Pages Navigation Menu
Submit scientific paper, scientific publications, International Research Journal | Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ЭЛ № ФС 77 - 80772, 16+

DOI: https://doi.org/10.23670/IRJ.2017.64.002

Download PDF ( ) Pages: 97-100 Issue: № 10 (64) Part 1 () Search in Google Scholar
Cite

Cite


Copy the reference manually or choose one of the links to import the data to Bibliography manager
Shusharina G.A., "IMAGE OF FAR EAST OF RUSSIA IN JAPANESE MEDIA SPACE". Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal (International Research Journal) № 10 (64) Part 1, (2017): 97. Wed. 01. Nov. 2017.
Shusharina, G.A. (2017). OBRAZ DALYNEGO VOSTOKA ROSSII V YAPONSKOM MEDIA-PROSTRANSTVE [IMAGE OF FAR EAST OF RUSSIA IN JAPANESE MEDIA SPACE]. Meždunarodnyj naučno-issledovatel’skij žurnal, № 10 (64) Part 1, 97-100. http://dx.doi.org/10.23670/IRJ.2017.64.002
Shusharina G. A. IMAGE OF FAR EAST OF RUSSIA IN JAPANESE MEDIA SPACE / G. A. Shusharina // Mezhdunarodnyj nauchno-issledovatel'skij zhurnal. — 2017. — № 10 (64) Part 1. — С. 97—100. doi: 10.23670/IRJ.2017.64.002

Import


IMAGE OF FAR EAST OF RUSSIA IN JAPANESE MEDIA SPACE

Шушарина Г.А.

Кандидат филологических наук, Комсомольский-на-Амуре государственный технический университет

Исследование проведено при поддержке Правительства Хабаровского края. Договор № 148/2017 Д от 5 июня 2017 г. о предоставлении гранта на проведение научных исследований в области гуманитарных и общественных наук

ОБРАЗ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА РОССИИ В ЯПОНСКОМ МЕДИА-ПРОСТРАНСТВЕ

Аннотация

В статье рассматривается образ дальневосточного региона России в японских средствах массовой информации. Проанализированы характерные особенности лексического и грамматического наполнения статей. Выявлены метафорические репрезентации образа Дальнего Востока. Образ создается с помощью эпитетов с негативной оценкой, различными лексемами с префиксами, несущими отрицательное значение. Посредством лингвистического анализа установлено, что доминирует образ слаборазвитого, малонаселенного, коррумпированного и ненадежного региона.

Ключевые слова: Дальний Восток России, регион, образ, медиа-пространство, метафора.

Shusharina G.A.

PhD in Philology, Komsomolsk-na-Amure State Technical University

The study was conducted with the support of the Khabarovsk Krai Government. Contract No. 148/2017 D from June 5, 2017 about granting a grant for scientific research in the field of humanities and social sciences

IMAGE OF FAR EAST OF RUSSIA IN JAPANESE MEDIA SPACE

Abstract

The article distinguished the image of the Far Eastern region of Russia in the Japanese mass media. The characteristic features of the lexical and grammatical content of the articles are analyzed. Metaphoric representations of the image of the Far East are revealed. The image is created with the help of epithets with negative evaluation, various lexemes with prefixes bearing a negative value. By means of linguistic analysis, it is established that the image of an underdeveloped, sparsely populated, corrupt and unreliable region dominates.

Keywords: Far East of Russia, region, image, media space, metaphor.

В настоящее время вопрос об образе России в мире актуален как никогда. Крупнейшие мировые новостные агентства проводят опросы общественного мнения на регулярной основе, «согласно которым отношение к России в мире постоянно ухудшается» [2, С. 17].

Япония – важный партнер России на Дальнем Востоке, с которым наша страна нацелена укреплять взаимовыгодные конструктивные отношения, развивать сотрудничество в политической, производственной, экономической и гуманитарной областях. В последнее время российско-японские связи заметно активизировались. Важнейшую роль в этом процессе играют контакты руководителей России и Японии. В связи с этим исследование образа Дальнего Востока России в японском медиа-пространстве представляется актуальным.

Средства массовой информации играют важную роль в формировании общественного сознания. Именно от политики, которую проводят ведущие издания в отношении Российской Федерации, зависит образ России в сознании зарубежной аудитории.

Исследователи выделяют несколько причин содержательной актуальности изучения образа России в зарубежных средствах массовой информации, а именно: 1) образ России отражается на каждом жителе России; 2) образ России влияет на успешные социально-экономические отношения России с другими государствами, на расширение возможностей для культурного обмена и туризма и т.д.; 3) образ России служит важным инструментом при решении вопросов в области геополитических проблем [6, С. 37].

