Pages Navigation Menu

ISSN 2227-6017 (ONLINE), ISSN 2303-9868 (PRINT), DOI: 10.18454/IRJ.2227-6017
ПИ № ФС 77 - 51217

Скачать PDF ( ) Страницы: 23-29 Выпуск: № 8 (27) Часть 2 () Искать в Google Scholar
Цитировать

Цитировать

Электронная ссылка | Печатная ссылка

Скопируйте отформатированную библиографическую ссылку через буфер обмена или перейдите по одной из ссылок для импорта в Менеджер библиографий.
Кабир Л. С. ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОДДЕРЖКА СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА В РЕГИОНАХ СЕВЕРА РОССИИ: БЮДЖЕТНАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ МЕР В СВЕТЕ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ЦЕЛЕЙ РАЗВИТИЯ СТРАНЫ / Л. С. Кабир, И. М. Лужкина, Л. Н. Кудрявцева // Международный научно-исследовательский журнал. — 2014. — № 8 (27) Часть 2. — С. 23—29. — URL: http://research-journal.org/economical/gosudarstvennaya-podderzhka-selskoxozyajstvennogo-proizvodstva-v-regionax-severa-rossii-byudzhetnaya-effektivnost-mer-v-svete-strategicheskix-celej-razvitiya-strany/ (дата обращения: 26.05.2017. ).
Кабир Л. С. ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОДДЕРЖКА СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА В РЕГИОНАХ СЕВЕРА РОССИИ: БЮДЖЕТНАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ МЕР В СВЕТЕ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ЦЕЛЕЙ РАЗВИТИЯ СТРАНЫ / Л. С. Кабир, И. М. Лужкина, Л. Н. Кудрявцева // Международный научно-исследовательский журнал. — 2014. — № 8 (27) Часть 2. — С. 23—29.

Импортировать


ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОДДЕРЖКА СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА В РЕГИОНАХ СЕВЕРА РОССИИ: БЮДЖЕТНАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ МЕР В СВЕТЕ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ЦЕЛЕЙ РАЗВИТИЯ СТРАНЫ

Кабир Л.С.1, Лужкина И.М.2, Кудрявцева Л.Н.3

1Доктор экономических наук, профессор, главный научный сотрудник, Федеральное государственное бюджетное учреждение «Научно-исследовательский финансовый институт» (НИФИ), 2кандидат экономических наук, ведущий научный сотрудник, Федеральное государственное бюджетное учреждение «Научно-исследовательский финансовый институт» (НИФИ), 3научный сотрудник, Федеральное государственное бюджетное учреждение «Научно-исследовательский финансовый институт» (НИФИ)

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОДДЕРЖКА СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА В РЕГИОНАХ СЕВЕРА РОССИИ: БЮДЖЕТНАЯ ЭФФЕКТИВНОСТЬ МЕР В СВЕТЕ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ЦЕЛЕЙ РАЗВИТИЯ СТРАНЫ

Аннотация

В статье в центре внимания находится институт госпрограмм.Рассмотрены отдельные меры Государственной поддержки сельскохозяйственного производства в регионах Севера России, выявлены тенденции, характерные для современного состояния и развития отрасли и определены проблемные зоны. Цель — продемонстрировать трудности в оценке обоснованности и эффективности мер господдержки в рамках отдельно взятой госпрограммы, влекущие за собой риски неэффективного расходования бюджетных средств.

Обосновывается необходимость совершенствования принципов государственного управления. Формулируются предложения, способствующие повышению эффективности бюджетной политики.

