Pages Navigation Menu
Submit scientific paper, scientific publications, International Research Journal | Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217, 18+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2018.76.10.045

Download PDF ( ) Pages: 85-89 Issue: № 10 (76) Part 2 () Search in Google Scholar
Cite

Cite


Copy the reference manually or choose one of the links to import the data to Bibliography manager
Suslova T.F., "INCLUSIVE EDUCATION OF CHILDREN WITH DISABILITIES OF THE AUTHENTIC SPECTRUM IN THE CONSCIOUSNESS OF PARENTS". Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal (International Research Journal) № 10 (76) Part 2, (2018): 85. Wed. 07. Nov. 2018.
Suslova, T.F. (2018). INKLYUZIVNOE OBRAZOVANIE DETEY S RASSTROYSTVAMI AUTISTICHESKOGO SPEKTRA V SOZNANII RODITELEY [INCLUSIVE EDUCATION OF CHILDREN WITH DISABILITIES OF THE AUTHENTIC SPECTRUM IN THE CONSCIOUSNESS OF PARENTS]. Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal, № 10 (76) Part 2, 85-89. http://dx.doi.org/10.23670/IRJ.2018.76.10.045
Suslova T. F. INCLUSIVE EDUCATION OF CHILDREN WITH DISABILITIES OF THE AUTHENTIC SPECTRUM IN THE CONSCIOUSNESS OF PARENTS / T. F. Suslova // Mezhdunarodnyj nauchno-issledovatel'skij zhurnal. — 2018. — № 10 (76) Part 2. — С. 85—89. doi: 10.23670/IRJ.2018.76.10.045

Import


INCLUSIVE EDUCATION OF CHILDREN WITH DISABILITIES OF THE AUTHENTIC SPECTRUM IN THE CONSCIOUSNESS OF PARENTS

ИНКЛЮЗИВНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ ДЕТЕЙ С РАССТРОЙСТВАМИ АУТИСТИЧЕСКОГО СПЕКТРА В СОЗНАНИИ РОДИТЕЛЕЙ

Научная статья

Суслова Т.Ф.*

Московский государственный областной университет, Москва, Россия

* Корреспондирующий автор (sibir812[at]mail.ru)

Аннотация

Целью статьи является анализ исследований отечественных ученых и практиков, в которых изучаются аттитюды, потребности и детерминанты отношения родителей детей с ограниченными возможностями здоровья, в том числе, детей с расстройствами аутистического спектра и родителей здоровых детей к инклюзивному образованию. Метод исследования – сравнительно-сопоставительный анализ психолого – педагогической литературы. Представлены результаты исследования российских ученых, проведенных в различных регионах. Выделены как позитивные, так и негативные взгляды родителей на возможности внедрения в образовательные организации инклюзивного образования детей с расстройствами аутистического спектра наиболее часто проявляющие в их сознании.

Ключевые слова: инклюзия,  дети с расстройствами аутистического спектра, установки, стереотипы и отношение родителей к инклюзивному образованию.

INCLUSIVE EDUCATION OF CHILDREN WITH DISABILITIES OF THE AUTHENTIC SPECTRUM IN THE CONSCIOUSNESS OF PARENTS

Research article

Suslova T.F.*

Moscow State Regional University, Moscow, Russia

* Corresponding author (sibir812[at]mail.ru)

Abstract

The purpose of the article is to analyze the research of domestic scientists and practitioners, which study attitudes, needs and determinants of the attitude of parents of children with disabilities, including children with autism spectrum disorders and parents of healthy children to inclusive education. The method of investigation is comparative-comparative analysis of psychological and pedagogical literature. The results of a study of Russian scientists conducted in various regions are presented. Both positive and negative forms of parents’ perception of the possibility of introducing inclusive education for children with autism spectrum disorders in educational institutions are most often shown in their.

Keywords: inclusion, children with RAS, attitudes, stereotypes and parents’ attitudes towards inclusive education.

Постановка проблемы

«На рубеже XX-XXI  вв. государствами и правительствами большинства наиболее развитых стран мира концепция инклюзивного образования была названа одним из приоритетных направлений совершенствования мировой образовательной системы и политики, призванной способствовать эффективному продвижению антидискриминационных мер, повышению качества образования для всех детей в соответствии с широким кругом их образовательных потребностей в общеобразовательных школах» [9, С. 4.].

