сберегающего поведения представителей поколения X представлена 4 факторами, которые в совокупности охватывают 64,9 % дисперсии ответов респондентов. Первый фактор в структуре здоровье-сберегающего поведения, на который приходится 22 % объяснимой дисперсии, включает в себя ценности самостоятельности мысли, общественной безопасности, стимуляции. В первый фактор модели также входят эмоциональная шкала отношения к здоровью и шкала поступков, а также экономическая тревожность и субъективная адекватность дохода. При этом, как нами было выявлено ранее, финансовый стресс в большей степени наблюдается у россиян в возрасте 34-55 и 56-74 лет. Это выражается в том, что россияне данной возрастной категории испытывают беспокойство за свое материальное положение в связи с экономическим состоянием страны, испытывают потребность в повышении доходов, а деньги для них более значимы (Федотова 2018,2019).

Второй фактор в структуре модели здоровье-сберегающего поведения молодых россиян, на который приходится 18 % объяснимой дисперсии, представлен ценностями достижения, власти, благожелательности, познавательной шкалой отношения к здоровью и финансовой депривированностью. Третий и четвертый факторы в модели здоровьесберегающего поведения представлены ценностями межличностного конформизма, традиции и эмоциональной шкалой отношения к здоровью.

Соответственно, в основе здоровьесберегающего поведения россиян поколения X лежат ценности самостоятельности мысли, общественной безопасности и стимуляции. Самостоятельность в поступках, потребность в разнообразии и глубоких переживаниях для поддержания оптимального уровня активности, лежат в основе формирования установок по отношению к здоровью. Шкала поступков и эмоциональная шкала отношения к здоровью также являются наиболее значимыми в структуре здоровьесберегающего поведения представителей поколения X. Ранее нами было установлено, что респонденты старших поколений по сравнению с россиянами поколением Y, более внимательны к проявлениям своего организма, при этом не всегда реагируют на изменения в самочувствия, не всегда вовремя обращаются за помощью и зависимы от стереотипов в области ЗОЖ (Федотова 2018, 2019). Доминирование социальной шкалы в структуре здоровьесберегающего поведения говорит о том, что респонденты готовы создавать вокруг себя здоровую жизненную среду, пропагандировать различные профилактические средства оздоровления организма. Факторы субъективного экономического благополучия: «экономическая тревожность» и «субъективная адекватность дохода» также формируют установки по отношению к здоровью у представителей поколения X. Как показывают результаты настоящего исследования, экономическая тревожность играет важную роль в формировании установок по отношению к здоровью у россиян в возрасте 34-55 лет, при этом, низкий уровень субъективного экономического благополучия негативно отражается на здоровьесберегающем поведении.  Каждый фактор также был проанализирован с точки зрения внутренней согласованности переменных, коэффициент α-Кронбаха выше 0,7 для каждого фактора.

 

Таблица 4 – Факторная структура здоровьесберегающего поведения представителей поколения «беби-бумеров»

Фактор Компонента
1. Первый фактор (вес фактора – 7,3; дисперсия – 19,4 %) Ценность «Самостоятельность: мысли» (0,82)

Ценность «Безопасность: общественная» (0,77)

Ценность «Универсализм: забота о других» (0,64)

Познавательная шкала отношения к здоровью (0,61)
Финансовая депривированность (0,52)

Экономический пессимизм (0,45)

Шкала поступков (0,43)

2. Второй фактор (вес фактора – 6,8; дисперсия – 17,3 %) Ценность «Традиция» (0,94)

Ценность: «Благожелательность: чувство долга» (0,72)

Экономическая тревожность (0,58)

Текущее благосостояние семьи (0,52)

3. Третий фактор (вес фактора – 5,4; дисперсия – 12,9 %) Ценность «Достижение» (0,83)

Ценность «Репутация» (0,76)

Эмоциональная шкала отношения к здоровью (0,72)

Ценность «межличностный конформизм» (0,65)

 

Результаты факторного анализа показывают, что структура здоровьесберегающего поведения представителей поколения беби-бумеров представлена 3 факторами, которые в совокупности охватывают 49,6 % дисперсии ответов респондентов.