Ключевые слова: бюджетная стратегия, государственная поддержка, сельскохозяйственное производство, регионы Севера России, национальная безопасность

KabirL.S.1,LuzhkinaI.M.2, KudryavtsevaL.N.3

1Doctor of economic science, Professor, Chief Research Associate, Federal state budgetary institution scientific and research financial Institute (NIFI), 2candidate of Economic Sciences, Leading researcher, Federal state budgetary institutionScientific and research financial Institute (NIFI), 3researcher, Federal state budgetary institutionScientific and research financial Institute (NIFI)

STATE SUPPORT OF AGRICULTURAL PRODUCTION IN REGIONS OF THE NORTH OF RUSSIA: THE BUDGETARY EFFICIENCY OF MEASURES IN THE LIGHT OF STRATEGIC OBJECTIVES OF DEVELOPMENT OF THE COUNTRY

Abstract

In article in the center of attention there is an institute of state programs.  Separate measures of the State support of agricultural production in regions of the North of Russia are considered, tendencies are revealed, characteristic for a current state and developments of branch and are defined problem zones.  The purpose — to show difficulties in an assessment of validity and efficiency of measures of state support within separately taken state program, involving risks of an inefficient expenditure of budgetary funds.

Need of improvement of the principles of public administration locates. The offers promoting increase of efficiency of the budgetary policy are formulated.

Keywords: budgetary strategy, state support, agricultural production, regions of the North of Russia, national security

Проблема разработки современной российской бюджетной стратегии находится под большим влиянием реформы государственного управления, реализуемой в рамках внедряемого института государственных программ Российской Федерации [1]. Внедрение института госпрограмм требует оценки и учёта влияния трех векторов информационно-аналитической деятельности органов государственной власти: формирование стратегических целей развития страны, обоснование формулируемых целей прогнозами социально-экономического развития Российской Федерации и их согласование с финансовыми возможностями государства, отражаемыми в бюджетной стратегии. В результате, на первый план, Минфином России, ответственным за формирование и реализацию бюджетной стратегии государства, выдвигается задача контроля обоснованности разрабатываемых в рамках госпрограмм мер государственной поддержки, принимаемых конкретный и определенный вид (субсидии, бюджетные инвестиции, финансирование затрат, налоговые льготы и др.) и оценка эффективности этих мер. Важность именно этой задачи современного этапа бюджетного строительства была отмечена и в выступлении министра финансов Российской Федерации А.Г. Силуанова на расширенной коллегии Минфина России, состоявшейся 15 апреля 2014 года [11].

Такое внимание к инструментам господдержки объясняется тем, что они: 1) выступают носителем мер государственного регулирования; 2) обладают значительной ролью в стимулировании социально-экономического развития страны. Речь идёт о том, что самих по себе мер, формируемых в рамках отдельно взятой государственной программы, может оказаться не достаточно, для достижения запланированной программой цели, если они не согласуются и не учитывают влияние на социально-экономическое развитие территорий страны других программ. Это особенно актуально в связи с наличием государственных планов интенсивного развития отдельных регионов страны, а именно, реализации природно-ресурсного освоения Восточной Сибири, Дальнего Востока и Арктики предусмотренной планами Энергетической стратегии России [13].

Влияние указанных географических районов России (они относятся к районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям) на национальную экономику исключительно велико. Здесь формируется основная часть природной ренты, поскольку главные природные ресурсы России расположены в северных территориях [8, c.6]. Но это не только важнейшая сырьевая база страны, это ещё и среда обитания, хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Севера. Кроме того, для этих регионов характерна слабая освоенность территорий и низкая плотность расселения, поскольку, на ¾ территории страны (районы Крайнего Севера и приравненные к ним местности), проживает только 7% населения.

В итоге, развитие регионов Севера России, включает в себя не только задачу освоения её природно-ресурсного потенциала, но и решение задачи сохранения традиционных отраслей хозяйствования коренного населения (сельское хозяйство, охота, рыболовство), которые в настоящее время продолжают занимать значительный удельный вес [7, c.162]. Решение последней задачи крайне важно еще и с позиции обеспечения национальной безопасности страны, поскольку направлено на сдерживание процесса обезлюдивания северных территорий и удержание их в границах российского государства.