Исследованиям образа России в зарубежных СМИ посвящено большое количество лингвистических работ: «Проблематика образа России является одной из наиболее разработанных в современной лингвистике» [3, С. 80]. Каждая из таких работ вносит определенный вклад в изучение процесса категоризации / концептуализации образа России. Образ – понятие сложное и многогранное, понятие является предметом изучения многих областей научного знания – философии, лингвистики, социологии, психологии, литературоведения и других.

Так, по мнению Д. Д. Цилюрик, медиаобраз страны формируется в результате обработки информации, которая проходит через особые «фильтры» восприятия, в качестве которых выступают этнические стереотипы. Именно их существование на протяжении всей истории двусторонних отношений позволяет говорить об универсальной матрице восприятия России в других странах. В соответствии с матрицей восприятия России за рубежом на страницах иностранной печати складывается положительный или отрицательный образ России [7].

Нгуен Тхи Зиу, анализируя образ России в СМИ Вьетнама, указывает на то, что первостепенными факторами, влияющими на модификацию образа России, являются текущая конъюнктура состояния российско-вьетнамских отношений, положительные стереотипы о Советской России и русском народе, технические возможности и политика сетевых СМИ Вьетнама, позиция России на международной арене [5].

Лингвиста, прежде всего, интересует, как определенные тенденции, имеющие место во взаимоотношениях двух стран, преломляются в языке и как язык способствует формированию образа страны в целом, образа политиков, созданию новых стереотипов и закреплению мифов [4].

Цель настоящей статьи заключается в исследовании лексического и грамматического наполнения газетных публикаций, с помощью которого формируется образ Дальнего Востока в японском медиа-пространстве. Сделанные выводы позволят расширить рамки существующих подходов к описанию политической реальности России.

Источниками материала исследования послужили отдельные статьи современных газет и новостных веб-сайтов «Asahi», «Asia Nikkei», «Japan Times». Указанные газеты издаются на английском языке, с тем, чтобы активно вовлекать жителей Японии в международные события. На наш взгляд, публикация статей на английском языке (не японском) не способствует некоторому искажению образа дальневосточного региона России, поскольку каждая из представленных газет выходит дважды в день, является влиятельной и тиражируемой в Японии, доставляется во все японские правительственные органы и большинство крупных частных предприятий. Кроме того, тексты статей указанных газет ориентированы преимущественно на читателей с высоким социальным статусом и высоким образовательным уровнем. Тематика статей в большинстве своем связана с реализацией инвестиционных проектов и привлечением таких крупных японских промышленных компаний, как Mitsui & Co., Mazda Motor Corp. и др. в развитие дальневосточного региона России. И самое главное, указанные газеты и новостные веб-сайты придерживаются либеральной позиции, поскольку во главе Японии стоит либерально-демократическая партия (ЛДП), лидером которой на данный момент является премьер-министр Японии Синдзо Абэ. Правительство Японии контролируют данные газеты и выполняет функции цензора. В связи с вышеизложенным, можно утверждать, что образ дальневосточного региона России, представленный в англоязычных японских СМИ, отражает мнение японской правящей политической элиты и распространяется среди населения Японии.

В настоящем исследовании была осуществлена сплошная выборка всех публикаций отобранных изданий по всем разделам за период 2013 г. – 2017 г. Поиск проводился по ключевым словам «Far East of Russia», «Russian Far East» (материал исследования собран Н. А. Матвеевым, студентом направления подготовки 45.04.02 Лингвистика, ФГБОУ ВО «Комсомольский-на-Амуре государственный технический университет»).

В результате анализа материала были выделены только негативные характеристики, посредством которых эксплицируется образ России в анализируемых японских СМИ.

Анализ публикаций по теме исследования показал, что в японском масс-медийном пространстве главной задачей является описание территориального спора, который не способствует заключению мирного договора между Российской Федерацией и Японией. Основным объектом споров выступают острова Курильской гряды (Итуруп, Кунашир, Шикотан и группа Хабомаи), которые в текстах японских СМИ упоминаются, как «the Nothern Territories» [8].

При описании событий, предшествующих территориальному спору, используются негативно окрашенные лексические единицы с семой «намеренного захвата»: «occupied» (To have, or to have taken, possession or control of (a territory) [1], «grab» (To grip suddenly; to seize; to clutch) [1], «seized» (to deliberately take hold of; to grab or capture) [1]. Указанные глаголы выражают отрицательное отношение к событиям второй мировой войны и желание вернуть острова, которые были присоединены к территории бывшего СССР по итогам второй мировой войны: «grab for the Soviet Union», «seized from Tokyo», «occupied by Soviet forces at the end of World War II» [10]. Оценка действий Советского Союза также эксплицируется при помощи лексем с негативной коннотацией «возмущения»: «resented» [1], «protested» [1], «unfair» [1], «unequal» [1]. Для описания вопросов, связанных с данной темой, используются широкие синонимические ряды с общим компонентом «борьба»: «tussle», «dispute», «Russia fighting», «conflict», «tense», «concerns»; и с общим компонентом «территориальный» «territorial», «border», «island» [1].