Однако, несмотря на активную работу государственных и общественных организаций по  внедрению инклюзивного образования детей с расстройствами аутистического спектра (РАС), принятию радикальных социальных, психологических и педагогических мер, проведения различных мероприятий, в том числе разработки и внедрения в образовательную среду ФГОС обучения детей с особыми образовательными потребностями, трансформация сознания общества в сторону позитивного восприятия детей с ОВЗ и их обучения в образовательной организации происходит крайне медленно [6], [8].

В связи с этим актуальным является выявление установок, потребностей и отношения родителей детей с ОВЗ, в том числе с РАС, а также родителей здоровых детей к совместному обучению в образовательной организации.

Метод исследования

Нами было проанализировано 42 исследования отечественных ученых и практиков, в которых изучается отношение родителей к инклюзивному образованию и интеграции детей с ограниченными возможностями здоровья, в том числе расстройствами аутистического спектра, в образовательную среду обычной школы. Все исследования проведены в период с 2013-2018 год.

Методом исследования, результаты которого изложены в настоящей статье, был выбран метод изучения, интерпретации и сравнительно-сопоставительного анализа психолого-педагогической литературы. Рамки настоящей статьи дают нам возможность остановиться на анализе результатов отдельных исследований и формулирования обобщенных выводов по всей эмпирической выборке.

Результаты сравнительно-сопоставительного анализа статей отечественных ученых по проблеме инклюзивного образования

Исследований отношения и готовности родителей детей с РАС интегрировать своих «особых» детей в общеобразовательную среду в России проведено не много. Вероятно, это можно связать с их нежеланием идти на контакт с исследователем, «закрыться» в мире своей семьи и близких, где есть они, их ребенок и те проблемы, с которыми они столкнулись в связи с рождением ребенка с РАС.

Тем не менее, проведенные исследования позволяют выделить опасения родители детей с ограниченными возможностями здоровья, в том числе и с расстройствами аутистического спектра.

Так, в исследовании Л.И. Жариковой [3], проведенном в г. Барнауле и Алтайском крае в 2016 году, были выделены трудности детей с ОВЗ, в том числе и детей с РАС, как их видят родители здоровых детей и детей с ОВЗ младших классов. В частности, автор отмечает, что внедрение совместного обучения типично развивающихся детей и детей с ОВЗ по мнению родителей здоровых детей не вызовет у последних никаких трудностей, тем не менее могут быть определенные затруднения в выстраивании коммуникации и взаимодействия; дети с ОВЗ могут вызывать у здоровых детей жалость и страх, что тоже не будет способствовать позитивному взаимодействию здоровых детей и детей с ОВЗ; отсутствие у здоровых детей знаний и навыков общения с детьми с ОВЗ.

Родители детей с особыми нуждами, в группу которых вошли и дети с ментальными нарушениями, более откровенно говорили о страхах, вызванные непринятием, насмешками и агрессией со стороны здоровых детей, что будет затруднять коммуникацию, вызывая дискомфорт в общении и принятия в учебный коллектив. Кроме этого родители детей с ОВЗ отметили физические трудности и снижение уровня вовлеченности в общественную жизнь класса [3]. Последнее в большей мере, вероятно, относится к детям с ограничениями по слуху, зрению и способности передвигаться, хотя и дети с расстройствами аутистического спектра, на наш взгляд, способны, пусть и минимально, включаться во внеклассные мероприятия.  По мнению автора исследования, выделенные родителями детей с ОВЗ трудности, в большей мере вызваны порой неосознаваемыми страхами и проблемами самих родителей, которые они проецируют на своих детей и их возможности включения в  инклюзию. С данным утверждением исследователя мы согласны, хотя и понимаем, что в силу несовершенства системы инклюзивного образования в нашей стране такие опасения вполне оправданы.

Считаем необходимым привести результаты опроса родителей, проведенных Л.И. Жариковой, в отношении трудностей, которые могут возникать в процессе обучения.