Первый фактор в модели здоровьесберегающего поведения, на который приходится 19,4 % объяснимой дисперсии, включает в себя ценности самостоятельности, общественной безопасности, универсализма (заботы о природе). В первый фактор модели здоровьесберегающего поведения также входят познавательная и социальная шкалы отношения к здоровью, финансовая депривированность и экономический пессимизм.

Второй фактор в структуре модели здоровьесберегающего поведения молодых россиян, на который приходится 17,3 % объяснимой дисперсии, представлен ценностями традиции, благожелательности, и факторами субъективного экономического благополучия «экономическая тревожность» и «текущее благосостояние семьи». Третий фактор в структуре модели здоровьесберегающего поведения молодых россиян, на который приходится 12,9 % объяснимой дисперсии представлены ценностями достижения, репутации, межличностного конформизма и эмоциональной шкалой отношения к здоровью.

Таким образом, в основе здоровьесберегающего поведения россиян поколения беби-бумеров лежат ценности самостоятельности, общественной безопасности и универсализма. Позитивное отношению к другим людям, сохранение традиционных ценностей и взглядов на жизнь, необходимость помогать близким людям, повышает стремление менять социальное окружение в области здоровьесберегающего поведения. Здоровьесберегающее поведение представителей поколения беби-бумеров отличается доминированием познавательной и социальной шкалы отношения к ЗОЖ. Россияне в возрасте 56-74 лет в большей степени интересуются сферой жизнедеятельности, связанной со здоровьем, они внимательны к проявлениям своего организма, практически всегда реагируют на изменения в самочувствия, вовремя обращаются за помощью.

Выраженность в структуре социальной шкалы свидетельствует и том, что представители поколения «беби-бумеров» стремятся влиять на членов своей семьи, чтобы они вели здоровый образ жизни; оказывать положительное воздействие на своих знакомых и на общество в целом. Респонденты готовы создавать вокруг себя здоровую жизненную среду, пропагандировать различные профилактические средства оздоровления организма. Стоит отметить тот факт, что в ранее проведенном исследовании, направленном на выявление различий в ценностях и установках по отношению к здоровью у разных поколений россиян, было выявлено, что высокие баллы по социальной шкале здоровья соотносятся с высокими баллами по ценностям благожелательности и универсализма на данной выборке [8; 9]. Вероятно, забота о других у взрослых россиян может выражаться в стремлении влиять на  родных, близких и знакомых в вопросах ЗОЖ. Финансовая депривированность и экономический пессимизм являются важными факторами в модели формирования здоровьесберегающего поведения россиян в возрасте 56-74 лет. Нехватка денежных средств и пессимистическая оценка внешних и внутренних условий роста материального благополучия оказывают влияние на формирование установок по отношению к ЗОЖ у данной группы респондентов.