Сегодня сложился целый пласт стратегических документов, направленных на формирование и регулирование отношений в этой сфере. Например, решение вопросов стратегического развития коренных народов Севера определяется: в рамках стратегии развития Арктической зоны Российской Федерации [10], стратегий развития федеральных округов, стратегий развития самих субъектов Российской Федерации, чья территория относится к районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям, и решается через бюджетную систему Российской Федерации в рамках мероприятий, предусмотренных федеральными и региональными целевыми программами. В то же время, реализация стратегий ресурсного освоения территории и развития отдельных отраслей экономики может свести на нет все планируемые результаты.

Сложность решения обозначенной задачи заключается, во-первых, в разнонаправленности векторов стратегического планирования развития страны, поскольку на пространстве северных территорий реализуются одновременно разные стратегии, имеющие разные цели и разные результирующие показатели. Например, энергетическая стратегия России преследует своей целью энергетическое освоение районов Севера России и рассматривает их не как среду жизнедеятельности коренных народов, а как главные районы прироста запасов нефти и газа, освоение которых потребует развития сети магистрального трубопроводного транспорта, наличия сложных производственных систем. Для достижения целей Энергетической стратегии в районах Севера формируется крупноочаговый вид природопользования, оказывающий существенное техногенное воздействие на окружающую среду, остающееся стабильно высоким в течение всего периода эксплуатации месторождения.

В итоге получается, что интегратором векторов развития социально-экономического пространства России, формируемых в рамках стратегий развития отдельных территорий страны, стратегий развития различных отраслей и секторов экономики и реализуемых в рамках государственных программ, выступает бюджетная стратегия. И цена ошибки отдельной программы, возрастает, поскольку эта ошибка будет транслирована через бюджетную систему страны на всю территорию государства, а инструментом подобной «трансляции» выступит неэффективная и нерациональная трата общественных финансов на мероприятия, не приводящие к достижению общественно значимых результатов.

Проиллюстрируем это на примере Государственной программы развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2013-2020 годы [3] (далее Госпрограмма), в части мер, направленных только на районы Севера России. Сначала следует дать общую характеристику вклада северных территорий России в производство продукции сельского хозяйства (см. табл.1).

Анализируя показатель удельный вес продукции субъектов в продукции сельского хозяйства Российской Федерации, можно сделать

Таблица 1 – Отдельные показатели, характеризующие сельскохозяйственное производство в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях

Таблица 1 – Отдельные показатели, характеризующие сельскохозяйственное производство в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностяхТаблица 1 – Отдельные показатели, характеризующие сельскохозяйственное производство в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях

вывод, что на субъекты Федерации, в состав которых входят территории, относящиеся к районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям, в среднем, приходится 12% сельскохозяйственного производства России. Учитывая, что население Севера составляет 7% в общей численности населения России, то вклад северных территорий в сельскохозяйственное производство является значимым.

Субъекты Федерации, относимые к районам Крайнего Севера в течение последних 5-ти лет демонстрировали различную динамику показателя индекса производства продукции сельского хозяйства в хозяйствах всех категорий. У половины субъектов Федерации (Республики Коми, Алтай, Тыва, Архангельская, Мурманская, Тюменская, Томская, Амурская области, Ямало-Ненецкий автономный округ, Пермский, Приморский и Хабаровский край) наблюдается сокращение сельскохозяйственного производства, но, более низкими темпами, нежели это характерно для России в целом. В то же время ряд субъектов демонстрирует рост этого показателя (Чукотский, Ненецкий и Ханты-Мансийский автономные округа, Республика Бурятия, Забайкальский и Камчатский край, Иркутская, Магаданская и Сахалинская области).

Анализируя такой показатель, как доля хозяйств населения в производстве продукции сельского хозяйства можно сделать ряд выводов. Во-первых, доля хозяйств населения является доминирующей в сельскохозяйственном производстве (14 из 24 рассматриваемых регионов, характеризовались долей домохозяйств от 50% до 81% (по итогам 2012 г.), а у 3-х она находилась в интервале 45%-50%). Во-вторых, среднее значение доли хозяйств населения в производстве продукции сельского хозяйства превышает значения этого показателя, рассчитанного по России в целом, что демонстрирует больший вклад домохозяйств, в сельскохозяйственное производство в районах Севера. Это подтверждает тот факт, что сложившаяся на Севере сеть расселения формирует естественные предпосылки для приближения местного населения к традиционным видам деятельности, включающим сельское хозяйство, рыболовство, охоту.