Автор отмечает, что достаточно большая группа родителей здоровых детей не видят особых трудностей, другая часть родителей отметили, что здоровые дети будут отвлекаться; им не будет хватать внимания учителя; будет не возможен индивидуальный подход к ученику; здоровые дети будут испытывать дискомфорт, негативное настроение и психологические барьеры.

Родители детей с особыми нуждами в большей степени высказывали опасения по поводу успеваемости особых детей, возможности усвоения учебного материала, индивидуального подхода, сложности восприятия программы и т.д. [3].  То есть родители детей с ОВЗ, в том числе и ментальными нарушениями, куда относятся дети с РАС, в большей мере опасаются совместного обучения по причине требований, которые предъявляет современное образование и отсутствия необходимого оборудования. Мы можем предположить, что наличие названных страхов вызвано также и незнанием самого процесса инклюзии и принципов ее организации.

Настороженное отношение к инклюзивному образованию среди родителей детей с ограниченными возможностями здоровья, в том числе и с расстройствами аутистического спектра подтверждают результаты исследования, проведенного в Республике Коми Е.А. Даниловой.

Автор выделили категории родителей особых детей, в основе которых положена степень согласия/несогласия введения инклюзии для детей с нарушениями в развитии. Это:

1) «родители, которые категорически не принимают идею инклюзии, т.к. понимают, что ни школа, ни педагоги, ни дети не готовы к принятию особых детей в общем классе;

2) родители, которые принимают инклюзию, но не верят в ее исполнение в Республике Коми в ближайшие годы;

3) родители, которые принимают идею инклюзии и готовы действовать для ее внедрения в Республике Коми». [2. С. 281].

По мнению Е.А. Даниловой, родители категорически не принимающие инклюзию чаще всего изолируются от общества и предпочитают для своего ребенка индивидуальное обучение. Родители, которые принимают идею инклюзии, несмотря на понимание своих трудностей, принимают решение сделать все необходимое для интегрирования своего особого ребенка в среду образовательной организации [2].

Такие же результаты получены в других исследованиях, к примеру, Е.А. Богомоловой, проведенной в Калуге в 2012-2014 г.г. с привлечением 437 респондентов родителей здоровых детей. Общий вывод такого масштабного исследования заключается в том, что, «несмотря на то, что большая часть родителей здоровых детей (53%) принимают инклюзивное образование, понимая те изменения, которые произойдут в жизни их ребенка, в системе образования и в целом обществе. Тем не менее, 34 % высказались против совместного обучения их здоровых детей и детей с ОВЗ, считая инклюзию неприемлемой или преждевременной» [1, С. 284].

Е.А. Богомолова отмечает, что родители – «сторонники инклюзивного образования» отмечали позитивность инклюзии, как возможности успешной социализации особых детей и интеграции их в социальную среду. Респонденты этой группы вполне осознанно отмечали, что, несмотря на гуманность введения в образование инклюзии, современное общество пока не готово в целом принять детей с ОВЗ. В настоящее время существуют дискриминирующие особых детей стереотипные оценки и восприятие.

Родители – «противники инклюзии» приводят свою аргументацию в отношении нецелесообразности инклюзии на современном этапе, суть которой также заключается в неготовности всех участников образовательного процесса и общества к внедрению инклюзии в образовательные организации. По этой причине они считают целесообразным обучение детей с ограниченными возможностями здоровья в специализированных учреждении. «Эти родители чаще всего центрированы на своем ребенке, прогнозируют проблемы, которые могут возникнуть у их ребенка в связи с введением инклюзии – вероятное снижение качества образования, трудности в общении, психологические травмы. Наиболее типичная их аргументация – «…особый ребенок будет оттягивать на себя внимание педагогов», «…здоровых детей ничего не должно тормозить при обучении». В ряде анкет родителей – противников инклюзии отчетливо прослеживается отношение к ребенку с ОВЗ как к неадекватному, нуждающемуся в постоянной помощи. Лишь некоторые родители – противники инклюзии оценивают последствия ее внедрения с точки зрения ребенка с ОВЗ, при этом указывая только на негативные моменты, полагая, что ему будет сложно и некомфортно в обычной группе детского сада, в обычном классе школы, что это может травмировать психику такого ребенка» [1, С. 286].

