Pages Navigation Menu
Submit scientific paper, scientific publications, International Research Journal | Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2017.56.020

Download PDF ( ) Pages: 12-15 Issue: № 02 (56) Part 1 () Search in Google Scholar
Cite

Cite


Copy the reference manually or choose one of the links to import the data to Bibliography manager
Dengina T.V. et al. "EXCLAMATORY SENTENCES WITH EMOTIONAL MARKERS IN SPEECH ACT CONDTIONS". Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal (International Research Journal) № 02 (56) Part 1, (2017): 12. Wed. 15. Feb. 2017.
Dengina, T.V. & Chernova, L.V. (2017). VOSKLICATELYNYE PREDLOGHENIYA S EMOCIONALYNYMI MARKERAMI V USLOVIYAH RECHEVOGO AKTA [EXCLAMATORY SENTENCES WITH EMOTIONAL MARKERS IN SPEECH ACT CONDTIONS]. Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal, № 02 (56) Part 1, 12-15. http://dx.doi.org/10.23670/IRJ.2017.56.020
Dengina T. V. EXCLAMATORY SENTENCES WITH EMOTIONAL MARKERS IN SPEECH ACT CONDTIONS / T. V. Dengina, L. V. Chernova // Mezhdunarodnyj nauchno-issledovatel'skij zhurnal. — 2017. — № 02 (56) Part 1. — С. 12—15. doi: 10.23670/IRJ.2017.56.020

Import


EXCLAMATORY SENTENCES WITH EMOTIONAL MARKERS IN SPEECH ACT CONDTIONS

Деньгина Т.В.1, Чернова Л.В.2

1Кандидат филологических наук, Доцент, 2Кандидат филологических наук, Доцент, Армавирский государственный педагогический университет

ВОСКЛИЦАТЕЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ЭМОЦИОНАЛЬНЫМИ МАРКЕРАМИ В УСЛОВИЯХ РЕЧЕВОГО АКТА

Аннотация

Данная статья посвящена определению места восклицательного предложения в дихотомии язык-речь. Исследовав особенности функционирования этой единицы языка, авторы приходят к выводу о том, что восклицательные предложения находятся в той зоне синтаксиса, где грани между языком и речью стираются, язык и речь становятся явлениями взаимодополняющими и взаимосвязанными. И в этом смысле восклицательное предложение – синкретичная единица. В условиях речевого акта предложения с местоименными маркерами актуализируют экспрессивную и ассертивную иллокутивную цель с преобладанием той или другой в различных синтаксических конструкциях. Восклицательное предложение с эмоциональными маркерами занимает двойственное положение в дихотомии «язык» – «речь».

Ключевые слова: язык, речь, речевой акт, иллокутивная сила, синкретичная единица, пресуппозиция, мелодика, эмоциональный маркер, асимметрия языкового знака, фраза.

Dengina T.V.1, Chernova L.V.2

1PhD in Philology, Associate professor, 2PhD in Philology, Associate professor, Armavir State Pedagogical University

 EXCLAMATORY SENTENCES WITH EMOTIONAL MARKERS IN SPEECH ACT CONDTIONS

Abstract

The article is devoted to determining a place of exclamatory sentences on the dichotomy “language-speech”. Having studied the features of this unit of language the authors come to conclusion that exclamatory sentences belong to the area of syntax where boundaries between language and speech are blurred, and language and speech become complementary and interrelated phenomena. In this meaning exclamatory sentence is a syncretical unit. In the conditions of the speech act sentences with pronominal markers actualize expressive and assertive illocutionary goal with a predominance of one or another depending on different syntactic structures. Exclamatory sentences with emotional markers occupy a dual position in the dichotomy “language-speech”.

Keywords: language, speech, speech act, illocutionary power, syncretical unit, presupposition, melodics, emotional marker, asymmetry of linguistic sign, phrase.

Специфику настоящего этапа развития науки о языке составляет уже завершившийся переход от имманентного рассмотрения языка к его изучению в тесной связи со знанием, мышлением, культурой и практической деятельностью человека. Базисным принципом в изучении современного русского языка является антропоцентрический принцип, предложенный В. фон Гумбольдтом, согласно которому понять природу и сущность языка возможно лишь исходя из понимания деятельности человека и окружающего его мира.