Выводы

  1. На формирование установок по отношению к здоровью оказывают влияние ценности индивида, его субъективное экономическое благополучие, и внутренняя мотивация. Мотивация к ведению здорового образа жизни может выражаться в активном поиске соответствующей информации, изучении специализированной литературы по проблемам ЗОЖ, своевременной реакции на поступающие от организма сигналы, в готовности изменить социальное окружение в соответствии с отношением к проблемам здоровья. Респонденты с высоким уровнем внутренней мотивации готовы создавать вокруг себя здоровую жизненную среду, пропагандировать различные профилактические средства оздоровления организма.
  2. Ценность «Самостоятельность: мысли» является универсальной для всех поколений россиян в модели формирования здоровьесберегающего поведения.
  3. Эмоциональная шкала отношения к ЗОЖ доминирует в структуре здоровьесберегающих практик у представителей поколений X и Y, при этом у представителей поколений X и «беби-бумеров» доминирует шкала поступков. Социальный аспект отношения к здоровому образу жизни превалирует у людей старше 35 лет, они, в отличие от молодых респондентов (в возрасте от 18 до 34 лет) стремятся создавать вокруг себя здоровую жизненную среду, пропагандировать различные профилактические средства оздоровления организма. У представителей самого молодого поколения россиян (поколение Y) доминирует эмоциональный аспект отношения к ЗОЖ. Необходимо отметить и преобладание познавательного аспекта отношения к ЗОЖ у «беби-бумеров» (россиян в возрасте 56-75 лет). Респонденты активно ищут соответствующую информацию и специализированную литературу по проблемам ЗОЖ, вовремя реагируют на изменения в состоянии здоровья. Познавательная шкала и шкала поступков (социальная шкала) у представителей поколения беби-бумеров может быть связана с доминированием в структуре формирования установок по отношению к здоровью, ценностей общественной безопасности и универсализма.
  4. Субъективное экономическое благополучие также оказывает воздействие на формирование установок по отношению к ЗОЖ. При этом, есть различия в преобладании тех или иных факторов субъективного экономического благополучия в модели здоровьесберегающего поведения. Экономический стресс и субъективная адекватность дохода преобладают в факторной структуре у россиян поколения X, а экономический пессимизм и финансовая депривированность у россиян поколения «беби-бумеров».
Финансирование

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 18-013- 00865 «Влияние социо-культурных факторов и экономического благополучия на установки по отношению к здоровью».

Funding

The study was carried out with the financial support of the Russian Federal Property Fund in the framework of the scientific project No. 18-013-00865 “The influence of socio-cultural factors and economic well-being on attitudes towards health”.

Конфликт интересов

Не указан.

Conflict of Interest

None declared.

 

Список литературы / References

  1. Асташова Ю.В. Маркетинг: Теория поколений в маркетинге / Асташова Ю.В. // Вестник ЮУрГУ. Серия «Экономика и Менеджмент». 2014. № 8. С.108–114.