Роль сельского хозяйства исключительно важна на российском Севере, поскольку формирует трудовой и поселенческий потенциал территорий, обеспечивает сохранение уклада жизни коренных народов Севера, продовольственную безопасность и целостность пространства страны. В то же время, численность сельского населения, постоянно проживающего в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, на протяжении последних 20 лет сокращалась, одновременно с сокращением и общей численности постоянно проживающих на Севере [2; 4]. Специфическая государственная поддержка сельского хозяйства, проявляющаяся в мерах, реализуемых только в северных регионах России, т.е. максимально учитывающих особенности северных территорий (географические, природно-климатические, национальные, этнические и т.д.) безусловно необходима. Поэтому, целесообразно рассмотреть сами эти меры, цель, с которой они реализуются, значения индикаторов, которые планируется достичь в ходе их реализации (см.табл.2).

Госпрограммой предусмотрены два мероприятия поддержки. Во-первых, в рамках реализации подпрограммы Развитие подотрасли растениеводства, переработки и реализации продукции растениеводства ожидается как результат «увеличение посевной площади кормовых культур по сельскохозяйственным организациям, крестьянским (фермерским) хозяйства и индивидуальным предпринимателям по районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям».

Здесь следует обратить внимание на разночтения, встречающиеся в тексте Госпрограммы. Так, в тексте паспорта подпрограммы речь идёт о достигнутой величине посевных площадей кормовых культур по сельскохозяйственным организациям, крестьянским (фермерским) хозяйства и индивидуальным предпринимателям по районам Крайнего Севера и

Таблица 2 — Мероприятия, предусмотренные Госпрограммой и целевые индикаторы выполнения

Таблица 2 - Мероприятия, предусмотренные Госпрограммой и целевые индикаторы выполнения Таблица 2 - Мероприятия, предусмотренные Госпрограммой и целевые индикаторы выполнения

приравненным к ним местностям в размере 48,3 тыс. га, которые планируется увеличить к 2020 году до 52,7 тыс. га. В то же время Приложение 1 Госпрограммы, в котором представлены стартовое значение этого показателя (67,5 тыс. га в 2012 г.) и его движение по годам реализации Госпрограммы, нацеливает на заранее запланированное сокращение посевных площадей кормовых культур.

В итоге, Госпрограммой планируется более чем 22% сокращение посевных площадей кормовых культур по сельскохозяйственным организациям, крестьянским (фермерским) хозяйства и индивидуальным предпринимателям по районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям (т.е. более чем на 1/5).

Анализ ожидаемых значений результата «увеличение поголовья северных домашних оленей» по второму мероприятию в рамках реализации подпрограммы Развитие подотрасли животноводства, переработки и реализации продукции животноводства указывает на их незначительный планируемый рост. Заметный рост поголовья домашних оленей планируется только в первый год реализации Госпрограммы (2013 г. — +6,66%). Прирост поголовья в последующие годы составляет десятые доли процента, что трудно характеризовать как напряженный план.

Сравнение плановой динамики результатов по этим двум мерам «высвечивает» их противоречие: во-первых, это планируемое снижение (к 2020 г. в сравнении с 2012 г.) посевных площадей кормовых культур в сельскохозяйственных организациях, крестьянских (фермерских) хозяйствах и хозяйствах индивидуальных предпринимателей, и, во-вторых, это планируемый 12,5% рост поголовья домашних северных оленей (за этот же периоде) в сельскохозяйственных организациях, крестьянских (фермерских) хозяйствах и хозяйствах индивидуальных предпринимателей. Таким образом, Госпрограммой, в одном случае планируется отрицательное изменение целевого показателя; в другом случае — его незначительный рост.