Признав человека высшей ценностью, современные исследования в области языка отталкиваются от проблемы человеческого фактора в языке. Если признать антропоцентрический принцип ведущим в лингвистическом исследовании, то необходимо определить место восклицательного предложения в корреляции «язык» – «речь».

Разграничение языка и речи предполагает их противопоставление по разным основаниям: система средств общения – реализация этой системы, система лингвистических единиц – их последовательное использование в акте общения, статическое явление – динамическое: совокупность элементов в парадигматическом плане – их совокупность в синтагматическом плане, сущность – явление, общее – отдельное, устойчивое – переменное.

Каково же место восклицательного предложения в этой дихотомии? Стефана Димитрова пишет, что современные лингвистические видения сводятся к мнению об отнесенности предложения к факту речи, а в языке имеются ситуативно не привязанные псевдопредложения [4, с. 535].

В качестве аргументов, доказывающих этот тезис, можно привести следующие: во-первых, предложения возникают в условиях речи, создаются говорящим каждый раз заново; во-вторых, одним из важных и обязательных признаков предложения является интонация, определяемая как “ритмико-мелодическая сторона речи, служащая в предложении средством выражения синтаксических значений и эмоционально-экспрессивной окраски” [7, с. 134]. В восклицательных предложениях роль интонации особенно значительна, т.к. именно мелодика речи является наиболее ярким средством выражения эмоций. Т.В.Деньгина замечает: «Большую роль играет мелодика в тех предложениях, где план выражения не соответствует плану содержания. Утвердительное по модальности предложение, произнесенное с оттенком иронии, несколько убыстренным темпом, с повышением тона от слова, на которое падает логическое ударение, приобретает отрицательную модальность» [3, с. 62].

Значительно возрастает роль мелодики в высказываниях, где эмоциональная оценка противоречит лексическому значению слова. Предложение Ну и умница!, сказанное с возмущением и иронией, передает отрицательную эмоциональную оценку. Семантику предложений типа Вот это певец! Что за город! нельзя определить без помощи речевой мелодики, где она становится максимально выразительной.

Чтобы корректно осуществить декодирование подобных ассиметричных языковых единиц, необходимо учитывать не только лексическое значение слов, но и приращение смысла, обусловленное фразовой интонацией:  «…в построениях, оформленных эмоциональными квалификаторами, интонация является не только средством организации языковой единицы, но и средством выражения тончайших эмоциональных оттенков, способствует созданию специфического ритмико-мелодического рисунка высказывания, свидетельствующего о наличии у говорящего эмоционального настроя, содействует актуальному членению предложения» [9, с. 136].

Понимание предложения как интегративной единицы нашло отражение в следующем определении О.В. Долговой: “Предложение – это грамматически и интонационно оформленная по законам данного языка целостная единица речи. Она является средством формирования, выражения и сообщения мысли о некотором отрезке действительности” [5, с. 17].

О принадлежности предложений к фактам языка говорит то, что эти единицы строятся по определенным моделям, которые устанавливаются путем абстракции от реальных объектов, понимаются как общая минимальная структура, отвлеченная от конкретных предложений, функционирующих в речи. Кроме того, предложение как грамматическая единица характеризуется модальностью, синтаксическим временем, предикативностью.

Таким образом, восклицательные предложения находятся в той зоне синтаксиса, где грани между языком и речью стираются, язык и речь становятся явлениями взаимодополняющими и взаимосвязанными. И в этом смысле восклицательное предложение – синкретичная единица.

Относясь к фактам речи, восклицательное предложение обладает иллокутивной силой высказывания, ядро которой представлено понятием коммуникативная цель, т.е. намерение, установка говорящего или коммуникативно-целевая семантика.