Другим примером, характеризующим отношение родителей здоровых детей к совместному обучению с детьми с особыми потребностями, являются результаты исследования, проведенного Е.Н. Моргачевой в 2013 году на московской выборке.  Автор отмечает, что, несмотря на достаточную осведомленность идеи инклюзивного образования и особенностей детей с ОВЗ, «их отношение к «особенным» детям либо нейтральное, либо – в большей степени – негативное. Они подчеркивают в основном ограничения и недостатки таких детей. Возможность совместного обучения обычных и «особенных» детей вызывает у родителей серьезную озабоченность. Это касается образовательной перспективы для детей без нарушений и качества получаемых ими знаний. Кроме того, родителей настораживает демонстрируемая «особенными» детьми специфика поведения и эмоционально-волевой сферы.  Большая часть родителей выступает против инклюзивного обучения» [7, С. 237].

Таким образом, анализ исследований позволяет сделать вывод о дуальности отношений родителей здоровых детей к инклюзивному образованию. С одной стороны – принятие и позитивность, с другой стороны – категорическое нежелание видеть в классе своих детей особого ребенка и негативное отношение к ребенку с ОВЗ, в том числе с ментальными нарушениями. Родители особых детей также проявляют двоякое отношение к инклюзии: потребность включения своего ребенка в общеобразовательную среду обычной школы, общения с нормотипичными детьми и проявление страха и недоверия к самой системе инклюзии и ее субъектам.

В связи с этим были изучены барьеры, возникающие на пути системного и повсеместного внедрения инклюзивного образования в России.

В качестве основного барьера, по результатам исследования Н.В. Кирютиной, проведенного в Смоленске, является неуважение большей части субъектов инклюзии к различиям и недостаточная гибкость и профессионализм педагогов; опасения и страх родителей здоровых детей и брезгливость педагогов, «50 % которых отметили, что образование не должно быть самоцелью, главное развитие навыков социального взаимодействия. Эта группа педагогов считает, что многим детям с нарушениями важнее всего научиться жить среди других и образование для них не так важно, как социального взаимодействие». 40% респондентов считают, что интегрировать можно не всех детей, для этого нужно разработать четкие критерии для возможной интеграции, 57% обосновывают необходимость разработки критериев заботы и безопасности психического и физического здоровья обычных детей»  [5. С. 524-525].

Конечно, было бы просто обвинить только педагогов или родителей, не принимающих идею инклюзии, которая как раз и способствует развитию навыков социального взаимодействия и у здоровых детей, и у детей, имеющих различные нарушения в здоровье. Главным барьером на пути становления инклюзивного образования является слабая проработанность шагов интеграции особых детей в образовательное пространство обычной школы: недостаточная подготовленность образовательной среды; низкий уровень инклюзивной компетенции педагогов, родителей обеих групп; отсутствие института тьюторства и др. Хотя никто не спорит, что на настоящий момент государством сделано очень много, но, как всегда это случается, формализм, поспешность и непродуманность деятельности государственных образовательных учреждений и организаций в условиях инклюзии, часто сводит принятие нужной для России формы образования детей с нарушениями здоровья практически к нулю.

Другим примером изучения барьеров являются результаты исследования, проведенного в образовательных организациях Москвы и Московской области И. В. Задориным, Е. Ю. Колесниковой, Е. М. Новиковой, которые анализировали результаты ответов педагогов и родителей разных категорий школ. Авторы доказали, что одним из основных барьеров является фактор информированности педагогов и родителей. Они отмечают, что «низкая информированность субъектов любой реформы о сути реформы, сроках, механизмах и предполагаемых результатах осуществления проекта неизбежно порождает мифы, как о преимуществах, так и о рисках, связанных с предстоящими переменами, способствует формированию либо необъективного отрицательного отношения, либо необоснованной  эйфории» [4. С. 63].

По мнению авторов, не информированность субъектов инклюзии порождает достаточно высокий уровень не критичности принятия инклюзивного образования, негативные эмоциональные отношения и состояния.