Анализ материала японских газет выявил наличие метафор, используемых в отношении территориального спора между Россией и Японией. Например, метафора «a festering territorial row» позволяет интерпретировать территориальный конфликт как «гноящуюся рану», поскольку вопрос о принадлежности территорий островов все еще остается нерешенным и вызывает множество трудностей [8].

Территориальный спор (territorial dispute, territorial row, territorial issue) в японском медиа-пространстве описывается с помощью таких эпитетов, как  longstanding (Having persisted for an extended period of time), frozen (immobilized), festering (The condition of something that festers), stalled (To come to a standstill), prolonged (To lengthen in time; to extend the duration of; to draw out; to continue), enduring (To last), unresolved (The lack of the quality of resolve) [1], что указывает на длительный характер проблемы. При рассмотрении таких вопросов авторы публикаций дают справки исторического характера, связанные с незаконным, по их мнению, присоединением территорий Советским союзом или Россией. Например, «the two sides have still not signed a peace treaty ending the war» или «a vestige of World War II», «the islands have been under Russian administration since 1945» [10].

Помимо территориального спора между двумя государствами, японские журналисты уделяют внимание описанию современного состояния российского Дальнего Востока. В этом отношении образ Дальнего Востока преимущественно формируется как негативный. Например, для описания состояния инфраструктуры авторы текстов используют следующие лексические единицы с негативной коннотацией: «slow», «fall apart», «in one brushstroke weaknesses in the transportation infrastructure», «need of extensive renovation», «were built during the Soviet era» [9].

Преследуя эту цель, авторы статей также используют отрицательный префикс un- со значением «not, the opposite of sth», префикс re- co значением «again», и префикс under- со значением «Being lower; being beneath something» [1]: «The sleepy port town of Vladivostok in Russia’s Far East, which was a closed-off military enclave during the Soviet era, is seeking to reinvent itself as an exclusive casino resort» [9], «Yes, companies have concerns about unpredictability», «In its quest to become a new Asian tourist hub, however, Vladivostok will face stiff competition from the likes of Macau, Singapore and South Korea, and there are questions over whether an underdeveloped Russian port town will be able to hold its own against the region’s established resorts» [9].

Негативный образ Российского Дальнего Востока поддерживается и в словах shrink, decline в значении To become smaller, To move downwards, to fall, to drop (уменьшаться) [1] в отношении населения указанных территорий: «to combat a shrinking population in the Russian Far East», «population in the Russian Far East is shrinking», «rapid population declines» [9]. Использование настоящего длительного времени (Present Continuous) подчеркивает, что процесс депопуляции Дальнего Востока продолжается.

Основными городами, которые часто используются в публикациях японских СМИ, являются Владивосток и Хабаровск в контексте привлечения рабочей силы в города и развития инфраструктуры: «…workers are seen as essential to moving infrastructure projects along in the Russian Far East, including those in Khabarovsk and Vladivostok <…>» [9]. При этом Владивостоку уделяется больше внимания. Владивосток описывается с использованием лексических единиц отрицательной коннотацией: «The sleepy port town of Vladivostok in Russias Far East», «closedoff military enclave during the Soviet era», «underdeveloped Russian port town» [9].

Авторы статей в японских СМИ указывают на изменения, которые происходят в городе для привлечения туристов: «A new theater, an art museum and other facilities are also being built in a bid to transform the city into an entertainment hub for wealthy tourists from China and other neighboring countries» [9]. Правительство России стремится превратить Владивосток в Дальневосточный Лас-Вегас: «Vladivostok set to become Russian Vegas» [9].

Однако японские СМИ с сомнением относятся к возможной реализации плана превращения Владивостока в новый азиатский туристический хаб (a new Asian tourist hub). Сомнение выражается с помощью наречия unlikely (маловероятно): «A resort in Vladivostok is unlikely to succeed unless the city can rapidly modernize infra-structure and secure skilled hospitality executives and personnel» и лексемы questions «and there are questions over whether an underdeveloped Russian port town will be able to hold its own against the region’s established resorts» [9].