Английский логик Дж. Остин, американский логик Дж. Серль, английский логик П.Ф. Стросон внесли значительный вклад в выделение и изучение аспектов коммуникативно-целевой семантики: иллокутивная сила, типология иллокутивных сил, иллокутивные акты, социальные аспекты общения, процесс вербализации коммуникативного намерения, процесс понимания высказывания с учетом распознавания его коммуникативной цели, формальные показатели коммуникативной цели, связи иллокутивных сил с другими понятиями логической и лингвистической семантики.

Выяснение семантики предложения с учетом речевого намерения, позволит более глубоко раскрыть этот аспект изучения восклицательного предложения. Дифференциальным признаком восклицательных предложений является особая эмфатическая интонация, которая служит средством выражения эмоций на фонетическом уровне языка.

Восклицательное предложение, относясь к фактам языка и речи, должно быть рассмотрено в структурном и семантическом аспектах, так как эти аспекты взаимосвязаны и взаимообусловлены.

Так как экспрессивность является отличительной чертой всех конструкций с эмоционально-экспрессивными маркерами, доминирующими среди исследуемых построений являются экспрессивы, однако выделяются и синкретичные конструкции, сочетающие особенности экспрессивов и других речевых актов.

В большинстве своем такие построения соответствуют экспрессивному речевому акту. Среди них можно выделить:

а) конструкции, где квалифицируемым является субстантивное понятие: Ах, Митя, ночь какая! Погуляем сегодня до утра? (В.В. Вересаев); Какая мука! Какая… мука!..(М. Горький); Какой я глупец! – вскричал он, вскочив с кушетки, так громко, что легавая собака его залаяла с просонков. (Бестужев-Марлинский);

б) конструкции, где квалифицируемое понятие атрибутивно: Ах, какая мысль блестящая! (А. Островский); Вот и граммофон стоит, – развязно, в отчаянии, начал дьякон. – Какая удивительная вещь! (Л. Андреев); Натали, какой удивительный цвет волос у вас! (И. Бунин).

Однако, как видно, все подобные высказывания преследуют иллокутивную цель передать чувства, психологические состояние говорящего (восхищение, удивление, страдание, разочарование и под.), следовательно, их можно отнести к экспрессивам.

Часть интересующих нас построений можно отнести к ассертивам с дополнительной долей экспрессии: Но какой же мальчик откажется от наслаждения лишний раз переночевать на берегу моря под открытым небом? (В. Катаев). Цель данного высказывания – подчеркнуть убежденность говорящего в правильности своей собственной мысли. Такие построения представляют собой риторические вопросы.

Некоторые построения представляют собой переходные явления, которые занимают промежуточное положение между ассертивами и экспрессивами. Вместе с тем нельзя говорить об их однотипности.

Среди них можно выделить речевые акты с преобладанием экспрессивной цели и меньшей долей ассертивной цели: Ах, какой это был счастливый, замечательный, неповторимый день! (В. Катаев); Какие чудесные у нас вечера! (М. Прилежаева); Какой ты красивый сегодня, Витя, нарядный! (Н. Крацин); Какие вы оба глупые! (Ф. Достоевский). Данные высказывания представляет собой экспрессивы, так как выражают восторг, восхищение, удивление и вместе с тем преследуют ассертивную цель, потому что извещают об изложении содержательной стороны. Языковыми средствами выражения иллокутивной силы высказывания наряду с местоименными маркерами являются эмоционально окрашенные слова, особая интонация. Исключение местоименного маркера из конструкции не меняет иллокутивной цели, однако существенно ослабляет эмоциональную насыщенность высказывания.

Другую группу составляют высказывания с равными долями экспрессивной и ассертивной целей: Какой пирог я испекла! (М. Горький); Какие надежды возлагал он на мальчика! (П. Проскурин); А какие подвиги совершают люди на войне! (А. Фадеев); Какое известие ожидало его! (А. Пушкин). В этих предложениях выражается сообщение о произведенном действии и вместе с тем они содержат эмоциональную реакцию говорящего (удовлетворение, радость, удивление, разочарование и др.) на результат действия. Если сравнить высказывания с местоименными маркерами с теми же самыми высказываниями без них: Пирог я испекла!; Надежды возлагал он на мальчика!; Подвиги совершают люди на войне!; Известие ожидало его!, видим, что они представляет собой ассертивы в чистом виде, следовательно, иллокутивная цель высказывания в случае исключения местоименного маркера несколько видоизменяется.