Выводы

Проведенный в ходе исследования анализ научно-исследовательской литературы позволил установить, что с одной стороны достаточно большой процент родителей детей с ОВЗ, в том числе детей с РАС, и родителей детей с нормативным развитием демонстрируют позитивное отношение к инклюзивному образованию, интеграции особых детей в образовательную и воспитательную среду современной образовательной организации. У них сформированы позитивные установки на гуманизацию образовательной среды в отношении обучения особых детей в обычной школе, их взаимодействия со здоровыми детьми, что во многом позитивно будет сказывать на развитии обеих групп детей.

С другой стороны достаточно большой процент родителей, вне зависимости от региона, категорически против внедрения инклюзии и интеграции особых детей в образовательную среду.

Результаты практически всех исследований указывают на наличие стигматизации, стереотипов в отношении детей с ОВЗ, особенно детей с РАС, восприятие последних как недоразвитых и «опасных» для развития обычных детей.

Одной из важных задач в преодолении стигматизации особых детей и негативных стереотипов в отношении возможности обучения особых детей совместно со здоровыми детьми называется важности просветительской работы, которая в настоящее время проводится недостаточно широко и активно, а носит во многом фрагментарный характер.

Финансирование

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 18-513-00018 Бел_а.

Funding

The study was carried out with the financial support of the Russian Foundation for Basic Research in the framework of the research project No. 18-513-00018 Bel_a.

Конфликт интересов

Не указан.

Conflict of Interest

None declared.

Список литературы / References

  1. Богомолова Е.А. Проблемы реализации инклюзивного образования детей с ограниченными возможностями здоровья в образовательном пространстве Калужской области: Материалы заочной научно-практической конференции. – Калуга: Калужский государственный университет имени К.Э. Циолковского. – – С. 281-290.
  2. Данилова Е.А. Отношение родителей детей с инвалидностью и ОВЗ к инклюзивному образованию в республике КОМИ // Организация инклюзивного образовательного пространства: состояние и перспективы: Материалы международной научно-практической конференции. Отв. ред. Е.Ю. Перова. – Улан-Удэ: Издательство Сибирского государственного института культуры. – 2017.  – С. 146-149.
  3. Жарикова Л.И. Oтношение родителей младших школьников к инклюзивному образованию // Мир науки, культуры, образования. – 2016. – № 4 (59). – С. 17-20.
  4. Задорин И.В. Инклюзивное образование в Москве: дифференциация информированности участников как фактор-ограничение / Задорин И.В., Колесникова Е.Ю., Новикова Е.М. // Психологическая наука и образование. – М.: МГППУ, 2011. – № 1. – С. 60-72.
  5. Кирютина Н.В. Педагогический потенциал женского форума в развитии толерантности родителей к инклюзивному образованию // Категория «социальное» в современной педагогике и психологии: материалы 4-й Всероссийской научно-практической конференции с международным участием. – Тольятти: Тольяттинский университет, – 2016. – С. 523-528.
  6. Комарова Н.М. Социальная работа с детьми с расстройствами аутистического спектра: опыт Германии / Комарова Н.М., Суслова Т.Ф., Баязитова Н.Т. // Формы и методы социальной работы в различных сферах жизнедеятельности: материалы IV Международной научно-практической конференции,   посвящённый 55–летию Восточно-Сибирского государственного университета технологи и управления. – Улан-Удэ, 2017. – С. 156-158.
  7. Моргачёва Е.Н. Инклюзивное обучение глазами педагогов и родителей // Вестник РГГУ. Серия: Психология. Педагогика. Образование. – 2013.- № 18 (119). – С. 226-238.
  8. Нестерова А.А. Руководство для родителей ребенка с расстройствами аутистического спектра: вопросы самооценки и социального развития ребенка / Нестерова А.А., Айсина Р.М., Суслова Т.Ф. – М.: Общество с ограниченной ответственностью «Издательство РИТМ», 2016. – 214 c.
  9. Сигал Н.Г. Инклюзия: за и против: Монография. – Казань: Изд-во «Отечество», 2017. – 200 с.