Третье противоречие заключается в учёте влияния государственных планов по природно-ресурсному освоению нефтегазовых районов Крайнего Севера на условия реализации рассматриваемых мер Госпрограммы. Например, на полуострове Ямал открыто более 25 (нефте)газоконденсатных месторождений (НГКМ) [5, с.103], к настоящему времени только одно из них (Бованенковское НГКМ) переведено в стадию эксплуатации. Рассредоточенные по территории зоны активного освоения объекты представляют собой очаги техногенных воздействий. В результате формируются: 1) зоны полного разрушения почвенно-растительного покрова (все застроенные технологическими объектами участки и карьеры песчаных грунтов), 2) нарушенные в разной степени участки вокруг технологических объектов, 3) участки с малонарушенным или восстановившимся растительным покровом, пригодные для выпаса оленей (фрагменты пастбищ), но недоступные для использования под выпас оленей, поскольку находятся в промышленной зоне.

Возникают вопросы: 1) как эффективно и справедливо распределить обязанность по финансированию восстановления экосистемы и среды жизнедеятельности народностей, исторически проживающих на этих территориях? 2) целесообразно ли проводить мероприятия, находящиеся под исключительным влиянием программ промышленного освоения территории, через Государственную программу развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия?

Характеризуя механизм финансирования рассматриваемых мероприятий Госпрограммы, следует иметь ввиду, что во всех случаях речь идёт о субсидировании, которое осуществляется на основе софинансирования из трёх источников: федерального бюджета, бюджета субъекта Федерации, лица, осуществляющего мероприятие, которому принадлежит инициатива. Эта инициатива должна быть поддержана органами власти субъекта Федерации и в бюджете субъекта Федерации на её осуществление должны быть деньги. Если участник мероприятия и региональный бюджет выделили средства на осуществление мероприятия, то федеральный бюджет вносит свою долю в его осуществление.

Анализ информации, представленной на официальном сайте Минсельхоза России о финансировании господдержки [6], свидетельствует о том, что для районов Крайнего Севера и приравненным к ним местностям характерно крайне неравномерное распределение финансового участия федерального бюджета и бюджетов субъектов Федерации в рамках рассматриваемых мероприятий Госпрограммы в 2013-2014 гг. (см. табл. 3) Доля финансирования из федерального бюджета различна для каждого региона.

Например, если рассматривать субсидию на возмещение части затрат на приобретение семян для выращивания кормовых культур в районах Крайнего Севера, то при среднем значении доли федерального бюджета 80% и доли бюджета субъекта Федерации 20%, в ряде регионов доля федерального бюджета достигала 90-94% (Республика Бурятия, Республика Саха (Якутия), Камчатский край); но при этом в Ханты-Мансийском автономном округе — Югра она составила существенно меньшую величину — 50%. Из 24 субъектов Федерации, относимых к районам Крайнего Севера и приравненным к ним местностям, эта субсидия оказалась доступной для сельхозпроизводителей 10 субъектов Федерации.

Субсидию на производство продукции растениеводства на низкопродуктивных пашнях в районах Крайнего Севера получали сельхозпроизводители 4-х субъектов Федерации из 24, относимых к северным районам. По этой субсидии наблюдался значительный разрыв между верхним и нижним значением доли федерального бюджета. Так, для Камчатского края доля федерального бюджета составила 30% (по итогам 2013 г.), а в Забайкальском крае, Республике Тыва — более 77%. Среднее значение доли федерального бюджета по этой субсидии составило 65%.