В частности, развитию Владивостока препятствует отсутствие гостиниц высокого класса: «Currently, there is only one luxury hotel in central Vladivostok» [9]. В городе нет современных дорог, поскольку они были построены еще в советские времена и нуждаются в масштабной реконструкции: «Most of the roads and buildings in the city were built during the Soviet era and are in need of extensive renovation» [9]. В приведенных примерах слабое развитие города подчеркивается усилительным наречием only (только) в сочетании с числительным one (один) и превосходной степенью Most (большинство).

Кроме того, череда коррупционных скандалов в правительстве края не способствуют стремительному развитию Владивостока: «But a series of corruption scandals has meant neither has opened its doors» [9]. Проблема коррупции в этом регионе выражена с помощью лексемы a series of, которая указывает на последовательный ряд действий, событий и подчеркивает множественность похожих случаев.

Коррупция, нестабильность – это те причины, которые не позволяют бизнесменам Японии инвестировать в российский Дальний Восток. Данный вывод можно сделать на основе анализа эпитетов, которые используются при описании инвестиционного климата России, а именно, unpredictable, opaque and changeable, burdensome. Указанные эпитеты подчеркивают непредсказуемость и изменчивость экономической и политической ситуации на Дальнем Востоке России: «But Japanese corporate concerns about an unpredictable investment environment in Russia and tough calculations of risk and return could deter private-sector deals», «Japanese firms have long complained about the business environment in Russia. Among their concerns are an opaque and changeable legal system, burdensome bureaucracy and corruption, according to surveys by Japanese business lobby Keidanren», «Yes, companies have concerns about unpredictability» [8].

Тем не менее, японские и дальневосточные компании, вслед за Президентом РФ и Премьер-министром Японии, строят планы на совместную деятельность на российском Дальнем Востоке, что может способствовать его скорейшему развитию. Заинтересованность японских коммерческих организаций демонстрируется лексемой cooperation в значении сотрудничество. Кроме того, в газетных публикациях используются глагольные конструкции, подчеркивающие положительные намерения японских компаний, например, proposed (предложили) или aim to accelerate (намерены ускорить): «Seeking a breakthrough in a frozen territorial dispute, Prime Minister Shinzo Abe proposed Japanese cooperation on energy projects, development of the Russian Far East, and other economic matters in a meeting Friday with President Vladimir Putin», «Abe’s eight-point economic cooperation proposal includes building liquefied natural gas plants, as well as ports, airports, hospitals and other infrastructure, mainly in the Russian Far East» [8], «To help realize the plan, Japanese firms aim to accelerate investments in resource development» [9].

Необходимо отметить, что в японском медиа-пространстве положительное решение территориального вопроса, которое удовлетворило бы японскую сторону, является неотъемлемым условием инвестирования в экономику российского Дальнего Востока, о чем свидетельствует выражение two sides of a coin. Таким образом, подчеркивается взаимосвязь решения территориального спора и денежных вливаний в дальневосточный регион: «The territorial issue and economic cooperation are two sides of a coin» [9].

Таким образом, анализ текстов статей СМИ показал, что в целом образ российского Дальнего Востока в японском медиа-пространстве можно описать как негативный. Доминирует образ слаборазвитого, малонаселенного, коррумпированного, ненадежного региона. Японские бизнесмены и крупные японские корпорации готовы помогать российскому руководству развивать регион только при условии того, что это будет способствовать решению длительного спора о территориальной принадлежности ряда островов. Представленный образ создается с помощью эпитетов с негативной оценкой, различными лексемами с префиксами, несущими отрицательное значение. В газетных публикациях японского медиа-пространства частотны слова и выражения, обозначающие отсутствие чего-либо в российском регионе. Кроме того, различные грамматические конструкции только подчеркивают доминирование антипатии к дальневосточному региону России.