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Bogomolova E.A. Problemy realizatsii inklyuzivnogo obrazovaniya detey s ogranichennymi vozmozhnostyami zdorov’ya v obrazovatel’nom prostranstve Kaluzhskoy oblasti: [Problems of Children Inclusive Education Implementation in the Educational Space of the Kaluga Region]: // Materialy zaochnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii [Materials of the correspondence scientific-practical conference]. – Kaluga: Tsiolkovsky Kaluga State University. – 2015. – P. 281-290. [in Russian]
  2. Danilova E.A. Otnosheniye roditeley detey s invalidnost’yu i OVZ k inklyuzivnomu obrazovaniyu v respublike KOMI [Attitude of Parents of Children with Disabilities and HIA to Inclusive Education in the Komi Republic] // Organizatsiya inklyuzivnogo obrazovatel’nogo prostranstva: sostoyaniye i perspektivy: Materialy mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii [Organization of an inclusive educational space: state and prospects KOMI: Materials of the international scientific-practical conference]. Ed. by E.Yu. Perov. – Ulan-Ude: Publishing House of the Siberian State Institute of Culture. – 2017. – P. 146-149. [in Russian]
  3. Zharikova L.I. Otnosheniye roditeley mladshikh shkol’nikov k inklyuzivnomu obrazovaniyu [Attitude of Parents of Younger Students to Inclusive Education] // Mir nauki, kul’tury, obrazovaniya [World of Science, Culture, Education]. – 2016. – No. 4 (59). – P. 17-20. [in Russian]
  4. Zadorin I.V. Inklyuzivnoye obrazovaniye v Moskve: differentsiatsiya informirovannosti uchastnikov kak faktor-ogranicheniye [Inclusive Education in Moscow: Differentiation of Participants’ Awareness as Limiting Factor] // / Zadorin I.V., Kolesnikova E.Yu., Novikova E.M. // Psikhologicheskaya nauka i obrazovaniye [Psychological Science and Education]. – Moscow: MSPPU, 2011. – No. 1. – P. 60-72. [in Russian]
  5. Kiryutina N.V. Pedagogicheskiy potentsial zhenskogo foruma v razvitii tolerantnosti roditeley k inklyuzivnomu obrazovaniyu [Pedagogical Potential of Women’s Forum in Development of Tolerance of Parents to Inclusive Education] // «Sotsial’noye» v sovremennoy pedagogike i psikhologii: materialy 4-y Vserossiyskaya nauchno-prakticheskaya konferentsiya s mezhdunarodnym uchastiyem [“Social” in modern pedagogy and psychology: materials 4th All-Russian Scientific and Practical Conference with international participation]. – Tolyatti: University of Tolyatti, – 2016. – P. 523-528. [in Russian]
  6. Komarova N.M. Sotsial’naya rabota s det’mi s rasstroystvami autisticheskogo spektra: opyt Germanii [Social work with children with autism spectrum disorders: the German experience] / Komarova N.M., Suslova T.F., Bayazitova N.T. // Materialy i metody sotsial’noy raboty v razlichnykh sferakh zhiznedeyatel’nosti: materialy IV Mezhdunarodnaya nauchno-prakticheskaya konferentsiya, posvyashchonnyy 55-letiyu Vostochno-Sibirskogo gosudarstvennogo universiteta i upravleniya [Materials and methods of social work in various spheres of life: materials IV International Scientific and Practical Conference dedicated to the 55th anniversary of East-Siberian State University and Management]. – Ulan-Ude, 2017. – P. 156-158. [in Russian]
  7. Morgacheva E.N. Inklyuzivnoye obucheniye glazami pedagogov i roditeley [Inclusive Education in the eyes of Teachers and Parents] // Vestnik RGGU. Seriya: Psikhologiya. Pedagogika. Obrazovaniye [Bulletin of the RSUH. Series: Psychology. Pedagogy. Education]. – 2013. – No. 18 (119). – P. 226-238. [in Russian]
  8. Nesterova A.A. Voprosy samootsenki i sotsial’nogo razvitiya rebenka [Issues of Self-esteem and Social Development of Child] / Nesterova A.A., Aysina R.M., Suslova T.F. – Moscow: Limited Liability Company “Publishing House RITM”, 2016. – 214 p. [in Russian]
  9. Sigal N.G. [Inclusion: Pros and Cons: Monograph]. – Kazan: “Otechestvo” publishing house, 2017. – 200 p. [in Russian]

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.