Субсидия на возмещение затрат по наращиванию поголовья северных домашних оленей была наиболее востребованной. Ею воспользовались

Таблица 3 – Финансирование мероприятий господдержки (в %, на указанную дату)

Таблица 3 – Финансирование мероприятий господдержки (в %, на указанную дату)Таблица 3 – Финансирование мероприятий господдержки (в %, на указанную дату)

сельхозпроизводители 16 субъектов Федерации. Эта субсидия характеризуется самым низким средним значением доли федерального бюджета — 10%. При этом у ряда субъектов Федерации по итогам 2013 г. она находилась в интервале 70-85% (Республика Алтай, Республика Бурятия, Забайкальский край), а у некоторых субъектов Федерации — в интервале 2-5% (Ямало-Ненецкий автономный округ, Ханты-Мансийский автономный округ — Югра, Чукотский автономный округ).

Таким образом, в зависимости от субъекта Федерации, может наблюдаться как преобладание доли финансирования из федерального бюджета, так и преобладание финансовых ресурсов, выделяемых из бюджета субъекта Федерации. По сути, речь идёт о применении в отношении различных субъектов Федерации разных соотношений финансирования мероприятий из федерального бюджета, что указывает на высокий уровень субъективизма при принятии решений о финансировании из федерального бюджета.

Поскольку центральная проблема, решаемая федеральными органами государственной власти при реализации мероприятий Госпрограммы это оценка эффективности использования бюджетных средств, то рассмотрим мероприятия Госпрограммы и с этой позиции. При проведении оценки эффективности используются следующие методы: 1) анализ целевых индикаторов (например, индекс производства сельхозпродукции); 2) анализ целевых индикаторов, установленных Госпрограммой по каждому мероприятию; 3) анализ прироста целевых индикаторов в расчёте на 1 тыс. руб. расходуемых бюджетных средств.

По первому направлению анализа. Госпрограмма представляет прогнозные значения индекса производства продукции сельского хозяйства в хозяйствах всех категорий (в сопоставимых ценах) к предыдущему году только по Российской Федерации в целом. Если сравнить фактические значения этого индекса за последние 4-е года и прогнозируемые Госпрограммой (Приложение 1 к Госпрограмме), то следует отметить крайне ненапряжённый характер этого индикатора. Отталкиваясь от низкой базы 2012 г., когда наблюдалось падение значения индекса, в планы Минсельхоза входит всего лишь стабилизация существующего уровня значения индекса и, с 2017 г. по 2020 г., планируется ежегодный прирост показателя на 1,9%.

По второму направлению анализа. Проведённый выше анализ целевых индикаторов указал на заниженные планы, устанавливаемые Госпрограммой. В одном случае планировалось отрицательное изменение целевого показателя; в другом случае — незначительный его рост.

По третьему направлению анализа. Поскольку Госпрограммой закладывается незначительный прирост целевых показателей, либо планируется их снижение, то в перовом случае будет наблюдаться непропорциональный росту значения показателя расход бюджетных средств. Во втором случае, будет наблюдаться рост расходования бюджетных средств на процент снижения целевого показателя. В обоих случаях это указывает на низкую эффективность расходования бюджетных средств.

В итоге можно сделать выводы, что рассмотренные меры Госпрограммы не являются инструментом развития отрасли. По характеру напряженности целевых индикаторов их скорее следует классифицировать как мероприятия по поддержке существующего состояния в отрасли.

Таким образом, можно выделить ряд проблемных мест, препятствующих реализации основных преимуществ программного бюджетирования в Российской Федерации:

1) наличие ситуаций, когда цели, задачи и мероприятия государственных программ не увязаны с заявленными стратегическими приоритетами развития страны;

2) отсутствие в государственных программах разделов, раскрывающих информацию о взаимосвязи с другими государственными программами; учёт «перекрестного» или «взаимопогашающего» влияния программ; оценку негативного воздействия одной программы на условия и результаты реализации другой;

3) как показывает рассмотренная Госпрограмма, существующие программы, по своей сути, являются набором расходных требований, не имеющих достаточных обоснований по целям, задачам и показателям.