Список литературы / References

  1. Англо-английский толковый словарь [Электронный ресурс]. – URL: http://engood.ru/anglijskij-tolkovyj-slovar (дата обращения: 20.07.2017).
  2. Банман П. П. Сибирский компонент в образе России (на материале мемуаров Э. Э. Двингера / П. П. Банман // Филологические науки. Вопросы теории и практики. – 2017. – № 8. Ч. 2. – С. 17-19.
  3. Белоусов К. И., Ерофеева Е. В. Семантические модели актуальных представлений о России (на материале психолингвистических экспериментов разных типов) / К. И. Белоусов, Е. В. Ерофеева // Политическая лингвистика. – 2015. – № 3 (53). – С.80-90.
  4. Костина К. В. Аксиологический аспект языковой репрезентации образа России в современном немецком медиадискурсе: автореф. дисс. … к. филол. н. / К. В. Костина. – Иркутск, 2011. – 21 с.
  5. Нгуен Тхи Зиу. Образ России во вьетнамской сетевой журналистике (2001-2015 гг.): автореф. дисс. … к. филол. н./ Зиу Тхи Нгуен. – Москва, 2017. – 22 с.
  6. Просянюк Д. В. Теоретико-методологические основания изучения образа России в зарубежных средствах массовой информации / Д. В. Просянюк // Человек. Сообщество. Управление. Краснодар. – 2013. – №1. – С. 32-47.
  7. Цилюрик Д. Д. Образ России в современном французском политическом медиадискурсе (по материалам электронных версий ежедневных газет «Монд», «Фигаро» и «Либерасьон» за 2008 – 2012 гг.): автореф. дисс. … к. филол. н. / Д. Д. Цирюлик. – Москва, 2013. – 21 с.
  8. Asahi [Электронный ресурс]. – URL: http://www.asahi.com/ajw/articles/AJhtml (дата обращения: 20.07.2017).
  9. Asia. Nikkei [Электронный ресурс]. – URL:http://asia.nikkei.com/Business/Trends/Vladivostok-set-to-become-Russian-Vegas (дата обращения: 20.07.2017).
  10. Japan Times [Электронный ресурс]. – URL: http://www.japantimes.co.jp/news/2016/09/06/business/japanese-firms-eye-business-opportunities-russia/#.WPNu6IiLTIU (дата обращения: 20.07.2017).

Список литературы на английском языке / References in English

  1. Anglo-angliiskii slovar [English-English dictionary] [Electronic resource]. – URL: http://engood.ru/anglijskij-tolkovyj-slovar (accessed: 07.2017).]
  2. Banman P. P. Sibirskij komponent v obraze Rossii (na materiale memuarov Je. Je. Dvingera) [Siberian component in the image of Russia (in E.E. Dvinger’s memoirs)] / P. P. Banman // Filologicheskiye nauki. Voprosy teorii i praktiki [Philological Science. Questions of theory and practice]. – 2017. – № 8. Part 2. – P. 17-19. [in Russian]
  3. Belousov I., Yerofeeva E. V. Semanticheskie modeli aktual’nyh predstavlenij o Rossii (na materiale psiholingvisticheskih jeksperimentov raznyh tipov) [Semantic models of modern opinions about Russia (based on psycholinguistic experiments of different types)] / К. I. Belousov, Е. V. Yerofeeva // Politicheskaja lingvistika [Political linguistics]. – 2015. – № 3 (53). – P.80-90. [in Russian]
  4. Kostina K. V. Aksiologicheskij aspekt jazykovoj reprezentacii obraza Rossii v sovremennom nemeckom mediadiskurse [The axiological aspect of linguistic representation of Russian image in modern German] / K. V. Kostina // D. thesis. –  Irkutsk, 2011. – 21 p. [in Russian]
  5. Nguyen Thi Ziu. Obraz Rossii vo v’etnamskoj setevoj zhurnalistike (2001-2015 gg.) [The image of Russia in Vietnamese net journalism (2001-2015)]: / Nguyen Thi Ziu //D. thesis. – Moscow. – 2017. – 22 p. [in Russian]
  6. Prosyanuk D. V. Teoretiko-metodologicheskie osnovanija izuchenija obraza Rossii v zarubezhnyh sredstvah massovoj informacii [The theoretical and methodological grounds of studying Russian image in mass media abroad] // Chelovek. Soobshchestvo. Upravlenie. Krasnodar [A Person. Community. Management]. – – №1. P. 32-47. [in Russian]
  7. Tsilyurik D. D. Obraz Rossii v sovremennom frantsuzskom politicheskom mediadiskurse (po materialam elektronnyh versii ezhednevnyh gazet «Mond», «Figaro», «Liberasion» za 2008–2012) [The image of Russia in modern French political media-discourse (in e-newspapers «Mond», «Figaro», «Liberation» 2008 – 2012)]: D. thesis / D. D. Tsilyurik. – Moscow, 2013. 21 p. [in Russian]
  8. Asahi [Electronic resource]. – URL: http://www.asahi.com/ajw/articles/AJ201611020021.html (accessed: 20.07.2017).
  9. Nikkei [Electronic resource]. URL: http://asia.nikkei.com/Business/Trends/Vladivostok-set-to-become-Russian-Vegas (accessed: 20.07.2017)
  10. Japan Times [Electronic resource]. URL: http://www.japantimes.co.jp/news/2016/09/06/business/japanese-firms-eye-business-opportunities-russia/#.WPNu6IiLTIU (accessed: 20.07.2017)

Leave a Comment

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.