Среди построений этой группы преобладают переходные конструкции, сочетающие особенности экспрессивов и ассертивов. Эти построения сообщают о положении дел, содержат элементы качественно-количественной оценки и одновременно выражают эмоционально-оценочное отношение говорящего к высказываемому. Например: Нежное кроткое сердце… и такая сила, такая жажда жертвы! (И. Тургенев); Такой противный! – заметила Таня. – Хромой, нос на сторону, рожа – вот! (В. Вересаев);  Такой великий праздник! (Там же). Таким образом, построения с местоименным маркером такой следует отнести к переходным, синкретичным конструкциям.

Построения с местоименным маркером как могут соответствовать разным речевым актам. Среди них можно выделить экспрессивы, отражающие эмоционально-психологическое состояние субъекта речи, сопутствующее речевому действию: О, как я счастлива! (И. Тургенев); А она говорит: «Как глупо!» (К. Коровин); Как хорошо вернуться в город после восьмилетней разлуки! (В. Каверин).

В большей степени распространены синкретичные конструкции, совмещающие экспрессивные и ассертивные иллокутивные цели. Например: Как он похудел, бедняжка, как бледен! (А. Герцен); Господи, как голова болит! (В. Вересаев); Как жестоко устроен мир! (Ф. Сартаков). Как видно, данные построения сообщают о положении вещей и одновременно свидетельствуют об эмоциональном состоянии говорящего, что позволяет определить их как синкретичные, наделенные двумя иллокутивными целями – ассертивной и экспрессивной.

Экспрессивные иллокутивные цели могут сочетаться с директивными целями в типизированных развернутых или редуцированных конструкциях: – Зина, как вам не стыдно?  (М. Булгаков); Как вы смеете это говорить? (Там же). Очевидно, что в данном случае высказывания построены по типу вопроса, однако ни по функции, ни по интонации эти фразы как вопросительные не воспринимаются и предполагают попытку побуждения адресата речи к размышлению над своим поведением. При экспликации иллокутивных целей высказывания получим: Вам должно быть стыдно!; Вам нельзя это говорить!. Данные конструкции имеют признаки директива и одновременно экспрессива, т.к. выражают сильные эмоции.  Это позволит квалифицировать конструкции как совмещающие признаки директива и экспрессива.

Построения с эмоционально-экспрессивным квалификатором так представляют собой синкретичные конструкции, совмещающие ассертивные и экспрессивные цели. Например: А он так привязался к Антошке, и этот мальчик так любит его! (К. Станюкович); Все это было так сложно и так великолепно! (В. Катаев); Ей-богу, я так встревожился! (А. Герцен). Такие построения сообщают о положении дел и выражают психологическое состояние субъекта, поэтому их следует определить как наделенные двумя иллокутивными целями – ассертива и экспрессива.

Таким образом, в силу того что экспрессивность присуща любым построениям с местоименными маркерами, среди них отсутствуют конструкции, выходящие за пределы экспрессивного речевого акта. Построения, оформленные местоимёнными маркерами с начальным элементом к-, могут соответствовать экспрессивам или совмещать экспрессивные и ассертивные цели, а также соединять экспрессивные и директивные цели. Построения  с начальным элементом т- совмещают экспрессивные и ассертивные цели, т.е. являются синкретичными.

Анализ восклицательных предложений подтвердил, что восклицательное предложение в дихотомии язык-речь занимает двойственное положение, относясь к фактам как языка, так и речи.