  2. ВеличковскийБ.Т. Жизнеспособность нации. Особая роль трудовой мотивации и социального стресса / Величковский Б.Т. // Экология человека. 2008. С. 3-8.
  3. Захаренков В.В. Научный обзор результатов исследований ФГБУ «НИИ КПГПЗ» СО РАМН по влиянию внешнесредовых и генетических факторов на развитие профессиональных заболеваний / Захаренков В.В., Виблая И.В., Олещенко А.М. Бюл. ВСНЦ СО РАМН [Bull. VSSC SB RAMS]. № 5 (2).  С. 141-145.
  4. Лебедева Н.М. Культура и отношение к здоровью: Россия, Канада, Китай: Монография / Лебедева Н.М., Чирков В.И. М.: РУДН., 314 с.
  5. Осипова Н.Г. Социальное конструирование общественного здоровья / Осипова Н.Г. // Вестник Московского университета. Серия 18. Социология и политология. 2016. Т. 22.№4. С. 119-141.
  6. Уланова Н.Н. Проблема исследования моделей здоровьесберегающего поведения в рамках психологии здоровья / Уланова Н.Н. // Наука молодых (Eruditio Juveniu). № 3. Стр. 45-47.
  7. Уланова Н.Н. Этнопсихологическое исследование индивидуальных моделей здоровья студентов медицинского вуза / Уланова Н.Н., Яковлева Н.В. // Материалы VIII Международной научно-практической конференции «Динамика научных исследований – 2012» (07- 15 июля 2012 г.). Przemysl: Nauka Istudia, 2012. С. 44-47.
  8. Федотова В. А.Экономические детерминанты отношения к здоровью/ Федотова В. А. // Общество. Среда. Развитие. 2018. №  С. 47-54.
  9. Федотова. В. А.Установки по отношению к здоровью: межпоколенные различия / Федотова. В. А. // Наука о человеке: гуманитарные исследования. 2019. №  С. 135-140.
  10. Фомичева Т.В. Здоровье как ценность в сознании россиян: навстречубудущему наци / Фомичева Т.В.,Салистая Г.С. // Социальная политика и социология.    № 3 (116).  С. 157–165.
  11. ХащенкоВ.А. Субъективное экономическое благополучие и его измерение: построение опросника и еговалидизация / Хащенко В.А. // Экспериментальная психология.  № 1 (4). С. 107–112.
  12. Шварц Ш. Уточненная теория базовых индивидуальных ценностей: применение в России / Шварц Ш., Бутенко Т.П., Седова Д.С.// Психология. Журнал Высшей Школы Экономики. 2012. № 2. С. 24–43.
  13. Экология, охрана природы и экологическая безопасность / Под общ. ред. В.И. Данилова-Данильяна. М., 1997. С. 216.
  14. Cockerham W. C. Healthandsocial change in Russia and Eastern Europe / Cockerham W. C. New York: , 1999.
  15. Diener E. Personality, Culture, and Subjective WellBeing:      Emotional and Cognitive Evaluations of Life/Diener E., Oishi S., Lucas R.E.// Annual Review ofPsychology. 2003. № 1, pp. 403-423.
  16. Harrison L.E. Promoting Progressive Cultural Change. Culture matters:      Howvalues shape human progress. Eds. L.E. Harrison, S. P. Huntington. Publ.: New York., 2000.
  17. Inglehart R. Modernization,CulturalChange, and thePersistence of Traditional Values / Inglehart R., Baker W.E. // American Sociological  2000, № 65, pp. 19–51.
  18. Inglehart R. Genes,culture,democracy, and happiness / nglehart R., Klingeman H.D. // Culture and subjective well-being, 2000, pp. 165-183.
  19. Sazhina L. Health and identity of contemporary Russian men (Determining factors of social security and society stability) / Sazhina L., Gafiatulina N., Samygin S. // American Scientific Journal. 2016. № 1-1 (1), pp. 16 – 20.