Решение выявленной проблемы лежит, по-нашему мнению, в следующих плоскостях:

1) необходимо согласование всех реализуемых мер государственной политики в районах Севера России. Это потребует проведение анализа задекларированных мер в сформированных и реализуемых на настоящий момент программах и стратегиях развития страны в целом и северных территорий в частности;

2) необходимо открытое общественное обсуждение разрабатываемых в рамках Государственных программ мер государственной политики в районах Севера России. Это потребует учёт и гармонизацию интересов всех субъектов государственной политики: государственной власти, бизнеса, местного сообщества (коренных народов Севера и населения проживающего на Севере).

Устойчивость бюджетной системы невозможна без ответственного отношения всех участников бюджетного процесса на каждом его этапе. Достижение этой цели, равно как и решение обозначенных проблем, может занять много времени. Чтобы не «свернуть с пути», надо чётко осознавать, что переход к программному бюджету преследует цель переориентировать систему управления общественными финансами на общественно значимые, измеримые результаты. Поэтому большая ответственность органов государственной власти и открытость процессов формирования и обоснования целевых индикаторов и обоснования запрашиваемых бюджетных ресурсов, будут всемерно способствовать достижению этой цели.

Литература

1. Бирюков А.Г. О некоторых вопросах реализации долгосрочной бюджетной политики // Финансовый журнал. — 2014. — №1. — С.61-68

2. Бюллетени о состоянии сельского хозяйства (электронные версии): официальная статистика. Федеральная служба государственной статистики. URL:http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/doc_1265196018516 (дата обращения 04.07.2014)

3. Государственная Программа развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2013-2020 годы и целевые индикаторы выполнения программных мероприятий (Утв. постановлением Правительства РФ от 14 июля 2012 г. №717 (в ред. постановления Правительства РФ от 15 апреля 2014 г. №315). Официальный сайт Министерства сельского хозяйства Российской Федерации. URL:http://www.mcx.ru/documents/document/show/ 22026.htm (дата обращения 04.07.2014)

4. Демография: официальная статистика. Федеральная служба государственной статистики. URL:http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_ main/rosstat/ru/statistics/populati on/demography/# (датаобращения 04.07.2014)

5. Игнатьева М.Н., Логинов В.Г., Литвинова А.А., Морозова Л.М., Эктова С.Н. Экономическая оценка вреда, причиняемого арктическим экосистемам при освоении нефтегазовых ресурсов // Экономика региона. — 2014. — №1. — С.102-109

6. Информационный Справочник о мерах и направлениях государственной поддержки агропромышленного комплекса Российской Федерации / Министерство сельского хозяйства Российской Федерации / Департамент экономики и государственной поддержки АПК. URL:http://www.gp.specagro. ru/ (дата обращения 04.07.2014)

7. Логинов В.Г. Концептуальный и программно-целевой подходы к социально-экономическому развитию коренных народов Севера // Журнал Экономической Теории. — 2013. — №3. — С.162-166

8. Селин В.С. Северные регионы России: экономическая динамика и проблемы развития // Регион: экономика и социология. — 2011. — №4. — С.3-18

9. Сельское хозяйство, охота и охотничье хозяйство, лесоводство в России: статистический бюллетень (2013). Федеральная служба государственной статистики. URL:http://www.gks.ru/bgd/regl/b13_38/Main.htm (дата обращения 04.07.2014)

10. Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года (утв. Президентом РФ). Информационно-правовая система «Консультант Плюс» (дата обращения 04.07.2014)

11. Устойчивость бюджетной системы — важная задача Минфина России (Расширенное заседание Коллегии Министерства финансов Российской Федерации) // Финансы. — 2014. — №5. — С.3-16

12. Экономические и социальные показатели районов Крайнего Севера и приравненных к ним местностей в 2000-2012 годах: статистический бюллетень (выпуск 2013г). Федеральная служба государственной статистики. URL:http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/doc_1140096401359 (дата обращения 04.07.2014)

13. Энергетическая стратегия России (утв. распоряжением Правительства Российской Федерации от 13 ноября 2009 г. №1715-р). Информационно-правоваясистема «КонсультантПлюс»(дата обращения 04.07.2014)

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.