Список литературы / References

  1. Бабенко Л. Г. Лексические средства обозначения эмоций в русском языке / Л. Г. Бабенко. – Свердловск : Изд-во Уральского ун-та, 1989. – 184 с.
  2. Болотов В. И. Эмоциональность текста в аспекте языковой и неязыковой вариативности (Основы эмотивной стилистики текста) / В. И. Болотов. – Ташкент : ФАН, 1981. – 116 с.
  3. Деньгина Т. В. Формально-синтаксические и функционально-семантические особенности восклицательных предложений в современном русском языке : дисс. … канд. филол. наук / Т. В. Деньгина. – Ставрополь, 1999. – 187 с.
  4. Димитрова С. Актуализация предложения и ее зависимость от степени ос­ведомленности адресата / С. Димитрова // Новое в зарубежной лингвистике. – М., 1985. – С. 535-546.
  5. Долгова О. В. Синтаксис как наука о построении речи / О. В. Долгова. – М., 1980. – 171 с.
  6. Золотова Г. А. Коммуникативные аспекты русского синтаксиса / Г. А. Золотова. – М., 1982. – 368 с.
  7. Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка / С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. – М. : АЗЪ, 1994. – 928 с.
  8. Остин Дж. Л. Слово как действие / Дж. Л. Остин // Новое в зарубежной лингвистике. – Вып. 17. – М. : Прогресс, 1989. – С. 22-130.
  9. Чернова Л. В. Структурно-синтаксические и семантические особенности конструкций, оформленных местоименными и местоименно-наречными словами с квалифицирующим значением : дисс. … канд. филол. наук / Л. В. Чернова. – Ставрополь, 2002. – 231 с.

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Babenko L. G. Leksicheskie sredstva oboznachenija jemocij v russkom jazyke [Lexical means of designations of emotions in the Russian language] / L. G. Babenko. – Sverdlovsk : Izd-vo Ural’skogo un-ta, 1989. – 184 p. [in Russian]
  2. Bolotov V. I. Jemocional’nost’ teksta v aspekte jazykovoj i nejazykovoj variativnosti (Osnovy jemotivnoj stilistiki teksta) [The emotionality of the text in the aspect of verbal and non-verbal variability (Fundamentals emotive style of the text)] / V. I. Bolotov. – Tashkent : FAN, 1981. – 116 p. [in Russian]
  3. Den’gina T. V. Formal’no-sintaksicheskie i funkcional’no-semanticheskie osobennosti vosklicatel’nyh predlozhenij v sovremennom russkom jazyke : diss. … kand. filol. nauk [Formal syntactic and functional-semantic features of exclamatory sentences in modern-rated Russian : Diss. … Cand. Philol. Sciences] / T. V. Den’gina. – Stavropol’, 1999. – 187 p. [in Russian]
  4. Dimitrova S. Aktualizacija predlozhenija i ee zavisimost’ ot stepeni osvedomlennosti adresata [Actualization offers and its dependence on the level of knowledge of addressee] / S. Dimitrova // Novoe v zarubezhnoj lingvistike [New in foreign linguistics]. – M., 1985. – P. 535-546. [in Russian]
  5. Dolgova O. V. Sintaksis kak nauka o postroenii rechi [Syntax as the science of forming speech] / O. V. Dolgova. – M., 1980. – 171 p. [in Russian]
  6. Zolotova G. A. Kommunikativnye aspekty russkogo sintaksisa [Communicative aspects of Russian syntax] / G. A. Zolotova. – M., 1982. – 368 p. [in Russian]
  7. Ozhegov S. I., Shvedova N. Ju. Tolkovyj slovar’ russkogo jazyka [Explanatory Dictionary of the Russian language] / S. I. Ozhegov, N. Ju. Shvedova. – M. : AZ, 1994. – 928 p. [in Russian]
  8. Ostin Dzh. L. Slovo kak dejstvie [Word as an action] / Dzh. L. Ostin // Novoe v zarubezhnoj lingvistike [New in foreign linguistics]. – Vol. 17. – M. : Progress, 1989. – P. 22-130. [in Russian]
  9. Chernova L. V. Strukturno-sintaksicheskie i semanticheskie osobennosti konstrukcij, oformlennyh mestoimennymi i mestoimenno-narechnymi slovami s kvalificirujushhim znacheniem : diss. … kand. filol. nauk [Structural and syntactic and semantic singularity of constructs designed pronouns and pronouns, adverbial words with qualifying value : Diss. … Cand. Philol. Sciences] / L. V. Chernova. – Stavropol’, 2002. – 231 p. [in Russian]

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.