 Список литературы на английском языке / References in English

  1. Astashova Ju.V. Marketing: Teorija pokolenij v marketinge [Marketing: Theory of Generations in Marketing] / Astashova Ju.V. // Vestnik JuUrGU. Serija «Jekonomika i Menedzhment» [Bulletin of SUSU. Series “Economics and Management”]. 2014. № 8. P.108–114. [in Russian]
  2. Velichkovskij B.T. Zhiznesposobnost’ nacii. Osobaja rol’ trudovoj motivacii i social’nogo stressa [The vitality of the nation. The special role of labor motivation and social stress] / Velichkovskij B.T. // Jekologija cheloveka [Human Ecology]. 2008. P. 3-8. [in Russian]
  3. Zaharenkov V.V. Nauchnyj obzor rezul’tatov issledovanij FGBU «NII KPGPZ» SO RAMN po vlijaniju vneshnesredovyh igeneticheskih faktorov na razvitie professional’nyh zabolevanij [A scientific review of the research results of the FSBI “Research Institute of KPGPZ” SB RAMS on the influence of external environmental genetic factors on the development of occupational diseases] / Zaharenkov V.V., Viblaja I.V., Oleshhenko A.M. // VSNC SO RAMN [Bull. VSSC SB RAMS].  2012.  № 5 (2).  P. 141-145. [in Russian]
  4. Lebedeva N.M. Kul’tura i otnoshenie k zdorov’ju: Rossija, Kanada, Kitaj [Culture and Attitude to Health: Russia, Canada, China]: Monografija / Lebedeva N.M., Chirkov V.I. : RUDN. 2007.  314 p. [in Russian]
  5. Osipova N.G. Social’noe konstruirovanie obshhestvennogo zdorov’ja [Social construction of public health] / Osipova N.G. // Vestnik Moskovskogo universiteta. Serija 18. Sociologija i politologija [Bulletin of Moscow University. Series 18. Sociology and Political Science]. 2016. № 4 (22). P. 119-141. [in Russian]
  6. Ulanova N.N. Problema issledovanija modelej zdorov’esberegajushhego povedenija v ramkah psihologii zdorov’ja [The problem of researching models of health-saving behavior in the framework of health psychology] / Ulanova N.N. Nauka molodyh (Eruditio Juveniu) [Science of the Young]. 2016. № 3. P. 45-47. [in Russian]
  7. Ulanova N.N. Jetnopsihologicheskoe issledovanie individual’nyh modelej zdorov’ja studentov medicinskogo vuza [Ethnopsychological study of individual health models of students of a medical university] / Ulanova N.N., Jakovleva N.V. // Materialy VIII Mezhdunarodnoj nauchno-prakticheskoj konferencii «Dinamika nauchnyh issledovanij – 2012» (07- 15 ijulja 2012 g.). Przemysl: Nauka Istudia, 2012. P. 44-47. [in Russian]
  8. Fedotova V. A. Jekonomicheskie determinanty otnoshenija k zdorov’ju [Economic determinants of attitude to health] / Fedotova V. A. // Obshhestvo. Sreda. Razvitie (Terra Humana) [Terra Humana]. 2018. № 3. P. 47-54. [in Russian]
  9. V. A. Ustanovki po otnosheniju k zdorov’ju: mezhpokolennye razlichija [Attitudes towards health: intergenerational differences] / Fedotova. V. A. // Nauka o cheloveke: gumanitarnye issledovanija [Human Science: Humanitarian Studies]. 2019. № 35. P. 135-140. [in Russian]
  10. Fomicheva T.V. Zdorov’e kak cennost’ v soznanii rossijan: navstrechu budushhemu nacii [Health as a value in the minds of Russians: towards the future of the nation] / Fomicheva T.V., Salistaja G.S. // Social’naja politika i sociologija [Social Policy and Sociology].  2016.  № 3 (116).  P. 157–165. [in Russian]
  11. Hashhenko V.A. Subjektivnoe jekonomicheskoe blagopoluchie i ego izmerenie: postroenie oprosnika i ego validizacija [Subjective economic well-being and its measurement: building a questionnaire and its validation] / Hashhenko V.A. // Jeksperimental’naja psihologija [Experimental Psychology]. 2011. № 1 (4). P. 107–112. [in Russian]
  12. Shvarc Sh. Utochnennaja teorija bazovyh individual’nyh cennostej: primenenie v Rossii [Refined theory of basic individual values: application in Russia] / Shvarc Sh., Butenko T.P., Sedova D.S. // Psihologija. Zhurnal Vysshej Shkoly Jekonomiki [ Journal of the Higher School of Economics]. 2012. № 2. P. 24–43. [in Russian]
  13. Jekologija, ohrana prirody i jekologicheskaja bezopasnost’ [Ecology, nature conservation and environmental safety]/ Pod obshh. red. V.I. Danilova-Danil’jana. M., 1997. 216 p. [in Russian]
  14. Cockerham W. C. Health and social change in Russia and Eastern Europe / Cockerham W. C. New York: Routledge., 1999.
  15. Diener E. Personality, Culture, and Subjective WellBeing:        Emotional and Cognitive Evaluations of Life / Diener E., Oishi S., Lucas R.E. // Annual Review ofPsychology. 2003. № 1, pp. 403-423.
  16. Harrison L.E. Promoting Progressive Cultural Change. Culture matters:       Howvalues shape human progress. Eds. L.E. Harrison, S. P. Huntington. Publ.: New York., 2000.
  17. Inglehart R. Modernization, Cultural Change, and thePersistence of Traditional Values / Inglehart R., Baker W.E. // American Sociological Review. 2000, № 65, pp. 19–51.
  18. Inglehart R. Genes, culture, democracy, and happiness / Inglehart R., Klingeman H.D. // Culture and subjective well-being, 2000, pp. 165-183.
  19. Sazhina L. Health and identity of contemporary Russian men (Determining factors of social security and society stability) / Sazhina L., Gafiatulina N., Samygin S. // American Scientific Journal. 2016. No1-1 (1), pp. 16 – 20.

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.